Глава 1:~Пролог~

Давным-давно существовало великое королевство Эботт, где в согласии обитали две расы — люди и монстры. Земли его славились плодородием, учёностью, высочайшей в мире одноимённой горой, но главное — мирным сосуществованием меж расами. Хоть люди и превосходили монстров в развитии, но благодаря древним договорам они сотрудничали во всём: в торговле, ремёслах, земледелии и прочем. Наибольшую же известность снискал Контракт Службы. По сему обычаю, землепашцы (без разницы, человек или монстр) обязуются отдать одного из семьи в услужение дворянину (равно какого роду) в обмен на оговорённую плату. Целыми поколениями семьи людей и монстров хранят сии договоры, а посему детей в таких семьях с малых лет обучают всяческим трудам: от уборки да земледелия до грамоты и придворного этикета. Так из века в век жила одна крестьянская семья, что служила древнему роду монстров-дворян. *** Стоял знойный летний день. По пыльной дороге шла девица лет пятнадцати, с короткими каштановыми кудрями и румянцем во всю щёку. Одеяние на ней было простое — салатовое платьице с жёлтыми полосками да стоптанные сапоги. Но более всего в толпе выделялись её очи — алые, словно два рубина. Неспешно шагая, она несла корзинку с ягодами домой. Едва переступив порог и взявшись за метлу, услышала зов матери: — Чарушка, подойди-ка ко мне! «Дивно, в сей час матушка обычно занята. Неужто случилось что?» — мелькнуло у неё в голове, когда она отложила метлу и поспешила на зов. *** В богато убранной горнице на резных стульях восседали двое мужей, схожих меж собой: бледные, словно смерть, лики, белые как снег волосы, чёрные парадные камзолы. Хотя младшему из них лишь шестнадцать, но взор его голубых очей, устремлённый на отца, пылал гневом. Старший же, муж в летах, невозмутимо читал газету, не удостаивая сына взглядом. Спустя полминуты молчания в покои вошла служанка с подносом. — Чай пода́н, господа. — степенно произнесла она, ставя поднос меж ними. — Благодарю, можешь удалиться. — так же спокойно ответил отец. Отложив газету, обратился к сыну: — Санс, в который уже раз ты доводишь своих служанок до плачевного состояния. Объясни мне, зачем? — Ибо они несносны! — вспылил юноша. — Как назойливые щенята, льнут без толку, ни говорить не умеют, ни слушать. Что мне с ними делать, коль только под ногами путаются?! — Посему я нашёл тебе новую служанку. Лет почти твоих, обучена всему необходимому, сама видел. Всем твоим прихотям соответствует, не так ли? — Гастер улыбнулся. — Но… отец, прошлая лишь позавчера ушла. Дашь ли передышку? — Решение неизменно, Санс! Ты ведаешь мои правила. С её семьёй у нас древний договор, что чтится поколениями. Не смей и думать прогневать их вновь! Явится в час дня. Будь готов. — отхлебнув чаю, он вновь погрузился в чтение. Санс сверкнул глазами, но молча удалился. Шагая по коридорам, обдумывал услышанное. «Коль это псарё из договорной семьи — всегда можно расторгнуть согласие. Если доведу её до того, что сама возжелает уйти — отец наконец отступится. Ха, легко как пирог съесть. Его угрозы мне нипочём. Посмотрим, как понравится новой «собачке» наш дом…» *** — Чарушка, ступай собирай пожитки. — молвила мать, ласково глядя на дочь. — Что стряслось, матушка? Дел ещё невпроворот. — встревожилась девица. — Ах, родная, ныне тебе надлежит отбыть в дом Винг-диксов по договору. И велика честь — будешь личной служанкой старшего сына! — Как так сразу личной? Опыта ведь нет! — волнение охватило её. — Тише, тише… Помнишь, как господин Винг-дикс навещал нас? Он наблюдал за тобой и решил так. Собирайся быстрее, остальное расскажу дорогой. Кивнув, девица бросилась собирать узел, пока ум её осмысливал новость. Вскоре они стояли у порога, наблюдая, как к крыльцу подкатывает золочёная карета. Войдя внутрь, мать начала речь: — Слушай, доченька. Что тебя взяли личной служанкой — неспроста. Господин Гастер сказывал, что у сына его беда со служанками. Всячески избавляется от них, а отец понять не может. Тут-то твой нрав и пригодится. — девица удивлённо воззрилась, ибо главным её недостатком считали как раз упрямство, решимость и прямоту. Многие твердили, что служанке с таким характером нелегко придётся. А тут — напротив, знак, что предстоит испытание. Мать продолжила: — Станет тебя выживать, придираться к мелочам. Твоя задача — исполнять всё в точности да попытаться его переубедить. Трудно будет — род богатый, дети избалованные, вести себя станет как последний эгоист. Но ты у меня умница, найдёшь подход. — улыбнулась она, глядя дочери в очи. Чара расправила