Часть I. Глава V. «Невинная, как самый поздний час».

      Мэри засмеялась. Лихорадочный, нервный смех беззвучной мелодией разлился по ее гортани. Мокрые, влажные глаза наконец перевели взгляд на алые зрачки стоящего перед ней десептикона. В них читалась неожиданная решимость. Ощутимый прилив сил, необходимый ей в этот миг, наконец дал ей возможность отыграться.       — Ты правда думал, что уничтожишь меня парой грубых фраз? — Хитрая улыбка не сходила с ее губ. — Я разделывала живых людей этим кинжалом. Тем самым, который ты мне сейчас протягиваешь. Я выводила им послания на спинах убитых. Я пускала пулю в лоб тем, кого судьба уготовила пропустить сквозь мясорубку Мафии. Кого судьба уготовила отдать мне на растерзание. Но я их не знала. Я видела их впервые в жизни. Мне давали задание, и я хладнокровно его выполняла. Мне было абсолютно плевать на их жизнь. На жизнь их близких после полученной утраты. Я лишь выполняла свою работу, ни больше ни меньше, не имея никаких личных притязаний к своим врагам. Но я никогда не трогала даже пальцем тех, кого любила. К кому испытывала хотя бы какую-то привязанность или симпатию. Я берегла словно зеницу ока свою сестру. Пусть даже в связи с терками между автоботами и десептиконами мы оказались по разные стороны баррикад. Мне не чужда любовь. Мне не чужда дружба. Привязанность. И этим я отличаюсь от тебя. У меня есть принципы. У меня есть понятие чести. А ты мерзкий, отвратительный монстр, который не может понять, что иногда игра не стоит свеч. Что иногда можно отступить и перестать давить на меня, чтобы я тебе подчинилась, как ты этого хочешь. Да, я нуждалась в ласке. Я ждала этого от тебя, но ты шел ва-банк, наплевав на меня и мои чувства. И смотри, чего ты добился. Ни-че-го. Ровным счетом, ничего. Ты уйдешь отсюда с пустыми руками, Мегатрон. Этот бой проигран.       Дикий кот наконец выдернул кинжал из рук десептикона. Привычным жестом вцепилась в резную рукоять так, что костяшки на руках побелели от напряжения. Мегатрон стоял неприлично близко, даже слишком. Такая легкая добыча. Никакого сопротивления, только суровая, мрачная покорность. Десептикон выжидал. Он с интересом наблюдал, что же Мэри решит делать с кинжалом. Всадит лезвие в печень? В сердце? Каким образом она расправится с ним после пламенного, чувственного монолога, наполненного отзвуком ее внутренних переживаний?       Заполучив холодное оружие, девушка ощутила долгожданную власть над своим телом и над своими эмоциями. Будто бы она оказалась в своей тарелке, вернув едва уловимый контроль над ситуацией. Однако Мэри лишь легким движением вытерла кровь с лезвия кинжала, обтерев его о закатанные манжеты рубашки. И вернула его в скрытые за пазухой ножны. Там, где ему самое место.       Дикий кот подумал, что сейчас не место для кровопролития. Она не была окончательно уверена в том, что не будет в дальнейшем сожалеть о сделанном в сторону убийства выборе. Прежде чем совершить такое безоговорочное, безвозвратное действие, ей нужно было все обдумать. Внимательно и тщательно, как она привыкла это делать. Отставить эмоции на дальний план — сейчас пришло время только для холодного, точного расчета. Или все же нет..?       — Твои действия абсолютно алогичны, милочка. То кидаешься на меня с оружием, то закатываешь истерику, то затягиваешь длинный, банальный монолог. А в итоге убираешь оружие.       — Сейчас не время. Просто уходи. Вернись на Немезиду и оставь меня в покое. — Пауза. — Прошу.       — Ты же не глупая девочка, Мэри. Ты знаешь, что наша встреча в будущем неизбежна. Пусть даже я оставлю тебя в покое и постараюсь не врываться насильно в твою жизнь. — Мегатрон говорил удивительно мягко и спокойно, отчего дикий кот явно недоумевал. Девушка вслушивалась в тембр его баса, пытаясь нащупать в его словах ложь, но не могла ни за что зацепиться. И ей оставалось только внимательно следовать за его мыслью. — Не пойми превратно. Я всего лишь хочу ускорить наступление неизбежного. Я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль, как ты могла подумать. — Мегатрон на секунду остановился, будто бы о чем-то задумавшись. — Знаешь, ты похожа на брошенного ребенка, который во всем видит подвох и самостоятельно рубит сук, на котором сидит. Который боится всего и всех, но скрывает это за маской искусственной самоуверенности. — Мэри расширила глаза, будто подтверждая сказанное. Десептикон усмехнулся. — Я попал в самую точку. А теперь иди сюда.       