ГЛАВА СЕДЬМАЯ

В субботу Маргарет всё утро провела как на иголках. Немного отвлекло только письмо Виктора, в котором друг делился впечатлениями об отличном отдыхе. Крам всё-таки утащил Грейнджер в горы на целую неделю. Подарок Маргарет прошёл все испытания в условиях, «приближенных к боевым», вызвав у Виктора искренний восторг. Болгарин при всей своей немногословности извёл не меньше двух листов, делясь впечатлениями и надеждами на то, что Маргарет сможет приехать на следующее лето. О «Мионе» Виктор старался писать немного, видимо, помня о том, то девушки не особенно ладят, но в письме то и дело сбивался на «мы», описывая летние приключения. Грета радовалась за друга совершенно искренне, пожалуй, она даже не станет продолжать откровенную вражду с Мисс Всезнайкой. Если та, конечно, не станет нарываться. - Маргарет? – Мария стояла на пороге библиотеки, с улыбкой наблюдая за племянницей, которая дописывала ответ, обещая Виктору быть максимально осторожной. - Уже пора? – вскинулась девушка, отложив перо. Взгляд Маргарет метнулся к напольным часам. Близился полдень. Слизеринка чуть нахмурилась, но тут же успокоилась. Вещи были собраны ещё накануне, и о них волноваться не приходилось. - Да, ты права, – ответила Грета на собственный же вопрос. За эту неделю слизеринка сблизилась с родственницей, позволяя себе доверять этой умной женщине, к тому же стоящей на её стороне. Это было невероятно приятное чувство – быть не одной против мира. – Спасибо! - Тебя проводить? – спросила тётя с усмешкой. - Желаешь увидеть седьмого мужа миссис Забини, пока он ещё жив? – со смехом спросила Грета, запечатывая конверт. - Я первых шести не видела, – пожала плечами женщина. – Миссис Забини ревностно охраняет семейные тайны. - Вы же должны были учиться примерно в одно время, – удивилась слизеринка. Матушку Блейза, она видела у Малфоев пару раз и этого хватило, чтобы испытывать к ней огромное уважение, граничащее с восхищением. Увы, Грета не могла сказать, что сын был точной копией матери. Лукреция Забини обладала куда большей утончённостью черт, нежели Блейз. – Не поверю, что у неё не было поклонников. - Увы, она училась в Шармбатоне, – вздохнула тётя с притворной грустью. – В противном случае, я давно бы сдружилась с ней более тесно. - Блэк что-то сотворил? – былая весёлость тут же скатилась с лица девушки, будто бы её смыло. Мария с удивлением отметила жёсткий, напряжённый взгляд племянницы. Казалось, она была готова ринуться в бой по одному только слову. - Нет, конечно, не Сириус! Как ты могла на него подумать? Он счастлив как никогда, – при мыслях о возлюбленном волшебница мечтательно улыбнулась. Маргарет немного успокоилась. Она очень боялась потерять то немногое, что осталось от семьи. В преддверии войны для девушки это было особенно важно. – Он даже подлатал вместе с Гарри фамильный гобелен. Хотя мне казалось, что он его ненавидит… В общем, нет, у нас всё хорошо. - Тогда кто? – слизеринка подняла на тётю вопросительный взгляд. - Не все были рады, что заседание перенесли. Не бери в голову, это мелочи, – отмахнулась тётя Мария, но заметив вопросительно приподнятую бровь племянницы, сдалась. – Амбридж. Её, видишь ли, крайне беспокоит, то, что я сама доставила «обвиняемого». Отвратительная женщина… Мария скривилась и потёрла висок, точно воспоминания о Долорес Амбридж вызывали у неё головную боль. Впрочем, Маргарет не отрицала, что так могло и быть. Её тоже не вдохновляла волшебница с по-жабьи широким лицом и водянистыми, несмотря на карий цвет, глазами, ещё больше роднящими её с земноводными. - «Это совершенно недопустимо для члена Визенгамота». Тот факт, что, помимо судейства, я руковожу Департаментом магических происшествий, конечно же, не учитывается! – Мария раздражённо отбросила упавшую на лицо прядь. – Отправить её в школу будет величайшей ошибкой Министерства. - В школу? – слизеринка зацепилась за упоминание Хогвартса и ей стало не по себе. Если верить перечёркнутым строкам её учебника, присутствие Амбридж то ещё