красная луна

Северо-восток

Лес Никсии

Шото не хотел проводить ночь в зимнем лесу: было холодно и небезопасно. Будь он не один, то можно было бы посменно дежурить. Или если бы у него было время собраться, то он взял бы с собой больше оберегов. Но ему не собирались давать возможности прихватить с собой что-то, повезло, что он смог забрать своего коня Альберта. Без него Шото боялся, что не справился бы с холодом — пешком выбираться из границ Никсии было бы тяжело. Хоть он и привык быть один, но в таких неожиданных походах это было неудобно. Они пробежали, не останавливаясь, всё тёмное время. Когда стало светать, Альберт остановился, намекая на то, что ему нужен отдых. Вокруг всё ещё был снег, но теперь хотя бы солнце начинало греть. — Ты прав, — Шото слез с коня. — Пора сделать привал. Погладив его по гриве, он достал три кусочка сахара из мешочка, который всегда носил на поясе, и предложил коню. Тот недовольно фыркнул и топнул ногой. — Прости, Альберт. У меня не так много, — Шото потрепал коня между ушей и тяжело вздохнул. — К сожалению, еду я создавать не могу. И еда у меня есть только для тебя, так что не жалуйся. Альберт покорно наклонился к руке с сахаром. Когда тот поднял голову и начал жевать, Шото заметил на своей ладони оставшийся кусочек сахара. Он удивлённо уставился на своего коня. — Ты оставил мне сахар?.. Альберт довольно топнул ногой. — Целый кусочек сахара, — продолжал удивляться Шото. — Весь в слюнях.. Альберт тут же лизнул ему лицо и отвернулся. — Но он же правда в твоих слюнях, — Шото недоумевал, что он не так сказал. Но конь лишь махнул хвостом. Потерев кусочек сахара о рукав рубашки, он позвал коня: — Хей, смотри: я его ем, — Альберт повернул к нему голову лишь наполовину. Дождавшись этого, Шото закинул сахар себе в рот, и тот захрустел между зубов. — Знаешь.. Это всё равно вкусно, — добавил он, вспоминая, как отец запрещал есть любое сладкое, и он, набирая сахар для коня, всегда брал с расчётом и на себя. Альберт лёг рядом с деревом и внимательно посмотрел на Шото. Тот опустил руку в снег, смывая с неё остатки сахара, и прислонился спиной к боку коня, где было серое пятно. Ему всегда нравилось, что у его Альберта необычная расцветка. Это напоминало, что не только у него самого есть странности во внешности. Наблюдая за падающими снежинками, Шото уснул. Было настолько жарко, что становилось плохо. Повсюду был огонь, и из него нельзя было выбраться. Точнее можно было – только если пройти сквозь него. Шото пытался несколько раз, но его тело не выдерживало жара. Отовсюду слышался смех. От него закладывало уши. Не выдержав, Шото закрыл их руками. Он просил прекратить смеяться, но смех становился лишь злее и громче. — Шото, — вдруг его кто-то позвал, но он не решался открывать ни глаз, ни ушей. Почувствовав руку на своей голове, он медленно открыл глаза, и увидев перед собой лицо матери, тут же обнял её. — Мама! Мама!.. — он без конца звал её. Рука на его голове стала расчёсывать его волосы. — Почему ты ушла? Ты бросила нас? — Шото ощущал себя пятилетним ребёнком, плачущим у матери на коленях. — Нет, что ты. Малыш, я всегда рядом. Шото крепче обнял её. Он так давно не делал этого. — Но тебе пора уходить, — прозвучало слишком холодно. Шото поднял голову, но вместо лица матери увидел перед собой безобразное нечто. — Проснись. Шото резко поднялся и глубоко задышал. Поняв, что это был кошмар, он стал выравнивать дыхание. Терять контроль над собой он не любил. Когда его взгляд сфокусировался, он заметил вдалеке движение. Что-то спряталось за дерево. Уши коня дёрнулись, – он тоже что-то слышал. — Альберт, — Шото тихо позвал его, тряся за шею и постоянно оглядываясь. — Нам надо уходить, — вспомнив, что ему приснилось, Шото подумал, что это было послание. Он всем нутром чувствовал, что что-то не так. Конь встряхнул головой и поднялся. Шото сел на него, и они медленно двинулись вперёд. Вдруг у дерева мелькнули жёлтые глаза. Прошептав заклинание, помогающее передвигаться бесшумно, Шото со всей силы ударил Альберта по бокам, и тот помчался вперёд. Из глубины леса послышался вой. Его можно было приписать как нечисти, так и животному. Животные… Шото мысленно дал себе пощёчину: как он мог забыть, что в лесу помимо нечисти водятся животные? Им же вообще спать нельзя было, их могли в любой момент разорвать на части. Какое бы это животное ни было, оно могло найти их по запаху, и Шото дал себе вторую мысленную пощёчину за то, что не знал ни одного заклинания, убирающего запах. Он всегда учил лишь то, что могло помочь сражаться в любой битве. Из-за того, что на их территории были лишь собаки, кошки, да вороны, он и забыл, что бывают животные пострашнее. Шото прошептал заклинание, ускоряющее их, хоть и несильно из-за действия первого. Через время он услышал за собой хруст снега. Шото медленно выдохнул и заставил себя обернуться – за ними гнались волки во всех сторон. И выглядели они не менее страшно, чем нечисть, водящаяся рядом с горой. Понимая, что у него нет с собой никакого оружия кроме небольшого кинжала за поясом, и что ему придётся пожертвовать одним из заклинаний, направленных на Альберта, Шото стал анализировать в какой момент лучше всего защищаться. Сразу оставить за собой дорожку из ледяных глыб, или подождать, когда они подберутся совсем близко, и тогда их заморозить? Выбор за него сделал волк, бегущий в ногу с Альбертом. Тот резко оттолкнулся от земли, но Шото успел его заморозить в прыжке, и волк упал на снег. За спиной послышался вой, распространившийся по всей округе. Впереди из-за деревьев выходили волки, перекрывая путь. Шото наклонился к коню и положил руку ему на шею. Тот дрожал и не от холода, – Альберт родился в Никсии и холод ему был ни по чём. Он боялся. — Хей, Альберт, — они уже приближались к волкам, прекрывающим путь, как и те, что бежали позади. — Мы выберемся отсюда. Только не останавливайся. Когда они оказались совсем близко с волками, и те уже приготовились нападать, Шото заморозил их в одну невысокую ледяную стену, которую Альберт перепрыгнул. За спиной снова послышался вой, и волки стали мчаться за ними быстрее. Шото направил все силы на заклинание ускорения Альберта, убирая бесшумность. Волки не отставали, но и сильно не приближались. До тех пор пока у Альберта есть силы, эти догонялки будут продолжаться. Шото решил дождаться момента, когда волки позади них выдохнутся, чтобы у тех не было сил сокращать отрыв. Далеко впереди стал виднеться зелёный лес. Альберт, видимо, тоже заметил это, ускорившись ещё больше. Шото повернулся назад, направив руку к земле, и прошептал заклинание, создав ледяную дорожку. Волки тут же поскользнулись, и падали каждый раз, пытаясь встать и сделать шаг. Выглядели они жутко злыми и голодными. Попасть к таким на растерзание было страшно. Пробежав достаточно по зелёному лесу, когда белого снега уже не было видно, Шото отменил заклинание ускорения. — Альберт, можем идти спокойно, — Шото погладил коня по шее. В лесу было тихо. Только листва шелестела. Под копытами хрустели ветки, а не снег, что было непривычно. Не