плечи и улыбнулась в ответ. «Избалованный сын. Ходят слухи, что зовут его «укротителем сердец». С пелёнок окружён девицами. Может любую заполучить или отвергнуть. Ладно, хоть я девочка — легче будет. Но и со служанками он мастер расправляться. Поглядим, как справишься со мной! Не так-то просто от меня отделаться — добьюсь своего, чего бы то ни стоило!» — размышляла она, глядя в окно на мелькающие пейзажи. *** Наконец они предстали перед исполинскими воротами. Когда те распахнулись, им явился словно сказочный сад: клумбы с яркими цветами, деревья редких пород, изумрудные газоны. Чара разинула рот, крутя головой — чтобы запомнить всю эту красоту, потребуются месяцы. Мать же шла спокойно — не впервой. Вскоре пред ними вознёсся белокаменный особняк, столь же огромный, как и сад. Очарованная, Чара жаждала увидеть внутреннее убранство. Обменявшись с матерью решительными взглядами, та постучала в дубовые двери. Им отворил дворецкий и, приняв узел, проводил в назначенную горницу. Войдя, они увидели стол, за коим с одной стороны восседали двое Винг-диксов. Дамы присели напротив, и Гастер начал: — Итак, по договору, ваша семья будет получать оговорённую плату во время службы дочери в нашем доме. Вы согласны? — Всё согласно договору, господин Гастер. Пока старшие беседовали, Санс сверлил взглядом новую «собачку». Чара старалась не замечать его ненавидящего взора. По окончании беседы Гастер обратился к ней: — Чара, главная горничная покажет тебе всё необходимое. Ныне она в общей опочивальне, потому Санс, будь любезен проводить её — гостья ещё не знает здешних порядков. — Санс бросил на отца яростный взгляд, но тот проигнорировал его. — По пути можешь изложить свои требования. С глубоким вздохом Санс встал и стремительно вышел. Чара поклонилась: — Прощайте, господин Винг-дикс. Прощай, матушка. — и бросилась вдогонку. Едва поспевая, она чуть не падала, но Санс не убавлял шага. Остановившись у одной из дверей, он резко обернулся: — Слушай внимательно, сударыня. Будешь исполнять любой мой приказ, когда бы я ни пожелал — даже среди ночи. На вопросы отвечать незамедлительно. Требования мои высоки, потому не обживайся — скоро тебя отсюда вышвырнут. Нынешний день на отдых, с завтрашнего утра за дело. Чара лишь спокойно выслушала его тираду. «Всё как матушка говорила» — подумала она. Беловолосый трижды стукнул в дверь, крикнув: «Элиз!» На пороге появилась женщина лет сорока пяти, со светлыми волосами в пучке и зелёными очами, одетая в чёрное платье с белым фартуком. — Вот новенькая. Обучи её всему нужному. — бросил Санс и удалился. Элиз окинула девицу взглядом: — Ты новая личная служанка господина Санса? — Чара кивнула. — Я Элиз, старшая горничная. Если что потребуется — смело обращайся. Прежде всего, как тебя звать? — Чара. — слегка смутившись, ответила та. Элиз повела её по коридорам, рассказывая об усадьбе. Беседа их текла непринуждённо, Чара даже поделилась семейными историями. — А много ли здесь прислуги? — Изрядно. Тридцать слуг, двенадцать садовников, десять лекарей да столько же поваров. — Целый полк! — Господин Гастер — один из богатейших вельмож королевства. А усадьба требует ухода. Вот и твоя опочивальня. — Элиз указала на дверь. — Все горничные, кроме личных, живут в общей. — А почему так? — поинтересовалась Чара, разглядывая резьбу на двери. — Личные должны быть ближе к господам на случай нужды. А вот это покои господина Санса. — показала она на дверь направо. — Близость и впрямь нешуточная. Войдя в комнату, Чара обомлела: просторная горница с высокими окнами, резная кровать, письменный стол, шкафы. Над ложем висел колокольчик на тонкой синей нити, уходящей в потолок. — А это что? — Волшебная нить с колоколом. Тянется до покоев господина. Может позвать, не выходя. — А если меня не будет здесь? — Есть колокол и в общей опочивальне. Теперь о твоих обязанностях… Элиз подробно изложила распорядок: будить господина поутру, сопровождать повсюду, исполнять поручения, быть всегда наготове. Чара внимала, стараясь запомнить каждое слово — она твёрдо намеревалась задержаться здесь надолго. — Одежда вон в том шкафу. Примерь, коль не подойдёт — скажи. Осмотрись пока, если голодна — приходи в общую опочивльню. Доброй тебе ночи. — с этими словами Элиз удалилась. Обнаружив свой узел у письменного стола — «Надо поблагодарить того дворецкого» — Чара быстро подобрала подходящий наряд и подошла к окну. Закат догорал, есть не хотелось. Решив лечь пораньше, она устроилась на постели. Завтра начиналась новая жизнь. Какою она будет — покажет время.