Здоровой рукой Мегатрон потянулся к ее телу, пытаясь приобнять. Дикий кот инстинктивно отдернулся, но, несмотря на это, десептикон обеими руками сгреб в охапку ее худосочное тело и прижал к груди. Мэри в растерянности замерла на месте. Мегатрон расположил щетинистый подбородок на ее макушке и своим крепким захватом полностью блокировал всякие движения. Повисшую тишину нарушало лишь тяжелое дыхание и монотонное биение обреченных сердец.       — Успокойся. Все хорошо. Все будет хорошо, я тебе обещаю, — произнес лидер десептиконов на удивление ласковым голосом. — Если тебе так нужно остаться одной, я уйду. Прямо сейчас, если пожелаешь.       — Нет, — едва слышно прошептала девушка. — Не уходи.       Мегатрон улыбнулся. Но дикий кот этого, конечно, не увидел. С души будто бы упал тяжелый камень. Спокойствие. Так вот, что ей было нужно на протяжении стольких лет.       Мэри все равно окончательно не верила Мегатрону. Между ними все еще пролегала глубокая бездна взаимного недоверия. Однако именно в этот вечер у нее наконец появилась зыбкая надежда на то, что когда-то они все же смогут перебросить веревочный мостик, чтобы соединить края пропасти. Десептикон оказался не настолько жесток, чтобы не смилостивиться над незавидной участью девушки и не пожалеть ее. А дикий кот оказался не настолько отчужденным, чтобы не позволить приручить себя хотя бы на жалкую толику.       В этот момент Мэри больше всего не хотела, чтобы Мегатрон отпускал ее. Тепло чужого тела, которое подкорка сознания рефлекторно считала родным, приятно передавалось и ей самой. В его объятиях, пусть и лишенных искренней, нежной любви и скорее направленных исключительно на ее утешение, она вправду чувствовала себя маленьким ребенком, ищущего необходимой ласки. Ей было уютно, комфортно и бесконечно хорошо. Тонкие белоснежные руки, без ее на то воли, потянулись к десептикону, и пристроились у на его куртке. Для пущей уверенности в том, что он ее не отпустит, пальцы девушки вцепились в меховой воротник, и дикий кот уткнулся носом в мерно вздымавшуюся грудь.       Мегатрон не противился неожиданно проявленной с ее стороны телячьей нежности и позволил ей спокойно проделывать с ним то, что она посчитает в данный момент нужным. Его ладони лежали на лопатках девушки, легко прощупываемых сквозь тонкую ткань рубашки, уже не сильно сжимая, а скорее просто придерживая. В десептиконе в тот момент боролось лишь два чувства: ликование, которое было логично в связи с долгожданным достижением поставленной цели по приручению соулмейта, и одновременно с этим в нем кипело негодование. В его планах изначально было осторожно найти болевые точки девушки и изощренно на них надавить, пока та наконец не расколется, словно хрупкая ореховая скорлупа. Но в эти планы никак не входили объятия. Мысль о том, чтобы приласкать дикого кота, внезапно осенила его, когда Мэри убрала кинжал и попросила его уйти. В ее голосе в тот момент чувствовалось нечто большее, чем каприз несмышленого ребенка, за которого он ее принимал. Это было глубокое чувство одиночества и отчаяния, вызвавшее у него искреннюю жалость. Мегатрон понял, что не сможет молча уйти, оставив девушку наедине со спутанным клубком разрушительных эмоций. Десептикон почувствовал острую необходимость поделиться теплом с этим малознакомым, но, видимо, очень много значившим для него, белковым созданием. Это казалось ему противоестественным. Но он ничего не мог с собой поделать.       — Мы еще можем начать все с самого начала, — прервал тишину Мегатрон. Его ладонь начала плавно водить по спине девушки, продолжая успокаивать и настраивать на нужный лад.       — Но для начала нужно обработать твою рану, — усмехнулся дикий кот, отстраняясь от соулмейта.       — Как знаешь, — отозвался десептикон.       Мэри вырвалась из объятий Мегатрона и семенящим шагом направилась на кухню, даже не обернувшись на следовавшего за ней десептикона. Из кухонного ящика она вытащила аптечку: маленькую черную коробочку, покрытую тонким слоем глянцевого лака.       — Сними куртку, — попросила девушка, достав все необходимое из аптечки и возвращая ее на место.       