желая нарушать странную тишину леса, он снова прошептал заклинание бесшумности. — Держи уши востро, — сказал Шото на ухо Альберту. Он и сам прислушивался к каждому звуку. Нечисти днём быть не должно, хотя что им мешает прятаться в тени деревьев. И животные в этом лесу были свои, и Шото оставалось надеяться, что они не такие же злые, как в Никсии. Стоящую вокруг тишину стали нарушать щебечущие птицы и пролетающие мимо насекомые. Шото, несмотря на всю настороженность, с удивлением смотрел на лес. Они были не так далеко от Никсии, поэтому было ещё прохладно, но зелень вокруг поражала своим количеством. Ему не так часто удавалось застать моменты оттепели у горы, проходящие мимолётно. Больше всего Шото понравилось наблюдать, как лучи солнца проходят через листву. Неба за деревьями было не видно, но он был уверен, что оно синее, как в редкие дни без снегопада, когда солнце светило особенно ярко. Мимо пролетела бабочка, которой Шото подставил палец. Воздух внезапно разрезал свист, и в дерево перед ними вонзилась стрела. Бабочка поспешно улетела, а Альберт остановился и стал поворачиваться в разные стороны, беспокойно размахивая хвостом. — Альберт, спокойно, — тихо проговорил Шото, пытаясь выцепить взглядом любое движение. Так же внезапно пронеслась вторая стрела настолько близко с конём, что тот встал на дыбы, скидывая Шото. Сильно ударившись головой, видимо о дерево, он почувствовал, как перед глазами всё кружится и темнеет, и Альберт нервно топчет ногами землю. Голова пульсировала, а веки были тяжёлыми. Казалось, что он не должен спать, но сил открыть глаза не было, и вокруг было так маняще тепло и спокойно, что Шото совершенно не хотел открывать глаза. Послышались голоса, но разобрать их было сложно. Они тихо что-то обсуждали, будто не хотели, чтобы их услышали. — Он точно не принц? — вдруг Шото смог разобрать детский голос. — Я же уже говорила, — раздражённо ответил женский голос. — Королевской семьи давным-давно не стало. А заграничные принцы желают посетить только столицу. В одиночку здесь им делать нечего. — И кто же он? Ответ Шото не расслышал. Голоса становились всё тише, и их было всё сложнее различить. Брат смеялся над ним за то, что у него не получалось использовать огонь даже с помощью заклинаний, и ему хотелось побыть где-нибудь в одиночестве. Он блуждал по длинным коридорам, рассматривая многочисленные картины, пока не заметил мальчика, выглядывающего из-за угла. Когда тот понял, что его заметили, то тут же спрятался. Шото побежал за ним и остановился на повороте, заметив, что мальчик не убежал, а прислонился к стене. Поняв, что его нашли, в страхе распахнул глаза и собрался бежать, но Шото взял его за руку, не дав этого сделать. — Не убегай от меня, пожалуйста, — отец запрещал ему разговаривать с кем-то из дальнего крыла, но сейчас ему хотелось подружиться. Мальчик, поняв его намерения, взял его руку в ответ и повёл дальше по коридорам. — Хочешь посмотреть на цветущую вишню? — он добродушно улыбнулся. Шото с замиранием сердца ответил: — Конечно! Всё дерево украшали розовые цветы, лучи солнца освещали каждый, показывая вишню во всей красе. Они сидели на разбитых ступеньках, но Шото всё равно так нравилось больше, чем когда он был один. — Красиво, — он заворожённо прошептал. — А то. Ты удачно застал момент, чтобы посмотреть на неё. Видишь цветы уже опадают? — Шото посмотрел на землю, из которой росло дерево, – она почти вся была усыпана розовыми цветами. — Скоро все упадут. Шото нахмурился, ему не хотелось, чтобы вишня осталась без цветов. — Кто тогда будет смотреть на неё? — Не переживай, — ответил мальчик и потянулся. — Скоро на ней станут появляться ягоды, и к ней ещё придут, хотя говорят, что собрать её ягоды совсем не просто.. — он почесал затылок. — Но в следующем году она снова зацветёт! — Правда? — удивился Шото. Мальчик удивлённо посмотрел на него и звонко рассмеялся. — Конечно, правда! Пойдём, — он поднялся и направился к дереву. Дойдя до него, он стал прыгать, пытаясь достать до ветки, но та словно становилась выше, смеясь над ним. Шото протянул к дереву руку, и ветка с цветами сама опустилась в неё. Мальчик восхищённо ахнул и, подойдя, сорвал с неё самый большой цветок. — Забирай, они всё равно в итоге окажутся в земле. Взяв цветок в руки, Шото улыбнулся и заморозил его, чтобы сохранить подольше. — Кажется, тебя кто-то зовёт, — вдруг сказал мальчик, смотря вдаль. — Тебе пора. Приходи сюда ещё. Шото кивнул и тоже посмотрел вдаль. Кто-то действительно звал его, но он никак не мог понять кто. Это был незнакомый голос. Вслушиваясь внимательнее, Шото понял, что это тот детский голос, что он слышал раньше. Он резко сел, и яркий свет ударил в глаза, которые он поспешил закрыть рукой. — Наконец-то ты проснулся! — слишком громко сказал тот самый детский голос. Потерев глаза, Шото заставил себя их открыть и обнаружил себя, сидящим на кровати, рядом с которой стоял ребёнок и смотрел на него огромными глазами. — Как.. — Шото прокашлялся. — Как я здесь оказался? — Мой отец тебя принёс! — радостно ответил ребёнок. — Они с дядей нашли тебя в лесу. И твой конь там же, где все кони. — Мой конь.. — Шото стал вспоминать, как они с Альбертом бежали по лесу от волков, и как он ударился о дерево. — Там же, где все кони.. Это где? Шото начал вставать, намереваясь пойти найти Альберта и удостовериться, что он в порядке. Но ребёнок схватил его за штаны, не давая встать с постели и затараторил: — Мама сказала, что ты слаб и тебе надо спать, а ещё есть. Шото удивлённо моргнул. — Но я больше не хочу спать.. — Правда!? — воскликнул ребёнок и, схватив его за руку, потащил за собой. — Тогда пойдем есть! А потом я тебе всё здесь покажу! От кровати до стола было идти недалеко, но Шото так активно вели, что по пути он стукнулся плечом об угол и задел ногой табуретку, которая с грохотом упала. — Изаму, будь аккуратнее! — крикнул женский голос и из прохода вышла высокая женщина, вытирающая руки полотенцем. Её взгляд упал на валяющуюся табуретку, которую Шото поспешил поднять, и вместе с тихим «Ох» из рук женщины выпало полотенце. — Ты проснулся.. — Да, он проснулся! И ему надо поесть! — ребёнок снова потянул Шото за руку, ведя к матери. — В этом нет необходимости, — Шото не хотел доставлять неудобств этой семье. — Мне бы забрать коня и направиться дальше.. На всю комнату послышалось урчание живота. — Это не я, — тут же отозвался ребёнок. Женщина довольно сложила руки на груди, пока Шото пытался деть куда-нибудь свой взгляд. — Изаму, покажи нашему гостю, где он может умыться, и садитесь за стол, — женщина потрепала сына по голове. — Пойдём, — тот снова потащил Шото за собой. — Как тебя зовут? — спросила женщина, поставив на стол тарелку с супом. Пока они ходили к умывальнику на улице, Изаму рассказал, что он проспал весь обед, но его мама приготовила очень много, поэтому ему точно осталось. — Шото, — женщина протянула ему ложку с тарелкой. — А меня зовут Изаму! — Шото не совсем понял, зачем мальчик представился если, его мама уже не раз называла его имя. — Это значит храбрый