ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Пытаясь отдышаться после перемещения, девушка ухватилась за забор дома тётушки. После использования портала у Греты всё ещё было ощущение, что её протащили через пресс. В доме не горел свет, только дорожка, ведущая к парадному входу, сверкала фонарями. Маргарет выхватила палочку и настороженно коснулась ладонью ворот. Ковку окутало знакомое сияние, и створки приветливо распахнулись. Особняк по-прежнему принадлежал её семье, а значит, пустовал он не по причине нападения. - Юная хозяйка вернулась! Кики рада видеть хозяйку! – стоило Грете поставить ногу на порог, как появилась счастливая домовиха. Её большие жёлтые глаза были влажными, а нос-пуговка чуть опух. - Ты плакала. Что-то случилось с тётей? – встревожилась Маргарет, заходя в дом. - Нет, беды нет, мисс хозяйка! Кики глупый эльф, Кики просто плакать, без причины, – эльфийка шумно высморкалась в кусок какой-то тряпки и тут же спрятала его. – Пока юной хозяйки не быть – не быть и новостей в доме. - Кики, где тётя и куда запропастилась Нэн? – увеличив свои вещи до обычного размера, нахмурилась Эйваз. – Блэк исчез… - Старшая хозяйка забрать Нэн и идти следом за лордом Блэком. Хозяйка велеть Кики смотреть за домом, ждать мисс юную хозяйку. Кики исполнять приказ, – лопотала домовиха, вцепившись длинными пальчиками в уши. – Кики не знать ответа, хозяйка, мисс. - Лорд Блэк… Он опять сбежал? – воскликнула Грета, всплеснув руками, из палочки посыпались искры, отражающие возмущение волшебницы. Слизеринка решительно их стряхнула на мраморный пол холла и взяла себя в руки. Не хватало только стихийного выброса. Девушка направилась к лестнице, ей нужна была её книга, чтобы разобраться с происходящим. – Когда он ушёл? - Лорд Блэк не сбегать. Он уйти сразу, как юная хозяйка уехать. Лорд Блэк говорить, что «вернуться в домашний склеп». Хозяйка Мария плакать много-много, потом долго-долго говорить с лордом Блэком по камину и тоже уйти, – причитала Кики, едва поспевая по ступенькам следом за Маргарет. – Старшая хозяйка говорить с лордом Блэком о злом волшебнике и войне. Кики бояться, так бояться! Хозяйка Мария взять с собой Нэн и велеть Кики смотреть дом и уйти. Кики смотреть дом и ждать юную мисс хозяйку. Маргарет с чувством выругалась и прислонилась спиной к стене коридора, так и не дойдя до своей комнаты. Всё было даже хуже, чем девушка могла предположить. Блэк втянул Марию в очередную авантюру, только на этот раз ставки были намного выше. Из сбивчивых объяснений Кики Грета поняла, что беглый каторжник вернулся в свой дом в Лондоне, а тётя пошла за ним, так как переубедить этого упрямца не представлялось возможным даже в теории. - Кики, подай ужин в столовой через два часа, пожалуйста. Ты молодец и всё сделала правильно, – Маргарет рассеяно погладила домовиху по лопоухой голове. – Тётя Мария скоро вернётся, не волнуйся. Эльфийка шмыгнув носом напоследок, с лёгким щелчком испарилась со второго этажа, выполняя распоряжение хозяйки. Маргарет, наконец, добралась до своей комнаты и, не раздеваясь, упала на кровать лицом вниз. Полежав в таком положении, пока не начала задыхаться, девушка. Взмахнув всё ещё зажатой в руке палочкой, Грета призвала свой учебник по истории, и, приподнявшись на локтях, взяла книгу в руки. Уже с первых страниц, девушка поняла, что дела обстоят крайне плачевно. Поттер снова попал в передрягу, на этот раз с непосредственным участием пары дементоров, от которых мальчишка едва сумел отбиться. Эйваз малодушно порадовалась тому, что с гриффиндорцем её больше не связывает Непреложный Обет, иначе её каникулы были б безбожно испорчены. На четвёртую ночь, считая с сегодняшней, Поттера должны были забрать из дома тёти и дяди. Сверившись с часами, Маргарет только вздохнула – в данный момент Избранный не давал себе труда даже помыслить о том, что всё происходящее делается с какой-то целью и отнюдь не из желания причинить, ему, такому уникальному и неповторимому, неудобства. Мучась от бессильной злости, Поттер наворачивал круги по своей спальне, мучаясь в неведении. В какой-то момент Маргарет даже стало жаль юношу – быть лишь орудием в руках хитрого манипулятора и не знать даже ничтожной малости – бесспорно, неприятно и даже страшно. Но