Пролог (+предисловие от автора)

Предисловие

Говоря о аниме «Наруто», многие утверждают о том, что это «аниме про сражения», и в большинстве эти люди правы, ведь это часть жанра, в котором это произведение состоит. Однако многие стали забывать о том, чему все это время нас учили серии и страницы манги о мальчике-Джинчурики: связи с близкими – это самое важное, что у нас есть, и мы должны их ценить, защищая от возможного разрыва.

Близкие нам люди одаривают нас улыбками, помогают в трудную минуту, да и вовсе – их присутствие лелеет душу. Переживая всякий раз за кого-то, мы не делаем это с целью отяготить себя, или просто пострадать. Мы боимся, что наша ценная связь с этим близким оборвется. Когда человек с кем-то ссориться – ему безусловно больно и тоскливо, но по крайней мере его ныне «незнакомец» жив, и то что он гневается на вас может оказаться временным. Когда близкий нам человек умирает, мы теряемся, ведь, по нашему мнению, это было слишком быстро и несправедливо, потому что ваша крепкая связь была разрушена вопреки желания друг друга. В такие времена справится с опустошением после утраты помогают окружающие люди. Хотя вы точно знаете, что горе о утрате вас никогда не отпустит, вы все равно улыбаетесь тем, кто за вас волнуется, потому что в такой период вы понимаете: «Я им не безразличен». И та вещь, и эдакая болезненны. В пример можно привести случай между Наруто и Саске: Узумаки гонялся за Учихой несколько лет к ряду, в надежде сохранить связь, что они выстроили между собой. После взять ситуацию у Саске: Он против воли себя и родителей остался в одиночестве, и считает это несправедливым, но обнаружив что есть шанс выпустить свою боль и страдания на виновном, он решает отмстить Итачи за его поступок. И в том, и в ином случае связи мальчиков были подвергнуты негативному воздействию. Они оба страдали от того, что боятся, или уже утратили связь с кем-то, кто значил для них очень много. Этот фанфик – плод моих идей и задумок. Мне, как и многим из вас, очень нравится драматические моменты, особенно в аниме. Находя новые и новые идеи и задумки, я представлял их, иногда иллюстрировал, и в конце концов спустя некоторое количество «ролл-плеев», я понял, что все эти сюжеты удерживают одну и ту же тему: Связь, и поддержка друг друга.

«Дыра в вашем сердце — это то, что могут заполнить другие люди…» - Какаши Хатаке Пролог

Почти день. Солнце встало уже довольно давно: Пели птицы; Развивалась листва деревьев и кустов на легком дуновении ветра. Да и в стране горячих источников было довольно тихо. Настолько, что шелест деревьев и трепет крыльев птиц были слышны даже из номера гостиной, в которой было 3 футона (Футон – традиционная японская постельная принадлежность в виде толстого хлопчатобумажного матраса, расстилаемого на ночь для сна), причем два их них застелены, а третий все еще был занят.                               

