Глава 3. Новый дом

Учебный год прошёл спокойно, если не считать странного происшествия с троллем на Хэллоуин, когда эта зверюга каким-то образом пробралась в школу, но, к счастью, дел натворить не успела — преподаватели быстро скрутили незваного гостя и выставили прочь. Особых подробностей нам не рассказывали, но ходили слухи, что это было как-то связано с запретным коридором на третьем этаже. Впрочем, слухи эти распространял Рон, так что я не удивился бы, узнав, что он их и придумал. Я так и не смог заставить себя хоть раз написать письмо своим благодетелям. То ли из-за того, что попал на Гриффиндор, и мне было попросту неловко за подмоченную репутацию Драко, то ли просто потому, что и писать-то было особо и нечего. По сути, я весь год просидел в библиотеке, периодически отвлекаясь от книг на смягчение тлетворного влияния рыжего на моего друга. Рон ещё в самом начале учебного года загорелся желанием узнать, что же такого страшно важного хранится в запретном коридоре на третьем этаже, о котором нас предупреждал Дамблдор на праздничном ужине, но получалось у него не слишком успешно. Поначалу Гарри не разделял его энтузиазма, но когда на Рождество кто-то подкинул ему мантию-невидимку его отца, они с рыжим совсем распоясались и только и делали, что слонялись под ней по замку, пытаясь втянуть в свои приключения и меня. — Ты боишься, что ли? — как-то раз после ужина решил поддеть меня «по-дружески» Рон, когда они с Гарри уже выбирались из-за стола, готовясь к новым «приключениям». — Или всегда делаешь то, что тебе говорят взрослые? — Когда взрослые говорят «не переходи дорогу в неположенном месте», я не перехожу дорогу в неположенном месте, — пытаясь сдержать раздражение, ответил ему я. — Не потому, что так сказали взрослые, а потому что не хочу умереть страшной и мучительной смертью. — Неужели вам совсем не интересно? — Рон перевёл озадаченный взгляд с меня на хмурую Грейнджер. — Где ваш дух приключений? — Кажется, мы забыли его в библиотеке и именно туда сейчас направимся, — холодно ответила она, хотя никогда ранее ничего не решала за меня. — Но вы же всё равно расскажете нам, если что-то узнаете. Хотим мы этого или нет… — Возможно, — Рон важно приосанился, махнул рукой, и они с Гарри направились прочь. — В библиотеку? — Грейнджер взглянула на меня и немного смутилась, словно до неё только дошло, что она позволила себе лишнего. — В библиотеку, — я не стал смущать её ещё больше и тоже поднялся из-за стола. — Искать потерянный дух приключений. Стоило отдать Грейнджер должное: именно она заставила Гарри и Рона отказаться от мысли лезть в запретный коридор и не менее запретный Запретный лес. Не понимаю как, но Грейнджер со своими покровительственными замашками и «я всё знаю лучше всех» умудрялась стопать этих «приключенцев», когда они совсем уж заигрывались. Честно говоря, я бы на месте ребят давно уже послал её, но Гарри на полном серьёзе считал Гермиону своей подругой и чаще всего прислушивался к её мнению. Сама же она предпочитала проводить время в библиотеке, обычно в моей компании. По правде сказать, я к ней уже тоже привык, но со мной она вела себя совсем иначе, наверное, понимала, что меня её опека только раздражала бы. А вот товарищем по исследованиям и научным проектам Грейнджер оказалась отличным. Я не пытался влиять на неё, она не пыталась влиять на меня, вволю отрываясь на Поттере с Уизли, и все были довольны. Кроме рыжего, конечно, но Гарри молодец — не давал девчонку в обиду. Девчонок вообще обижать нельзя, особенно, если они молодые, талантливые и начитанные ведьмы. *** Экзамены я сдал легче лёгкого — впрочем, как и вся наша компания, — и до последнего не знал, что мне делать дальше. В магловском мире меня наверняка уже похоронили, было бы странно, если б я вдруг заявился в приют и попросился пожить там до осени. И даже если бы в Хогвартсе можно было оставаться на летние каникулы — это мне бы всё равно не подошло. Представьте себе: Драко Малфой и вдруг остался в школе. На рождественских и пасхальных каникулах из-за этого на меня и так криво поглядывали. Кто-то даже распустил слух, что родители от меня отреклись за то, что я попал на Гриффиндор. В целом, отношение