сочувствие к гриффиндорцу быстро улетучилось, ведь Поттер даже не стремился приложить хоть немного усилий, чтобы разобраться в сложившейся ситуации. Грейнджер, чтобы вложить в пустую поттеровскую голову здравые мысли, не было – она наслаждалась летом в компании возлюбленного и Грета очень надеялась, что самая умная ученица Хогвартса всё-таки осознаёт необходимость контрацепции, в конце концов, она выросла в семье маггловских врачей. Без разумной части Золотого Трио у Поттера были все шансы не дожить даже до начала учебного года. Отвлёкшись на мысли о Поттере и его неуместной вспыльчивости, Маргарет пропустила момент, когда в холле хлопнула входная дверь. Сорвавшись с места, Эйваз едва ли не слетела вниз по лестнице, остановившись лишь на последней ступени. У самого входа стояла растерянная тётя, в чьих больших серых глазах отражалось недоверие и удивление. - Грета? – удивлённо выдохнула женщина, во все глаза, рассматривая племянницу. – Когда ты вернулась? - Только что, тётя, и была удивлена не застав Вас. Что-то случилось? – уняв ярость, спросила Грета, подойдя к родственнице и с тревогой заглянув в её осунувшееся лицо. Мантия Марии пропахла дымом сигарет и «Огдена», что лучше любых слов говорило о том, где и с кем проводила время волшебница. - Ты не сердишься на меня? Я совсем забыла про время… – покаянно вздохнула Мария, опустив взгляд. – Вам не за что извиняться. Я понимаю, – чуть заметно улыбнулась девушка и взяла ладони тётушки в свои. Руки у немки были холодными. Уведя родственницу в гостиную и усадив на диван, слизеринка, наконец, немного успокоилась. С тётей всё было относительно в порядке. – Что с Блэком? - Он в страшной ярости – ты, наверное, не знаешь, – на Гарри Поттера напали сегодня. Дементоры. Тот человек, который был приставлен к мальчику куда-то ушёл. Гарри едва не погиб. Сириус хотел немедленно забрать крестника к себе, но Дамблдор не позволил. Его ведь ищут, хотя ты это и сама знаешь. Я вырвалась только сейчас, думала, успею тебя встретить… – голос волшебницы сорвался, и она пристыжено замолчала, комкая в кулаке платок. – Я очень боюсь за Сириуса. Он вернулся в родительский дом, а это место ужасно. В нём даже находиться тяжело, всё обветшало и стало напоминать кладбище. Ещё его матушка… мир её праху. Эйваз выдохнула резче, чем ожидалось. В памяти вспыхнули короткие картинки видений старого дома, его обшарпанных стен и атмосфера общего увядающего величия. Отрубленные головы домовиков по стенам и старые лестницы. Мрачная в своём застывшем великолепии библиотека, похороненная среди всей этой разрухи и огромное число артефактов. За их образ и зацепилась Маргарет. Ей нужно было узнать о своём крёстном отце и его талантах. В прошлом году один совершенно безумный в своей преданности Пожиратель Смерти сказал, что она на него похожа. Даже из простого любопытства следовало бы разжиться хоть какой-то информацией кроме старых газетных сводок и отрывочных воспоминаний других людей, веры которым, к тому же не было. Кроме всего прочего, дом на площади Гриммо имел большое значение, не только для самого Блэка, но и для многих других магов. Маргарет нахмурилась и сжала виски пальцами, будто стремясь выдавить нужное воспоминание. - Блэк ведь вернулся не только домой, не так ли? Иначе с чего бы ему так слушать Дамблдора? – уточнила Грета, выпрямившись. В её зелёных глазах отразилась такая злая решительность, что Марии, будь она чуть более внимательна к племяннице, следовало бы задуматься над причинами. Но, погружённая в свои мысли и переживания о возлюбленном, женщина ничего не заметила. - Прости, я не могу рассказать тебе об этом, Маргарет. Это не из-за недоверия, поверь! Это опасно, то чем мы все заняты. К тому же, я клялась хранить всё в тайне, – виноватый излом тёмных бровей придал красивому и обыкновенно строгому лицу фройляйн Мейер какое-то трогательно-растерянное выражение. Складывалось впечатление, что она сама не до конца понимает, во что ввязалась. – Не проси меня об этом, пожалуйста. Я не смогу тебе ответить, Грета. В глазах у Эйваз потемнело от сдерживаемой ярости. Она взвилась на ноги, едва сдерживая порыв залепить тёте отрезвляющую пощёчину, чтобы та, наконец, пришла в себя. У Маргарет складывалось впечатление