Часть I. Глава VI. «За всю мою безудержную нежность».

      Они просидели так довольно долго. Может быть, часа два, может, даже больше. Они вели незатейливую беседу. В ней не было никакого сакрального смысла — они обсуждали чересчур общие и заезженные темы, но даже несмотря на это, их взгляды на некоторые вещи кардинально расходились. Мегатрон показался Мэри на удивление приятным собеседником, особенно когда спокойно слушал, не перебивая и не врываясь в речь, и не менее спокойно, без наезда и агрессии, отвечал. Конечно, в диалоге иногда проскальзывали властные нотки, от которых между лопаток пробегала дрожь. Они то подкалывали, то горячо приводили аргументы, которые девушке явно не стоило оспаривать, чтобы не нарываться на конфликт. Дикий кот пытался прощупать почву и разгадать истинные намерения десептикона, но каждый раз утопал в приятной вязкости разговора.       Обычно с ней такого не происходило — за долгие годы у нее накопился опыт общения с самыми разными людьми, начиная от равнодушных, на все согласных флегматиков, которыми было легко помыкать, заканчивая вспыльчивыми холериками, перечить которым было опасно для жизни. Но Мегатрон казался ей темной лошадкой. До этого вечера Мэри была однозначно уверена в том, что он всего лишь жестокий, суровый диктатор, слишком долго находящийся у власти. Тиран, который настолько привык командовать и манипулировать окружающими, что просто не способен на другое обращение с кем-либо. Но вот этот десептикон, разрушивший свою родную планету, сжегший ее дотла, сидит напротив, в ее собственной кровати, в расслабленной позе, с легкой, едва заметной улыбкой, застывшей на обветренных губах. И дикий кот перестал видеть в нем того деспота, каким он представлялся ей долгое время.       Дикий кот наконец бросил мимолетный взгляд на настенные часы, висевшие над дверью. Время перевалило за час ночи. Девушка немного нахмурилась и, что-то быстро обдумав, проговорила:       — А вот сейчас уже точно слишком поздно. — В ее голосе слышалось некое подобие разочарования.       — Я и вправду немного засиделся, — усмехнулся Мегатрон. Десептикон неспешно встал с кровати и сделал пару шагов к девушке, чтобы сократить расстояние между ними до минимума.       Его рука коснулась предплечья Мэри, обхватила его и слегка потянула вверх. Дикий кот, недоуменно вскинув брови, правильно счел жест и поднялся со стула.       — Пожалуй, настало время прощаться, — произнес Мегатрон, не отпуская руку девушки.       — Пожалуй, — утвердительно кивнув, отстраненно ответила Мэри.       — Позволишь на прощание себя обнять? — игриво усмехнувшись, спросил десептикон.       — Не понимаю, зачем тебе это, но, если жизнь не дорога, можешь снова попробовать, — фыркнул дикий кот.       Ухмылка не сходила с лица ее соулмейта, который тут же обнял ее. На этот раз пальцы его левой руки вплелись в кудрявые локоны, ладонь легла где-то в районе затылка. Дикий кот меньше всего на свете любил, когда без разрешения прикасались к его лицу или волосам, но на этот раз, неожиданно для самого себя, не оказал сопротивления. Мегатрон чуть потянул ее голову за черные пряди так, чтобы Мэри подняла глаза и смотрела прямо на его лицо.       — До завтра, — одними губами, чуть растягивая слова, прошептал десептикон.       И прежде чем Мэри успела возразить, что не ждет завтра гостей, а особенно в его лице, он наклонился и впился поцелуем в ее губы. Дикий кот сразу же попытался дернуться назад и увернуться от такого непредвиденного действия: уперся обеими руками в его грудь и с силой оттолкнулся, но Мегатрон, будто бы ожидая именно такой реакции, сжал девушку в железные тиски, вырваться из которых было не так просто. Жесткие, но обжигающе теплые губы десептикона мяли ее собственные, и по телу Мэри прокатилась волна удовольствия. Несмотря на положительную реакцию со стороны своего тела, дикий кот не отвечал на поцелуй и уворачивался от настойчивого соулмейта. Мегатрону это начинало не нравиться, он с силой прикусил нижнюю губу девушки, недовольно рыкнул прямо в поцелуй и, сильнее надавливая на ее затылок, заставил ее все-таки сдаться. Впустив шершавый, влажный язык в свое личное пространство, Мэри в отместку прикусила самый его кончик зубами, однако тут же, чтобы загладить эту ничтожную шалость, самостоятельно взяла на себя инициативу. Она перенесла ладонь к лицу мужчины, которая пристроилась на небритой щеке, но вскоре тонкие пальцы скользнули к его вискам, закутываясь в короткие сероватые волосы.       Когда воздуха стало мучительно не хватать, Мэри поспешила разорвать поцелуй. На этот раз Мегатрон не стал ее удерживать и с готовностью отстранился от нее, давая дикому коту отдышаться.       — Не смей так больше делать. Никогда, — недовольно произнесла девушка, переведя дыхание. Но раскрасневшиеся от поцелуя губы, заставляли десептикона думать об обратном.       — Только не говори, что тебе не понравилось, — лукаво ухмыльнувшись, парировал Мегатрон.       — Надо предупреждать, — буркнул дикий кот, утирая лицо манжетой рубашки.       Мегатрон глухо, гортанно рассмеялся. Низкий смех разлился по комнате. Мужская рука, покоившаяся на затылке девушки, скользнула к ее подбородку.       — Как скажешь. — Пауза. — На этот раз разрешишь?       Изумрудные глаза сверкнули озорным огоньком, который означал красноречивое «да».

