2.

— Руру, вставай, иначе мы такими темпами опоздаем на экзамен! — голос Изуку звучал приглушенно, сквозь пелену. Но достаточно громко и близко, чтобы девушка недовольно засопела. — Экзамен через полтора часа, вставай кому говорю!       Кудо-младшая выглянула из-под одеяла, взглянув на Мидорию. За то время, которое они дружат, парнишка действительно изменился достаточно сильно. Три года прошли медленно, но незаметно. Он подтянулся, слегка подрос и стал увереннее. Не говорил с ней заикаясь и краснея по каждому пустому слову, мог спокойно вести беседу. Правда, зрительный контакт, как и физический, ему воспринимать всё ещё сложно, пусть он и терпит Кудо со всеми её заморочками. «Успех», хотелось воскликнуть, если бы этот парень сейчас не стоял у её кровати и не пытался стянуть на экзамен. — Ну, Зуку, ещё пять минуточек, пжлста, — одеяло беспощадно срывают, окуная тело в утреннюю прохладу. — Какая зараза снова открыла окно?! — Мирей-сан, — девушка мгновенно заткнулась, тупо щурясь и вглядываясь в Мидорию. Против старшей сестры пойти она не могла, пусть и поездит той по мозгам, что она снова нарушает её личные границы. Парень вздохнул. — Идем, Руру, я не хочу тащить тебя с собой силком.       Он мог, но носить на себе дремлющее и в ус не дующее тело? Ну нет, сегодня сил Изуку нужно куда больше, чем прежде. Пусть парень в последние десять месяцев и увеличил свои нагрузки, что было слегка странно, пусть и весьма логично, но ему нужно быть готовым на практическом экзамене ко всему. Юдзуру зевнула. — Ладно, ладно, встаю. Передай Мире, чтобы оставила мне кофе.       Если уж сестра встала, а она пашет всю ночь напролёт и больше, то ничего не оставалось. Мысль о том, что можно было вытащить из своих запасов энергетиков одну баночку, чтобы стать более работоспособной, девушка оставила при себе. Не при Изуку об этом говорить: парень воспринял информацию о том, что она пьет энергетики резко в штыки, иногда устраивая ей лекции о вреде оных на сердце и всю сердечно-сосудистую систему.       Понять его можно было. Волнуется, особенно учитывая, что их отношения стали практически платонически родственными. Парень снял с головы полотенце, встряхиваясь. По всей видимости только вышел из душа. Было странно осознавать, насколько, всё-таки, семья Кудо повлияла на Изуку. Но от подобного в груди зрели теплые ощущения, заставляющие Юдзуру мягко щуриться и улыбаться.       Несмотря на то, что как в своих, так и в силах Изуку девушка была уверена, легкая дрожь покрывала руки. Её жизнь изменилась и стала ярче в тот момент, когда она познакомилась с Мидорией, а сейчас, в этот день — она изменится ещё сильнее. Придется выложиться на все сто, а не как обычно, иначе её зелёный пушистик будет снова ворчать, что она ничего не воспринимает всерьёз. И ведь он в некоторой мере прав.       Юдзуру потянулась и зевнула — оставалось сделать себе кофе, чтобы не провести весь оставшийся день с желанием свернуть кому-нибудь шею. На кухне нашлась сестра за ноутбуком: разбирала огромный ворох документальной волокиты из своей шарашкиной конторы, которое в простонародье зовут Геройским Агентством. Кудо Мирей была двадцать седьмой в топе геройского рейтинга, из-за чего количество её работы значительно превышало среднестатистического про-героя.       Наблюдая за сестрой, Юдзуру убеждалась, что если и быть героем, то только в середине рейтинга и ни при каких обстоятельствах не лезть в рейтинге выше. Ни за какие коврижки она не продаст свой послеобеденный сон. — Кофе? — На плите. — Грасиес. Изуку не говорил, будет ли? — в ответ Юдзуру уловила только отрицательное движение головы старшей. — Значит, обойдется чаем.       Щелкнула конфорка. Девушка размеренно перемещалась возле плиты, не придавая никакого значения собственным телодвижениям, делая всё больше на автопилоте. Всё же, приготовление напитков стало для неё делом привычки после увлечения братом барменского дела. А если тот чем-то увлекался, то к этому делу, автоматически, добавлялась и она. Вот и пришлось под шумок учиться, чтобы ей над ухом не ныли, как бедному-бедному Мирану скучно одному это всё учить. Черть*, будь он неладен. Со второго этажа, сонно зевая (от Юдзу заразился, не иначе) спустился Изуку. — Готовы к покорению UA? — Юдзуру поставила перед другом чашку с пакетированным чаем. Другого в их доме не водилось, потому что, увы, все поголовно были приверженцами кофе. — Я скорее буду готова к самоповешению через удушение, — в девушку без слов полетел тапок. — У меня в руках кофе! — Значит, обойдешься его остатками. — Готовы, Мирей-сан, — неловко улыбнулся Изуку. Всё же, сколько бы времени он не провёл в женском обществе семейства Кудо, взаимоотношения сестёр как были для него загадкой, так ею и оставались. — Вот и замечательно! — старшая Кудо потянулась, вставая из-за стола.       Волноваться за малышню она не видела смысла: Юдзу тренируется под надзором Юрея с самого детства, так что должна гарантированно пройти. Легкое беспокойство было за Изуку. Малой, всё же, безпричудный. Но вспоминая то, что её младшенькая утянула ребёнка в тренировки, даже оно исчезало. Он пацан умный, выкрутится, как пить дать.       Ну а если, не дай Небо, произойдет такое, что они всё-таки не пройдут… Мирей лично им ад на земле устроит.