ко мне в школе вообще было странным: гриффиндорцы привыкли быстро, я мог спокойно подойти к любому старшекурснику и проконсультироваться у него по любому вопросу, а вот остальные факультеты относились ко мне как минимум настороженно, отдельные их члены даже враждебно. Хотя последних было не так уж много, и все со Слизерина — факультета лузеров и отщепенцев. Слизеринцев в Хогвартсе не любили практически все студенты, да чего уж там, даже многие преподаватели относились к ним с некоторой предвзятостью. Думаю, попади я туда — мне пришлось бы туго, так что перед Гарри у меня уже скопилось немало долгов, которые я был намерен вернуть, и потихоньку возвращал, помогая с теорией. Не сказать, что учёбу он забросил, но достаточно быстро понял, что все его теоретические знания по чарам и трансфигурации толком ничего не значат. Тренироваться где-то кроме как на уроках, ему никто бы не позволил, в Хогвартсе царили на удивление дурацкие порядки, а на уроках Гарри и сам старался не выделяться, поскольку, как оказалось, излишнего внимания очень не любил. Но с его жизнью до школы, о которой он мне поведал, оно и понятно. Я частенько сожалел, что не могу рассказать ему о себе. Наше детство было во многом схоже: мы оба росли с родственниками, которым нафиг не сдались, а ещё они жуть как боялись магии. Хотя о своей тётке я не могу сказать последнего наверняка, но подозреваю, что она всё же знала о магическом мире, как и о том, что я к этому миру принадлежу, пусть и не могу колдовать. Однако у меня всё ещё оставалась надежда на лето, я рассчитывал, что хотя бы вне школы мы с Гарри сможем общаться открыто, но совершенно не представлял, где и как это лето проведу. Сомневаюсь, что тётка пустила бы меня пожить после того, как сама же и сдала в приют. И лишь в последний день, когда все уже собирали оставшиеся вещи и готовились к завтрашней поездке на «Хогвартс-экспресс» до Лондона, меня вызвал к себе Снейп. Он был одет в походную мантию, и даже как-то внешне собран, что ли, хотя вещей у него в руках я не заметил. — Ваши родители не смогут вас встретить с поезда, поэтому я сам доставлю вас домой, — произнёс он скучающим тоном, а потом добавил, подтверждая мои подозрения: — Сегодня. Я несколько растерялся, поскольку полагал, что у меня есть ещё как минимум день, чтобы попрощаться с друзьями, а получалось, что на поезде я не еду. Вот только куда именно я не еду? Вряд ли Малфои решили приютить меня на лето, это предположение выглядело бы совсем уж глупо. — У меня есть время попрощаться с друзьями, сэр? — на этот раз я решил быть максимально вежливым. — Через четверть часа жду вас у выхода из замка. Так быстро я ещё никогда не бегал. Собирать мне было особенно нечего, я весь год всё своё носил с собой. Книги в библиотеку мы сдали ещё позавчера, финансовых долгов за мной отродясь не водилось, поэтому мне просто было нужно найти Гарри и Гермиону. К счастью, они обнаружились в общей гостиной, где я их и оставил. На всякий случай я попросил у них адреса и номера телефонов, хотя Гарри предупредил, что без особой необходимости ему лучше не звонить. Грейнджер встретила мою просьбу с изрядной долей скепсиса, поскольку полагала, что о тех же телефонах я знаю только из их с Гарри рассказов, но координаты всё-таки дала. Теперь я точно был обязан ей позвонить, а может, даже заехать в гости, хотя ещё никогда так далеко не уходил из приюта. Запоздало закралась обнадёживающая мысль, что возможно Снейп всё устроит, запудрит мозги работникам приюта, и они думать забудут, что весь учебный год я шлялся неизвестно где. Вот только зачем ему это? С такими мыслями я направлялся к выходу из замка. Моя осенняя идея нарваться на отработки у Снейпа увенчалась успехом. Фактически, я делал это регулярно, и регулярно же торчал по вечерам в кабинете зельеварения, пока сам Снейп проверял домашние задания. И, представьте себе, он даже презентовал мне коробку спичек. К сожалению, некоторые зелья, требующие при варке вливания магической силы, мне оказались недоступны. Нет, конечно, я не сразу поверил в это, а сначала убил несколько недель на бесплотные попытки сварить что-то из этого списка. Снейп меня не отговаривал, мы вообще говорили