воин, — мальчик гордо поднял голову, и его мама щёлкнула его по носу. — А твоё означает маленький дракон? Какое интересное имя, — снова обратилась женщина к Шото. — Да.. — он взял ложку, но приступать к супу не осмеливался. Отец всегда наставлял ему не есть еду от незнакомых людей, хотя Шото не понимал почему, если его всё равно дальше горы никогда не отпускали. И сейчас Шото не понимал можно ли доверять этой семье. — Ну давай, ешь, — попросил Изаму. — Мама очень вкусно готовит! Или я сам съем, — пробубнил он недовольно. — Изаму! — женщина грозно на него посмотрела, но в ответ ей показали язык. — Негодяй, — она шлёпнула полотенцем, оставленном на столе, Изаму по голове, а тот спрятался под стол. Шото слегка улыбнулся. Вряд ли у этих людей было желание его отравить. Да и если бы от него кто-то хотел избавиться, то просто оставил бы в лесу. — Прости, у нас посуда не самая.. — женщина резко замолчала, видя как Шото зачерпывает суп, и осталась сидеть с открытым ртом. — О чём вы? — Шото так и не поднял ложку. — Подожди не ешь! — Изаму отодвинул от него суп. — Мама, как ты могла забыть? — Шото с его мамой непонимающе переглянулись. — Как же он будет есть без хлеба? — Ах, вот оно что.. Ну принеси с кухни хлеб. — Хорошо! — выкрикнул Изаму, быстро убежав. — Мне и так нормально было, — тихо добавил Шото, смотря вслед уже пустому коридору. Женщина усмехнулась и помотала головой, пока он решил придвинуть тарелку с супом обратно. — Как же ты оказался в лесу? — она опёрлась щекой о сложенную руку и пристально посмотрела на него. — Вся территория от гор Никсии до земель Игнии заполонена лесом, — Шото нахмурился, не поняв суть вопроса. — И мы тоже в лесу, если только не оказались в Игнии за то время, что я спал. Женщина рассмеялась. — Хорошо, но почему ты был один? Шото задумался, что лучше ему на это ответить. — Мой отец уехал, старший брат путешествует, сестра у матери. Я хотел встретиться с сестрой. — И что же с тобой даже друзья не поехали? Шото внутренне усмехнулся. Всех друзей, что он находил, сразу же терял, когда о них узнавал его отец. — Со мной был один друг. Мой конь Альберт. Самый верный друг. — Вот! — на стол с громким стуком поставили тарелку с очень крупно нарезанными кусками хлеба. — Изаму, ну кто так режет, — запричитала женщина. — Я же показывала тебе как надо. Пока она продолжала отчитывать Изаму, а тот оправдывался, Шото отломил от куска хлеба половину и начал есть вместе с супом. — Ешь быстрее, я покажу тебе деревню! — мальчик ударил двумя руками по столу. Шото удивлённо моргнул, застыв с ложкой у рта. — Изаму! Он же только начал! Мальчик надул губы и, скрестив руки, облокотился на спинку стула. Его мама снова покачала головой, запустив руку в волосы. Шото решил есть быстрее, ведь ему и самому хотелось скорее увидеть Альберта. — Спасибо большое.. — поблагодарил Шото, когда закончил есть. — Морико-сан, — улыбнулась женщина. — Спасибо, Вам, Морико-сан, — Шото встал из-за стола и склонил голову в почтительном жесте. — Я же говорил, что он принц, — громко прошептал Изаму, смотря на него во все глаза. — Изаму, — грозно сказала Морико-сан. — Что? Кто ещё себя так ведёт? Только королевская семья, — Изаму с важным видом сложил руки на груди. — Мой отец хотел бы быть из королевской семьи.. Но он просто маг, нашедший себе удачное место, — единственное место, где ему рады, добавил про себя Шото и посмотрел на Морико-сан, уставившейся остекленевшими глазами в тарелку. — Куда отнести посуду? — Ох, да я сама уберу, — женщина взяла из его рук тарелку. — А вы с Изаму уже можете идти. — Да, пойдём быстрее! — Шото снова потащили за руку с удивительной силой для маленького ребёнка. Морико-сан проводила их тяжёлым взглядом. Пока Изаму вёл его, заодно рассказывал о том, что происходит у них в деревне. — Мой папа – один из лучших охотников у нас. Его навыки очень ценят. Папа моего друга Хиро тоже хороший охотник. Но он очень злой, он не хотел брать тебя в деревню, потому что ты чужак, — при рассказе об этом охотнике Изаму даже нахмурился. — У нас не так много коней, поэтому их дают только самым лучшим охотникам. Мой папа однажды прокатил меня, и это было так круто! Я собираюсь стать самым лучшим охотником, чтобы и конь у меня был самый лучший. Шото хотел пожелать ему удачи, но Изаму продолжал говорить, не останавливаясь. — А вот на том холме живёт сумасшедшая старушка, она вечно смотрит целыми днями на эту яблоню, будто ей делать больше нечего. Шото посмотрел на довольно высокую яблоню, стоящую у холма, и на старушку рядом с ней с корзиной в руках. — Зачем ты её обзываешь? Может ей просто хочется яблок собрать, но она не может. Изаму резко остановился и уставился немигающим взглядом куда-то вперёд, сильно задумавшись. — Изаму, — Шото позвал его, трясся за руку. — Тогда ты должен помочь ей собрать их! — мальчик с удивительной для себя силой потащил Шото за собой к старушке. — Но мы же шли за моим конём... — С ним всё хорошо, не переживай. У нас очень ценят коней, даже чужих. И ухаживают за ними лучше, чем в конюшнях столицы! Шото не знал, какие конюшни в столице, но ему захотелось верить, что с его конём обойдутся лучше, чем где-либо ещё. — Твой отец хорош в магии? — неожиданно тихо спросил Изаму. — Да, можно так сказать, — слегка задумался Шото. — А ты? Ты умеешь что-то.. такое магическое делать? — Умею, — кивнул Шото. Изаму широко улыбнулся и помчался к яблоне, продолжая вести Шото за собой. — Здравствуй, Изаму, — внезапно и тихо поприветствовалась старушка, не оборачиваясь. — Привет, старушка Аояба! Мы тут подумали, может тебе надо помочь достать яблоки? — Изаму переминался с ноги на ногу, словно переживал. — Ох, да, сынок. Это не помешало бы, — старушка обернулась и охнула, заметив Шото. — А кто этот молодой человек? — Это Шото, — ответил за него Изаму и гордо добавил. — Мой отец нашёл его в лесу и принёс к нам домой. — Надеюсь тебе у нас понравится, Шото, — старушка тяжело вздохнула. — Ты только пришёл к нам и нехорошо просить тебя помогать собирать яблоки. — Ничего страшного, — тут же ответил Шото. — Всё-таки я сам это предложил. — Да! Давайте вашу корзинку, — Изаму потянулся за корзиной в руках старушки, которая выглядела удивлённой. — Обычно люди не любят подходить к моей яблони, — с горечью произнесла она. — Но почему? — удивился Шото. — Считают что она заколдована, — ответил за неё Изаму. — И если попробуешь хоть кусочек от яблока, то тут же превратишься в козла! Старушка лишь пожала плечами. Она выглядела грустной. — Один негодяй однажды получил по заслугам, — объяснила старушка. — А теперь вся деревня сторонится меня. — Шото, а ты можешь показать какую-нибудь магию? — снова неожиданно тихо спросил Изаму, словно эта просьба была запретной. Шото, ничего не отвечая, протянул руку к ветке, прямо как во сне, и та стала опускаться. Когда ветка, полная красных яблок, оказалась в его руке, он услышал два вздоха. Изаму и старушка выглядели удивлёнными. — Берите какие хотите, — он обратился к старушке, продолжая держать ветку с яблоками. — Изаму, сынок, собери яблок в корзинку. А я