удовольствие. Поттер от неё пришёл едва ли не в ужас, а его весьма сложно напугать. - Да, если Дамблдор не найдёт кого-нибудь на должность преподавателя Защиты, Министерству придётся вмешаться, – волшебница покривилась, видимо вспомнив какой-то неприятный разговор. Но спохватилась, бросив взгляд на часы. – Грета, опаздываешь! Я с тобой, прости, не пойду. У меня встреча. - Знаю я твои встречи, – Маргарет многозначительно улыбнулась. Кроме мелких неприятностей на работе у тёти всё в порядке, это не могло радовать. Хотя бы какой-то участок жизни девушки находился в относительном спокойствии и безопасности. - Сегодня у меня, действительно есть дела, помимо Сириуса, – отозвалась тётя, приманивая небольшой саквояж племянницы чарами. – Будь осторожна, Грета. Напиши, если останешься погостить дольше, чем запланировано. - Конечно, тётя, – девушка улыбнулась, забирая ношу у Марии. – Удачи! Перемещение каминной сетью было согласовано, а потому Маргарет совершенно беспрепятственно покинула родной дом. Очаг вспыхнул зелёным, обняв девушку языками холодного пламени. Мир вокруг Греты закружился, и она торопливо закрыла глаза. - Эйваз! – Блейз подхватил подругу, не позволяя ей выпасть из камина. Маргарет облегчённо улыбнулась, открыв глаза. Забини ещё более загорелый, чем обычно, расплылся в ответной улыбке и заключил подругу в объятья. Узел, сидящий внутри девушки, медленно ослабили, позволяя дышать хоть немного свободнее. Несомненно, Маргарет знала, что с Блейзом всё относительно хорошо, письмо только укрепляло эту уверенность, но увидеть друга живым и здоровым было невероятно приятно. - Ты первая, проходи, вещи оставь здесь. Сейчас позову домовика, – махнул рукой на ближайший белоснежный диван Забини. – Оди! С негромким хлопком в гостиной появился домовой эльф с выразительными зелёными глазами на маленьком треугольном лице и задорной серьгой в левом ухе. Украшение притягивало внимание, и Маргарет застыла, рассматривая зеленоватый камешек в золотой оправе. Домовик не производил впечатления ни забитого, ни ущербного, скорее этакого хозяина своей эльфийской жизни. - Хозяин Блейз звал Оди? – большие зелёные глаза асинхронно моргнули. - Хозяин Блейз звал, молил и уповал на Оди, – передразнил домовика Забини со смешком. – Отнеси, пожалуйста вещ и Маргарет в комнату, о которой мы говорили. - Конечно, хозяин Блейз. Оди сделает, – зелёные глаза домовика лукаво блеснули, и он исчез из комнаты вместе с вещами. - И что это сейчас было? – наконец, обретя возможность говорить спросила Маргарет, устроившись на диване. - Оди, домовой эльф, как не трудно догадаться, – Блейз величественно упал рядом с подругой и закинул ногу на ногу. – Мама его совсем разбаловала. Даже знать не хочу за какие заслуги. Но надеюсь, что мне не придётся нянькаться с полукровкой. Юноша скривился в притворном негодовании, но удержать недовольную мину не смог. Грета присоединилась к его смеху, такому заразительному и лёгкому. - Как отдохнула? Судя по скорости ответа на моё письмо – не особо радостно. Неужели твой болгарин настолько скучный тип? – удивился Забини, всматриваясь в лицо подруги. Грета, по его мнению была слишком зажатой и нервной. Складывалось впечатление, что она вообще не отдыхала. – Или Мисс Выскочка так надоела? - Всё в порядке, Блейз. Я просто переживаю, – Маргарет обрисовала рукой что-то аморфное, подбирая какую из причин назвать, но смирилась с невозможностью выбора и закончила лаконично, – из-за всего случившегося. - Я тоже, мама уже предлагала уехать, – хмыкнул Блейз, растеряв большую часть своего веселья и провёл ладонью по отросшим волосам. – Я отказался, но она, понятное дело, не остановилась. Уехала в свадебное путешествие в Испанию, готовить отходной коридор, так сказать. - Ты поэтому так хозяйничаешь? – подначила приятеля слизеринка. - Увы, нет. Если бы я тут хозяйничал, ты бы сейчас курила со мной кальян на Эйфорийном эликсире, – рассмеялся Забини, мечтательно зажмурившись. – Я знаю, где матушка его хранит, собственно, она