Часть 2

Когда старшекурсники разошлись, отец Жозеф пытался привести в сознание парня, но сперва нащупал пульс и нашел его. — Эй, вы слышите меня? — в ответ на вопрос ничего не последовало, хотя священник старался привести его в чувство тормошением за плечо и запахом ладана. Тогда священник мог бы пойти дальше и оставить Антонио, но он был неравнодушным к беде другого человека, поэтому собрался набрать номер скорой. Но тут парень очнулся. — Ч-что? Н-не надо… — Антонио взглянул сквозь туман на лицо священника и покачал головой, — это всего лишь царапина. Правда! Вы мне не верите? — Но вы же отключились и никак не реагировали, да еще и синяки везде. С моей стороны грех не помочь нуждающемуся. — Вы мне и так многим помогли. Не хочу быть обязанным. Спасибо. — Кавалли через силу встал, но чуть не свалился снова, и все же не упал. — Молодой человек, в таком состоянии вы не доберетесь до дома, обопритесь об мое плечо. — Зовите меня Антонио. У меня имя есть вообще-то. — недовольно пробубнил парень и принял помощь священника. Так они дошли до дома Антонио, студент всю дорогу был погружен в свои мысли о том, что зря он вмешался в конфликт пьяных старшекурсников, а лучше бы втихую прошел мимо, и ругал себя за горячность. Отец Жозеф же приметил, что парень легкий и худой, поэтому практически нести его было проще.

***

— Благодарю вас, святой отец, можете зайти и попить чего-нибудь, согреться. — Нет, у меня много дел. Не надо благодарностей, я просто как христианин сам не мог пройти мимо и оставить вас там, а то бы винил себя, что этого не сделал. — Я настаиваю, а то будет как-то не так, тем более на улице холодно, немного посидите у меня. — Ладно. Кюре вошел в дом и стоял, смотря на его простой интерьер, но под уговорами Антонио, он сел за стол. Студент поставил чайник и сел рядом со священником. — Как вас зовут? — поинтересовался брюнет. — Меня зовут отец Жозеф. — Не итальянское имя у вас, вы нездешний? — Нет, я наполовину француз, но родился и вырос здесь: так уж получилось, что отец в молодости увлёкся, кхм, и остался здесь. Так что вовсе я не нездешний. — аргументировал кюре, несколько даже обиделся на странность имени для мальчишки. — Простите, просто мне очень интересно было, я не хотел вас задеть, ещё и голова трещит, всякие глупости говорю… Антонио поник головой, смущаясь своей мальчишескому любопытству, он ещё раз вгляделся в лицо отца Жозефа, только при свете и он немного удивился, что тот оказался не стариком, а молодым мужчиной лет чуть старше тридцати. Кюре был бледным и с виду малохольным, не верилось, что это он его спас. Антонио Кавалли всегда казалось, что священники обязательно все холодные и старые, думают только о Боге и им нет дела до таких, как он — бедном студенте, который со всеми дерётся. Вспыльчивому парню было впервые не неприятно ошибиться в своих доводах.