Часть 2. Ещё не конец

      Майки открыл глаза первым. В голове смутно всплывали обрывки последних событий: в кустах лежат тела Хаккая и Чифую, Доракена снова ранили в живот, на этот раз смертельно.       — «Потом я… спрыгнул с крыши? Но там были братья Хайтани… неужели полиция спасла их?» — не обращая внимание на пульсирующую боль в голове, Манджиро подорвался с места, оглядываясь вокруг.       Первыми в глаза бросились «Свастоны». Парень удивился тому, что они лежали не в луже крови, а чистые, здоровые, в фирменной форме Свастики.       Следующие детали, зацепившиеся за взгляд, оказались люди «Поднебесья». Изана и братья Хайтани лежали неподвижно, не подавая признаков жизни.       Майки думал отходить в сторону, к своим ребятам, но увидел, как грудь Изаны начала еле заметно вздыматься вверх. Он бы не заметил этого, не будь так сосредоточен именно на нём.       Блондин подбежал к парню, судорожно поднимая его голову, чтобы через секунду опустить на свои колени.       — Изана… очнись… — красные серьги аккуратно легли на колени Сано. Ресницы Курокавы дрогнули, глаза начали медленно открываться.       В надежде, зрачки Майки расширились в два раза, заполняя белочную оболочку чуть ли не до конца.       Позади слышалось шуршание травы, одежды. Кто-то окликнул Майки, но ему было не до этого.       Курокава полностью раскрыл очи, с беспокойством оглядывая Манджиро.       — Разве я не… умер? — слова давались с трудом, с хрипотцой в голосе, но выдавить из себя эту заветную фразу он смог.       Сано задумался, отводя взгляд на зелёную траву, всё ещё влажную после дождя.       Блондин оглянулся, а Изана следом. «Свастоны» в недоумении сидели на корточках, прожигая дыру в спине Сано. Первым голос подал Такемичи.       — Почему мы живы?       — Вы когда-нибудь слышали про… попаданчество? — Чифую сидел в середине воображаемого круга из людей, заинтересованно рассматривая пейзаж поляны: вороны, до этого пархающие в небе, теперь расселись на голые деревья, перекаркиваясь между собой, наблюдая на чужаками.       — О чём ты говоришь? Какое попаданчество? — Доракен залез руками под форму, оглаживая пресс. В следующую секунду на его лице отразилось недоумение. — Где шрам от ножа, который оставил Ханма?       — Уже зарос, — Шуджи засмеялся со своей остроумной шутки, как после долгого сна растирая опухшие глаза.       Майки убрал голову «брата» с колен, вставая. Теперь ему предстояло оглядеть весь ряд выживших: вот сидит Ханагаки, собирая в руке букетик коротких травинок. Чифую судорожно пытается найти свою книгу, утерянную во время боя. Хаккай сидит рядом с Мицуей и не может нарадоваться, каждую секунду повторяя «Таканчик!», как на автомате. Размышления прерывает Кисаки.       — Хината?.. — услышав знакомое имя, Такемичи поднял голову и обернулся, глазами пытаясь найти носителя этого имени.       — Хина! — Ханагаки подорвался с места, едва не падая от такого порыва эмоций, но всё-таки добежал до своей цели. Кинулся в объятия Тачибаны, крепко-крепко обнимая хрупкое тело девушки.       Кисаки смотрит с болью и завистью в глазах. Только хотел что-то сказать, как на плечо легла крепкая татуированная рука.       — Не сейчас. Потом, — Ханма улыбкой пытался передать своё прекрасное настроение, но Кисаки смотрел на счастливую пару ещё несколько секунд, а после отвёл взгляд, чтобы не дать волю эмоциям на публике.       