редко, обычно он просто следил за тем, что я не нарушаю технику безопасности и не тырю у него особенно дорогие ингредиенты. Для своих экспериментов я выбирал самые простые и дешёвые в изготовлении зелья, для этого, правда, мне пришлось изучить несколько справочников и каталогов с ценами. Самые интересные и трудоёмкие в изготовлении зелья были и самыми дорогими, но я прекрасно понимал, что пока моих навыков не хватит для приготовления оных, так что тренировался на более простых вещах. В конечном итоге мне пришлось признать, что без вливания магической силы всё, что я готовил из «расстрельного» списка годилось разве что свиней кормить. Хотя я не уверен, что они бы после этого долго прожили. Это, конечно, меня расстроило, но горевал я не долго, поскольку большинство медицинских зелий в этот список не входило. Более того, чаще всего при работе с ними магию рядом с котлом, в том числе и при подготовке ингредиентов, использовать строго-настрого запрещалось. Объяснялось это тем, что для приготовления таких зелий требовались компоненты, обладавшие собственной магией, вступавшей в конфликт с магической силой волшебников. — Отлично, а я уже собирался уходить, — Снейп ожидал меня там, где и должен был. — Простите, сэр, у меня нет часов. На сегодня я точно исчерпал свой суточный лимит вежливости, но раздражать его мне лишний раз всё равно не хотелось, поэтому я ненадолго замолчал, обдумывая свои дальнейшие действия. Однако надолго меня не хватило. — Вы не могли бы уделить мне немного своего времени и пообщаться кое с кем, чтобы я мог без опасений вернуться в приют на лето? — набравшись смелости, спросил я, когда мы отошли на достаточное расстояние от школы. — Нет, — просто ответил Снейп, потом остановился, мне тоже пришлось остановиться, и взял меня за локоть. Хватка у него, скажу я вам, была отнюдь не нежной. Всё резко закрутилось вокруг, не знаю, как ещё это описать. Меня словно схватила неведомая сила, смяла в комок и пропустила через ручную сушилку. К счастью, длилось это недолго, мы очутились где-то в другом месте, в кромешной темноте. Снейп не торопился отпускать меня, лишь немного ослабил хватку, чтобы я мог наклониться. Почему-то согнувшись было проще бороться с тошнотой и головокружением. Когда меня окончательно отпустило, я выпрямился и благодарно кивнул, не питая, впрочем, иллюзий, что он увидит. Однако он тут же разжал руку и произнёс: — Свет. Я инстинктивно зажмурился и для верности даже прикрыл лицо руками. Раздался хлопок, словно ладонь ударилась о ладонь, я открыл глаза и немного раздвинул пальцы, глядя сквозь них. Свет оказался совсем не ярким, и вряд ли ослепил бы меня, но всё же мне почему-то было приятно думать, что Снейп предупредил меня перед тем как его зажигать. Я убрал руки от лица и огляделся. Толстый слой пыли покрывал… буквально всё. Если это дом Снейпа, то он явно так себе хозяин. — Не забывайте, что вы лишили меня единственного домовика, — ехидно проговорил тот, словно прочитав мои мысли. — Я, конечно, позаимствовал у Малфоев ещё одного, но глупо полагать, что он будет мотаться сюда из Хогвартса, чтобы следить за домом. Впрочем, раз уж вы с Бинки теперь здесь — этим и займитесь. Уныло оглядевшись, я пожалел, что не умею контролировать свои мысли. Я и свою речь-то толком контролировать не научился, хотя, признаюсь, уже делал некоторые успехи. — Вам не обязательно ползать здесь с тряпкой, — раздражённо добавил Снейп, проходя к окну. — А, точно, Бинки же может всё сделать магией, — я едва не хлопнул себя по лбу. Снейп раздвинул занавески на окнах, в плохо освещённую комнату хлынул тусклый свет. Грязные стёкла плохо пропускали солнечные лучи. — Держите, — Снейп вернулся ко мне и протянул увесистый мешочек, я заглянул в него и увидел туго свёрнутую пачку купюр. — Надеюсь, вам не нужно объяснять, что делать с магловскими деньгами. За продуктами будете ходить сами, если этих денег вам на лето не хватит — будете сидеть голодным. «Щас, — подумал я про себя, расплываясь в ухмылке, — как будто я не найду у кого деньжат подрезать». Снейп поморщился, а его взгляд стал подозрительным, и я поспешил разорвать зрительный контакт. Он задумчиво потёр подбородок. — Бинки. Домовик