Глава 1. Я - девушка!

Гарриет Поттер в данное время сидела в классе Трансфигурации, невидящим взглядом уставившись в окно, размышляла о том, что же ждёт её в следующем задании и стоило бы поскорее раскрыть тайну золотого яйца, пока профессор МакГонагалл старательно объясняла тему четверокурсникам. За окном будто бы в танце кружились маленькие снежинки, окрашивая белым цветом всё вокруг. Было очень красиво, но Гарриет это совсем не волновало. Гарриет — девушка четырнадцати лет, вполне симпатичная, имеет чёрные, как уголь волосы до плеч и выразительные изумрудного цвета глаза. Благодаря Дурслям она была недокормленной, слишком худой и маленькой. Но после того, как пришла в Хогвартс, она питалась довольно хорошо и с помощью советов мадам Помфри сейчас физически развивается неплохо, что не скажешь о её половых изменениях. Не то, чтобы она плоская. Просто под мантией её не плоскость было трудно разглядеть. Да и никто из парней не интересовался ею как девушкой. Это, впрочем, не сильно волновало Гарриет. Пока не произошло кое-что очень неприятное. Это кое-что неприятное пока оставим на потом. Если говорить об отношениях к ней окружающих, то многие — это значит почти все, кроме её близкого круга, — относились к ней, как к типичному парню. Называли её «Мальчиком-который-выжил» или просто Гарри, хотя её полное имя — Гарриет. В первый же день в школе её поселили в мужскую спальню с четырьмя мальчиками, но из-за чувства неполноценности, которое она вскоре переборола, и стеснительности, девушка не стала возражать. В скором времени она привыкла к этому и даже не думала переселяться в спальню девочек, её и это устраивало. Соседи по комнате относились к ней как к парню или на их языке — чуваку. Гарриет не скрывала, что является девушкой и пару раз (!) это им напоминала, но те её игнорировали, или же просто думали, что она шутит. Убеждать, что она принадлежит женскому роду, она не стала, думала, что это излишняя морока. Не только они относились к ней как к парню, но и все в школе. Она что, настолько сильно похожа на парня?! Да, она не одевается как обычные девушки, потому что тётя Петунья не покупает ей девчачьи одежды, не плетёт ей косы и вообще о ней не заботится. В волшебном мире надевает она мантии тёмных цветов, так как светлые тона ей не очень симпатизируют. И всё же, почему все так думают?! Наверное её воспринимают, как недовольного своей гендерной принадлежностью озабоченного человека. Только Гермиона и Рон относились к ней с пониманием и говорили о ней в женском роде. Хоть этому Гарриет была рада.  — Должна вам сообщить кое-что важное, — вдруг сказала профессор МакГонагалл и Гарриет навострила уши, дабы не пропустить что-нибудь настолько важное. — Приближается Святочный бал, традиционная часть Турнира Трёх Волшебников. На балу мы должны завязать с нашими гостями дружеские и культурные связи. Бал для старшекурсников, начиная с четвёртого курса, хотя, конечно, вы имеете право пригласить бального партнёра и с младших курсов… Лаванда Браун во всеуслышание прыснула. Парвати Патил ткнула её в бок, едва сдерживая смех, так что рот перекосился, и обе уставились на Гарриет. Та в свою очередь сморщилась, думая, какие они шумные.  — Форма одежды — парадная, — продолжила МакГонагалл. — Бал начнётся в восемь часов вечера в первый день Рождества в Большом зале. Окончание бала в полночь. И ещё несколько слов… — Профессор МакГонагалл окинула класс выразительным взглядом. — На Святочные балы, конечно, приходят с распущенными волосами, — проговорила она с явным неодобрением. Лаванда ещё громче хихикнула. На этот раз Гарриет поняла, что её рассмешило: профессор трансфигурации всегда носила тугой пучок на затылке, не позволяла себе ходить распустёхой в прямом и переносном смысле.  — Это, однако, не значит, — профессор строго оглядела класс, — что мы ослабим правила поведения, которые предписаны студентам Хогвартса. Я буду очень, очень недовольна, если кто-нибудь из вас их нарушит. Прозвенел звонок, давая знать, что урок уже закончился. Гарриет, которая этого звонка и ждала, начала было собирать свои вещи в рюкзак и хотела побыстрее выйти из класса, как вдруг профессор МакГонагалл, стараясь перекричать шум, попросила Гарри ненадолго задержаться. Гадая, что же понадобилось от неё профессору, Гарриет осталась сидеть на месте. Рону и Гермионе сказала, что скоро догонит их. Подождав, пока весь класс уйдет, профессор МакГонагалл сказала:  — Чемпионы, Поттер, и их партнёры…  — Какие партнёры? — с недоумением спросила Гарриет. Профессор подозрительно глянула на неё, как будто ожидала насмешки.  — Партнёры для Святочного бала, — сказала она строго. — Другими словами, партнёры для танца. У Гарриет внутри что-то ёкнуло и оборвалось. Танцевать с кем-то на балу… Меньшее, чего хотела Гарриет, так это приглашать кого-то на танец и танцевать с ним перед публикой. Гарриет девушка. И приглашение парня для неё казалось чем-то непривлекательным. А того, что кто-нибудь её пригласит, она точно не ожидала, так как многие думали, что она парень. Она была популярна у девушек, нежели у парней. Танцевать с девушками так себе идея, исходя из того, что её больше привлекают парни.  — Партнёры для танца? — глупо переспросила Гарриет, явно испытывая терпение профессора. — Я не буду танцевать.  — Придётся! — Профессор опять стала сердиться. — В Хогвартсе существует традиция: бал открывают чемпионы в паре с выбранным партнёром.  — Сказала же: не буду я танцевать ни с кем, — твёрдо сказала Гарриет, чуть повысив тон, на что в ответ профессор МакГонагалл сердито блеснула глазами и поджала губы. В любой другой ситуации Гарриет не стала бы перечить профессору, ведь она одна из тех учителей, которых она всей душой уважает, но сейчас она была более чем раздражена её заявлением, потому соображала не очень хорошо.  — Поттер, не наглейте. Я всё ещё ваш преподаватель, а вы мой ученик! «Да как она не понимает? — злилась Гарриет про себя. — Любой, кто знаком с моей ситуацией понял бы в чём дело. Ведь я девушка! Но никто этого не понимает и вряд ли кто-нибудь из парней пригласит меня на бал. Сколько бы раз я не повторяла, меня все считают парнем!"  — Я это понимаю, — насколько можно вежливо — по крайней мере по старанию, — сказала Гарриет, стиснув зубы. — Но вы совсем меня не понимаете, профессор. Я просто не могу…  — Ну всё, вы окончательно меня разозлили, Поттер. Словами не описать то, как я сильно в вас разочаровалась, — проговорила возмущённая МакГонагалл, крылья носа вздымались от злости, щёки пылали, а губы превратились в тонкую линию. — Мы сейчас же пойдём к директору! Гарриет прекрасно её понимала, она также знала, что поступила неправильно по отношению к своему декану. Но признавать свою вину не хотела. Даже поход к Дамблдору её не слишком страшил. Наоборот она этим хотела спастись от этого принудительного приглашения кого-то на бал. Дамблдор наверняка её поймёт. С этой надеждой она без пререканий последовала за профессором. Как только они дошли до двух каменных горгульей, профессор назвала пароль:  — Лимонные дольки. Горгулья разъехались в сторону и открыли проход в винтовую лестницу, которая быстро закружились, сразу после того, как МакГонагалл и Гарриет ступили на неё. Как только они остановились перед дубовой дверью, МакГонагалл постучала в дверь молотком в виде грифона, а когда раздался голос Дамблдора, который давал знать о разрешении на вход, открыла дверь и переступила через порог. Гарриет тоже следом вошла в кабинет директора и заметила, что кабинет такой же, как два года назад: в нём так же стоят разные чудные диковинки и по-прежнему раздаются повсюду разные звуки. За рабочим столом добродушным выражением лица сидел Дамблдор в голубой мантии с рисунками звёзд, соединив кончики длинных пальцев. К нему лицом сидел на жёстком стуле никто иной, как профессор Снейп — тот, кому с первых же дней учёбы не полюбилась Гарриет. Впрочем, Гарриет тоже питала к нему особую неприязнь, потому не жалела, что ему единственному она не сильно понравилась. Он скривился, увидев Гарриет, затем перевёл взгляд чёрных бездонных глаз на МакГонагалл и сухо кивнул в знак приветствия.  — Добрый день, Дамблдор, Северус, — сказала профессор МакГонагалл и принялась рассказывать о том, как Гарриет замучила её своими пререканиями. — Поттер меня не слушается, говорит, что не будет ни с кем танцевать. Напрочь от этого отказался и потому я привела его сюда к вам, Дамблдор. Похоже с ним можете совладать только вы. Гарриет лишь нахмурилась на её высказывания и с надеждой взглянула на Дамблдора, внимательно её изучающего. Уж кто, но он то всё должен понять, должен ей помочь.  — Почему ты не хочешь танцевать, Гарри? — ласково спросил он у девушки, отчего та вздохнула с облегчением. Похоже от него помощи ждать стоит, что и ожидалось.  — Понимаете ли, профессор, я не знаю как пригласить кого-то на бал, да и кого нужно приглашать, — сказала она, специально давя на жалость. — Это очень сложно, я даже не знаю, как вам в полной мере описать свою проблему…  — Можно понять, мистер Поттер просто боится, что ни одна девушка не согласится пойти с ним на бал, — язвительно отозвался профессор Снейп с кривой усмешкой, на что Гарриет ответила злым взглядом. — Как бы то ни было, я их не виню.  — Уверена, дело не в этом, Северус, — заступилась за свою ученицу МакГонагалл. Гарриет даже чуть пожалела, что так грубо с ней обошлась.  — Я хочу послушать Гарри, — мягко, но твёрдо прервал обоих Дамблдор и посмотрел сквозь свои очки-половинки на Гарриет. — Есть ещё что-то, что ты хочешь сказать? Все присутствующие в кабинете уставились на неё ожидающе, даже феникс Фоукс косился на неё, будто и он ждал её ответа. От такого внимания Гарриет зарделась, но нашла в себе силы ответить.  — Дело в том… дело в том, что я не умею танцевать…  — Этому можно научиться, — заметил профессор Дамблдор безукоризненно.  — Да нет же, я просто не могу никого пригласить… И опять её прервали.  — Одни предлоги, лишь бы никого не приглашать, — опять съязвил Снейп.  — Тише, Северус, — терпеливо отозвался Дамблдор и обратился к ученице. — Тебе ничего не нужно бояться, Гарри. Просто пригласи кого-нибудь из девушек. Я полностью уверен, что… И тут терпение Гарриет лопнуло. Облегчение, которую ранее она испытала, переменилось на злость и отчаяние. Даже Дамблдор не в силах её понять. А ведь она…  — Но ведь я тоже девушка! — выкрикнула Гарриет, как-то позабыв, что в данное время находится в окружении директора и двух преподавателей. — Почему никто меня не понимает? На мгновенье все замерли на месте. Профессор Дамблдор вполне спокойно смотрел на девушку, лицо Макгонагалл выражало озадаченность, Снейп же удивлённо вскинул брови. Гарриет слегка покраснела и опустила взгляд на пол. Она погорячилась и, возможно, перегнула палку, но почему же эти люди не понимают?..  — Вы — что? — с явным непониманием спросила МакГонагалл, обретя дар речи. — Не шутите так, мистер Поттер.  — Я не шутила, профессор. Я в самом деле девушка. И моё настоящее имя— Гарриет Поттер, никак не Гарри. Отныне прошу обращаться ко мне «мисс Поттер», — не уследив за языком, отчеканила Гарриет и успела сто раз проклясть свой длинный язык, напросившийся на беды. — Прошу прощения, я это от злости, больше не повторится, — быстро извинилась она, ожидая волну ругательных лекций со стороны разъяренного профессора. Но профессор МакГонагалл лишь глубоко вздохнула и тихо сказала:  — Хорошо.  — Раз такое дело, — спокойно произнёс Дамблдор невозмутимым видом, — то ты сама можешь пригласить молодого человека на своё усмотрение. Или можешь ждать приглашения. В этот раз спорить с ними Гарриет не стала, она покорно кивнула и по-прежнему глядела в пол. Когда директор разрешил ей покинуть кабинет, то она пулей вылетела отсюда и побежала в гостиную. Вместо радости и облегчения она почему-то чувствовала себя скованно.