      Невозмутимое лицо лежащего освещали лучи солнца, заходящие из выхода в небольшой сад. В комнате прозвучал протяжный и тяжелый вздох, что пропитывал в себе целую палитру оттенков утомления и сонливости. Веки лежащего оставались тяжелыми, да и кажется тело вовсе не хотело вставать, что уж говорить о том, что руки и ноги ломило так, если бы по ним протопталась целая толпа слонов, не менее.        Шум навесной двери справа. Пара угольных зрачков, что были направлены в сторону сада, медленно переплыли вправо уставившись на источник звука, и не проявили ни доли чувства неожиданности. Подошедший, скромный и на вид хрупкий, силуэт в халате присел рядом с футоном на корточки. Сверху донесся голос девушки, что уже была давно бодра, ведь встала она в 8 утра, как и еще один гость. Сейчас же на часах уже было почти 12:00.             - И долго вы еще будете тут лежать? Какаши-сама, вы плохо себя чувствуете? – спросила девчонка с непослушными и слегка кудрявыми черными, как перья ворона, волосами.                                                                                                                                            -Совсем нет. Будто я долго тут лежу. – Какаши присел, наконец-то смахивая с себя одеяло, и дал себе еще пару минут очнуться, поглаживая лицо руками, и борясь с головокружением, что было видно лишь по его бледности кожи. Сквозь тишину пробилось тихое покашливание, словно он подавился, или его горло пересохло.                         -Вы лежите здесь уже почти 4 часа между-прочем, и уже успел наступить обед, а вы так и не позавтракали. Гай-сан уже соскучился, хотя и пытается рассказывать какие-то истории для меня. – Возразила рядом сидящая, и скрестила руки на груди, словно осуждая пепельноволосого за его невнимательность и прокрастинацию.                               -4 часа? Правда? Я и не заметил, ха-ха! Какой-же я рассеянный – неловко посмеялся Хатаке, и почесал свой затылок, скорчив смущенное выражение лица. После он быстро сменил эмоцию на расслабленную и дружелюбную – Спасибо что напомнила, Мирай, я уже иду. Подожди меня в комнате с Гаем.                                                                                     -Отлично. Кстати, что вы будете есть? А не-то вы еще больше похудеете, чем сейчас– Легкая улыбка посетила лицо Сарутоби, которая теперь поднялась, и сложила руки в боки, готовясь выполнить поручение Шестого Хокаге, пусть он и был в отставке. Для нее это было великой честью. Тем более это была миссия S-ранга, на которую ее назначил сам господин Седьмой Хокаге. Прикрыв глаза, томя свои ожидания, она прислушалась к поступающему ответу.                                                                                                                   

-А? Нет, спасибо, Мирай. Я не голоден. Но я был бы тебе крайне благодарен, если бы ты заказала мне ромашковый чай без сахара. А что на счет худобы – это возрастное, не волнуйся, я в порядке. Теперь ступай, я скоро подойду к Вам.                                                       Лицо девушки стало быть озадаченным, что выдавало ее брови, а из уст вырвалось неловкое «Чегось?». Ее рубиновые глаза уставились на сидящего, но она не стала долго ждать повторения просьбы, и вместо этого решила все хорошенько обдумать уже в пути за чаем.

Шаги Мирай уже были в коридоре. В ее голове гудели шестерёнки, и уж больно все это было странным: Утрата веса, бледность, утрата аппетита и более того, теперь он даже толком не вставал с постели. Действительно ли он так ленился? Тогда откуда утрата аппетита?

С скрипящими досками под ногами, она приближалась к скромной общей столовой, где собиралась попросить ромашковый чай. Там уже было немного шумно, ведь сидящие за столом люди разговаривали, что мешало думать идущей девушке. Благо, Какаши позаботился о том, чтобы они втроем ели отдельно от всех, что являлось его привилегией, как особого гостя, так что их приемы пищи проходили только в их особенном кругу общения.

Ромашковый чай, к слову, обладал многими свойствами, и о некоторых из них почти никто не знал. Зато знала Мирай, которой об этом рассказывала ее мама. Ромашковый чай имеет успокоительное и снотворное свойство, а также иногда снимает боль от напряжения, но кроме того, ромашковый чай мог смягчить чувство тошноты. Естественно, Хатаке мог бы просто хотеть попить этот чай, т.к. он ему нравится, но учитывая те подозрительные детали, что заметила ранее девушка, это вовсе не вязалось с «обычным желанием выпить чаю». Какаши был известен всем своим спокойствием, так что пить чай для успокоения он точно не будет. Тогда на ум приходят другие функции этого чая, такие как снижение чувства тошноты, и они уже напрягали леди, в данный момент, подходящую к повару, и просящую чашку ромашкового чая без сахара. К слову отсутствие сахара в чае также могло говорить о возможном расстройстве желудка. Он ей врет? Наглая ложь «Все в порядке», немного возмущало молодую куноичи. Она была намерена узнать правду, ведь она была назначена на эту немаловажную миссию «Сопровождать и защищать Шестого Хокаге и его друга», и по мнению Сарутоби, она была просто обязана вмешаться, чтобы вести отчетность о состоянии сопровождаемых.