схожу принесу кое-что, — женщина довольно быстро для её возраста ушла в свой дом на холме. Шото сорвал яблоко и положил в корзину, которую держал Изаму. — Как думаешь, что она собирается принести? — спросил ребёнок. — Какое-нибудь зелье? Или отраву. А может.. — Почему ты такого мнения о ней? — перебил его Шото. — Может она целитель, а ты так плохо говоришь о ней. Просто подожди и узнаешь. Шото и сам думал, что Морико-сан хочет его отравить, но этой старушке ему хотелось помочь. Почему-то он был уверен в том, что с ней обходятся несправедливо грубо. Та вернулась, когда корзина уже была полной, и ветка поднималась обратно. — Вот, — Изаму гордо показал ей полную корзину яблок. Старушка погладила его по голове и повесила ему на шею верёвочку с деревяшкой на ней. — Что это? — Изаму метался между желанием потрогать деревяшку и продолжить держать корзину. — А этот тебе, — она повесила на шею Шото такой же. Он посмотрел на узоры на деревяшке. Они напоминали символы, которыми пользовалась его сестра. — Это обереги. Они должны спасти вас от проклятой магии. — Спасибо Вам, — поблагодарил Шото. Старушка улыбнулась и, забрав корзину, направилась к своему дому. В конюшню Изаму вёл его молча. — Альберт! — Шото подбежал к белому коню и взял его морду двумя руками. Тот затопал ногой. — Он у тебя красивый, — восхитился Изаму и протянул руку, чтобы погладить коня по гриве, и тот довольно зафыркал. — Да уж, хороший у тебя конь, — пробасил мужчина у входа в конюшню и направился к ним. — Это отец моего друга Хиро, — прошептал Изаму, задёргав Шото за рукав. Посмотрев на взволнованного мальчишку, он понял, что этот мужчина не располагает к себе добротой. — Здравствуйте, — решил поприветствовать Шото. — Да, ещё он очень выносливый, хорошо выдерживает дальние дистанции. И нам бы пора уже уходить. — Откуда вы едете, что он такой выносливый? И куда же вы пойдёте ночью? — усмехнулся мужчина, продолжая приближаться. — Ночи нам с Альбертом не страшны, правда же? — он потрепал коня по голове. — Мы едем от горы Гекаты, путь был немаленький, — заметив удивлённо-довольное выражение охотника, Шото стал беспокоиться, что сказал лишнего. — Мы и так много времени тут потеряли. Приятно было иметь дело с твоей семьёй, Изаму, — он положил руку мальчишке на плечо. — Но нам правда пора. — Куда же вы так торопитесь? — не унимался охотник. — В монастырь к матери. Сестра уже давно ждёт меня там, ей нужна помощь, — решил немного соврать Шото и стал выводить Альберта из стойла. Заметив погрустневшего Изаму, он взглянул на белого коня и спросил у мальчика. — Хочешь прокатиться на нём до конца деревни? У мальчишки засветились глаза, и улыбка расползлась по его лицу. — Ну конечно! — выкрикнул Изаму, заставив мужчину поморщиться. Шото помог ему подняться и повёл Альберта из конюшни. Проходя мимо охотника, он услышал смешок, но решил не обращать внимания и скорее покинуть деревню. Солнце уже садилось, и выходить в лес в такое время было нелучшей идей, но ему действительно необходимо как можно быстрее добраться до сестры. — А можно с ветерком? — вырвал его из мыслей довольный Изаму. — Что? — Побыстрее прокатиться так, чтобы с ветерком было, — объяснил мальчишка, на что Шото покачал головой и тут же подумал, что сделал это прямо как его мать. — Не удержишься. Изаму выглядел одновременно удивлённым и оскорблённым этим заявлением. — А вот и удержусь. — Альберт скинет тебя, — продолжал Шото. — А я буду крепко держаться и не упаду, — не отступал Изаму. Шото слегка улыбнулся. Он действительно боялся, что Альберт мог скинуть Изаму. Он не очень любил других наездников. — Лучше показывай выход из деревни. — А вот не буду, — мальчишка надул губы и скрестил руки на груди. Но вся его обида пропала, когда Альберт подкинул его, и он, вскрикнув, подпрыгнул в седле. Шото был готов ловить его, но Изаму крепко ухватился за поводья и удержался. — Я же говорил, — тихо сказал Шото и, снова взяв поводья, повёл коня к выходу из деревни под указания Изаму. У больших ворот стояли, видимо, охотники. Заметив их, они стали перешёптываться, и один из них направился к ним. — Изаму? — он посмотрел на них поочереди, а потом на коня. — Куда это ты? — Папа! — радостно воскликнул маленький наездник. — Шото разрешил мне прокатиться на своём коне, пока он не ушёл. — Вот как, — охотник снял сына с коня. — А тебя Шото зовут? — он кивнул. — Хорошо, Шото. Давай поговорим у нас дома, за чашкой чая. Охотник взял поводья коня и повёл в сторону своего дома. Шото посмотрел на Изаму, который лишь пожал плечами и побежал за отцом. Он посмотрел на быстро темнеющее небо, не стоило так долго тянуть с уходом, в полной темноте тяжело ориентироваться в лесу. Добежав до охотника, Шото встал прямо перед ним, остановив его. — Спасибо Вам и вашей семье за всё, но мне правда пора. — Я знаю, — мужчина как-то грустно посмотрел на него. — Поэтому хочу поговорить. Может быть я скажу тебе что-то важное, — он посмотрел вдаль и резко нахмурился. — Давайте быстрее. Шото проследил за его взглядом. Там стоял тот самый охотник, которого они встретили в конюшне. Поняв, что его заметили, он скрылся, и Шото проследовал за Изаму в дом, пока его отец привязывал Альберта к перилам. — Ну как вы погуляли? — спросила их Морико-сан, когда они вошли. — Мы помогли старушке Аоябе собрать яблок, и она дала нам обереги. Смотри! — Изаму с запалом начал рассказывать и показал матери деревяшку с руной на ней. — Ох.. — Морико-сан провела пальцем по надписи и стала всматриваться в неё так, словно пыталась понять всё, что та в себе содержит. — Это обереги от нечисти. Должны их отпугивать по крайней мере, — заметив растерянный взгляд, Шото поспешил пояснить. — Моя сестра такие делала для нашей деревни.. Сзади послышались шаги, и все обернулись на вошедшего охотника. — Морико, будь добра, сделай ночной чай. — Он уже ждёт вас на столе, — она поцеловала мужа в щёку и ушла в сторону кухни. Изаму побежал за ней, рассказывая о том, как его подкинул Альберт, и он чуть не упал. — Давай сядем за стол, — охотник приглашающе отодвинул стул и, дождавшись, когда Шото сядет, сел напротив. — Я бы хотел извиниться за то, что напугал твоего коня, и тот скинул тебя. Может быть, тогда тебе не пришлось здесь остаться… — совсем тихо сказал он, закрыв лицо руками. — О чём Вы гово… Шото прервали, громко переговаривающиеся, Морико-сан с Изаму, несущие по две кружки каждый. — Это наша традиция – пить перед сном чай всем вместе, — женщина улыбнулась, расставив чашки и сев на своё место. — Горячий! — воскликнул Изаму. — Дуй, — ответили его родители одновременно, вызвав у него смех. Морико-сан с охотником переглянулись и тоже засмеялись. Шото посмотрел в свою чашку. Чай приятно пах, и атмосфера была весёлой, но напряжение охотника не давало покоя. А ещё было грустно видеть такие хорошие отношения в семье и вспоминать все свои ужины, проведённые в одиночестве, либо же в компании друзей отца. — У чая необычный запах, — заметил Шото. — Не переживай, он очень вкусный, — Изаму уже пил чай, не остужая его. Шото последовал его примеру и сделал