31. Первое задание

      В день первого задания все без исключения студенты, профессора, привидения и портреты были переполнены воодушевлением и гордостью за своего чемпиона.       Или, правильнее будет сказать, чемпионов.       Гермиона, в отличие от большей части школы, очень переживала за своего лучшего друга. Последние несколько дней Гарри отрабатывал манящие чары на волшебных предметах, особенно на метлах. И хотя он изо всех сил старался скрыть это, когда они встречались в одном из пустых кабинетов, девушка могла с уверенностью сказать: друг был на пределе.       Однако она не могла винить его. Если бы ее отправили сражаться с драконами на турнире, в котором она никогда не собиралась участвовать, она чувствовала бы себя еще хуже.       В день первого испытания никто, казалось, не обращал особого внимания на уроки. Все ученики ждали полудня, чтобы увидеть, как четыре ученика будут соревноваться за победу. Профессора, похоже, тоже были в предвкушении и не давали домашних заданий.       Время будто замедлилось, хотя жизнь в замке била ключом.       Чемпионы получали внимание отовсюду: им желали удачи, похлопывали по спине, смущенные фанаты подходили, чтобы поздравить их, и, на радость Гарри, большая часть поздравлений досталась трем первоначально выбранным чемпионам, а не ему самому.       И все же временами гриффиндорцы чуть ли не подбрасывали сокурсника на руках, уверенные, что он добьется успеха. Но, к ужасу Гермионы, Рон не пожелал другу удачи, когда профессор Макгонагалл увела Гарри готовиться. Как он выразился, скорее всего, к смерти.

***

      Когда по коридорам Хогвартса разнесся звон трехчасового колокола, Гермиона судорожно вздохнула и последовала за студентами из гостиной в вестибюль.       Она была уверена, что ей так же, если не больше, чем Гарри, хотелось, чтобы первое задание поскорее закончилось. Из всего, что они могли выбрать, они остановились на драконах? Что, Мерлинова борода, будет с чемпионами дальше?!       Свернув за угол, девушка заметила знакомую макушку с ярко-рыжими волосами среди учеников своего факультета. Она протиснулась сквозь шумную толпу, подошла к Рону со спины и похлопала его по плечу.       Он повернул к ней веснушчатое лицо, и почти мгновенно его обычно приветливое выражение сменилось ледяной маской.       – Да? – равнодушно спросил он. Гермиона вздохнула, но держала голову высоко поднятой, а на ее лице не дрогнул ни один мускул.       С тех пор, как была опубликована эта гнусная статья, Рон, очевидно, решил, что подруга вступила в романтические отношения с Гарри и никогда не говорила ему об этом.       Она снова и снова пыталась убедить друга, что ничего подобного между ней и Гарри не происходит, и что он для нее как родной брат, как и она для него. Но в глазах Рона все еще проглядывалось неверие и подозрительность.       – Я просто решила узнать, не хочешь ли ты пройтись до состязания, – ответила Гермиона и постаралась спрятать разочарование за легкой улыбкой. – Я подумала, что тебе не помешает компания...       Рон только пожал плечами и коротко кивнул, тут же повернувшись к ней спиной, когда девушка собиралась открыть рот, чтобы сказать что-то еще. Снова закрыв его, Гермиона закатила глаза и фыркнула.       Пока Гарри был занят подготовкой к испытанию, некоторые ученики никак не хотели принимать тот факт, что у нее нет отношений со знаменитым Гарри Поттером.       Она ощутила, как головная боль перемещается от затылка ко лбу. Девушка потерла висок и попыталась сохранить бесстрастное выражение лица, пока студенты продолжали выходить из замка.       Только когда она услышала, как ее позвали откуда-то из гущи суетливой толпы, она подняла голову.       Дафна Гринграсс с широкой улыбкой мчалась к ней из Большого зала и протянула руки для крепких объятий.       – Гермиона! О, как приятно снова тебя видеть, – воскликнула блондинка и выпустила ее из своей хватки. – Мне так жаль, что у нас не было возможности поговорить в последнее время из-за турнира. А еще Пэнси всегда тащит меня обратно в гостиную, как только заканчиваются уроки...       – Дафна, пожалуйста, не волнуйся из-за такой мелочи! – успокоила Гермиона и улыбнулась собеседнице.       Было приятно снова пообщаться с девушкой Гринграсс. Она была одной из немногих, не считая Джинни, с кем Гермиона могла поговорить по душам и поделиться своими трудностями.       