Поблагодарив за чай коротким поклоном, ее уверенный шаг застучал по доскам, верно и быстро, сокращая расстояние между ней и комнатой, в которой ее ожидал Гай за чайным столиком и парой порций онигири. За навесной дверцей уже доносился звонкий голос инвалида, который тешился с какой-то шутки, с стороны пришедшего пепельноволосого. Мирай отодвинула навесную дверцу, и пройдя к столу, встретилась взглядом с Какаши, который одарил ее теплой улыбкой. Гай выдохнул, подавляя смех. Девушка поставила чай на стол, ближе к Какаши, который сидел напротив куноичи. Он благодарно кивнул ей за это, принявшись пить горячий напиток сквозь маску, что с стороны иногда выглядело странным, но кажется эти двое уже привыкли к такому. Его довольный голос пробурчал ровным тоном:

- М-м… Большое спасибо, это лучшее, что могло бы быть этим утром                                                 -Вы хотели сказать «этим днем»? – Поправила его Мирай, вызвав этим у Гая энергичную реакцию                                                                                                                                           -Ха-ха-ха! Да-уж, Какаши самый настоящий лентяй. Иногда поднять его с постели невозможно, а последнее время даже и пытаться не нужно – Густобровый растянул широкую улыбку, обнажая все свои 36 зубов, которые сияли не хуже брильянта.                    -Лениться нужно уметь, чтобы не было скучно – Пробормотал Какаши в ответ Майто, снова попивая чай. Снова Шестой заставил своего друга разлиться в хохоте.                               Брови чунина нахмурились, полные подозрения. Лентяйство? Конечно, она наслышана о его рассеянности, но по словам Шикамару: «Как же я утомился от него… Его внезапные побеги в чащу леса ради прогулок, меня немного раздражают. Но он говорит, что больше не может сидеть на месте… Какая морока!». Эта фраза точно подчеркивала, что Какаши далеко не из тех, кому нравится подолгу оставаться в одном положении. Она решается на вопрос: -Вы плохо себя чувствуете?                                                                                                                                                                                                                                                            -Что? С чего ты взяла? – Какаши поднял озадаченный взгляд на два рубина в глазах девушки, и стал ждать объяснений такому резкому заявлению. Гай тоже не понял, что произошло, но и вмешиваться не собирался.                                                                               -Ну… Ваше бледное лицо, слишком долгий отдых в постели, легкий кашель и в конце концов – Палец Сарутоби направился на ромашковый чай – Тошнота.                                      -Что? Тошнота? Я всегда был бледен, да и то, что я лентяй абсолютная правда. Кашель? Не знаю, но я думаю, что я просто простыл, здоровье-то уже не то. - Лицо пепельноволосого приняло более беззаботное выражение, и брови взмыли вверх, словно для него это было что-то совершенно обычное.                                                                                           -Вы отказались от уже второго приема пищи. У вас нет аппетита. Вы уверены, что это простуда?                                                                                                                                            - Хм-м… Я же говорю: наверное, я просто простыл. Мирай, я разберусь с этим, не волнуйся. – В ответ Какаши получил подозрительный взгляд с стороны куноичи. В ее мнении что-то точно было не так. Уж больно это все странно.                                                 -А тошнота? – Бровь сопровождающего изогнулась в озадаченности.                                     -С чего ты взяла, что меня тошнит? У меня нет аппетита из-за простуды.                                -Ромашковый чай не только успокаивает, но и лишает чувства тошноты и тяжести в желудке, а учитывая, что вы отказались уже от двух приемов пищи, это становится подозрительным.                                                                                                                                Взгляды пересеклись между собой. Масочный заметно напрягся. Его взгляд уставился на сидящую напротив, и он думал о том, как ему объяснить все это. Тишину разбавил тихий и скромный кашель в кулак, отведенный в сторону. Снова вернув свой спокойный и стоический лик, он обернулся к собеседнице:                                                                               - Я на днях хотел съесть рыбы, но она оказалась не первой свежести. Не рассчитав возможностей своего организма, я не обратил на это внимания. Видимо на старости лет мой желудок стал немного более восприимчивым к подпорченным продуктам.                         -Я никогда в жизни не поверю, что вы, известный как остроумный ниндзя, не сможете рассчитать своих возможностей адекватно. – Взгляд девушки стал еще грубее, она впилась пальцами в стол, и ее губы сжались в кривую нить. В ответ на такой аргумент, Какаши снова замолк, а после снова стал стоять на своем.                                                       -Быть остроумным везде и всегда невозможно. Я в порядке, чего ты? Да, бывает, я рассеянный, ты же знаешь… Если что-то будет, я скажу тебе об том. – Он устало откачнулся назад, и направил нос к потолку, о чем-то думая.                                                 -Не пытайтесь мне врать, я ответственна за ваше здоровье! И когда вы мне скажете об этом? Когда умрете?! – Заявила Мирай, уже начиная упираться руками в стол, ее волосы зашевелились. Плохое предчувствие в сердце девушки было словно буря, и она с каждой секундой становилась все сильнее. Пропустив сквозь свои мысли ругань за проницательность Ассумы, которым он одарил свою дочурку, Какаши снова надпил чай, прикрывая глаза. Кудрявая продолжала – Ваш вес в нездоровом темпе упал за последнее время, и это нельзя объяснять возрастом! Слишком мало времени прошло, чтобы исхудать таким образом, и, если учитывать, что вы лишь «немного простыли», вы не должны были так похудеть. Вы врете, чтобы я не волновалась за вас?! Из-за вашего недоверия я волнуюсь теперь втрое больше!                                                                               -Довольно. – Ответил Шестой Хокаге, и поставил чашку чая на стол с серьезным взглядом, который поднялся на Сарутоби. Девушка вздрогнула от такого серьезного тона. Вечно-беззаботный и миловидный Какаши, которым она его видела последние дни, проявил свою строгую натуру, чего она на самом деле не ожидала. Голос Хокаге на пенсии продолжил монотонную речь: – Мирай, слушай, ты с начала нашей миссии слишком много испытываешь стресса на счет любой ситуации. Не утрируй. Я просто простыл, а худым я был всегда. Гай не даст мне соврать об этом. Я напомню, что ты приняла двух стариков за убийц, когда мы шли в страну пара, так что успокойся, и просто наслаждайся отдыхом. – Хатаке повернулся к своему верному сопернику, ожидая его подтверждения происходящего                                                                                                 -Мирай, это правда. Я сколько знаю Какаши: он практически всегда отказывался от угощений или полноценной еды, и такое телосложение у него было всегда. – Сказал инвалид, слегка озадаченный происходящим. Не смотря на всю его шумность и яркость, он не горел желанием мешать им разрешать конфликт.                                                                                     Обжигающая каждый атом тела волна вины пробила тело девушки. Она немного опешила, ведь слова о ее паранойи было правдой: она действительно постоянно была на стороже, и видимо ее постоянные подозрения вышли за грань понимания. Ее щеки покраснели от стыда. Девушка села и скрутила губы:                                                                  -Простите… Мне жаль, что я накричала. Я была слишком грубой, извините. – Взгляд двух алых глаз был направлен под стол. Она присела и вздохнула, Скидывая с себя напряжение во всем теле, и кипение, что возникло из-за чувство наглой лжи с стороны пожилого шиноби.                                                                                                                                            -Все в порядке. Просто постарайся не забивать свою голову такими вещами. Расслабься. Если что и будет такого серьезного, то я обязательно скажу тебе об этом. Но как видишь все под контролем. – Проговорил спокойный тон голоса, и теперь Гай расслабился вместе с другом, видя, что его спор был разрешен, и он вовсе не злился. Майто вздохнул, немного печалясь тем, что Мирай жила в постоянном стрессе из-за сверх важности этой миссии.                                                                                                                  

Конечно Какаши пришлось оперировать чертами ее характера. В его мнении так было лучше. Во всяком случае, возможно это действительно было хорошим решением, и к тому же, от пепельноволосого отстали с вопросами о его здоровье.

Как только конфликт был исчерпан, Гай с особым аппетитом принялся есть свою порцию, что стояла там еще до того, как чай принесли. Также, как и порция Мирай, которую она начала неохотно есть, подавляя чувство стыда и вины за то, что она накричала на бывшего Хокаге.