Злые злодеи

Парень вышел из бассейна и я вылез следом. Он выглядел как я, тоже толстый, но немножко поменьше меня. Он стал меня рассматривать, а я его. Что за колодец это был? Куда меня Алан закинул?! — Ты из другого мира? — спросил он настороженно. — Видимо да. Меня столкнули в колодец, и вот я здесь. Где я вообще? — В купальне, как видишь. Это Вестфелл. — Я знаю. Я растерялся, я хотел сказать, что это за мир, но… ладно, не важно. Ты, видимо, это местный я? — Может быть. Рафаил. — Я тоже. — вздохнул я. — Слушай, я не понимаю, как мне вернуться. Можно я у вас тут потусую, пока не пойму? — Можно. Но может, попробуешь нырнуть обратно? — он показал на бассейн. — Вдруг тебя в этот твой колодец выкинет. Я попробовал. Так себе идея была. Рафаил к тому времени завернулся в халат и налил себе в стакан чего-то из бутылки, стоявшей на столике. Винцо, судя по запаху. И вот, идём мы по коридору, чтобы Рафаил дал мне сухую одежду. Надеюсь, я в неё влезу. Пока мы шли, то нам встречались слуги, которые испуганно опускали глаза и отходили с дороги. Я на них смотрел и не мог понять, почему, пока Рафаил не сказал: — Не обращай на них внимания, им есть, чем заняться. — Они будто боятся. — Что значит «будто»? Конечно боятся. Меня. И до меня дошло. Это же параллельный мир. Мир, в котором я злодей. Офигеть просто. Но он вроде не собирается меня убивать, это хорошо. В его комнате, пока он доставал мне шмотки, я разглядел на туалетном столике кучу косметики. Вряд ли это его. — Рафаил? — Можно Раф. Тебе-то уж точно. — хмыкнул он, убирая с глаз чёрные пряди. Очень странно себя брюнетом видеть. — Чего хотел? — Где твоя Софа? Он моргнул. Глянул на часы. — Жрёт скорее всего. Она этим большую часть времени занимается. А твоя-то где? — Моя в моём мире осталась… я думаю, она сможет открыть портал в ваш мир и найдёт меня. Я задержусь у вас? — Я же уже согласился. Давай, попробуй влезть. — Раф протянул мне брюки, камзол и рубаху. — Пояс у тебя на животе вряд ли застегнётся, так что давай без него. В итоге в шмотки я влез, но рубаха нещадно давила и натирала живот. Ладно, главное одет. Раф тоже оделся и повёл меня обедать. И едва мы пришли в обеденный зал, как раздался крик: — Ты хули не идёшь так долго?! Я одна должна тут сидеть?! — Тебе не привыкать, ты и без меня постоянно жрёшь! Половина стола была съедена. И за ним сидела Софа. Другая, местная Софа. У неё были чёрные длинные волосы, и если моя Софа просто упитанная, то эта… ну, такая… обширная роскошная сытая женщина. Когда она встала из-за стола и посмотрела на нас двоих, я чуть не начал умилительно улыбаться. Она очень, ну очень толстенькая, но из-за невысокого роста местная Софа — это маленькая кругленькая лапочка. Причём действительно кругленькая, и тельцем, и грудью, и румяным личиком. Только странно как-то, у неё такая фигура, при которой бёдра широкие, а здесь по какой-то причине у неё животик великоват. Она схватила кувшин и запустила им в местного Рафа. — Паскуда толстая! — крикнула она, когда промахнулась и кувшин разбился. — Мудак жирный! — Хватит орать, тупица, у нас гости. — Ты охерел меня тупицей называть, алкаш толстозадый?! — она перевела на меня взгляд и замолчала. Я так понимаю, если у меня и моей Софы любовь-морковь и помидоры, то у этих от токсичности умереть можно. Если честно, я представить не могу, чтобы моя булочка назвала меня жирным на полном серьёзе, желая обидеть. Мне вдруг так тоскливо без нее стало. Местная Софа откинула за плечо волосы и уложила одну ладошку себе на пузечко. Не пойму, она переела, или она такая толстенькая и есть? — Это ещё кто? — спросила она местного меня, поглаживая животик. Ох, ты ж моя толстушка, переела всё-таки. — Мой двойник, слепая что ли? Его сюда случайно выбросило. Побудет тут, пока не поймёт, как вернуться. — А меня спросить не надо? Ты в моём доме живёшь, нахлебник. — Ты этот дом вместе со мной отжала, мозг мне не еби. Жри молча. — Сука. — шикнула она и бросила в него салатом. Попала. — Тварь такая, свали вообще! И этого с собой забирай, мразота! — Ты совсем?! — он кинул в неё тарелкой. Чуть не попал. — Стойте! — не выдержал я. — Давайте не будем ругаться? — Свали вообще! — оттолкнула меня Софа и