Мегатрон стащил куртку с плеч, оставшись в одной черной майке, и вытянул раненую руку. Кровь уже успела остановиться, однако рана все равно представляла из себя малоприятное зрелище. Мэри перехватила мужчину за запястье и принялась смоченной в спирте ваткой протирать рану. Мегатрон поморщился и что-то невнятно прошипел.       — И все же, что ты решила со мной делать? — усмехнулся десептикон, снова заводя разговор. Девушка на секунду оторвала изумрудный взгляд от своего занятия, но тут же перевела взор обратно на рану.       — Я не знаю, — правдиво ответила Мэри, пожав широкими плечами.       — Ты ведь все равно не отправишься со мной на Немезиду. По крайней мере, сейчас. — Пауза. — Я и сам понимаю, что ты мне не доверяешь, поэтому я не буду настаивать. А то опять на меня обозлишься. — Мегатрон усмехнулся.       Дикий кот никак не отреагировал на внезапную колкость.       — Какое же все-таки хрупкое у вас тело, — произнес Мегатрон.       — Ты говоришь так, как будто если проткнуть манипулятор кибертронца, то у него не потечет энергон из раны, — хмыкнула Мэри. Девушка принялась разматывать бинт.       — Нас защищает слой прочной брони, которая не позволит так легко нанести подобное ранение, — парировал десептикон.       — Такова конституция наших организмов. И я не знаю, почему природа создала наши тела такими уязвимыми. Не у того спрашиваешь.       — Я имел в виду не только физическую составляющую.       — Намекаешь на то, что у меня проблемы с психикой? — усмехнулся дикий кот. Мэри начала туго обтягивать бинт вокруг раны. — В принципе, я даже спорить не буду. Сама об этом догадываюсь.       Девушка полностью перевязала рану, закрепила марлевый бинт с помощью узелка и отставила руку соулмейта, намекая на то, что завершила обработку. Мегатрон оценивающе прошелся взглядом по ее не самой аккуратной работе и молча накинул куртку на плечи.       Мэри поднялась со стула и прошла в прихожую. На небольшой, приделанной к стене петельке, висело ее пальто. Нащупав в кармане пачку сигарет, она вынула ее и вернулась на кухню.       — А это еще что? — недоуменно рассматривая синюю пачку тонких Parliament, выдал Мегатрон.       — Вредное человеческое увлечение. Одно из многих ныне существующих. Называется «сигареты».       Мэри вытащила одну сигарету из пачки и зажала между губами. На столе валялась зажигалка, которой она прикурила, и с наслаждением затянулась горьким табаком, обжегшим горло. Выдохнув сизо-серый дым, дикий кот вдруг протянул сигарету Мегатрону, фильтром к нему.       — Если хочешь, попробуй.       Десептикон осторожно взял прикуренную сигарету и поднес ее ко рту.       — Затянись, а потом набери воздух в легкие, — пояснила девушка.       Мегатрон сделал все по инструкции, выпустил пару клубов дыма и закашлялся от непривычки.       — Странные у вас, белковых, увлечения, конечно. Что в этом приятного?       — Зависимость от содержащегося в них никотине. Некоторые люди легко бросают, а кто-то дымит без остановки.       Мегатрон сделал еще пару затяжек, на этот раз немного осторожнее.       — Все-таки что-то в этом есть, — наконец произнёс он, то ли войдя во вкус, то или привыкнув к новому ощущению. Мегатрон хотел было вернуть сигарету ее владелице, но Мэри отказалась, закурив новую.              — У нас еще много всяких приблуд, — вдруг заметил дикий кот, затягиваясь.       — Например?       — Алкоголь. Что-то вроде вашего сверхзаряженного энергона, только у нас бывает разных видов и на любой вкус. И наркотики. Дрянная тема, от них зависимость круче, чем от любых сигарет, с некоторых невозможно сойти. К тому же, на человеческий организм они оказывают пагубное воздействие.       — Зачем же тогда люди потребляют наркотики?       — Для кайфа. Ощущения полета, невесомости. Каждый наркотик действует по-разному. И в погоне за эфемерными чувствами люди готовы отдать все, что у них есть, за дозу. Видела таких однажды.       — Интересные вы. Все больше поражаюсь вашим странностям, — пожав плечами, хмыкнул Мегатрон.       Мэри снова поднялась и пошла к холодильнику. В ячейке для бутылок у нее хранилось охлажденное белое вино. Сухое, не самое лучшее, которое ей притащил «коллега по цеху».       — Это называется вино, — поставив бутылку на стол, начала девушка. — Изысканный, не самый крепкий напиток. Но если выпить бутылку залпом, можно хорошо так опьянеть.       — Ты мне решила провести экскурс по человеческой жизни?       — Если хочешь, можем сидеть и молчать, — язвительно ответил дикий кот. — Не знаю как ты, но я не прочь выпить. Вообще не соображаю после… того, что случилось.              Мэри взяла с полки какой-то стакан, не подходящий для вина, с лёгкостью вытащила пробку, поскольку бутылка была уже открыта и к тому же наполовину пуста, и налила. Желтоватая жидкость наполнила практически весь стакан. Девушка села и сделала два крупных глотка. Вино было терпкое, чересчур сухое, но выбирать не приходилось.       — Разрешишь попробовать? — с любопытством наблюдая за Мэри, спросил Мегатрон.       — Пей сколько хочешь, все равно это вино никуда не годится. Поскорее бы допить.       Мегатрон сделал пробный глоток. Судя по реакции, ему не сильно понравилось.       — Ну как?       — Сверхзаряженный энергон на вкус куда приятнее.       — Я предупреждала.       Повисло молчание. Мэри молча показала Мегатрону, куда скидывать пепел, любезно подвинув стеклянную пепельницу. Он первый докурил, дойдя до фильтра, и неловко потушил сигарету. Девушка с легкой улыбкой на губах наблюдала за его действиями. Все-таки в этом обличье ему было заметно некомфортно.       — Разве тебе уже не пора возвращаться на корабль? — сорвалось с языка дикого кота. Мегатрон смутился.       — Если ты забыла, то я возглавляю десептиконов и поэтому имею право возвращаться тогда, когда пожелаю. И ты сама сказала, что не хочешь, чтобы я уходил. — Кибертронец саркастично улыбнулся.       — Я сказала это не особо задумываясь, — отстраненно парировала девушка. — Уже поздно, я хотела сегодня отдохнуть и выспаться.       Мегатрон поднялся со стула и, размяв затекшие мышцы, продолжил:       — Тогда мне стоит пожелать тебе спокойной ночи и свалить в закат?       — Да. Или будешь спать на коврике, если не захочешь уходить, — ухмыльнулся дикий кот, довольный шуткой.       Десептикон наклонился над столом, оперевшись на обе руки, так, чтобы их лица оказались на одном уровне.       — Не забывай, что мы соулмейты. Если я пожелаю остаться, то буду спать с тобой в одной постели, а не на коврике. И даже не препирайся.       — У меня узкая кровать, не поместишься.       — Не переживай, умещусь, — хищно усмехнулся Мегатрон.       — Нет, вряд ли, — продолжала играть на его нервах Мэри. Ее забавляла реакция десептикона на такие спонтанные выходки.       — Тогда проверим.       Мегатрон выпрямился и направился в сторону комнаты. Дикий кот наконец понял, что беседа явно приняла неправильные обороты из незатейливой и непринужденной к чему-то более обязывающему. Мэри поспешила догнать десептикона, который уже стоял рядом с ее скромным ложем, прикидывая в голове, как бы поудобнее пристроиться.       Ее соулмейт скинул куртку, повесил ее на спинку кровати, близко, но не вплотную, придвинутой к стене, и нахально развалился по центру постели, закинув ноги в тяжелых, массивных ботинках на противоположный бортик. Не забинтованную руку он, согнув, подложил под голову.       — Как видишь, я был прав, — самодовольно скалясь, подтвердил Мегатрон.       — Даже не буду говорить о том, что вдвоем мы точно здесь не уместимся.       — Хочешь и это проверить? — с ноткой пошлости произнес десептикон.       — Пожалуй, откажусь, — чуть сморщившись ответил дикий кот.       — Какие мы недотроги, — недовольно буркнул Мегатрон. Мужчина присел на край кровати, свесив ноги.       Убранство комнаты было таким же незавидным, как и вся остальная квартира. Аскетизм в лучшем своем проявлении: выцветшие, блеклые обои, одноместная кровать рядом с окном, справа — письменный стол с черным креслом, узкий гардероб, несколько книжных полок и огромный чемодан, примостившийся рядом со стенкой. Мэри, чтобы не стоять посреди комнаты, подошла к столу, отодвинула кресло и плюхнулась в него, принимая наиболее удобное для себя положение.       — Твоя прошлая квартира мне нравилась куда больше, — хмыкнул Мегатрон.       — Она обходилась мне дороже.       Между ними повисло молчание. Они расслабились настолько, что стали больше похожи на старых добрых знакомых, которые не виделись уже сотню лет. Но в этот момент дикий кот, неожиданно для самой себя, вновь учуял запах тревоги и беспокойства. Это все тот же Мегатрон, только более тихий и уравновешенный. Сменивший тактику. Но, несмотря на это, она забыла о своих мерах предосторожности. О предрассудках и недоверии. Потому что в тот вечер ей было слишком хорошо, чтобы об этом задумываться.