"Нечего дать" | Эи, Казуха, Томо

Баал была символом сопротивления - сильной женщиной, что повела за собой всех несогласных, сильной настолько, что в рядах вечно ходили слухи о ее божественном начале. Бравым воином и искусной убийцей одновременно. Эи была несчастной девчонкой, едва достигшей двадцати, сестру которой на ее глазах растерзал сегун, и горе жрало ее, как яростное пламя стремительно жрет сухой хворост. Эи была человеком в горе, но человеком, пережившим войну, и воплощением ее горя было планирование убийства. Ее суть всегда была в этом - в том, чтобы прикрывать Макото спину, скрываясь в тени и устраняя угрозы. Чтобы быть не той, кто выступает вперед и ведет народ, но той, кто занимается чистками и никогда не лезет слишком высоко. А потом Макото погибла - смазанный росчерк луны, черная кровь на серой брусчатке. И сегун стоял над ее телом, властный, но спокойный, чтобы потом просто развернуться и уйти. Не было никакого способа, которым Эи могла бы убить его - ни тогда, ни сейчас. Сегун был многоликим божеством с силами самой Селестии, способный на голом Электро раскрошить ее в пыль, и это было первым мигом, когда она на самом деле ощутила себя беспомощной. Не было никого, кто мог бы сказать Эи, что она не в порядке - Сара не видела ничего, кроме сражений, а Яэ лишь улыбалась из-под веера, мифическая могучая лиса, любопытствующая, что случится дальше, готовая подогревать интерес, но никогда не бывшая на их стороне безо всяких "но". И она, одинокая и измученная горем, смертоносный клинок, потерявший свою хозяйку, подумала: раз я по вине Сегуна потеряла самое главное в моей жизни, то он должен испытать то же самое. Главным в жизни Сегун Райден была вовсе не мифическая вечность. Первый генерал, Каэдэхара Казуха, выструганный войнами, гордость главнокомандующего и его лучший друг. Ее ровесник. Чертов мальчишка, но Сегун Райден признал и ценил его. Искусный мечник, заслуженно получивший свою должность, но уязвимый, как уязвимы любые смертные. А это было тем, в чем Эи воистину была хороша. В том, чтобы убивать тех, кто вообще может умереть. Это стало роковой идеей, ведь она нашла цель. Это было тем, о чем она рассуждала, пока точила клинки, изучала передвижения генерала и рассматривала возможные планы. Она не могла не думать: как ощутит себя Сегун, узнав о том, что случилось? Отразится ли на его лице истинный ужас? Станет ли он горевать, как горевала бедная Эи? О, она желала, чтобы Сегун страдал, ведь не было способа описать, как важна для нее Макото. Что она всегда была другой ее половинкой - и теперь Эи ощущала себя отколовшимся рудиментом, точно по мановению стала бесполезна и неэффективна. Но даже если ее план провалится, если чертов генерал продолжит жить, то Эи в этом мире больше не будет.