***

      Юдзуру медленно выдохнула, оглядывая полигон. Не сказать, что волнение охватывало её настолько сильно, что дурманило мысли. Просто мельтешило на периферии сознания, мешая сосредоточиться на все законные сто процентов, на которые она пообещала выложиться сестре.       Кудо взъерошила волосы. Не любила она подобные вещи, очень не любила. Привычнее было бы просто забить и делать как делается, но обещание есть обещание и выполнить его нужно. Даже если цена выполненному обещанию будет её собственные потраченные нервы и лишний седой волос на голове. «Они у меня и так седые», мысленно чертыхнулась будущая студентка.       На вышке расположился Сущий Мик с микрофоном, так что слышно его было с лихвой. Как бы не оглохнуть на одно ухо, — подумалось девушке, заставляя фыркнуть с собственных мыслей. Голос Про-Героя разносился по всем полигонам, оглашая начало этой гонки на выживание.       Рвануть — благо, Юдзу додумалась применить причуду чуть заранее, — и вырваться вперед не составило труда. По кистям прошлась дрожь, ощущения начали обостряться. Пусть и не полное, но обращение, скрытое под одеждой, завершилось, позволяя девушке ускориться ещё сильнее. На глаза попался первый робот. — Что ж, да начнется охота!       Её мощи за счет ускорения должно хватить, если она достанет голову. Как оказалось, роботы были весьма неповоротливыми, хотя и казались быстрыми.       «Специально замедляют?» — пронеслась мысль у Кудо. Впрочем, не её дело, первые баллы себе она уже заработала. Дальше схема простая: найти по возможности как можно быстрее цель, обезвредить, и по новой. Иногда Юдзу меняла схему, когда замечала, что некоторые ребята не справляются с роботами. Приходилось выручать, а некоторых даже вытаскивать из-под завалов груды металлолома или бетона. Разрушения, оставляемые после себя будущими «ученичками» были не шуточные, и задевали, казалось, даже своих. — Блять, бешенные ублюдки, — шикнула чернокожая, вытаскивая из-под обломков здания какую-то страдалицу с ушами-штекерами. — Жива? — Согласна полностью, — усмехнулась девушка. — Да, твоими стараниями. Какой-то придурок задел здание взрывом, когда по роботам херачил.       «Взрывом? Не Кацуки случаем?» Юдзуру навострила уши, услышав роботизированный шум поодаль. Щелкнула языком, вслушалась. На восемь часов была новая цель.       Попрощавшись с новой знакомой, которая назвалась Джиро, девушка рванула вперед.       Трехбалльная машина для травли студенческих нервов находилась «спиной» к девушке, позволяя ей без лишних движений добраться до головы. Щелчок, и та с громким лязгом отлетает в сторону, даря Юдзуру очки. Вот только со спины робота пришлось быстро спрыгивать, иначе бы она была погребена под горой мусора.       В общей сложности у неё насчитывалось около тридцати семи или тридцати восьми очков за роботов. Сестра говорила, что она может не придавать значения роботам после того, как пройдет порог в тридцать баллов, («потому что ты будешь ещё и к людям цепляться, а они такое любят…») так что можно было выдыхать и расслабляться. как раз минуты через две экзамен заканчивается.       Стоило Юдзу выдохнуть, как раздался грохот, сопровождающийся землетрясением. Девушка взвыла, приседая на корточки. Громкий шум ударил по голове, словно раскат грома в штиль, вызвав вместе с собой сильную дезориентацию. Не сойти с ума от внезапной слепоты она смогла только благодаря чьим-то рукам, судя по всему, женским, которые её подхватили поперёк плеч, удерживая от того, чтобы она не грохнулась и отвели чуть в сторону от здания. Запах, тонкий аромат сандалового дерева, намекнул на то, что спасшей её девушкой оказалась недавняя знакомая. — …до! Кудо! — слух медленно возвращался в норму, позволяя расслышать голос Джиро словно сквозь толщу воды. — Жива, — тихо прошипела. — Слава богу, я уже испугалась, что тебя вырубило. — Не далеко от истины, подруга. Они явно готовы разориться на счета по лечению… — О чём ты-       Не успела девушка закончить вопрос, как по земле прошлась дрожь, словно от движения по ней чего-то огромного. Вопрос о том, что это, закрылся сам собой, когда Юдзуру увидела голову той махины, которая и вызывала все эти толчки. Мат из груди вырвался сам собой. Джиро криво ей поддакнула и отвела в сторону, чтобы они смогли спрятаться и отдышаться от суеты. — Теперь я понимаю, на что ты намекала, говоря за счёт на лечение, — усмехнулась девушка, поведя ушным разъемом. Она нервно наматывала свою генетическую особенность – Юдзуру ещё с первого пересечения заметила, как прикольно это выглядит, - на палец, рассматривая разруху. — А то.       Резкий крик экзаменатора и мир вокруг становится чуть тише, позволяя им выдохнуть. Закончили. — Я не знаю, как ты, — начала Кудо, поглядывая на отряхивающуюся Джиро, — а я хочу жрать. — Полностью поддерживаю твоё стремление к поглощению пищи. — То бишь, хочешь жрать. — Да.