не заставил себя ждать. — Будешь присматривать за нашим гостем в лаборатории. Но проследи, чтобы он не брался за действительно сложные вещи. «И не переводил дорогущие ингредиенты», — мысленно закончил за него я, а моя ухмылка стала ещё шире. Подумать только, Снейп не просто привёл меня в свой дом и отсыпал деньжат, но и допустил в свою лабораторию! — О любых сомнительных действиях сразу сообщать мне, — продолжил тот всё с тем же задумчивым выражением лица. — Нет, сначала привяжи его к стулу, а потом докладывай. Домовик с готовностью закивал. «У-у-у, предатель», — как-то обиженно подумал я, хотя упрекать Бинки мне было не в чем. Мы с ним никогда даже не общались, но я уже успел привыкнуть к его незримому присутствию в моей жизни. Он не только помогал мне на практических занятиях магией, но и частенько оказывал разные мелкие бытовые услуги. Если я засиживался в библиотеке и пропускал ужин, то неизменно находил у себя на кровати термос с супом или чаем и пару очень сытных сэндвичей. Моя одежда всегда была чистой, а постельное бельё менялось даже чаще, чем у остальных. — Есть вопросы? — Снейп выдернул меня из размышлений. — Никак нет, сэр, — отрапортовал я, едва удержавшись, чтобы не приложить руку к пустой башке. — А вы здесь жить не будете? — Я возвращаюсь в Хогвартс, но иногда буду проверять, не разрушили ли вы мой дом. — А… — я задумался, чего бы ещё такого спросить, но на ум как назло ничего не приходило. — Здесь есть телефон? — В прихожей, — Снейп махнул рукой в направлении одной из дверей. — Если не отключили, давно им не пользовался. Сходите за продуктами, ключи на тумбочке под телефоном. И он испарился. Я посмотрел на Бинки, он посмотрел на меня, и мы почему-то синхронно заулыбались как два идиота. Полагаю, со мной ему было веселее, чем с этой мрачной летучей мышью. — В магазин? — поинтересовался я. Бинки кивнул и тоже растворился в воздухе, но я знал, что он всегда где-то рядом, и это придавало мне уверенности. Все деньги я с собой брать не стал, вытряхнул клубок банкнот, вытащил из него парочку, а остальные засунул обратно в мешочек и убрал в древний как экскременты мамонта сервант. Первым делом в прихожей я снял с такого же древнего, висевшего на стене телефонного аппарата трубку и приложил её к уху — гудки шли, что здорово воодушевило меня. Осторожно положив трубку на место, я нащупал на тумбочке ключи. Здесь свет не горел, а стёкла в окнах были такими же грязными, как и в комнате, увидеть, что творилось снаружи, не представлялось возможным. Я наудачу хлопнул в ладоши, и старый пыльный светильник, располагавшийся чуть правее телефона, зажёгся. Он совершенно точно был электрическим, это я понял сразу. Может, у Снейпа и телевизор есть? Скинув с себя школьную мантию, я остался в ничем не примечательном школьном костюме, за исключением, конечно, его стоимости, но этим маглов вряд ли удивишь. Дверь поддалась не сразу, слишком уж тугой замок, но справившись с ним, я вышел на улицу и мой энтузиазм куда-то испарился. Дом Снейпа находился… в дыре. Мне ещё предстояло узнать — в магловской или магической, но особых надежд я уже не питал. Хорошо если здесь найдётся какой-нибудь скромненький сельский магазин, в котором кроме хлеба, да круп ничего особо и нет. Магазин обнаружился всего минут через пять ходьбы в произвольном направлении. Впрочем, дом Снейпа располагался в тупике, поэтому долго думать, куда идти мне, не пришлось. К счастью, всё оказалось не так страшно: я умудрился купить и мяса, и яиц, и овощей, и даже немного сладостей, ассортимент здесь был неплохой. И всё же это место оказалось самой настоящей дырой на несколько десятков домов, совершенно ничего магического. Дома я загрузил все скоропортящиеся покупки в старенький и пустой, но исправно работавший холодильник, а остальное распихал по шкафам. — Ваша комната готова, мастер, — провозгласил Бинки, появляясь передо мной. — Спасибо, — я немного смутился и не нашёл, что ещё сказать. Не знаю, как домовики обращаются к своим хозяевам, но «мастером» меня ещё никто и никогда не называл. Чаще бестолочью или разочарованием… но «мастер» мне нравится куда больше. Я даже улыбнулся, жизнь определённо налаживалась.