***

На следующий день

      Дикому коту предстояла изнуряющая поездка в другой город. Эта новость как гром среди ясного неба успела поразить ее ранним утром, когда отчетливый голос Босса по ту сторону звонка отчеканил, что билеты уже куплены и ей стоит начать собираться. Заспанным, недовольным голосом Мэри буркнула короткое «поняла» и повесила трубку.       Электронные копии билетов любезная секретарша Босса (имени ее дикий кот не помнил, так как рукастых помощниц Босс менял чуть ли не каждые пару месяцев) переслала ей на почту. Вернуться ей предстояло только спустя полторы недели. На удивление девушки, на этот раз ей не поручили невыполнимую миссию — всего-то провести ревизию в отдаленном от столицы курортном городе N, отличавшемся от всех прочих тем, что именно в нем расположилось главное отделение игорного дела Мафии — гремящее на всю страну казино, где беспрестанно крутились рулетки и проигрывались огромные состояния. Роковые красавицы, которые ищут ценителей своей юности, владельцы яхт и сетей ресторанов, на чьих счетах лежит колоссальное количество денег, вальяжные игроки, надеющиеся наконец поймать удачу за хвост, и случайные обыватели, которые, разинув рот, теряли счет времени среди мраморных колонн игорного дома, — всякая публика собиралась в этом роскошном месте. Мафия, состоящая в доле с прочими владельцами этого полулегального бизнеса, ожидала ежемесячно видеть определенную сумму денег на своих счетах, но в этот раз что-то пошло не по плану. Управляющий всем этим богатством увещевал Босса, что в этом месяце чистая прибыль казино значительно снизилась в связи с «не сезоном», мол, грядущий экономический кризис не располагает людей к подобного рода играм. Босс с недоверием отнесся к этой новости и решил отправить свою правую руку, чтобы наиболее точно разведать обстановку, — все-таки игорный бизнес занимал немалую часть доходов Мафии и терять такую золотую жилу было нельзя.       Мэри должна была прибыть в город N через 23 часа 20 минут после отбытия с вокзала — ехать предстояло на поезде. Слава Богу, Босс не поскупился, выделил деньги и выкупил все четыре посадочных места в купе. В противном случае, дикому коту пришлось бы на протяжении суток делить тесное пространство с тремя попутчиками.       До отъезда у девушки оставалось чуть более 5 часов. Проклиная все на свете, и в первую очередь Босса, который мог бы предупредить об этой поездке еще вчера, но предпочел этого не делать, дикий кот начал судорожно собирать вещи, благо, половина из всего необходимого была любезно запакована в чемодан заранее. Осталось лишь сложить одежду и самой привести себя в порядок.       Дикий кот, пройдя в ванную, расчесал непослушные черные кудри, затянул их в привычный тугой хвост на затылке, покрыла слоем лака макушку и, оставшись довольной, занялась одеждой. Несмотря на неряшливую и более чем скромную обстановку в съемной квартире Мэри, ее гардеробу мог позавидовать кто угодно. У нее была личная прачка — знакомая детства, которая от безысходности обратилась к бывшей подруге за денежной помощью. Дикий кот оценил ее великолепные способности в избавлении от самых трудно выводимых пятен и умении приводить вещи в, что называется, «товарный» вид и принял ее к себе на соответствующую должность. Мэри солидно ей платила, поэтому та сохраняла молчание касательно тех подозрительных алых пятен, которые она порой находила на вещах дикого кота.       Совсем недавно Мэри притащила ей практически все свои вещи, часть из которых должна была быть готова к этому дню; дикий кот решил сбегать к своей прачке, чтобы забрать парочку приличных костюмов и взять их с собой в командировку. Этот короткий поход в соседний квартал занял у нее не больше получаса, зато на руках теперь была стопка нижнего белья, три пары брюк, столько же пиджаков и шесть накрахмаленных рубашек. В дорогу Мэри предпочла надеть темно-серые брюки из шерстяного крепа с широкой белой клеткой, пиджак из такого же материала, который шили на заказ в комплекте с этими брюками, белую рубашку свободного кроя и классические черные туфли с чуть зауженным мысом. Брючный костюм идеально на сей сидел, подчеркивая строгий женский силуэт. Дикий кот