глоток. Поняв, что это за вкус, он сильно удивился. — Пассифлора.. — О, ты разбираешься в травах? — Морико-сан не выглядела застигнутой врасплох, вопреки ожиданиям Шото. — Мы поэтому и называем этот чай сонным. Я не использую её много, так что моментально от чая не уснёшь, но он хорошо успокаивает. — И вкусный, — снова добавил Изаму, уже допивая свой чай. Но Шото не решался больше пить, ему не надо было хотеть спать, точно не в эту ночь. Он перевёл взгляд на охотника, который смотрел прямо на него. Отставив свою чашку в сторону, он обратился к сыну. — Изаму, иди к себе спать, — когда тот открыл рот, чтобы возмутиться, охотник лишь махнул рукой, прерывая все возражения. — Давай, иди к себе. Мама тебя уложит. Морико-сан как-то странно посмотрела на мужа, но ничего не ответила, лишь встала из-за стола и повела сына к его кровати. — Шото, — охотник сложил руки на столе и пристально посмотрел на него. — Долг каждого мужчины – защищать свою семью. Ты согласен со мной? — Да, — Шото не понимал к чему шла речь, но на вопрос ответил уверенно. — Я сделаю всё для их защиты, — охотник посмотрел в сторону, куда ушли Морико-сан с Изаму, и грустно улыбнулся. — К сожалению порой приходится чем-то жертвовать, и не всегда получается всех спасти. Точнее никогда, — внезапно стали стучать в дверь. — Уже пришли.. — Кто? Что происходит? — Шото совсем не понимал, что от него хотят. — Кто-то узнал, что ты маг, и теперь все охотники на взводе. Я не знаю точно, что они хотят сделать с тобой, но точно ничего хорошего. Как появится возможность – беги, не оглядываясь, — охотник встал из-за стола и, положив на него платок, стал что-то искать. В дверь стучались всё яростнее. — Может мне стоило просто оставить тебя в лесу.. Но вдруг с тобой что-нибудь случилось бы? — положив какие-то травы в платок и несколько монет, он грустно взглянул на Шото. — Открывай, Факир! — прозвучал голос того охотника из конюшни. — Ты же знаешь, что мы можем выломать тебе дверь. Отец Изаму тяжело вздохнул и посмотрел на Шото. — Я попытаюсь их вразумить, но не обещаю, что смогу. Тошия не знает жалости, — отец Изаму завязал платок и, убрав его к себе в карман, подошёл к двери. — Не переживай, сейчас открою, — он повернулся обратно к Шото. — Прошу не используй магию, так будет только хуже. Шото не до конца понимая зачем, кивнул, после чего отец Изаму открыл дверь. — Тошия, будь благоразумнее… — не успел он договорить, как его пихнул черноволосый охотник и прошёл в дом. Мгновение он оглядывал Шото с головы до ног, затем резко схватил его за плечо и поволок на улицу. Шото решил, что пока лучше не сопротивляться. Альберт проводил их взглядом. — Тошия, остановись! — отец Изаму шёл за ними. — Ты осознаёшь, что ты творишь? Отпусти его, зачем он тебе? — Отпустить? — охотник ухмыльнулся и швырнул Шото к большому костру, вокруг которого собирались люди, и, обернувшись назад, прошипел. — Молчи, Факир, если не хочешь стать предателем. Отец Изаму тут же отшатнулся назад и неверяще уставился на охотника. Тот гордо поднял голову, оглядел всех присутствующих, что сделал и Шото, заметив в толпе и мужчин, и женщин. Он заметил даже мальчика возраста Изаму, который сразу отвёл глаза и зажмурился, так будто боялся, что его могут заметить. В толпе ходили недоумения, зачем их сюда позвали. — Хиро, — позвал охотник, и тот мальчик тут же открыл глаза. — Подойди сюда. Это друг Изаму, вспомнил Шото, отец которого хоть и хороший охотник, но очень злой. Тошия положил руку на плечо сыну, смотрящему себе в ноги, и громко сказал: — Давай Хиро, расскажи всем, — он провёл рукой в воздухе. — что ты видел на том холме. Мальчик глянул со своего места на Шото и тут же уставился себе в ноги. — Ну же, — прошипел его отец, сильнее сжав пальцы на его плече, так что он вздрогнул. — На том холме, — Хиро сглотнул. — Я видел, как он заставил яблоню саму по себе наклониться и собрал яблоки для старушки Аоябы. А ещё я слышал, как он рассказал Изаму, что его отец маг. В толпе раздались вздохи, пошли обсуждения, становящиеся всё бурнее. Шото даже услышал, как кто-то назвал магов отродьями и пожелал ему смерти. Он всё ещё не понимал, что происходит, но теперь ему точно стоило как можно быстрее покинуть деревню. Тошия, довольный своей работой, похлопал сына по плечу, и тот убежал в толпу, спрятавшись в ней. — Ещё три сотни лет назад наше королевство не было раздроблено, — стал рассказать охотник, расхаживая вокруг костра. — И правил им великий Король. Самый обычный человек! Без магии и других способностей, которыми одарены лишь особенные, — он усмехнулся, смешки послышались и в толпе. — Но Королю не повезло – он окружил себя магами, этими жадными до каждой мелочи тварями, — Шото удивился тому, как сильно искривилось лицо охотника, на последних словах. — Король предоставил им кров, обеспечил жизнь без забот всем их семьям, позволил есть с собой за одним столом, — из слов охотника это было чем-то невероятным. — Но им было этого мало, и они стали готовить своего человека – лучшего мага огня среди них, который встал бы вместо короля и поступал бы так, как они скажут. Вот только Король правил долго, и чем дольше жил, тем мудрее он становился, и простой народ любил его. Маги даже стали забывать о своей цели, такими старыми они становились, и никакая магия им не помогала оставаться вечно молодыми, — он снова усмехнулся. — Вот только тот человек, которого они готовили встать на место Короля, всё не мог успокоиться и смириться с его могуществом, ведь у того не было ни капли магии! — в толпе послышался свист. Шото стал понимать к чему ведёт история, которую он выучил ещё давно. На магов, особенно на тех, что использовали огонь, тогда начались гонения, которые продолжаются в этой деревне, видимо, спустя даже триста лет. — Никто из придворных магов не поддержал его, и тогда он сам решил избавиться от Короля. Но и этого ему оказалось мало, и он избавился от всей королевской семьи, а если кто и успел убежать, то молчал, чтобы не закончить как родственники. Был сын у того мага, такой слабый, что его отец использовал проклятую магию на нём. Те, кто видел, говорят, что он сошёл после этого с ума. Отец прогнал его, как свой позор, в лес, подальше от особенных людей. А потом стала появляться нечисть и нападать на этих самых особенных. Мага свергли, но нечисти было так много, что никому уже не было дела до выбора нового правителя. — Все знают эту историю, Тошия, — прервал охотника отец Изаму, сложивший руки на груди. — К чему ты всё это ведёшь? — К тому, что, — черноволосый охотник стал медленно подходить к нему. — Звали того мага Тодороки Энджи. Ходили слухи, что после появления нечисти он перебрался на север, — Тошиноя довольно улыбнулся и обернулся на Шото. — А мы нашли его как раз, выходящим из зимнего леса. Вот ведь совпадение. — С чего ты взял, что он именно потомок того мага? Может он пока добирался до зимнего леса помер, не оставив никого после себя? А Шото вообще-то посланник из столицы. Шото удивлённо посмотрел на отца Изаму, который соврал, несмотря на то, что знал правду. Его