подошла к Рафу. — Ты знаешь кто?! — А ну, что на этот раз? — ухмыльнулся он. — Ты… — Д-давайте просто есть? — промямлил я с нервной улыбкой. — Пожалуйста, Софочка, давай не будем кричать? Она только-только собралась обматерить Рафа, как уставилась на меня. По круглому личику прошлась тень изумления. Пышка о чём-то подумала, и потом за руку меня потянула к столу и села рядом. — Э. — возмутился Раф. — Пошёл нахер, сам дойдёшь. — отмахнулась она. Софа придвинула ко мне свободную тарелку с приборами и кувшин вина, пока её кресло поскрипывало от веса солидного тельца. — Так ты тоже Раф? И из какого ты мира? — Параллельного, думаю. В моём мире тоже есть ты. — И как я выгляжу? — заинтриговалась она. — Вы одного роста. Но у моей Софы рыжие волосы, и они не такие длинные и прямые, они у неё волнистые до плеч. — Я вот тоже думаю подстричься. — сказала она, взяв иссиня-чёрную прядь в руку. — И моя Софа аликорн. Тут оба уставились на меня. — Что? — не понял я. — Какого хрена? Я тоже хочу! — капризно крикнула Софа, ударив по столу. — Раф, найди мне заклинание, чтобы стать аликорном! — Ещё чё хочешь? Даже если у тебя будут крылья, взлететь ты всё равно не сможешь с такой жопой. — фыркнул он, сев возле нас. — Нельзя так говорить! — пискнул я. — Ей же неприятно… — Себя давно видел? — заржала Софа в ответ и тыкнула другому мне в круглый живот. — У кого недавно на пузе пуговицы в стороны разлетелись? Кто так разожрался, что на лошадь только по лестнице забраться может? Сам пузатый и весь в жиру, и еще мне высказывает, сволочь! — Софа, ты злишься, я понимаю, но у меня лишний вес правда очень больная тема. — мямлил я. — Подожди. — Раф отодвинул меня и сам сел возле Софы, продолжая ругаться. — Ты офигела совсем?! Если бы не я, ты бы бомжевала где-то в деревне и тебя бы драли во все дыры и кони, и алкашня сельская, это так ты мне спасибо говоришь?! — Ой! Ой! Спасибо! — она отвесила ему поклон. Ну вернее, попыталась. Ей сильно мешал округлый животик. — На колени встать? — Ты ж даже наклониться уже не можешь. — тяжело вздохнул Раф, потирая переносицу. — сколько можно жрать? — Сколько нужно! — уже с обидой в голосе сказала Софа. — Ты постоянно меня за это чморишь! — А ты меня нет?! — У меня и так медленный метаболизм, а когда ты меня гнобишь, я ем больше, и поэтому… да пошёл ты вообще! — всхлипнула она, ударив его по животу и отвернулась, начав плакать. Я поморгал. Местный я потирал ушибленное место и что-то бурчал. Закатив глаза он придвинулся к девушке и потрогал её плечо. — София. — Иди нахуй. — Блять, ладно, извини! — Иди в жопу. — всхлипнула она и отодвинулась от него дальше. — Давай я? — тихо спросил я. — Ну попробуй. — буркнул он. Я перетащил стул и сел перед Софой. Пышка всхлипывала и вытирала слёзки, размазывая по лицу шикарный макияж. Моя Софа так ярко обычно не красится, хотя было бы интересно её такой увидеть. — Соф, пожалуйста, извини меня. — Да ты-то не лезь сюда. — всхлипнула она. — Он это я. Я тебя тоже люблю. Ты и моя Софа, просто другая. А я тоже твой Рафи, просто другой. И я не хотел тебя обижать. Ты не жирная, ты очень красивая и хорошенькая. Она заплакала навзрыд и что-то промычала, я не понял. Вроде на Рафа жаловалась. Я глянул на него, а тот пожал плечами, таращась на плюшечку. Софа уткнулась лицом в ладошки и продолжила плакать. Я подозвал его и жестом велел обнять. Он замотал головой и попытался что-то мне сказать, но я магией заставил его обнять Софу. Та замолчала и подняла голову, упёршись лбом в пузо другого меня. — Чё надо тебе? — всхлипнула она. Тот собрался язвительно ответить, но я на него гневно посмотрел и шикнул, чтобы не плескался сарказмом. Он закатил глаза и неуверенно погладил Софу по голове. — Я не хотел. Извини. — выдавил он. Отлично, я ими горжусь. Софа какое-то время молчала, упираясь ему в брюхо. Вздохнула. — Мгм. — выдала девушка, одну руку уложив себе на пузечко, а вторую на его запястье. — Раф. — А? — Я… я тебя тоже люблю. Даже таким пузатым и толстым. — Ебать, ну спасибо. — я пихнул его в плечо. Он ретировался. — И я тебя люблю, уголёк мой. Пышный. Я посмотрел на них и улыбнулся. Вот и хорошо. Мир — это хорошо. Главное не дать им убить друг друга, пока я здесь.