Инуи давно увидел Коко, сидящего на достаточно далёком от него расстоянии, но не решался подойти к парню, дабы не поднимать тему смерти.       Коко, почувствовав на себе взгляд, обернулся, завидев в нескольких метрах белую макушку, которая откровенно пялилась на парня.       Долго не размышляя, Хаджиме поднялся со своего местечка и подошёл к Сейшу.       —… как чувствуешь себя?       — Странный вопрос, Коко. Ты убил меня.       — Если тебе станет хотя бы немного легче, то через секунду я прикончил и себя, — Инуи лишь цыкнул на его эгоистичные слова.       Кинув на Коко короткий, презрительный взгляд, парень подошёл к Такемичи и Хинате, которые совсем забылись со всей этой суетой вокруг, и сейчас просто рассматривали облака, выискивая на них причудливые узоры.       — Инупи…       — Вернёмся к моему вопросу, — Чифую подошёл к Майки, по дороге отряхивая руками форму от грязной после дождя земли. — Для начала нам следует разобраться с тем, куда мы попали и как это случилось.       — И как ты предлагаешь это сделать? — послышался из толпы голос Мицуи.       — Из этой поляны должен быть какой-то выход. Сразу после его нахождения, мы пойдём в людное место, расспросим кого-нибудь об этом мире, а после обсудим всё в ближайшем кафе, — Мацуно гордо вскинул подбородок, подмечая, что он прирождённый лидер.       — Может вы не заметили, но позади нас лес. Там наверняка есть выход.       — Всегда знал, что «Свастоны» — глупцы.       Обратившие на себя внимание, Хайтани устало улыбнулись чужим взглядам.       — Вы тоже мертвы! Как так вышло? — спохватился Майки, не веря своим глазам.       — Ну, если коротко, мы были единственными выжившими по прибытию полиции. Увидев кровавые горы трупов, они решили, что всех убили мы.       — Да, а потом они застрелили и нас, как особо опасных преступников, не выясняя ничего, — перебил Ран младшего.       — Это, конечно, очень забавно, но может мы уже пойдём? — подал голос Доракен, рукой указывая на их единственный выход — тёмный лес, который должен таить в себе немало тайн.

***

      — Мицуя, ты видел это?! — Хаккай указал трясущимся пальцем на пробегающего мимо паука, размером с его голову.       — Господи, в какие джунгли мы попали? — Доракен рассёк рукой высокую траву. Внимание на кровь он уже не обращал, — привык разбивать людям лица, так что какими-то паучками и ядовитой травой его не испугать.       Майки с Хайтани шли впереди. Братья предугадывали дорогу, ведя всю компанию в нужном к выходу направлении.       Чифую пытался поспевать за Кеном, объясняя ему про перерождение.       Вдалеке показались старые постройки и домики. Ран переглянулся с Майки.       — Ребята, мы нашли выход, — не раздумывая, Хайтани одновременно кинулись вперёд, царапая лицо и тело о ветки деревьев.       Как только все подошли ближе к так называемому «месту спасения», Такемичи приобнял Хину за плечи, наперёд защищая её от всей возможной опасности. В этот раз права на ошибку у него нет.       — Куда делся ваш прежний пыл? Ноги в руки и вперёд, — Коко сделал смелый шаг вперёд, с вызовом оборачиваясь на остальных «Свастонов», которые явно не собирались вламываться в чужие дома.       — Дело говорит, — Рюгудзи поддержал идею и встал рядом с Хаджиме. Вскоре подтянулись и остальные.