отец обладал магией огня и всегда гордился ей, но Шото никогда не любил его и не считал себя потомком «великого» мага. Но всё равно не ожидал поддержки. Тошия, видимо, тоже. Он с прищуром посмотрел на Факира. — И ты веришь ему? — в ответ был лишь грозный взгляд. — Как скажешь, — Тошия поднял руки в примирительном жесте и направился к магу. — Скажи, посланник, какая у тебя фамилия? Шото быстро глянул на отца Изаму, который выглядел очень напряжённым, и решил, последовав его примеру, соврать. — У нас с сестрой нет родителей, поэтому и фамилии нет. Мне просто повезло оказаться при.. богатых людях, — Шото врал отчасти – фамилию их семья действительно никогда не использовала, и он радовался, что за его безразличным лицом сложно понять врёт он или нет. — А вот сестру отправили в монастырь, поэтому я хочу скорее увидеться с ней пока это возможно. — А голова у тебя двухцветная просто так? — Тошия с презрением посмотрел на его волосы. Шото не понял к чему этот вопрос, но стал объяснять. — Когда мне было пять, вышла красная луна. Тогда мой старший брат обезумел. Он поджёг наш дом… — Шото не помнил, как именно это случилось. — Очнулся я уже с таким цветом волос, — он в ожидании уставился на охотника. Собравшиеся вокруг после его маленького рассказа стали перешёптываться. — Знаешь сказание про поцелованного луной? — стоило охотнику сказать это, как внезапно стало тихо. Шото склонил голову и слегка нахмурился. — Самого первого мага огня одарила силой красная луна ,когда люди ещё сражались с драконами. И отметила его алыми волосами, — охотник провёл рукой по волосам Шото и резко схватил их. — Тебе просто не повезло родиться в этой семье. Скажи честно – ты околдовал Факира? Почему он защищает тебя, хотя это может ему стоить доверия всей деревни? — Я ничего не делал с ним. Околдовывают кого-либо вообще только ведьмы, — Шото хоть и говорил сквозь зубы, из-за неприятной боли, всё равно старался сопротивляться руке, тянущей его волосы. — И я не обладаю магией огня совсем, как бы мой отец этого ни хотел. — Да что же ты с ним тянешь, — из толпы вышел мужчина и довольно быстро оказался рядом. — Покажи магу его место! — выкрикнул кто-то из толпы, и его подхватили остальные. Шото начал читать заклинание, надеясь заморозить охотников и уйти, но на последнем слове он подавился от тяжёлого удара, пришедшегося в живот. Его руки заломили сзади, и закрыли рот, не давая прочесть ни одного заклинания. — Смотри, — его снова схватили за волосы, заставив посмотреть на небо, где из-за облаков выходила красная луна. — Давай добавим тебе ещё красного? — Тошия отпустил его и подошёл к костру, с которого взял котелок с жидкостью, от которой шёл пар. Тут же послышался свист, кто-то даже захлопал. Шото стал вырываться, но ему в живот пришёл пришёлся ещё один удар сапогом от подошедшего из толпы мужчины. — Тошия, одумайся! — отец Изаму направился к ним, но другие охотники схватили его, не давая помешать. — Он же просто ребёнок! — Он дитя дьявола, Факир! — воскликнул Тошия. — Он не лучше нечисти, — толпа поддержала его громкими овациями. Обернувшись обратно, он оскалился. Шото, всё это время пытавшийся вырваться из крепких рук другого охотника, без страха смотрел в ответ. Тошия лишь усмехнулся и, схватив его специально только за красную половину волос, стал медленно выливать ему на лицо содержимое котелка. Шото услышал, как ругается сзади охотник, еле успевший убрать руку от кипятка, хрипло вдохнул и, не вытерпев, закричал. Краем уха он услышал смех и вспомнил безумного старика из своей деревни. Он хотел бы прочесть заклинание, но голос не подчинялся ему. Как же ему хотелось, чтобы вместо той бедной девушки мучились эти люди… Почувствовав, что хватка на руках стала слабее, Шото резко выдернул их и схватился за руки Тошии, который тут же отпрянул, как от кипятка. Шото поднёс дрожащие руки к лицу, пытаясь хоть немного охладить повреждённую кожу, и почувствовал, как его левая рука покрывается коркой. — Вот ведь дрянь.. — прошипел Тошия, смотря на свои руки, на которых остались красные следы. — Тебе мало было?! — Отец, не трогай его больше! — Хиро побежал к своему отцу. Вдруг Шото услышал гогот Альберта. Тот, видимо, почувствовал что-то неладное и стал вырываться. Хотя это могло ему лишь показаться из-за сильной боли. Шото стал подниматься на ноги. — И это всё? — снова послышалось из толпы. Охотник оглядел Шото с какой-то настороженностью, продолжая держаться за руки, пока Хиро уговаривал его прекратить это всё. Шото с вызовом взглянул Тошии в глаза, прикрывая повреждённое место правой рукой. — Хиро, иди обратно, — глаза охотника блестели. — Отец.. — Уходи! — он оттолкнул сына так, что тот упал на землю, разодрав кожу рук, и стал наступать на Шото. — Тошия?.. — прозвучало неуверенно за спиной. Но охотник не слушал, оказавшись рядом с магом, он замахнулся. Шото перехватил его руку и потянул на себя, чтобы прикоснуться рукой, покрывшейся чёрной коркой, лица мужчины. Тошия отшатнулся назад, схватившись за лицо, и закричал, сгибаясь пополам, словно его тоже окатили кипятком. — Тошия! — тот, что держал руки Шото, пихнул его в сторону и стал поднимать черноволосого охотника. Шото взглянул на Хиро, в глазах которого плескалась глубокая обида. Он прошептал заклинание, превратившее землю в лёд, и стал уходить дальше от костра. — Держите подлеца! — кто это выкрикнул было уже непонятно. Люди направились к нему, но поскальзывались и падали, роняя за собой и других. Пока жители этой деревни пытались разобраться, как ходить по льду, Шото бежал к Альберту, которого вёл к нему отец Изаму. — Уходи быстрее, — сказал тот, передавая поводья, и помог забраться на коня. — Альберт, — прохрипел он, погладив коня по шее. — Я вижу плохо. Путь на тебе. Конь в ответ фыркнул. — Держите его, что вы стоите! — крикнул Тошия. — Давай уходи уже, — прошептал Факир и шлёпнул Альберта, который за это неслабо пнул охотника. Шото погнал коня вперёд и на выходе из деревни обернулся назад. Охотники садились по коням, жители передавали им оружие. Его явно не отпустят просто так. У костра всё ещё сидел Тошия, смотрящий прямо в глаза Шото. Лицо его теперь было безобразно. Он оттолкнул руку, которую протягивал ему Хиро, и направился к ещё свободному коню. Тошия отпихнул охотника, собиравшегося сесть на этого коня, и помчался за Шото. Отец Изаму тут же развернул своего коня и помчался за ними. Его примеру последовали и остальные охотники. Шото поднял голову к продолжающей светить красным луне. — Следуй за ней, Альберт, — он не стал уточнять, зная, что верный конь поймёт его, что тот и сделал, устремившись за светом луны. “Луна всегда будет оберегать тебя", — вспомнились слова матери в том пожаре. Это были последние её слова, которые слышал Шото. Сзади слышался топот копыт и проклятия в его сторону, охотники не отставали. Вдруг впереди послышалось шипение, напугавшее Альберта. — Не останавливайся! Нам нельзя останавливаться сейчас.. Альберт недовольно фыркнул, но продолжил нестись вперёд. Нечисть ночью тоже любила о себе напоминать. Эта ночь будет сложной.