Слизеринка была совсем не такой, как ожидала Гермиона с самого первого курса. Временами она даже думала, что блондинке не место на факультете Салазара для чистокровных. Дафна была доброй, а иногда и тихой девушкой, которая так же, как и она сама, любила учиться. Ей никогда не нравились шумные сборища, которые устраивала Пэнси, поэтому большую часть времени она проводила за разговорами с Блейзом, Драко и Тео. Дафна казалась намного спокойнее остальных слизеринцев, и, вдобавок, Гермиона видела лучезарную улыбку на лице блондинки, только когда она была наедине с собой.       С другой стороны, гриффиндорка уже знала о ее сообразительности и коварстве: именно она свела их с Драко во время летних каникул.       – Гермиона, ты меня слышишь? – спросила Дафна, прервав ход ее мыслей.       – Ой, нет, извини, – выпалила Гермиона.       – Я просто думала, ну... Надеюсь, ты не возражаешь, если я спрошу, и ты можешь сразу сказать, если это слишком личное, но... То, что мисс Скитер написала о тебе и Поттере... Это правда?       Она, наверное, выглядела рассерженной, потому что Дафна сразу же замолчала. Еще раз вздохнув, Гермиона натянуто улыбнулась и ответила.       – Уверяю тебя, Дафна, между мной и Гарри нет ничего романтического, – девушка поняла, что произносит эту фразу уже в тысячный раз. – Он всегда был мне как брат, и он воспринимает меня точно так же, почти как сестру, которой у него никогда не было.       Дафна кивнула и расплылась в улыбке. Гермионе стало немного любопытно, почему блондинка заметно расслабилась и улыбалась немного шире, чем до этих слов.       – Именно это меня и интересовало. Но ты знаешь, я просто любопытная кошка, – пошутила Дафна, качая головой и немного краснея оттого, как плохо звучала ее шутка. Гермиона только хмыкнула и продолжила разговор с блондинкой, пока хриплый голос Филча не пронесся над толпой.       – Все, кто идет на состязание, следуйте за мной! Сюда! – кричал смотритель. Его голос слегка сорвался на последнем слове. – Насчет остальных – очень жаль, что вы не можете присоединиться.       Когда Филч сошел со своего места у фонтана, крепко прижимая миссис Норрис к груди, в толпе снова раздались бормотание и шепот, и студенты пошли вниз по склону холма.       Гермиона повернулась к Дафне и собиралась сказать, что ей нужно найти одного рыжеволосого друга. Но как только она открыла рот, она снова мгновенно закрыла его и посмотрела через плечо Дафны.       Рон стоял рядом с Фредом и Джорджем в приподнятом настроении и заглядывал в маленькую коричневую коробку, в которой были четыре отсека разного цвета. На дне коробочки позвякивали галлеоны, которые уж точно никогда не вернутся к своим первоначальным владельцам.       Гермиона закатила глаза, когда поняла, что замышляют все трое: ставки. Конечно, от близнецов не стоило ожидать меньшего.       – Гермиона, ты не против, если к нам присоединится еще несколько человек? – Дафна снова привлекла ее внимание.       Она кивнула и улыбнулась, радуясь небольшой компании по дороге на турнир. Было очень кстати отвлечься от того, что ее лучший друг вот-вот столкнется с огнедышащими созданиями, которые порвут на части любого на своем пути.       Однако этой компанией оказались самодовольный итальянец и заносчивый блондин.       – Здравствуйте, дамы, – поприветствовал Блейз, за ним шли Драко и Тео. – Не хотите ли сопроводить нас на стадион?       – О, с удовольствием, милый сэр, – насмешливо произнесла Дафна и сделала глубокий реверанс. Блейз воспользовался возможностью, подскочил к блондинке и взял ее руку, легонько поцеловав тыльную сторону ладони.       Дафна нахмурилась и отдернула руку, румянец залил ее шею и уже подкрался к щекам.       Блейз лишь усмехнулся и жестом предложил им пойти.       Следуя за потоками студентов к лестнице, Гермиона обнаружила, что смеется и наслаждается обществом слизеринцев. За все годы в Хогвартсе она впервые услышала об их розыгрышах и забавных историях, узнала новые секреты замка, последние сплетни и все такое. В общем, она не ожидала стать частью банды Слизерина.       Несколько гриффиндорцев перед ними то и дело бросали на нее странные подозрительные взгляды через плечо.       Они быстро обернулись и замолчали после того, как Драко поймал их на бормотании чего-то, что включало в себя ее имя. Когда они оглянулись в третий раз, блондин пронзил их ледянящим душу взглядом, который дал понять, что лучше держать язык за зубами.       