что её рассудительную, мудрую "тётю Марию" кто-то околдовал, столь нелепо звучали все её слова. - Не нужно мне ничего рассказывать! Я и без Ваших слов знаю, что Блэк втравил Вас, тётя, в этот… Орден Феникса. Я ненавижу его за это и презираю! Большей беды этот мужчина принести в этот дом не мог! Это самый, я подчёркиваю, самый безрассудный поступок Блэка со дня смерти Поттеров! – наконец, вспылила слизеринка, схватившись за волшебную палочку, словно желала немедленно наброситься на сумасбродного глупца, напрочь лишённого чувства ответственности и самосохранения. – Он должен защищать Вас, Мария, а не звать на войну. Он ведь говорит, что любит! Неужели его пустую голову ни разу не посещала такая простая мысль, как понимание, что противостояние Тёмному Лорду влечёт за собой последствия?! Вы можете погибнуть на одном из заданий, тётя! И ни он, ни Дамблдор, ни весь этот треклятый Орден никогда не исправят случившегося. Они уже проворонили Поттеров, Лонгботтомов и, Мерлин знает, сколько ещё волшебников! - Не кричи, Маргарет, – негромко выдохнула женщина и спрятала лицо в ладонях. Голос её звучал глухо и тихо, почти потонув в отголосках крика племянницы. Марию била крупная дрожь, а из горла вырывались сдавленные всхлипывания. Несгибаемая фройляйн Мейера плакала, кажется, впервые на памяти племянницы. Ярость, захлестнувшая Эйваз точно волна, исчезла так же неожиданно, как и появилась, оставив после себя лишь чувство полного опустошения. Точно со словами улетучились и все силы девушки. Она рухнула на диван рядом с родственницей и зарылась пальцами в волосы. Бесшумно появившаяся в гостиной домовиха тряслась от ужаса, похоже, слыша всю обличающую речь «юной хозяйки». В её огромных жёлтых глазах застыл такой страх, что Маргарет вдруг самой сделалось противно от собственной истерики. Она намеренно причинила боль единственному родному человеку, пусть не безосновательно, но крайне жестоко. - Простите, тётя, Вы не заслуживали этих слов, – сглотнув ком в горле, выдохнула девушка и подала Марии стакан воды, который принесла Кики. Почувствовав прикосновение холодного стекла к ладони, Мейер вскинула на племянницу заплаканные глаза. Не выдержав взгляда, Грета отвела глаза, решив, что стена гостиной намного лучше подходит для того, чтобы собраться с мыслями. – Я просто боюсь потерять то немногое, что у меня осталось от семьи. Мне страшно. Я не хочу остаться одна… Простите! Я совсем не заметила, насколько Блэк… Сириус, стал Вам дорог. Мне жаль, что Вы выслушали всё, что я сейчас наговорила. Это ужасно несправедливо. - Всё в порядке, Грета. Я понимаю, – тётя Мария вымучено улыбнулась и неловко обняла племянницу, привлекая её к себе. – Мне следовало хотя бы сообщить тебе, но я так привыкла, что тебе неприятен Сириус и всё, что с ним связано, что постаралась отгородить вас друг от друга, совсем забыв, что вы оба – часть моей жизни, моего сердца. Мне стыдно, что пытаясь помочь Сириусу, я едва не потеряла тебя. - Просто обещайте, что будете осторожны и не дадите Блэку натворить глупостей, – вздохнула Маргарет, отстраняясь. В голове слизеринки стремительно зрел план, как вернуть тётино расположение и, вместе с этим, хоть немного приблизиться к пониманию прошлого своей семьи. Выпрямившись, девушка откинула за спину волосы. – Я хочу извиниться, тётя и помочь Вам и Сириусу. Пусть мне он и не особенно нравится, главное, чтобы Вы были счастливы. - Я не понимаю. Ты хочешь помочь… но как? – несмотря на удивлённый, даже недоверчивый тон, Грета видела в глазах женщины затаённую надежду. – Сириусу ведь нельзя выходить… - Ему и не придётся. Поттера заберёте Вы, тётя. У меня осталось немного оборотного зелья. Так и быть, я дам свой волос, если Вы, конечно, пообещаете мне, что не позволите Гарри самостоятельно переодеваться, – хихикнула девушка, мстительно подумав, что за несколько часов под личиной, гриффиндорец познает все прелести женского ежемесячного недомогания. – План самый простой, никто не поймает ни Поттера, ни Блэка. Завтра мы с Вами пойдём в Лондон за покупками к школе. Ещё рано, конечно, но мои школьные мантии давно пора обновить, да и я хотела посмотреть несколько книг не из школьной программы. Вы оставите меня на Диагон Аллее, вызовите Нэн. Она переместит