Часть 3. Начало конца и конец начала

      Как бы я не рвалась в лес, вставать не хотелось. Я прекрасно знала, что за пределами палатки, за пределами спальника пиздец как холодно, но желание приключений на свою жопу пересилило нежелание, и я выползла наружу.       По полю стелился туман, на траве в лучах солнца, быстро исчезая, блестела роса, где—то стрекотали толи кузнечики, толи еще какая живность, и редки бабочки кружи над небольшими цветами. Над лесом раздалось громкое гарканье, и с вершины ели слетел ворон, закружив над гостьей.       Когда солнце вышло в зенит, вещи были собраны и упакованы. Предстояла непростая задача — со всем добром бегать по лесу от трехметровой елды, которая легко и просто может меня угандошить. Ну да похуй. Флаг в жопу и вперед!       Лес, после разогретого солнцем поля, показался ледяной пещерой. На столько здесь было холодно и темно. Плотно растущие деревья закрывали своей листовой небосвод, хоть солнце с боем и пробивалось на дно этой тьмы, но этого было недостаточно, поэтому травы тут почти не было, только редкие полянки, где деревья не росли, были застелены зеленым ковром, где находилась нежная живность типа пчел или бабочек. Иногда встречались следы животных, на которых я не хотела напарываться, особенно на медведя, почему—то именно их следы наводили на меня некоторый ужас, если это были их следы.       Первые несколько минут ноги еле волочились — протест тела. Но пересилив себя, сделала первый твердый шаг, затем второй, уходя все дальше и дальше от солнечного озера зеленной высокой травы, заходя все дальше в глубину знакомой холодной тьмы, словно из рая в ад.       «Нужно найти место для стоянки. — я осматривала, ища старые места, — Неужели зашла не в том месте? — еще прошлой осенью здесь обосновала небольшой лаз, пока не узнала, что эта тварь со своим ростом спокойно может заглядывать в мою палатку, — Пересралась тогда. — сердце застучало быстрее, — Сука длинноногая! — я вглядывалась в огромные стволы деревьев, ища этот маленький навес, на котором еле помещалась моя палатка, но это было все же лучше, чем спать на еще не до конца оттаявшей земле, — Нашла!». Среди нескольких дубов показался кривенький настил, который прятался за шикарной шевелюрой дерева. Забралась туда, разбила лагерь, а после, взяв с собой нож, пистолет и фонарик, отправилась куда глаза глядят, оставляя отметины на стволах.       Но первый день не принёс ровным счетом ничего: ни его величества «мой рост равен расстоянию от Юпитера до моей залупы», ни его записок. Второй день тоже был пустым, как и третий, и четвертый.       «Он блять обиделся на меня? — я доедала очередной сух паек, сидя в палатке, пока на улице, еле пробиваясь сквозь листья, шел дождь, — Или сбежал? Я такая страшная? — фонарик над головой мигнул, — Э блять! Не пизди! Красивая я! Видел какое тело накаченное? Или мои большие синие глаза? Знаешь, как много мне за красивые глазки досталось? Ладно, немного, но сам факт! Единственный проеб — это волосы. Не надо было так упорно из черного в бирюзовый выкрашиваться, теперь волосы, как солома, и при высокой влажности секутся и… Какого хуя я спорю с ебанным фонарем?» — я подняла голову. Фонарик просто подсел, вот и выдавал иногда такое мигание. Похоже одиночество сводило меня с ума, ведь в этом богом забытом месте не было ни души, телефон не ловился связь, а музыка, записанная на нем, нещадно жрала заряд, поэтому развлекать себя приходилось экспедициями, но так как они все были неудачными становилось скучно и появилось дикое желание съебать домой.       Утро началось также, как и предыдущие: подъем, разминка, завтрак и спуск.       Стандартный набор вещей, только плащ накинула на плечи, понимая, что ночной дождь, который, к счастью, так и не обернулся в грозу, может настигнуть меня в пути. Я пошла в ту сторону, в которую еще не ходила, прислушиваясь к еще спящему лесу и наслаждаясь этим приятным прохладным запахом мокрых деревьев и травы.       Три часа блужданий по лесу дали свои плоды.       Я замерла. На расстоянии двух метров от меня на дереве висел листок. Пожелтевшая бумага и потекшие чернила. Никогда не радовалось подобной хуйне. Мое сердце остановилось, дыхание пропало, и в голову ударил адреналин.       Я с радостью подошла к листку и протянула руку, но остановилась.       — Стоп, — начала я рассуждать вслух, — Эта тварь приходит, когда я беру листок, а потом носиться за мной и хочет меня убить, но...не убивает. Почему? Словно нравиться ему меня гонять. Будто бы мне не нравиться. —почесала затылок, — А если не брать лист, а порезать? Или вообще, поджечь?       Я задумалась, потом перевязала шнурки на ботинках, поправила «амуницию» с оружием, накинула капюшон и взяла один из ножей в руку. Встав в боевую позицию, из которой я могла легко отбиться и сбежать, медленно потянулась за листом.       Как только мои пальцы коснулись проклятого листка, резко схватила его и прижала к себе, оглядываясь по сторонам. Но никто не пришёл.       — Неужели даже он забил на мои попытки доебаться до него? — еще немного подождала, — А, да ладно тебе! Ты слышишь меня кусок ебанного говна! Я это блять знаю! — прокричала я, но в ответ была только тишина. Деревья полностью поглотили мой крик.       Что—то невнятно пробубнила и пошла дальше. Где—то через час нашла еще один листок. Даже когда он оказался в моих руках, ничего не произошло. Я шла и ругалась себе под нос. Такой отдых мне испортил этот говнюк!       Я настолько увлеклась своими мыслями и негодованием, что допустила огромную ошибку — отвлеклась.       Удар. Удар огромной силы по пояснице. Я кубарем покатилась вперёд и врезалась в дерево, ощущая, как волна неприятной боли прошлась по всему позвоночнику и ногам, временно парализуя и крадя дыхание. Свалившись на бок, еле поднялась, чувствуя, что два ребра были сломаны.       — Вот мы опять... Лицом к лицу! – кашляя, прошипела я, — Ну, что?! Поиграем!       Я ринулась в сторону, прибавляя скорость с каждым рывком вперёд. Изящно маневрируя между деревьями, перепрыгивая через кусты и уворачиваясь от веток и от периодически появляющихся щупалец, я бежала сломя голову.       Моей радости не было предела. Я бежала так быстро, как только могла. Только вот не заметила корягу и споткнулась об нее. Господи, это просто провал! Упав на землю с глухим звуком и отбив себе руку, я хотела сразу вскочить, но меня придавили ногой к земле. «Черт с два, я так сдохну!» — подумала я. Благодаря плащу, который меня накрыл, я смогла незаметно перехватить нож и, извернувшись, почувствовав хруст в позвоночнике и сломанных ребрах, воткнуть его в ногу безликого.       Монстр толи зарычал, толи зашипел от боли и убрал ногу. Воспользовавшись этим шансом, я вскочила и побежала дальше. На какое—то время безликий меня потерял. За это время я чудом смогла найти еще два листа.       Заметив еще один лист, я направилась к нему, но за секунду до того, как схватила лист, перед мной опять появился монстр. Своими щупальцами он ударил меня в живот, и я отлетела в соседнее дерево. Сильно ударившись спиной о ствол и наткнувшись плечом на ветку, которая прошла насквозь, я наблюдала, как безликий медленно подходит ко мне, как его лицо меняется, как его фигура как будто вытягивается и увеличивается. Мой мозг почти отключился и потерялся в рое мыслей, но адреналин привел меня в чувства. Резким рывком в бок, ломая ветку, будь она не ладна, я ринулась на противника.       Безликий почувствовал свою лёгкую победу и готов был схватить меня голыми руками, но у меня были другие планы. Расстегнув плащ, я кинула его в монстра и пробежала мимо. Я видела все как в замедленной съёмке. Как он проследил за моими движениями, как он пытался достать до меня рукой и как он рассвирепел еще сильнее.       Я бежала опять. Бежала без оглядки, пока где—то там, вроде как далеко раздался грозный и устрашающий рёв. Настолько громкий, что деревья не смогли его заглушить. Я услышала, как за моей спиной падают деревья.       — Твою мать! — проговорила я и побежала, что есть мочи, — Ебала я в рот свои желания!       Я бежала с мыслью найти хоть какое—то убежище. Я выкинула все листы, в надежде на то, что он потеряет меня. Я бежала, чтобы выжить.       Бег. Хруст веток под ногами. Тяжёлое дыхание. Звук падающих деревьев. Я увидела просвет между деревьями и подумала, что это выход ко второй полосе леса, но меня встретила совершенно другая картина.       