В то время, как Дафна, Блейз и Тео разговорились и почти забыли о двух других студентах, идущих с ними, Гермиона ужасно занервничала, когда в поле зрения появился стадион.       Отсюда, с холма, она смогла разглядеть округлое деревянное сооружение с высокими трибунами вокруг места, где чемпионы должны были сделать все возможное, чтобы победить зверя.       До студентов доносился рев драконов, бьющихся о свои клетки и жаждущих вырваться на свободу, хотя бы для того, чтобы полакомиться человеческим мясом.       – Ты какая-то нервная, Грейнджер. Тебе ведь не придется сражаться с этой тварью, – прокомментировал Драко в попытке подбодрить ее парой шуток. От этого Гермиона только сильнее напряглась, и голос юноши мгновенно стал серьезным.       – Грейнджер, все будет хорошо...       – А если что-то случится? – выпалила она, накручивая прядь волос на палец. – Что, если Гарри не сможет правильно использовать манящие чары и все испортит? Что, если дракон станет неуправляемым и навредит ему? Что, если...       – Что, если ты перестанешь накручивать себя и позволишь Поттеру справиться с этим самому? – перебил Драко, внимательно изучая выражение ее лица. Гермиона закусила губу, и блондин посмотрел ей прямо в глаза, чтобы не покраснеть.       – Но он...       – Чертов Мальчик, Который Выжил, и который, кажется, вообще не может умереть, – закончил он в надежде развеселить ее довольно несвоевременной шуткой. В ответ на это слизеринец заслужил лишь взгляд, который мог испепелить его гораздо быстрее, чем любой дракон.       Гермиона хлопнула его по руке и нахмурилась, как только заметила его фирменную ухмылку.       – Это не смешно!       – Еще как смешно, – возразил Драко, все еще ухмыляясь. – Поттер, наверное, пережил больше, чем сам Мерлин. А в итоге заработал всего парочку царапин. Говорю тебе, на этот раз ничего не изменится.       Гермиона быстро перебрала в уме ситуации, в которых его утверждение было не совсем верным.       – А как насчет того случая, когда зачарованный бладжер попал прямо в Гарри и почти...       – Ты про тот раз, когда я упал с метлы в том же матче, а мадам Помфри полностью проигнорировала мои травмы и уделила все внимание Поттеру, который лишился пары костей? – Драко усмехнулся. – Да, Грейнджер, я хорошо это помню.       – Этот бладжер мог убить его...       – Вот именно, мог, но не убил.       – А как насчет Тайной комнаты...       – Ты имеешь в виду тот случай, когда он убил большую змею и позволил птице обронить на себя слезинку?       Гермиона оставила свои возражения и возмущенно фыркнула, когда поняла, что он не изменит свою точку зрения ни на одну из ситуаций, о которых она напомнила. Она продолжала игнорировать его ухмылку до конца пути, и только перед самым входом на стадион вновь позволила волнению взять верх.       – Они не допустят, чтобы с ним что-нибудь случилось, – заверил Драко без единого признака улыбки и шутливого тона. Он указал рукой на группу мужчин со ожогами и шрамами на каждом видимом участке кожи. Они стояли в стороне с волшебными палочками наготове. – Я даже слышал, как один из Вислых... – девушка уставилась на него, когда услышала его любимую версию фамилии Рона. – Э-э, братья Уизли грозились со всем разобраться, если что-то пойдет не так.       Понимающе кивнув, Гермиона глубоко вздохнула и последовала за учениками вверх по ступеням. Она поднималась на трибуну вслед за Тео все выше и выше.       Вокруг них студенты, фанаты и профессора стояли плечом к плечу, прижимаясь друг к другу плотнее с каждым прибывающим человеком.       В воздухе витали плакаты, по стадиону разносились крики и аплодисменты. Большая крытая площадка отделяла прессу и работников Министерства от нетерпеливой и взволнованной толпы.       Сердце Гермионы чуть не ушло в пятки, когда ее взору предстала центральная часть стадиона.       Всю арену заполняли острые камни и булыжники, покрытые следами когтей и копотью. Посреди этого лабиринта из скал и утесов возвышался каменный постамент, где лежало четыре золотых яйца, сияющих на фоне пасмурного неба и манящих к себе драконов.       Гермиона ощутила легкий толчок в спину и, когда повернулась, увидела, как Драко жестом указывает ей двигаться вперед. Она, по-видимому, остановилась как вкопанная, пока осматривала поле для состязания, и задерживала всю очередь ожидающих зрителей.       