3

      Утро выдалось туманным и зябким — в этой неприятной сырости виновата была, вероятнее всего, близлежащая река — однако Ирай от планов своих решил не открещиваться, оправданий себе больше не искать и стал настраиваться на долгую дорогу. Лесная прохлада задремать ему не дала, с за ночь нагретого места подняла да делами заниматься вынудила — хотя коню его верному, вороно-чалому, не больно-то туман помешал фыркнуть и на прежнем месте остаться.       Потянувшись хорошенько, мышцы слегка размяв, Ирай вспомнил, что никаких подарков для гордеца Гавана у него нет, а покупать их в родной деревне было бы верхом глупости. Смысл привозить из двухгодичного путешествия сыр, в соседнем доме на обереги выменянный? Гаван его к месту пригвоздил бы взглядом, насмехающимся и острым, а такого стыда косторез переносить не хотел.       Вздыхая так преувеличенно и ругая себя на чем свет стоит, Ирай поплелся к речке умыться и мысли в порядок привести. Уже смотря на своё отражение в прозрачной воде, он понял, что может попробовать рыбой учителя задобрить — в Долкоре мужики рыбачить ходят раза два в неделю, а иногда и того меньше, если мяса хватает. А кому ж не понравиться парочка карпов, в это же речонке плавающих? Многим, наверное — рыба ведь так, на любителя — но Гаван, в памяти хранящий и треск костра, и шум ручьёв, и щебетание птиц, на дальних ветвях устроившихся, с удовольствием похлебает суп рыбный, в котелке сваренный.       Довольный своей находчивостью, Ирай сбегал быстро за сетью, скинул рубаху, сапоги и в воду полез. Та оказалась ледяной, до костей холодом пробирающей, но косторез другого и не ждал, поэтому время терять не стал и сразу на проплывающую рядом рыбу нацелился. Вначале дела у него не очень хорошо шли, но со временем он приловчился и спустя семь нырков в сети держал двух карпов, своё недовольство явно проявляющих. Решив ещё одну рыбёшку поймать, косторез в воду заныривает в последний раз.       Третьего карпа в сеть закинув и уже воздух свежий вдыхая, Ирай не понимает, что произошло: со всего маху в спину ему что-то врезается, и, обернувшись, он натыкается взглядом на человека, вновь под воду погружающегося. В следующую же секунду Ирай рывком этого безумца на ноги возвращает и за локоть от очередного падения удерживает. Недоумённо наклонив голову, он с интересом и невозмутимым любопытством взирает на девушку, от воды откашливающуюся, и ни слова не издаёт. Потревоженная вода вокруг тем временем потихоньку успокаивается.       — Здесь опасно, — хрипит сдавленно незнакомка спустя минуту почти непрерывного кашля.              Ирай сдержать себя не успевает: брови удивлённо приподнимаются, а взгляд сам скользит по влажной ткани на плечах девушки, едва выглядывающих из воды.       — Верно. Зачем тогда полезла? – спокойно отвечает он, с места ни на шаг не сдвигаясь.       — Я думала… ты поскользнулся или русалки… из-за тумана неясно было. Решила, что ты можешь быть ребёнком, — через слово задыхаясь, выдаёт девушка, уверенность теряя, и позже морщится, понимая, что несёт чушь, но Ирай ей подыгрывает, головой кивая и губы задумчиво сжимая:       — Действительно. Из-за тумана могло и показаться, — но перебороть себя у него не получается, и в конце концов он снисходительно улыбается: — Но поверь, юнцом я перестал быть давным-давно.       Девушка оцепенение стряхивает, но косторез уже демонстрирует свой улов, левую руку из воды подняв, и решает объяснить:       — Я ловил рыбу.       Он нагло улыбается, наблюдая как рот собеседницы резко захлопывается. Веселясь от вида этой самоуверенной девицы, Ирай чувствует мурашки, по груди и плечам пробегающие, и замечая, что девушка начинает от холода трястись, кидает:       — Пойдём, — и уверенно её обходит, широкими шагами к берегу направляясь.       Замешкавшись, девушка на камне неудачно поскальзывается, однако на ногах удерживается. Но Ирай, волну брызг спиной почувствовав, оборачивается и руку протягивает.       — Берегись, ведь здесь опасно, — с вежливой улыбкой передразнивает он незнакомку.       Та на издёвку внимания не обращает и с уверенностью за ладонь хватается. Ирай пальцы её аккуратно стискивает и так же спокойно продолжает путь к берегу. Девушка молчит, но взгляд ему спину жжёт, а он делает вид, что этого не замечает. Пусть смотрит, ему ж не жалко.       Когда они выходят из воды, одежда к телам неприятно липнет, фигуры облепляя. Девушка моментально глаза поднимает и больше их не опускает, но Ирай, повернувшись, без капли стеснения изучающим взглядом по её рубахе и сарафану проходится. Она протесты сдерживает и в глаза его смотрит.       — Пойдём, я собираюсь развести костёр, — меняется косторез в лице и, ответа не дождавшись, идёт вниз по течению к своей временной стоянке.       Обувь и кинжал, впопыхах брошенные, подобрав, незнакомка спешит следом, а Ирай, её недоверие и замешательство чуя, лишь усмехается незаметно.