Глава 17

Драко и Гермиона отдали материалы Блейзу, Пенси и Тео, а сами бросились за Джинни в Больничное крыло. Придя туда, они увидели довольно странную картину: мадам Помфри в ужасе прижалась к стене, на подоконнике открытого окна сидел Роджер, смертельно бледный, но совершенно спокойный, у двери стоял Невилл, а посередине помещения — Полумна, мелодичным голосом разговаривая с пострадавшим. — Как вы не понимаете? — абсолютно безэмоционально говорил четверокурсник, — Он смог победить, перейти на высший уровень. Но мне самому дальше играть бессмысленно, ведь все задания мы выполняли вместе. Только так я смогу воссоединиться с другом. Он указал вниз через окно. — Неправда, — возражала Лавгуд, — Твой друг и так будет с тобой. Он и сейчас здесь: наблюдает и в любой момент может тебе помочь. Для такой крепкой дружбы, как и для любви, преград не существует. А твоя помощь все ещё нужна на этом свете. — Да что с вами разговаривать, — Роджер покачнулся и полетел из окна вниз… *** *** — Как такое могло произойти? — настойчиво спрашивала МакГонагалл. — Сначала он выглядел абсолютно вменяемым. Бедному мальчику нужна была помощь, — пыталась объяснить мадам Помфри. — А вы куда смотрели? — Директор повернулась к студентам. — Судя по количеству мозгошмыгов… — начала Полумна, но Минерва ее перебила: — Мисс Лавгуд, я очень ценю ваши познания в данном вопросе, но, может быть, кто—то обладает более… реальными сведениями? — Профессор, — Малфой вышел вперед, — Полумна говорила все верно. Она очень спокойно действовала в чрезвычайной ситуации и старалась переубедить парня, не применяя силу. — Спасибо, Драко, — отозвалась когтевранка и тепло улыбнулась ему. Староста улыбнулся в ответ, а Гермиона с восхищением на него посмотрела: раньше он и пальцем не пошевельнул бы ради ее друзей, а теперь, можно сказать, они в одной команде. Правда, он уже не раз это доказывал, но все же… Тем временем слизеринец продолжал: — А что нам было делать? Империус накладывать? — Разумеется, нет. Просто… — К тому же, — в разговор вступил Невилл, — Разве в Больничном крыле на окнах не должно быть защитных заклинаний? — Прецедентов не было… — Теперь есть, — жизнерадостно ответил Малфой, — Правда, Роджер? — Да идите вы все… — безучастно сказал четверокурсник, привязанный к кровати. *** *** …и полетел вниз. Драко и Гермиона одновременно бросились к окну, выхватили палочки, замедлили падение, а затем и вовсе вернули парня в помещение. Долгопупс быстро захлопнул окно, чтобы избежать новых попыток. Но тут парень резко дернулся и пустил в Грейнджер каким-то заклинанием. Она даже не успела обернуться, а вот слизеринец не сомневался ни секунды: он отодвинул девушку себе за спину и выставил щит. Правда, до конца отразить не удалось, и левая рука Малфоя покрылась несколькими глубокими царапинами, которые тут же стали кровоточить. На этот раз гриффиндорка не растерялась. Пока мадам Помфри вместе с Невиллом и Полумной обездвиживала Роджера, она призвала из кладовки целительницы экстракт бадьяна и обработала раны Драко. — Спасибо, — морщась, произнес он. — Спасибо? — Гермиона подняла брови, — Да как ты мог? А если бы… — Насколько я знаю, в данном случае лучше перебинтовать вручную, — даже не подумал ее выслушивать парень. Грейнджер продолжала говорить что-то об опасности, но Драко положил на ее колено свою здоровую руку и заглянул в глаза. Все доводы тут же отпали. — Мне, конечно, приятно, что ты так беспокоишься… — Размечтался, — фыркнула гриффиндорка, — Просто нести ответственность пришлось бы мне. — Да-да. А теперь не откажи в удовольствии, — Драко протянул ей руку, покрытую свежими рубцами, а второй с помощью палочки наколдовал кусок бинта. — Ладно уж, — будто нехотя, Гермиона взяла бинт и принялась за работу. Слизеринец стал следить за умелыми движениями тонких пальцев, представляя, что ещё они могут так уверенно делать, и при каких обстоятельствах будут сжимать не бинт, а, скажем, ткань его рубашки. Девушка же рассматривала ровные порезы, так некстати рассекающие тонкую бледную кожу, затем взгляд Грейнджер поднимался до напряжённых мышц, и так хотелось снова провести рукой по их изгибам. Закончив перевязку, Гермиона проверила ее на прочность (на самом деле запоминая ощущение его руки в своих) и пошла поговорить с друзьями. Драко же пожалел, что соприкосновения были такими короткими, а потом вышел из лазарета, так как Джинни сказала, что их всех вызывает МакГонагалл.