его даже не прячет, но Оди донесёт раньше, чем мы выкурим хотя бы пару унций. А там Мунго, разбирательство, домашний арест и быстрые проводы куда-нибудь в Шармбатон. Скука смертная. - Но? – Маргарет вопросительно посмотрела на друга, ожидая продолжения. - Что «но»? – невинный взгляд Блейзу с каждым разом становился всё более натуральным, но Грета выучилась не поддаваться на эти провокации. - У тебя всегда есть это «но», так что рассказывай, чем ты планируешь разговаривать Драко. Едва ли ты подашь другу Веритасерум – с сомнением протянула Маргарет, не без удовольствия наблюдая за вытянувшимся лицом Забини. - Малфой этого не простит, – поспешил откреститься даже от самой идеи Блейз. Камин вспыхнул неожиданно, прервав разговор друзей. В гостиную шагнул Теодор, прямой точно проглотил древко от метлы. Маргарет насторожено подалась вперёд, готовая немедленно бросится на помощь. Воображение рисовало страшные картины домашних ужасов дома Ноттов, хотя девушка и знала, что отец любит единственного сына больше всего в этом мире. Но Теодор мог пострадать от присутствия Лорда или его недовольства не слишком старательным последователем. - Тео! – Грета налетела на друга в нарушении всех правил приличия и схватила за руки, заглядывая в глаза в поисках каких-нибудь симптомов страшных проклятий или пыток. Но кроме худобы и ещё более высокого, чем она помнила, роста, ничего не нашла и облегчённо рассмеялась, уткнувшись лбом в плечо друга. – Я рада тебя видеть. - Меня она так не встречала, – пожаловался Нотту Блейз. Маргарет пришлось отлепиться от Теодора и позволить ему поздороваться с хозяином дома. – Как ты? - Всё в порядке, насколько оно может быть в текущей ситуации, – нервно улыбнулся Теодор, из фигуры которого уходило так испугавшее девушку напряжение. Он снова становился «собой из школы». Маргарет давно поняла, что у Тео масок и особенностей поведения едва ли не больше чем у всего факультета вместе взятого. При том, что практически все слизеринцы вполне успешно подстраивались под то общество, в котором сейчас находились. Из их компании стабильнее всего в плане характера был Драко, но что-то подсказывало Грете, что и он присоединился к их компании притворщиков. Девушка надеялась только на то, что с друзьями он будет настоящим. - Отец? – голос Блейза едва слышно дрогнул, но изменение интонации смягчила улыбка. - Держится, но судя по всему, Он разошёлся не на шутку. Отец велел всем нам быть осторожнее и вообще «не отсвечивать», – ответил Нотт, успокаивающе погладив подругу по подрагивающим пальцам. Каминное пламя вновь позеленело и друзьям пришлось посторониться, позволяя Малфою войти. Драко перешагнул через решётку. Грета качнулась к нему навстречу, не зная, чего в ней сейчас больше радости встречи, опасения или надежды. - Драко! Её собственный голос будто бы растворился в воздухе, неожиданно подёрнулись дымкой фигуры друзей. Слова приветствия неожиданно отдалились, и она провалилась в темноту. Последним что слизеринка увидела, была стремительно сползающая с лица Драко улыбка. Маргарет оставалось только надеяться, что кто-то из друзей успеет её поймать. - Очень хорошо, мистер Поттер. А теперь повернитесь, медленно и без глупостей, и отдайте его мне, – голос Люциуса Малфоя Маргарет узнала тут же. В гнетущей темноте странного помещения, похожего одновременно на склад и библиотеку, слизеринка ощущала чужое присутствие кожей. Холодное чувство страха медленно обвивало её внутренности, поднимаясь к сердцу. Даже понимание, что всё вокруг не более чем видение (внеочередное и стихийное) ситуации не меняло. Грета ощущала неясный страх и тревогу. Темнота отступала лишь от небольшого пятачка света, в котором стоял Поттер и размытые фигуры его друзей: Уизли, кажется, рыжих макушек было несколько, Грейнджер угадывалась по непослушным пушистым волосам, на Лонгботтома намекала ещё одна фигура, теряющаяся в дымке видения. Ярче всех, конечно, выделялся Избранный, со стеклянным шариком в ладони. Внутри стеклянных стенок клубился