Повернувшись на каблуках, она подошла к Дафне и поднялась по лестнице в их секцию болельщиков. У окружавших их студентов лица были разрисованы красным и зеленым, а на плакатах и флагах было написано «Крам».       Слизеринцам, видимо, очень нравился болгарин.       Гермиона проигнорировала кричалки и посмотрела на трибуны. Гриффиндорцы стоя выкрикивали имя Гарри и размахивали флагом с гербом льва, чтобы все видели, кого они будут поддерживать во время состязания.       Фред и Джордж все еще расхаживали между рядов, брали и разменивали галлеоны для ставок студентов и всех желающих. Девушка могла только представить, какой была бы реакция Молли, если бы она была здесь прямо сейчас и увидела, как ее сыновья заключают пари на жизнь чемпионов...       – Ты в порядке, Гермиона? – Дафна нахмурилась при виде встревоженного лица Гермионы.       Быстро кивнув и изобразив натянутую улыбку, она ответила блондинке, что она просто немного замерзла. Честно говоря, было и правда довольно холодно. На девушке был теплый свитер, пальто и шапочка с парой перчаток, которые миссис Уизли связала ей на прошлое Рождество.       Дафна улыбнулась в ответ, кивнула и повернулась к ней спиной, чтобы вновь присоединиться к болтовне Блейза и Тео. Гермиона закатила глаза, когда услышала слова «снитч» и «ловец». Серьезно, разве во время турнира больше не о чем поговорить?       – Добрый день! – по всему стадиону разнесся голос, призывающий к тишине. Все взгляды обратились к той секции трибуны, где стоял Дамблдор, направляя палочку себе на горло. – Это грандиозный и волнующий день для всех нас, собравшихся здесь сегодня, потому что мы увидим, как наши чемпионы соревнуются в своем первом задании Турнира Трех Волшебников.       Толпа разразилась аплодисментами и радостными возгласами, студенты размахивали плакатами над головами и выкрикивали имена своих чемпионов. Внезапно все эти звуки заглушил один лишь низкий рев, раздавшийся от одного из скованных цепями существ за трибуной. Из-за высоких рядов со зрителями вырвалось оранжевое пламя, которое на мгновение осветило арену.       Гермиона сглотнула, чтобы сдержать подступающую тошноту.       – Как вы уже знаете, каждое из трех заданий сопряжено с огромной опасностью, – продолжил Дамблдор, и его прервал еще один оглушительный рев. – Мы просим всех студентов и гостей оставаться на своих местах. Это сведет к минимуму возможные неприятности, которым вы можете подвергнуться...       Остальную часть речи Дамблдора Гермиона прослушала – она засмотрелась на то, как из клетки выводят первого дракона. Существо билось и рычало, пока его тащили в центр площадки, где из земли торчал большой крюк. Дракон ревел и визжал, пытаясь избавиться от тяжеленной цепи на его шее.       В глубине души девушке стало немного жаль создание. Во всяком случае, она догадалась, что дракон хотел быть здесь не больше, чем Гарри, или любой другой чемпион, если уж на то пошло.       Дракона магическим образом приковали к большому крюку, торчащему между камней, и освободили от невидимых пут, которые связывали его тело. В тот момент, когда оковы спали, дракон расправил широкие желтые крылья и взмыл в небо.       Он летел всего секунду, а затем цепь натянулась и отправила существо обратно к камням. Дракон помотал головой и пошатнулся – он явно удивился тому, что не может вырваться из хватки прочного и крепкого металла.       Толпа не отрывала глаз от создания, и Гермиона могла только догадываться, что никто больше не слушает дальнейших указаний о мерах предосторожности и причине проведения такого задания на турнире.       Желчь, бурлившая в ее желудке, грозила вырваться наружу, когда Дамблдор вернулся из палатки чемпионов. Напряженная, но веселая улыбка скользнула по лицу директора, а его глаза хитро блестели за очками-половинками.       – Очень хорошо, поскольку нашим чемпионам были назначены драконы, состязание скоро начнется. Мистер Диггори по сигналу пушки...       Дамблдора перебил звук взрыва над палаткой, что означало начало первого задания, которое испытает способности каждого чемпиона.       Толпа зааплодировала и завопила, тогда как Гермиона чуть не потеряла сознание. Ее спина напряглась, а дыхание замерло, когда один из чемпионов Хогвартса вышел на поле с напряжением и тревогой на лице.       Она была поражена: друг тоже выглядел так, будто его вот-вот стошнит.