***

      Юдзуру, честно сказать, плевать было с высокой колокольни, кем будут её новые одноклассники. Если будет нужно, она и с мертвецом общий язык найдет. Враки. Она предпочтёт сделать лицо-кирпичом и слиться со стенкой, пугая ребятню своей аурой. Взгляд сам собой упал на экран телефона, где светился новый контакт «Ушастик».       Однако сейчас девушку больше волновал нервно мельтешащий перед глазами Мидория, будь он неладен, Изуку, у которого, кажется, скоро окончательно потечет крыша. Либо же Юдзуру взорвется раньше и отправит в полет в его нерадивую головушку что-нибудь далеко-далеко за океан. — Зуку, будь другом, уймись уже наконец. Что значит «не сдал»? Результаты будут только через неделю, — не выдержала девушка, опустив голову на подушку в руках. — То и значит, Руру! О Ками, я так ужасно себя показал. Ещё и перед той девушкой расплакался! — парень присел на корточки, сжимая волосы и жмурясь. Со стыда, он, кажется, даже забыл, как дышать. — Так, мой хороший, а теперь давай ты выдохнешь и по порядку мне расскажешь, что-куда-зачем. Идёт? — Да…       Парень наконец выдохнул и присел на противоположный край кровати, начав рассказ. Оказалось, из-за волнения он едва набрал проходные баллы на письменном экзамене. Но письменный не страшно, его он, дай бог, пережил. Но вот практическая часть не радовала: благодаря панике реакция Мидории снизилась, и парень проворонил старт, из-за чего ребята, вырвавшиеся вперед, набрали больше очков. Ему только и оставалось, что помочь парочке неудачно упавших ребят, да кого из-под завалов вытащить помочь, потому что никто другой этого не делал.       Юдзуру решила умолчать о том факте, что за эти действия ему, скорее всего, закинут баллов восемь в копилочку точно.       Нулевой робот вызвал у Мидории ужас, и не заметь он вовремя, что одну девушку придавило обломками бетонной стены, он бы рванул к черту на куличики вместе с остальными, а так, уничтожил махину, да руку с ногами себе вывихнул до синяков*.       — Подожди, ЧТО?! — громко. Кудо подскочила, выражая крайнюю степень изумления. Изуку сжался, готовясь ожидать допрос с пристрастием. Всё-таки, Юдзуру была не глупой и вполне могла сложить дважды два и догадаться, что отмазка с проявлением причуды в «более позднем возрасте» это всё враки чистой воды.       Чернокожая действительно глупой не была. И сейчас, глядя как парень рядом с ней сжался и старательно косит взгляд в сторону, поняла, что лучше будет оставить Мидорию в покое. Девушка потерла переносицу и медленно выдохнула. — Я не буду ничего спрашивать про причуду, — Изуку округлил глаза, — но! скажи мне на милость, какого хрена? Вывихнутые ноги? Рука в мясо? Что за херня, молодой человек?       В ответ послышалось что-то про «не привык», «нагрузка на тело» и прочая бурда, которую она не разобрала по причине растянутых щек оппонента. Нужно же ей как-то выместить на друге свою вредность? И не важно, что другу потом придется терпеть её неоднозначные намёки и мелкие издёвки за то, что скрыл подобный факт. Напрямую не спрашивает? Нет. Но, пожалуй, по доброте душевной, так издеваться над Изуку она будет только наедине. Не хватало ещё, чтобы мальчишка, с его извечно тревожной душой, поседел раньше времени.       День закончился, а будни в UA становились всё ближе и ближе, заставляя покрываться кожу Кудо нехорошими мурашками. Чует её сердце, эта Академия из неё выжмет все соки…