серебристый дым, в котором Маргарет заметила фигуры, переплывающие одна в другую. Девушка подумала, что это видит она одна, потому что Поттер смотрел не в шар, а куда-то мимо, за спину девушки, которой, конечно, не видел. Грета, не стеснённая таким препятствием как плотное тело и опасностью пошевелиться, обернулась, рассматривая чёрные силуэты, обступившие группу учеников с обеих сторон прохода и отрезав все пути к бегству. Она шагнула к ближнему, сетуя на невозможность стащить капюшон, чтобы посмотреть на того, кто скрывался под ним. Видны были лишь блестящие сквозь прорези маски глаза. Маргарет насчитывала одиннадцать волшебных палочек, направленных на студентов Хогвартса и машинально потёрла правое запястье. Отсутствие Обета радовало, как никогда, умереть из-за очередной идиотской выходки Избранного ей не хотелось. - Отдайте его мне, мистер Поттер, – с расстановкой повторил лорд Малфой, протянув руку ладонью в верх в сторону Поттера. Маргарет жест уважения оценила. Отец Драко был без перчаток и дело было не в том, что он собирался очень много колдовать. Они ему никогда не мешали. Значит лорд Малфой, действительно, питал что-то похожее на уважение к гриффиндорцу. – Ну же, мистер Поттер. Не будьте дураком. Маргарет с сомнением хмыкнула. Она весь факультет считала, как минимум, ущербными по части разума, особенно в том, что касалось вопросов безопасности и адекватности идей. Та же Грейнджер могла в порыве чувств бросится на оборотня с одним только звукоподражанием, что уже не делало большой чести даже её интеллекту. Видение померкло, перенося Грету куда-то дальше. Темнота перед ней расступилась, обнажая полупустой зал с высокой каменной аркой, которую Маргарет заочно боялась. Тела волшебников лежали пустыми куклами, хотя слизеринка и догадывалась о том, что они, вероятно, живы. Серый занавес манил прикоснуться и узнать все тайны мира, скрытые от глаз смертных. Слизеринка сделала два или три шага вперёд прежде, чем в зал ворвались авроры. Красные мантии заполнили комнату. Наваждение спало. Маргарет увидела Люциуса Малфоя, которого вздёрнули на ноги, несмотря на его состояние. В порванном рукаве мантии чернела на белой коже Метка, воспалённая и будто бы живая, она омывалась кровью из раненной руки, до которой едва ли кому-то было дело. Грета всхлипнула, открыв глаза. Светлая гостиная плыла перед глазами, а обеспокоенные лица друзей и вовсе едва угадывались. кости ныли так, будто бы кто-то не меньше минуты тренировал на ней Круциатус. - Нет я, конечно, знал, что хорош, но чтобы обморок, – Драко нервно хихикнул. - Твоего отца увели авроры, – выдохнула еле слышно Грета, не до конца понимая закончилось ли её видение или нет. - Что? – слизеринец вздрогнул и вскочил на ноги. – Ты в своём уме? - Драко! – осадил друга Теодор и помог Маргарет сесть. В голове девушки медленно прояснялось, хотя обычно после видений она приходила в себя одномоментно. Ощущение реальности вернулось вместе с чувством вины. Пророчества безопасны, пока не произнесены вслух, но проговоренные – обращаются в правду. Слизеринка только что, похоже, подписала приговор Люциусу Малфою. - Что?! То, что она больна, не означает, что она может нести чушь, – огрызнулся Драко, хотя во взгляде слизеринца сквозила тревога и затаённый страх. - Ты разве не заметил, что она всё ещё не в себе? – Блейз подал подруге воды, и девушка жадно приникла к стакану. - Она предсказатель. Неужели вы оба не заметили? – удивился Нотт, и любезно забрал у закашлявшейся Маргарет стакан. Чуть виновато улыбнувшись Эйваз он повёл плечами, мол, знаю и знаю. - Как Трелони? – скептически осмотрел подругу Драко. – Подать тебе хрустальный шар, Эйваз? - Перестать, Драко. Я не хотела этого говорить, – опустила голову Маргарет, вцепившись пальцами в волосы. Голова казалась тяжёлой и какой-то неспособной к мыслительному процессу. – Я просто не поняла, где закончилось видение. - Вы меня разыгрываете, да? – Забини вскинул брови, обводя взглядом друзей. – Не очень хорошая шутка вышла. - Вы