специальными кожаными ремешками, туго обтягивающими ногу, закрепил на правом бедре ножны для своего кинжала так, чтобы рукоять незаметно выпирала сзади, прикрытая фалдами пиджака. Затем продела в шлёвки ремень с закрепленной на нем кобурой, куда поместила свой револьвер. Оглядев себя в зеркало и состроив довольную мину, означавшую одобрение, Мэри вернулась к чемодану и, сложив все необходимое и тщательно перепроверив все несколько раз, защелкнула на магнитный замок. До отъезда оставалось около трех часов, а вокзал находился в 10 минутах езды от ее дома, поэтому девушка, наконец отдышавшись от торопливых сборов и облегченно выдохнув, прошла на кухню, села на стул, закинув одну ногу на другую, и закурила.       Когда в голове все улеглось и мысли о предстоящей командировке окончательно заняли свое место в ее сознании, Мэри могла спокойно обдумать события прошлого вечера. Отдающие легким ароматом теплых воспоминаний кадры, оставшиеся в памяти после ее общения с соулмейтом, хотелось вечно пересматривать, раз за разом прокручивая перед глазами. Довольная улыбка растеклась по лицу девушки, когда она вспомнила их длительные, затяжные поцелуи. Дикий кот успел погрузиться в свои грезы, как резко вздрогнул от осознания. Она, правая рука Босса Мафии, героиня всех кровавых столичных легенд, с омерзительно удовлетворенным выражением лица вспоминает подобные вещи. Мэри сморщилась, потушила сигарету. «Боже, до чего я докатилась?» — с чувством бесконечного презрения к самой себе подумала девушка. Из необузданного дикого зверя она стала ласковым домашним зверьком. «Но мы соулмейты… Рано или поздно я все равно бы к нему привязалась», — тут же оправдала сама себя Мэри.       Тем не менее, дикий кот отчетливо почувствовал, что опостылевшая пустота внутри нее начала постепенно заполняться совершенно новым, незнакомым чувством. Мэри не жила, а скорее, просто существовала. Ничто ей не приносило удовлетворения, и она невольно начала искать радость в своих садистских наклонностях. Дикий кот внушил себе, что маргинальный образ жизни делает ее поистине счастливой… Потому что других перспектив у нее и не было. Обрисовать нынешнюю ситуацию как выгодную ей самой было намного лучше, чем предаваться страданиям и мучить саму себя. В Мафии девушка хотя бы частично чувствовала себя членом сплоченного коллектива, завоевала в нем авторитет, который лелеял ее эго. Упивалась той властью, которую имела благодаря завидному положению в криминальной организации. Но сейчас перед глазами начала обрисовываться цель, принимающая черты ее соулмейта. Человеческий облик Мегатрона снова возник перед глазами, тут же растаяв, словно бесконечно далекий мираж.       Мэри приняла решение все-таки предупредить десептикона о своем отъезде. И чтобы лишний раз потешить свое самолюбие, она решила сделать это через Кейт, соулмейта Старскрима. Эта эгоистичная дурочка, какой ее считал дикий кот, сейчас наверняка прохлаждается на Немезиде: Мэри «придется» лишний раз потревожить ее покой, а заодно больно уколоть, коснувшись темы их прошлой встречи. Девушка набрала ее номер. Послышались гудки, вскоре сменившиеся фразой, от тона которой дикого кота покоробило: «Алло. Кто это?»       — Моя милая Кейт, это я, твой страшный сон, — беззвучно смеясь в трубку, ответила Мэри.       — Твою мать… — прошипела Кейт. — Чего тебе надо, дикое отродье?       — Ну-ну, зачем же с такой злобой. Я с миром. — В другой ситуации Мэри точно была бы менее лояльна по отношению к этой наглой хамке, но сейчас девушка пребывала в слишком хорошем расположении духа, чтобы проявлять агрессию. — Я могу тебя попросить об одном одолжении?       — Вырыть тебе могилу и заодно заказать гроб? С превеликим удовольствием.       — Повремени с этим, ma chère, твои ритуальные услуги мне пригодятся еще не скоро. Это касается Мегатрона.       Кейт резко замолчала, но через несколько секунд все же ответила, на этот раз очень спокойным и сдержанным тоном:       — Слушаю.       — Если он на Немезиде, передай ему, чтобы приехал ко мне. Он все поймет, можешь не напрягаться и не разъяснять. И умоляю тебя, не задавай лишних вопросов, просто сделай так, как я прошу, без самодеятельности.       