Вас к Поттеру. Он примет зелье станет мной, и вы с Нэн переместитесь на площадь Гриммо. Она домовик – их перемещения невозможно отследить. С помощью Нэн Вы, после того, как доставите Сириуса крестника, вернётесь ко мне. Зелье не более чем предосторожность - мало ли что произойдёт, а так Поттера никто не узнает. - Это рискованно, – протянула Мария негромко, но Маргарет видела, что тётя слишком сильно втянута во всю эту историю, чтобы отступить. – Гарри обвиняют в незаконном применении магии. - В таком случае, его тем более требуется как можно скорее доставить в защищённое место. Кто если не Вы поможет ему оправдать себя! – горячо заверила женщину Грета, ощущая как на губы, сама собой, просится победная улыбка. Возможность пусть даже так, мелочно и чужими руками, расстроить планы Дамблдора доставляла девушке почти физическое удовольствие. – Я ничуть не умаляю ума профессора Дамблдора, но он в первую очередь стратег, а значит, не привык считаться с потерями. Вспомните, Мария, он ведь первый отвернулся от Сириуса, хотя, я полагаю, и догадывался о том, что тот не виновен в трагедии с родителями Гарри Поттера. Вдруг и сейчас он промедлит, а время окажется упущено? - Ты, правда, хочешь помочь Гарри? Вы же совсем не ладите, – Мария пристально всматривалась в глаза племянницы. – Мне казалось, ты будешь рада его проблемам. - Я хочу помочь не Поттеру, а своей семье, то есть Вам и, возможно, Блэку, раз он Вам дорог. В конце концов, иметь в должниках последнего представителя такого древнего рода невероятно приятно, – повела плечом Грета, и тётушка облегчённо рассмеялась. До последнего она ожидала подвоха, но слова племянницы, как ни странно, успокоили. Юная слизеринка просто блюла свою выгоду и благополучие семьи, как делала это всегда в последнее время. Уладив семейные проблемы, обе волшебницы, наконец, поужинали, после чего Мария ненадолго отбыла обратно к Сириусу, опасаясь оставить его надолго, к тому же, ей не терпелось поделиться хорошими новостями. Маргарет же вернулась в комнату и занялась приготовлениями к завтрашнему плану. Пару флаконов Оборотного зелья, оставшиеся после преподавания Крауча в Хогвартсе в прошлом году, слизеринка весьма удачно увела из-под носа директора и авроров, прибывших для расследования. Кики помогла выбрать мантию для Поттера, чтобы если в Лондоне кто и увидел бы Избранного под Оборотным зельем, то не задался бы вопросом, отчего это племянница фройляйн Мейер ходит в мальчишеской, да ещё и маггловской одежде. Едва поборов искушение выдать гриффиндорцу туфли на каблуках, девушка отдала собранные вещи домовихе, велев отнести в комнату Марии. Самой тёти пока ещё не было, и Маргарет отчего-то совсем не сомневалась, что женщина явиться только утром. Всё-таки Блэк, даже после Азкабана был весьма привлекательным мужчиной, а внимание и забота любимой женщины почти полностью вернули его былое очарование, даже седина, мелькающая в смоляных прядях, не умоляла красоты Сириуса. Периодами, даже сама Маргарет признавала, что, наверное, быть может, в анимаге и есть что-то, достойное тех чувств, что испытывала Мария. Тётя вернулась как раз к завтраку и, судя по кое-как расчёсанным волосам и припухлым губам волшебницы, перемирие прошло на славу. Маргарет всё утро, против воли тихо пофыркивала от смеха, стоило Марии смущённо поправить ворот домашнего платья или очередной раз «между делом» взглянуть на камин в столовой, похоже, ожидая, что оттуда покажется Блэк. Но наследник «Благороднейшего и древнейшего семейства», по всей видимости, организовывал комнату для крестника, да и пользоваться каминной сетью едва ли мог из-за своего осадного положения. Маргарет успела прочитать Пророк, в котором среди прочего мусора притаилась информация о внедряемых «временных ограничениях, вызванных недавними событиями с побегом Пожирателя Смерти». В заметке, конечно, отмечалось, что большой опасности для населения нет, ведь безумный убийца был приговорён к Поцелую Дементора (девушка на это едко фыркнула, мол, когда только успели приговорить). Поттера снова выставили лгуном и на редкость нездоровым по части разума юношей. - И всё же постарайтесь никого не встретить, пожалуйста. В первую очередь для блага самого Поттера. Действие зелья закончится