правда не замечали? – искренне удивился Теодор, поражаясь такой невнимательности друзей. – Ладно, я могу понять Блейза, ему как он влюбился вообще ум отшибло, но ты, Драко? Вы же постоянно общаетесь! - Ничего мне не отшибло, – насупился Блейз. - Перестань, Тео, я старалась скрыть эти «способности», – пробормотала Маргарет, скривившись. Правда вскрылась как это часто бывает не вовремя и совсем не так, как было бы правильно. - Со мной, как видишь, не получилось, – отозвался Нотт с беззлобной усмешкой. - То есть, то что она сказала про отца, правда? – нахмурился Драко, нервно отдёрнув рукава мантии. – Но он сейчас дома и ни о каком аресте не может быть речи! - Спокойно! – выставил открытые ладони перед собой Забини. – Я надеюсь, нам с тобой, Драко, всё объяснят. Но сначала, давайте все немного успокоимся и поговорим не здесь. Камин, конечно, защищён от любителей подслушать, но всё же! С хозяином дома все согласились, и вскоре друзья сидели в малой гостиной на втором этаже. «Лёгкий перекус» от Забини больше напоминал фуршет, не хватало только бокалов с шампанским. Игристое вино компенсировал кофе, в котором, судя по лукавому блеску глаз домовика, было что-то ещё, помимо шапки сливок и миндаля. - Итак, я рад всех вас здесь видеть, надеюсь, несмотря на вынужденное молчание и некоторые недомолвки, – Блейз кинул в сторону подруги взгляд исполненный интереса, – мы все, по-прежнему, близкие друзья. - Забини, ты не думал над карьерой в Министерстве? – усмехнулся Драко, говоря, впрочем, почти серьёзно. – Называть «недомолвками» то что эти двое скрывали, что факультет с нами делит по меньшей мере предсказатель уровня Кассандры Трелони очень дипломатично с твоей стороны. - Я уже извинилась, Драко, – успокоившись, Маргарет вернула себе привычное самообладание, а потому встретила взгляд друга спокойно, без желания провалиться сквозь землю. - Я и не обвинял, – развёл руками Малфой с усмешкой. - Не выскажешься? – спросил Блейз, вопросительно глядя на Теодора. Глаза Забини поблёскивали весельем. Складывалось, впечатление, что его новость о том, что его школьная подруга иногда может видеть будущее не является ничем из ряда вон выходящим. - Я, по-прежнему, считаю всех здесь присутствующих своими друзьями, – снисходительно кивнул Нотт, ухмыляясь. - Замечательно. Я очень этому рад. Правда, – расплылся в улыбке Забини, продолжая затеянный фарс на манер светского раута. - Блейз, заканчивай уже! Мы войну друг другу не объявляли, – возвела глаза к потолку Маргарет, понимая, что подтрунивать приятель будет ещё долго - Ну раз сама Великий Оракул требует, – почтительно склонился Блейз, правда, по большей части в сторону столика, стащив с тарелки бутерброд. - Забини, – с той самой интонацией, не предвещающей ничего хорошего, протянул Драко. Блейз тут же умолк, но улыбаться не перестал. Малфой удовлетворённо кивнул и повернулся к «заговорщикам». – Прежде, чем рассказывать, зачем я просил Блейза о встрече, можно подробнее узнать, как так вышло, что ты, Маргарет, предсказатель, а мы об этом даже не догадывались? - Потому что ваша внимательность оставляет желать лучшего, Драко, а Грета не хочет остаться в Отделе Тайн навсегда, – ответил Теодор вместо подруги, заслужив её благодарную улыбку. Взгляд юноши стал серьёзным и каким-то не по годам взрослым. – Думаю, не стоит объяснять, что распространяться о способностях Маргарет не следует. По уму, она уже должна была всех нас одарить заклятьем забвения для собственной же безопасности. - Я не стану, – покачала головой девушка, искренне не желая «править» память друзей. Ей это казалось бесчеловечным явлением – забирать у кого-то кусок его жизни, пусть и длиной в полчаса. - Твоё право, но я бы посоветовал это сделать, для нашего же блага, чем меньше мы знаем, тем лучше тебе. Судя по тому, что происходит, Отдел Тайн меньшая из угроз, – вздохнул Теодор устало и потёр висок. - Я найду способ обезопасить себя и вас, – заверила друзей Грета. - Отрадно слышать, – не без сомнения хмыкнул Нотт.