Дикий кот сам положил трубку, не дождавшись ответа. Мэри была уверена, что Кейт не рыпаясь все передаст — не решится сейчас отомстить за простреленную ногу. Единственное, что оставалось девушке, это просто ждать.       Чтобы хоть как-то скоротать время, дикий кот потянулся еще за одной сигаретой. «Пора бросать», — подумала девушка, но тут же себя одернула: слишком уж ей нравилось это занятие, да и курила она уже очень много лет, чтобы именно сейчас об этом задумываться. Проблемы с легкими ее пока не мучили, поэтому повода для беспокойства Мэри не видела.       Блаженно затянувшись, она откинулась на спинку стула. Вычищенный до блеска пиджак после чистки уселся, поэтому немного жал в плечах. Наконец Мэри встала и, неспешно переваливаясь с ноги на ногу, дошла до своего гардероба. Открыв дверцу, она любовно оглядела оставшуюся там парочку костюмов, провела рукой по рукаву одной из рубашек, ощупывая легкую льняную ткань. Обычной, повседневной одежды у нее практически не было, так как она редко выходила из дома по своим личным делам. Было только пару растянутых спортивных штанов и укороченных футболок, в которых она ходила по квартире, когда ей предоставлялась возможность провести пару дней дома. Захлопнув гардероб, Мэри посмотрелась на себя в зеркало, которое занимало его левую створку: на нее смотрела уставшая девушка с осунувшимся, мрачным лицом. Зато в дорогом, лоснящемся костюме.       — Для чего я тебе вдруг понадобился так срочно?       Дикий кот вздрогнул. Прямо позади нее стоял Мегатрон, который уже успел перенестись с Немезиды не без помощи земного моста.       — Я уезжаю. На полторы недели. Хотела предупредить, — отчеканила Мэри. Ей казалось немного странным отчитываться перед десептиконом о своих передвижениях по стране, но дикий кот чувствовал острую необходимость поставить соулмейта в известность.       — И куда ты едешь?       — По делам Мафии.       — Мне кажется, я спросил место, а не причину поездки, — отрезал Мегатрон, подойдя ближе к девушке. Мэри смутилась. Она засомневалась в правильности принятого ранее решения. Может быть, весь вчерашний вечер был фарсом, иллюзией…? Или она себя лишний раз накручивает?       Девушка, немного замявшись, назвала место. Мегатрон едва заметно нахмурил брови.       — Хорошо, можешь ехать.       Дикий кот опешил. Он разрешил ей ехать? Мэри возмутилась. С каких пор он решает, что ей можно делать, а что нельзя? Сжав руки в кулак, девушка выпалила:       — Кажется, я не спрашивала у тебя разрешения на то, чтобы уехать. Я лишь поставила тебя в известность, чтобы не возникало лишних вопросов.       Десептикон сдавленно рассмеялся.       — Знаешь, ты очень забавно на меня злишься, — улыбаясь, выдал Мегатрон. — Надо бы почаще тебя чем-нибудь раздражать.       Дикий кот смутился. Будучи по натуре довольно вспыльчивым человеком, девушка еле удержалась от того, чтобы не начать пререкаться с соулмейтом. Сжав волю в кулак, Мэри всего лишь проскрежетала:       — Да иди ты к черту.       Но в глазах Мегатрона эта фраза звучала более чем умилительно. Развернувшись на каблуках туфель, Мэри отвернулась от десептикона, уже собираясь поднять чемодан с пола на кровать и еще раз со свойственной ей порой щепетильностью проверить его содержимое, как десептикон одной рукой схватил ее за талию и прижал к себе спиной.       — Если ты звала меня для того, чтобы послать куда подальше, можешь не стараться, твои угрозы на меня не действуют.       Руки у Мэри, несмотря на крепкий захват Мегатрона, оставались свободными, поэтому девушка потянулась к кобуре. Вытащив молниеносным движением огнестрел, она для острастки поднесла дуло к предполагаемому местоположению головы десептикона.       — Так значит, — произнес Мегатрон и развернул девушку лицом к себе. Он схватил дикого кота за запястья и поднял их кверху. Мэри заливисто засмеялась. — Что у тебя за привычка махать у меня перед носом оружием. Смотри, доиграешься когда-нибудь.       Дикий кот, не переставая, смеялся. Весь флёр сдержанного оперативника Мафии сразу улетучился. Перед Мегатроном стояла обычная девушка двадцати семи лет, которая отличалась от многих других лишь тем, что она была донельзя счастлива.