***

      Гермиона не могла поверить, что еще не упала в обморок прямо на трибуне.       Не прошло и пяти минут с тех пор, как Гарри вылетел на метле со стадиона, а Венгерская хвосторога последовала за ним.       Ни один человек в толпе не издал ни звука, пока рев дракона отдалялся, и вскоре послышался только рокот и стук.       Все до единого затаили дыхание в ожидании, кто же победит: Мальчик, Который Выжил, или злобное существо.       Рядом с ней Дафна заламывала руки и что-то бормотала себе под нос. Никто из слизеринцев не произнес ни слова, некоторые даже обменивались обеспокоенными взглядами.       Легкие Гермионы сотрясались от нехватки воздуха, когда она задержала дыхание. Сердце билось так быстро, что кровь стучала в ушах, и она начала было слышать тихий звон.       Он не мог...       Нет...       Нет... не Гарри! Ему всегда удавалось выбраться из...       Девушка внезапно оборвала свой внутренний диалог, когда издалека донесся слабый шум. Все зрители, казалось, тоже это слышали и обратили взоры на секцию, где сидели судьи.       Поначалу на горизонте виднелась всего лишь точка, за которой шлейфом клубился дым. От резкого ветра из стороны в сторону раскачивалась метла, угрожая сбросить...       Это метла!       Все разразились аплодисментами, сотрясшими стадион. Гермиона вскочила со своего места на трибуне и стала аплодировать и кричать так громко, как только могла. Она размахивала руками над головой и подпрыгивала на месте.       Он сделал это!       «Молния» продолжала лететь, пока не достигла центра арены. Соскочив с метлы и прижав одну руку к груди, Гарри сунул яйцо под мышку и какое-то время просто смотрел на него, сияющее во всей своей красе.       Гермиона закричала и захлопала еще громче, когда ее лучший друг посмотрел на зрителей и поднял яйцо над головой, чтобы все видели трофей.       Толпа буквально захлебывалась кричалками и вздохами облегчения. Гарри просто светился, пока нес яйцо в палатку чемпионов. Медицинская бригада уже ждала там, чтобы осмотреть его на предмет ранений, но оглушительные аплодисменты и возгласы не прекратились, даже когда Гарри скрылся из вида.       Гермиона даже не поняла, что заплакала от облегчения, пока не почувствовала, как чья-то рука легла ей на плечо и мягко потянула к себе.       Девушка быстро вытерла щеки и улыбнулась стоявшему рядом блондину, на лице которого виднелась широкая ухмылка.       Наклонившись так, чтобы слышать его, Гермиона едва разобрала слова Драко:       – Вот видишь, Грейнджер! Чертов Мальчик, Который Выжил, просто не может умереть!       В тот момент ее даже не задело оскорбление лучшего друга. Прежде чем девушка сообразила, что делает, она обвила руками талию Драко и крепко обняла его, все еще широко улыбаясь.       Блондин замер и не знал, что делать. Гермиона Грейнджер прямо сейчас обнимала Драко Малфоя. Единственными, кто, казалось, заметил это, были его друзья, которые стояли рядом, разинув рты.       У юноши и самого чуть не отпала челюсть. Он не привык к такому физическому контакту и, честно говоря, не ожидал подобного от обнимающей его сейчас девушки.       Но его удивление длилось недолго, поскольку она отстранилась до того, как он успел отреагировать.       Все еще вытирая слезы счастья, Гермиона не успела осмыслить произошедшее и направилась прямиком к палатке чемпионов.       Гарри был жив.       Гарри жив!       Не зря она читала ему нотации, он выдержал первое испытание. Против проклятого дракона! Ха!       Ее радостные мысли перебил тот самый голосок в голове, который умолял ее осознать, что она только что сделала на трибунах.       Смущение накрыло ее с головой до того, как нога коснулась последней ступеньки. Гермиона остановилась как вкопанная. Улыбка начала медленно сползать с ее лица, а румянец поднялся от шеи до кончиков ушей.       – О, Мерлин!