***

Северо-запад леса Арбрория

Урарака ходила по лесу и заглядывала под каждый куст. Она искала целебные травы, которых в этом лесу становилось найти всё сложнее. Ещё утром она нашла птичку, у которой было ранено крыло. Урарака принесла её в свой домик, уложила в импровизированное гнездо из одеяла, и пообещала птице, что быстро вылечит её крыло. А потом обнаружила, что трав почти не осталось. Она обмотала крыло платком, сделала отвар из оставшихся трав, напоила им птицу и ушла искать травы, заодно и ягод собрать. Когда стало смеркаться, Урарака собрала полную корзину разных ягод, а трав так и не нашла. На следующий день придётся идти дальше в лес, ведь без лечащих трав выжить будет тяжело. Тем более, если она собирается продолжать лечить зверей. Подходя к своему лесному домику, она услышала голоса, что было странно, ведь люди не любят ходить по лесу в темноте. Урарака аккуратно выглянула из-за дерева, наблюдая за мужчинами с факелами и вилами в руках. Они о чём-то напряжённо переговаривались и ходили вокруг дома, что-то высматривая. Вдруг один из них выбил ногой дверь, и чтобы не вскрикнуть от неожиданности, Урарака закрыла рот рукой. Тот, что выбил дверь, стал осторожно заходить в дом, за ним так же настороженно заходили остальные. Вдруг внутри что-то разбилось, и послышался грохот. — Тупая птица! — крикнул кто-то изнутри, а у Урараки что-то неприятно скрутилось в животе. Она так и не помогла птичке. Осознав, что в доме никого нет, мужчины стали что-то яростно искать, вытряхивая всё с полок и разбивая всё, что попадалось под руку. У Урараки сложилось ощущение, что им просто хотелось разрушить её домик, который она так долго делала пригодным для жизни. Ей и так пришлось уйти из селения, чтобы жители оставили в покое её родителей, которых обвиняли в рождении нечисти. А теперь они решили покончить с ней самой? Но как они могли узнать, что она тут, ведь уходила Урарака никому ничего не сказав, чтобы её не преследовали. Значит они всё таки что-то искали, и так долго не заходили в дом, потому что не ожидали, что в давно заброшенном доме стал кто-то жить. Урарака металась между желанием прогнать этих людей и не выдавать себя, ведь она не знает на, что они способны и, вероятно, ей придётся искать новый дом. Выбор за неё сделала рука, внезапно схватившая за волосы, и грубый голос, приказавший идти к дому. — Смотрите, кто здесь! — крикнул мужчина так, чтобы другие его услышали. По тому как они выходили, их лица сменялись с недовольных на удивлённые. Да, это точно люди из её деревушки, и теперь её могут казнить. Или даже сжечь.. Урарака хотела прогнать пугающие мысли, помотав головой, но рука всё ещё держащая её волосы не дала этого сделать. — Может она нам и скажет, где он находится? — спросил один из них. — Эй, малышка, — Урарака дёрнулась от неприятных ноток в голосе. — Так ты тут живёшь? Думала сможешь тут долго прятаться? — мужчина мерзко улыбнулся. Конечно, она предполагала, что долго оставаться тут не сможет, возможно, травы и ягоды, которых найти становилось всё сложнее были намёком на то, что пора уходить. — Спросим по-хорошему только один раз, поэтому слушай внимательно, — к ней подошёл высокий парень. Сын лекаря, вспомнила Урарака, добьётся своего, чего бы это ему не стоило. — Был когда-то давно в нашей деревне один храбрец, посягнувший на силу драконов и запечатавший её в посохе, — эту легенду знал каждый в их деревне, и Урарака – не исключение. — В итоге он так стал бояться, что кто-то украдёт его посох, что стал отшельником, видел врага в каждом, ушёл в лес, где вдали от всех построил дом и спрятал свой посох, а потом умер в одиночестве. И теперь тут живёшь ты, сраная ведьма, — последние слова он буквально выплюнул ей в лицо. И что она им сделала, чтобы к ней так относились? — А теперь вопрос. Где посох? Урарака решила говорить всё, что знает. Она должна выбраться отсюда и не дать этим людям сломать её дом, который она так долго восстанавливала, к тому же там всё ещё была раненая птица и некоторые записки о лечебных травах. — Как только я нашла этот дом, я сразу его обыскала,— Урарака сглотнула. Это было несложно, ведь дом был практически пуст: только котелок, пара полок и сломанная кровать. Вдруг пол подо мной провалился, и я упала по всей видимости в подвал, — сын лекаря заинтересованно на неё посмотрел, а Урараку передёрнуло от неприятных воспоминаний о падении. — Там был большой сундук, вскрыть его оказалось несложно, он был уже совсем разваливающийся, но внутри были лишь чьи-то записки на каком-то древнем языке, и больше ничего. Если не считать жуков и паутины, — совсем тихо добавила Урарака. Мужчина, держащий её за волосы, наконец отпустил их и приказал: — Показывай, где записки. Если ты от них избавилась, — мужчина оскалился и направил на Урараку нож. — То считай, что ты труп. Сын лекаря противно загоготал, остальные вторили ему. Урарака гордо вскинула нос и вошла дом. Когда она нашла записки, те уже начали плесневеть, поэтому она вложила их в свою маленькую книжку с белыми листами, который прятала в щели между досками на полу под кроватью. Урарака раскрыла книжку, вытащила из неё записки и передала их сыну лекаря. Ни его имя, ни имя его отца она так и не вспомнила. — Действительно какой-то древний язык. — Эй, Укай, сможешь прочесть? Упомянутый мужчина подошёл и внимательно осмотрел надписи при свете факела. — Никогда такого не видел, возможно, стоит поискать что-то в старых книгах библиотеки… — А возможно, что это просто бред сумасшедшего, — перебил его тот, что выбил дверь. Пока мужчины спорили о том имеют ли цену эти записи, Урарака спрятала книжку, в которой остались отпечатки букв с записей, в карман плаща. Благодаря бабушке, она прекрасно знала, что там написано, но сослаться на бред сумасшедшего довольно удобно. Над головой кто-то чирикнул. Урарака подняла голову — на единственной уцелевшей полке сидела птичка. Платка на её крыле уже не было. — А если она наврала и на самом деле в подвале осталось что-то поценнее этих бумажек? — вдруг предположил тот, кого назвали Укай. Остальные внимательно на него посмотрели, а потом уставились на Урараку. Та встревоженно переводила взгляд с одного на другого. — Ну что, покажешь дверь в подвал? — спросил тот, что первым заметил Урараку. Она понимала, что если не покажет, то они проломят пол. Когда она подошла к двери, которая еле весела, ей пригрозили: — Только без фокусов. Урарака закатила глаза. Если бы она могла что-то противопоставить