через час, и я надеюсь, что к этому моменту он окажется на площади Гриммо в объятьях крёстного, а не посреди маггловского Лондона в моей мантии, – вздохнула Маргарет и протянула тёти фиал с Оборотным зельем. - Спасибо, Грета. Я думаю, мы управимся значительно быстрее, – улыбнулась женщина и обняла племянницу. – Я вернусь к тебе в полдень, думаю, лучше всего будет встретиться в кафе на Диагон Аллее. - Лучше в чайной, там тише, – мотнула головой Маргарет, которой совершенно не хотелось лишних встреч в такое ответственное и сложное утро. Пускай она лично и не принимала участия в транспортировке Поттера, но волновалась от этого ничуть не меньше. Тётя согласно кивнула, она тоже нервничала, но старалась держать волнение в узде, что ей неплохо удавалось. Выглядела Мария безупречно, как впрочем, и всегда. Маргарет даже несколько позавидовала этой маске спокойствия – саму девушку внутренне трясло. Ей казалось, что как только они окажутся вне стен дома, её страхи уменьшаться, будто сами стены, слышавшие весь план, могли давить на неё. На Диагон Аллее, среди снующих волшебников, слизеринка и правда вздохнула свободнее. Её плечи сами собой расправились, возвращая былую осанку, а вместе с ней и уверенность. Первым пунктом их самонадеянного плана стояла покупка вещей для Маргарет, да и самой Марии требовалось обновить гардероб. За выбором мантий девушка и её тётя несколько успокоились. Стоя перед волшебным зеркалом в примерочной, слизеринка, наверное, впервые за этот год обратила внимание на то, что на самом деле, довольно сильно изменилась. Дело было вовсе не в фигуре, она-то как раз со Святочного бала не претерпела больших перемен. Со знакомого лица смотрели будто бы чужие глаза, казалось само знание о том, что Волдеморт вернулся, сделало девушку старше. Волшебное зеркало, не прекращая осыпать клиентку комплиментами вдруг, будто бы пошло рябью и рядом с фигурой Маргарет возникла другая женщина, молодая и красивая, с очень похожим взглядом. - Как Вы?.. – спросила Эйваз полушёпотом, с недоверием рассматривая отражение Лили. Раньше она никогда не выходила за пределы своего «убежища». Сегодня же складное зеркало Маргарет оставила дома, чтобы избежать искушения поговорить с умершей миссис Поттер. Ей и без призрака хватало поводов для переживаний. - Что с Гарри? – не утруждая себя ни приветствием, ни ответом, взволнованно приникла к стеклу Лили. Её голос звучал приглушённо, покрываемый сверху щебетанием волшебного стекла. - Вчера на него напал дементор, он сумел отбиться, но ему грозит разбирательство. Сегодня моя тётя доставит его в доме Блэка. Всё будет хорошо, Лили, – уверенно заявила слизеринка, про себя добавив, что, по крайне мере, будет на это надеяться. Возможно, призрак хотела и ещё что-то узнать, но в кабинку к племяннице заглянула Мария, и Лили испарилась из отражения. Тётя левитировала перед собой стопку нарядов и заглянула узнать, на чем, в конце концов, остановила выбор сама Грета. Спорить с выбором Маргарет не имело никакого смысла, поэтому родственница только кивнула, забирая отобранные племянницей наряды. - Пора, – шепнула Маргарет, когда обе волшебницы расплатились с покупками. - Я вызову домовика, Маргарет, думаю, следует доставить вещи домой, не хотелось бы, чтобы мантии помялись, – вскинув подбородок, произнесла Мария довольно громко, чтобы стоящая за прилавком волшебница услышала. - Но я хотела зайти во Флориш и Блоттс, мне нужны книги для учёбы, – недовольно поджала губы девушка. - Я оставлю тебе кошелёк, купи, что нужно. У меня будут дела какое-то время. Вернусь за тобой в двенадцать, согласна? – тётя забрала покупки из рук продавщицы и дождавшись кивка Маргарет, позвала домовиху. – Нэн! Стоило женщине и домовой эльфе исчезнуть, как Маргарет доверительно обратилась к хозяйке магазина, выглянувшей на шум, и её помощнице. Посетовав на работу тёти в Министерстве, для которого будто бы не существовало такого понятия, как выходные, и, выслушав слова сочувствия от обеих волшебниц, слизеринка покинула «Твилфитт и Таттинг» с абсолютной уверенностью, что план идёт по верному курсу. Единственное, что омрачало её настроение – появление Лили Поттер в зеркале примерочной. Но с этим девушка собиралась разобраться в самое ближайшее время.