Я выбежала к огромному особняку. Он казался старым, но очень «ухоженным». Краска на стенах местами потрескалась и отпала, окна были совершенно новые, пластиковые, на крыше росли небольшие деревья, а вокруг здания шли розовые кусты. Меня настолько удивил факт существования этого особняка, что я на миг забыла о погони, но мне напомнили паникующие птицы и громкий гул из глубины леса, и я ринулась искать укрытие.       Я решила оббежать весь особняк в поисках лазейки и нашла! Небольшая форточка в подвал была открыла, и я, не думая, проскочила в нее.       Оказалась в тёмной и немного пыльной комнате. Кровать, шкаф, стол, тумбочка и даже телевизор, хоть все и было покрыто слоем пыли, создавало ощущение, что хозяин комнаты скоро вернётся. Из комнаты куда—то вели две двери: одна была закрыта, а вторая вела в ванную.       Прикинув все варианты, я залезла в шкаф, где фактически зарылась в старую, странно пахнущую одежду и стала ждать.       Ожидание длилось долго. Час. Два. Три. Может все пять. Я не решалась вылезти. Казалось, стоит сделать шаг и меня тут же схватят. А вдруг это дом растянутого в фотошопе человека, у которого спиздили лицо.       Замок закрытой двери щелкнул, и дверь с лёгким скрипом открылась. По комнате эхом раздались тяжёлые шаги. Я замедлила дыхание. Ощущение будто попал в дешёвый ужастик, только вот это была реальность.       Хлопок! Окно. Теперь оно закрыто. Это не страшно, но напрягает. Затем шаги прошли мимо шкафа и судя по звуку ушли в ванную. Я немного прикрыла дверцу шкафа. Дверь, которую кто—то открыл, была нараспашку, и в замке висели ключи. О, клянусь жизнью, в этот момент я поверила в бога. Хотя нет. Как говорит старший брат: «Бога немає, є Сатана». Так что уверовала в Сатану.       Тихо выбралась из шкафа. У меня было жалкие секунд 20, если не меньше. Сделала несколько шагов в сторону двери, стараясь не заглядывать в ванную, вышла в коридор, резко захлопнула дверь, щелкнула ключом и рванула прочь. На втором или третьем шагу за спиной раздался грохот и дикий рык. «Ебать меня и мои желания!» — я взбежала по лестнице, вынырнула в коридор, не сориентировавшись рванула по еще одной лестнице на второй этаж, забежала в очередную комнату, где закрылась, а после вновь полезла в шкаф.       «Ебать! Ебать! — я, дрожа от адреналина и страха, сидела в затхлой одежде, глупо улыбаясь, — Добралась до его дома! До его блять дома! — дрожь прошлась по телу, оставляя после себя неприятный холодок, — Я в жопе! Это пиздец! Ебите меня семеро, как отсюда выбираться?!» — я неудачно дернулась, зашипела и вспомнила о ветке, что торчит из плеча. За 5 часов сидения на месте в темном шкафу, я совершенно забыла о ней, о боли, о том, что ее нужно вытащить, что нужно забинтовать руку.       Выглянула из шкафа. Вроде в доме стало тихо. Я тихо переползла в ванную. Свет тут был тусклым, плитка потрескалась, зеркало давно заляпано, да и царил своеобразный беспорядок, так же беспорядок был и в комнате. Я ради интереса дернула кран, вода, на удивление, полилась, даже не ржавая.       Кое—как извернувшись я сняла кофту, смяла ее и прикусила. Одной рукой вцепилась в ветку, а второй оперлась на раковину. Вдох, выдох. Резкий рывок. Я завывая от боли, опускаясь на пол. Отдышаться сложно, сломанные ребра начали ныть, слезы выступили на глазах. Я прижала свою кофту к ране, кое—как перемотав. Тело истерично заныло. Я облокотилась на стенку. «Отдышусь и найду способ тикать с этого места.» — я слушала дом, боясь, что вновь услышу его шаги или, черт возьми, увижу.       Когда от боли осталась только неприятная пульсация, я встала, вышла в комнату и подошла к окну. Второй этаж. Каков шанс, что, спрыгнув, я не сломаю себе ногу?       Я села на кровать, с которой поднялось облако пыли, и стала рассуждать. С собой у меня два ножа, пистолет и три обоймы. Из того, что могло сойти за веревку — ничего. Можно связать простынь и пододеяльник с кровати, можно снять с себя пояс, тогда есть шанс уйти отсюда, добраться до лагеря, если я его вообще найду, а оттуда сразу домой.       Но встать я не смогла. Словно тело свинцом налилось. «Вставай, блять!» — я сделала рывок, но тут же опустилась обратно, ощутив головокружение и легкую тошноту, — Это пиздец! Не хватало тут еще отключиться! — я похлопала себя по щекам, попытавшись встать еще раз, но тело устало, адреналин кончился, во мне осталась только боль и усталость, — Ладно. Дам себе 5 минут и пойду» — эти 5 минут растянулись на приличные 5 часов. Я блять уснула.