четверым взрослым мужчинам, то они бы сейчас не стояли здесь. Ногой она отодвинула коврик у двери в сторону и приглашающе открыла дверь в подвал. На лице сына лекаря расцвела ужасающая улыбка. — Ты останешься здесь, — сказал он Урараке. — А ты следи за ней, — теперь он обращался к своему товарищу. Тот презрительно фыркнул и сел на кровать. Когда остальные спрыгнули вниз и их переговоры стали едва слышимыми, мужчина оглядел Урараку и спросил: — Не страшно тут одной ночами? — Поначалу было, — и то больше от того, что вы можете прийти за мной, подумала Урарака, — Потом привыкла. Немного подумав, она открыла рот, чтобы спросить, но потом передумала. — Говори, — мужчина так пристально смотрел, что она невольно поёжилась. — А мои.. Как там мои родители? Она не видела их уже почти полгода, было интересно – смогли ли они вести спокойную жизнь после её ухода. Урарака посмотрела на улыбающегося собеседника, и что-то неприятное защекотало в животе. Он словно ждал этого вопроса. — Их казнили на следующий день после твоей пропажи, чтобы неповадно было покрывать тварей. У Урараки закружилась голова, и скрутило живот, она, обессилев, села на пол. Через звон в ушах она услышала противный смех и зажала уши руками, чтобы не слышать этого. Урарака же ушла из деревни, чтобы у родителей всё стало хорошо, так почему же всё вышло наоборот?.. Вдруг послышался пронзительный крик. Урарака подняла голову и попыталась сфокусировать поплывшее зрение на мужчине, который отчего-то отмахивался. Когда зрение прояснилось, она увидела, как птица, у которой с утра ещё было сломано крыло, сейчас пытается выклевать глаза мужчине. Из подвала тоже послышались крики. Чьи-то руки выглянули и схватились за доски, но не успел лекарь на них подтянуться, как дверь подвала с громким хлопком закрылась, отрывая не только пути отступления тем, кто там остался, но и его пальцы. Над Ураракой защебетала птица. Она перевела взгляд на мужчину у её кровати, тот корчился от боли, держась за глаза. Факел упал из его рук на пол, поджигая дерево. Птица впилась лапками в её воротник и потянула из дома. Урарака послушно встала и пошла за ней, не соображая, что происходит вокруг, и что случилось с теми, кто в подвале. Птица вела Урараку вперёд, не отрываясь от её воротника. Краем сознания девушка подумала о том, что сейчас нечисти должно быть полно вокруг, а она так спокойно идёт за этой странной птицей в глубь леса. Но идти ей всё равно больше некуда: лесного домика всё равно, что больше нет, а в родительском доме её давно уже не ждут, если их дом вообще оставили целым. Очнулась от своих мыслей Урарака, когда птица привела её на поляну, посреди которой стоял толстый пень, из которого росло сухое деревце. Она села у пенька и огладила ветки дерева, на которых стали появляться почки, а из них понемногу прорастали зелёные листья. Почти полгода назад Урарака сделала тоже самое с вишней у их деревни, надеясь вызвать улыбку у своих друзей такой небольшой магией. Но вместо радости, она увидела лишь страх и презрение. В тот же вечер, понимая, что слухи быстро разойдутся, Урарака обняла на прощание недоумевающих родителей и ушла из деревни, надеясь, что лесничий домик ещё пригоден для жизни. Увидев, что сделала девушка с деревом, птичка радостно защебетала, вызывая у той улыбку. Подумав, что она может заставить деревце ещё и зацвести, Урарака прикоснулась к стволу. Вдруг ветки начали закручиваться, а листья опадать, птичка летала вокруг и что-то без конца щебетала. Красный свет упал на поляну. Урарака подняла голову к полной красной луне, вышедшей из-за облаков. Считалось что, когда луна окрашивается в красный, это значит, что в эту ночь демонов будет больше, чем в любую другую. Это объясняло произошедшее в подвале лесничего домика, но что было с этой птицей? Урарака взялась за ствол деревца обеими руками, верхушка которого уже образовала круг. Дерево с лёгкостью отошло от пня, из которого росло. Птица прекратила бессмысленно летать вокруг, пытаясь направить дерево, ставшее палкой с крюком на верхушке, под красные лучи. Урарака встала на ноги, положила палку в своих руках в горизонтальном положении и направила крюк на конце палки, как, кажется, хотела птица, прямо над серединой пня так, чтобы красный свет проходил сквозь круг. Урарака посмотрела на луну, с которой начал сходить красный цвет, потом на птицу, сидящую на её плече и наблюдающую за процессом. Она с удивлением обнаружила, что конец палки, где под красным светом образовывался камень такого же яркого цвета. Урарака осознала, что это и был тот самый посох, но как сумасшедший старик смог так его спрятать? От размышлений её отвлекла птица, севшая на посох. Она пару раз постучала по камню, красный свет стал обволакивать её тельце, поднимая в воздух. Урарака заворожённо смотрела, как птица превращается в эльфа с большими глазами и длинными ушами. — Урарака Очако, — вдруг сказало существо и ярко улыбнулось. Сначала девушка хотела испугаться, но увидев эту улыбку, быстро успокоилась. — Откуда ты знаешь, как меня зовут? — Все в лесу знают того, кто помогает им в трудную минуту, — эльф поклонился, заставив Урараку смущаться. Внезапный хруст за спиной заставил обоих вздрогнуть и обернуться на звук. Из-за дерева выглядывало нечто чёрное. Недолго думая, Очако направила посох на демона. Красный свет пронзил его, и он, задушено вскрикнув, спрятался в тени. Урарака посмотрела на эльфа, тот с гордостью смотрел на неё в ответ. Белая бабочка села на посох. Эльф погладил её по крыльям, и та стала превращаться в фею с белыми блестящими крыльями. Она осмотрела себя и обняла эльфа, радуясь, что вернулась в свою форму. Фея с благодарностью посмотрела на Урараку и, вспорхнув крыльями, села ей на плечо. — Там в лесу сражаются два рыцаря с демонами, — феечка указала в сторону тёмного леса, где видимо было сражение. — Им нужна твоя помощь. Очако удивлённо посмотрела на неё, потом на эльфа, довольно улыбающегося. — Но как я им помогу? — недоумевала Урарака. — Я же совершенно не понимаю, как это работает, — она взмахнула посохом, пытаясь показать, что не знает, что ей делать. — Мы поможем, — сказал эльф тоном, не желающим возражений. Урарака удивлённо смотрела на него и феечку, поддерживающую другого. — У тебя сегодня действительно был тяжёлый день, — продолжал эльф. — Лучше всего его будет закончить победой в сражении. Фея закивала, соглашаясь. Урарака улыбнулась. — Ну что ж, — она уверенно посмотрела в глаза фее. — Показывай куда идти.