***

      Обе группировки уже успели обойти достаточно домов, рассказывая пожилым о своей проблеме, но все их прогоняли, посчитав за сумасшедших.       — Что мы делаем не так? — задумался Майки.       — Ты ещё спрашиваешь? Вы же, черт возьми, прямо сказали людям, что у вас с головой не всё в порядке. А если бы у них инфаркт от такого случился? — Доракен шёл впереди, вымещая свою злость на камушке, пиная его ногой не меньше пяти минут. Остальные и не думали перебивать его, чтобы их лицо не оказалось тем самым камнем.       — Успокойся, найдём мы какого-нибудь понимающего человека, — сзади подошёл Ханма, дружески постукивая Кена по спине.       — Я тебя ещё не простил за то, что ты убил меня, — под прожигающий взгляд Рюгудзи, парень отстал.       Инуи шёл в каблуках, отставая от общей массы людей, прихрамывая.       — Тебе ведь больно идти, почему не снимешь? — вмешался Коко.       — Не идти же мне по грязной дороге босиком.       — Почему нет? Я устал смотреть на твои попытки делать вид, что всё в порядке, хотя это совсем не так! — Хаджиме повысил голос, из-за чего на них вопросительно уставились члены группировок.       — Когда мы успели перейти с разговора о моих ногах на разговоры про прошлое? — еле слышно сказал Инупи, отворачиваясь от собеседника, заканчивая их неловкий диалог.       Коко отвечать не стал — уставился на малиновый закат, наслаждаясь слабыми порывами ветра, изредка закрывая глаза и хмурясь на разрушающие тишину разговоры Мацуно и Доракена, который всё пытался доказать второму бессмысленную, на взгляд Коко, вещь.       — Посмотрите на этот дом, — Майки указательным пальцем тыкнул на старый дом, выполненный в средневековом стиле.       — Ты уверен, что там ещё кто-то живёт? — уточнила Хината.        Рыжие стены снаружи покрывал густой слой мха, отчего сразу и не поймёшь, какой сейчас век.       — А вдруг это действительно дом из средневековья? А вдруг сейчас средневековье? А вдруг…!       — Успокойся, — Доракен ударил в плечо Мацуно, прерывая поток его мыслей. — Уверен, нас занесло не настолько далеко.       — Хватит ныть, зайдём же, — Ран выкинул на дорогу палку, которая заменила ему телескопку, и направился к чужой собственности.       — Эй, братец, ты уверен, что стоит так внезапно заходить в чужой дом?       — А? Риндо? С каких пор ты стал такой паинькой? Боишься, что внутри будет сильный волшебник, который превратит тебя в циркового медведя? — старший оскалился, смотря на брата снизу вверх. Непривычно видеть их такими разъединёнными, ведь обычно они представляют собой сплочённый дуэт с синхронными движениями.       «Свастоны» переглянулись между собой, и тут же последовали за открывшими массивные двери Хайтани.       — Выглядит жутко, — прокомментировал Мицуя, проходя на кухню.       Повсюду были расставлены пробирки с неизвестным содержимым. Рисковать парень не думал, поэтому оставил своё любопытство при себе.       — Это что, скелет кота? — Коко сморщил нос в отвращении.       — Ого, тут и впрямь живёт какой-то волшебник. Будто в мир Гарри Поттера попал, — Чифую был единственным, кого происходящее ничуть не отталкивало, даже наоборот, все эти чудные и мерзкие штучки привлекали его внимание.       Его блестящие от восторга глаза не останавливались на одном предмете — он пытался разглядеть каждую малейшую деталь этого необычного дома.       — Ой! — воскликнул Изана, замечая в дверном проёме черную собаку, позади которой стоял мужчина средних лет.       — Хина, постарайся выбежать на улицу. Если нас долго не будет — ищи помощь, — Такемичи закрыл своим телом Тачибану.       Мужчина продолжил стоять в дверях, хмуро поглядывая на чужаков, но пока не собирался ничего делать. Зато его собака уже была на пределе.       Доракен закатал рукава формы, боясь испачкать, готовый в любую секунду броситься на неизвестного.       Риндо стал нащупывать в карманах оружие, хотя бы маленьких ножик, но брат его остановил.       — После перерождения у нас не осталось никаких вещей, придётся защищаться руками, — он мягко отодвинул брата в сторону, лёгкой походкой приближаясь к мужчине.       — Перерождения? — впервые подал голос прибывший. От удивления его брови поползли вверх.       — Эй, Такемичи, а вдруг он что-то знает?       — Откуда ему знать про это… как его… перерождение? — шёпотом переговаривались Доракен и Ханагаки.       — Пожалуйста, давайте присядем и поговорим обо всём? — хозяин дома легонько пнул собаку ногой, чтобы та не вздумала кидаться на людей, и морщинистой рукой указал на стол. — Я знал, что этот день настанет.       Настроенный на бой Ран явно был не в восторге от идеи «присесть и спокойно всё обговорить», но под серьёзные взгляды «Свастонов» у него не осталось выбора.       — Может, вы голодны?       — Да!       — Нет.       Такемичи посмотрел на Доракена со смесью удивления и злости, озадаченный его отказом.       — Мы сюда не кушать пришли.       — Ну, раз вы не голодны, — на эти слова Ханагаки лишь тяжело вздохнул, показывая тем самым своё недовольство по поводу высказывания Кена. — я готов вас слушать, — ребята удивлённо переглянулись, не зная, с чего начать.       — Начну с того, что сначала мы умерли в битве. Дальше никто из нас не помнит подробностей, но мы каким-то чудом оказались здесь, — Майки взял на себя инициативу за рассказ.       Хозяин дома тяжело вздохнул, на миг прикрывая глаза. В этот же момент в дом тихо зашла Тачибана, аккуратно выглядывая из-за угла.       — Вас долго не было, вот я и решила проверить… — Ханагаки подошёл к девушке, приобнимая за плечи, успокаивая.       — Так что там с нашей проблемой? — нетерпелось узнать Рану. Хозяин лишь укоризненно на него посмотрел, но увидев, что парень его не боится, вздохнул и начал свой рассказ.       — Согласно одной Библейской притче, Господь дал Моисею десять заповедей о том, как надлежит жить и относиться к Богу и друг другу. Моисей нарушил две из этих заповедей, за что был убит.       Первая заповедь гласила: «Не сотвори себе кумира и никакого изображения; не поклоняйся им и не служи им». Моисей ослушался его, выбрав тёмный путь. Путь Сатаны.       Вторая заповедь гласила: «Не убий». Моисей вновь ослушался его, в этот раз без надежды на прощение, а потому был убит. Только вот он получил вторую жизнь. Суть этой жизни была в том, чтобы прожить её за то существо, которое он и убил. Но при этом не зная, что и его убьют со временем. Он должен был прожить спокойную вторую жизнь, пока не настанет тот день, когда он поплатится за свой грех, — все слушали внимательно, не перебивая мужчину. Когда он закончил свою речь, первым задал вопрос Такемичи.       — То есть мы должны прожить чужую жизнь, чтобы потом умереть вновь?       — С вами всё не совсем так. Сказание не было подтверждено, но со временем, примерно в 1793 году, его начали менять и вносить свои догадки и детали, поэтому сейчас очень тяжело проверить подлинность этой легенды. Только если вы пройдёте весь этот длинный путь, то сможете узнать настоящую правду. Вы избранные.       — Хорошо, с этим разобрались. Но что нам теперь делать в незнакомом мире, чтобы узнать правдивость вашего рассказа?       — Вам следует отправиться в Хогвартс, чтобы узнать дальнейшие действия.       — Куда? — Ханма скривился, откидываясь на диван и раскидывая руки по обе стороны от своей головы. Мысль о неком «Хогвартсе» его совершенно не вдохновляла, если там не придётся драться.       — Это школа чародейства и волшебства. Сообщите Дамблдору свою историю, но никому более. Он единственный, кто сможет вам помочь.       Майки переглянулся с ребятами. Один лишь Чифую был в восторге от происходящего, и Доракен, заметив его горящие интересом глаза, уже вкушал вкус рассказов про этот мир и его любимую книгу, в которую они попали. И вкус у этого всего был приторный, заезженный.