1.2 Дома.

      Сладко потянувшись, наслаждаясь мягкостью кровати,  поняла, что выспалась. За окном ещё светило солнце, но который час мне было неизвестно. Впрочем, не думаю, что отсутствие часов, это то, что должно меня сейчас заботить.        Если я буду бодрствовать столько же сколько в больнице, то у меня не так много времени. Да и тут кормить никто не будет. Так что подъём, генин Куро, дела не ждут. По-хорошему, этим надо было заняться сразу по приходу, но что ж тут поделать, если меня рубит, как младенца. Хоть до кровати доползла. Пусть и не расстелила.        Удивительно, что тут я просыпаюсь бодрой и полной сил. Раньше после сна, даже до перевода, я больше походила на зомби первые часа два. Ну, раз уж есть такое добро - грех не воспользоваться.        Начать я решила с инвентаризации.  Бросив взгляд на распечатанную кучу, поправилась, с частичной инвентаризации. Эту кучу разгребать долго. Итак, что мы имеем? Окинув взглядом своё жильё, начала подводить итоги. Однокомнатная квартира, довольно просторная. Раза в три больше той студии, что я снимала после переезда. Потолок какого-то невнятно болотного цвета, вон, на нём, кстати, в углу разводы прям у внешней стены. То ли соседи заливали, то ли строители криворукие. Есть шанс, что каждый сильный дождь будет оставлять следы на моём потолке. Стены разделены на две части, нижняя значительно ярче верхней, что чуть более зеленее потолка. По всей видимости, раньше нижнюю часть что-то закрывало, вот она и не выгорела. И эта разделенность прочно ассоциировалась у меня с казённостью. Почти все помещения гос.организаций, будь то больницы, поликлиники, школы, да даже общая территория лестничных клеток имели вот такую полосатость.        В спальне, помимо кровати находился шкаф, к нему-то я и пробралась. Надежд, конечно, нет, но надо убедиться. И действительно, шкаф был пуст. Даже пыли на полках не было. Попыталась пошевелить полки - не поддаются. Хорошо закреплены, и возможность изменять высоту полок не предусмотрена. Постучала, судя по звуку, цельное дерево. Интересно, тут до ДСП ещё не дошли, или это шик? Нижние  ящики выдвигаются без проблем, они ездят по полозьям, никаких механических систем тут нет.         Дальше пошла на осмотр кухни. Всё тот же невнятно-зелёный цвет стен, но тут хотя бы целиковый. По стене расположились: кухонный гарнитур, мойка, плита с духовкой, холодильник. Довольно удобное размещение, рядом с раковиной рабочее пространство, причём столешница - чем-то покрытая древесина, на ощупь как застывшая эпоксидка. Дела-а. Холодильник рабочий, подключенный, чистый и пустой. В духовке тоже ничего не обнаружено. Стала шерудить по ящикам. Все, конечно, пустые, но расположение и вместимость порадовали. Не знаю, кто проектировал, явно, типовые модели, но работу свою сделал великолепно.  Включила кран - вода идёт, и холодная и горячая. Заглянула под раковину, вроде ничего не капает. Вообще отлично. Что тут ещё? Стол обеденный, сейчас заваленный, большой прямоугольный, где-то метра на полтора, тоже цельное дерево, два стула рядом. Окно ещё с таким же широким подоконником, как в спальне. Нет, не полметра, но шире привычных мне узеньких полосочек типовых панелек.          Здесь же входная дверь, на стене рядом с которой висят крючочки. А вот полочки для обуви нет. Надо озаботиться. А теперь главное - санузел. Путь туда ведёт тоже из кухни. Двери две. Рядом с каждой выключатель. Что ж, раздельный санузел, это не плохо. Прям-таки хорошо. Кучеряво живут шиноби, раз это стандартная генинская халявная квартира.        Первая дверь оказалась туалетом. Стандартная маленькая каморка с белым фаянсовым другом. Дёрнула за пипку на бачке - сливает. Вода шумит - набирается. Всё работает, отлично.  Теперь ванная. Юху! Тут не просто душевой поддон, как я ожидала, а полноценная ванна. Вот это везуха, живём. Ещё тут была раковина без тумбы, просто прикреплённая к стене, со всеми коммуникациями наружу, собственно и ванная была без экрана, с полностью открытым низом. Но это я уже совсем зажралась, в моей прошлой съёмной студии даже ванны не было. Хорошая душевая кабина - да, но не ванная. Над раковиной разместились зеркало и полочка, а напротив - змеевик, что я отметила мимоходом, ибо уже стягивала с себя вещи в предвкушении.  Если бы меня так не рубило по приходу, то я сразу же побежала бы смывать с себя больничный дух. К несчастью, в обоих мирах он существовал, хоть и пах по-разному. А я ещё и спать в одежде завалилась, свинота. Шторки тут не было, а значит, пол будет мокрым, потому скинула шмот в раковину и принялась за дело. Хоть мыльного-рыльного у меня сейчас нет, но и просто горячая вода - это тоже очень даже неплохо. Пока балдела под мощными струями обжигающе горячей воды, обратила внимание, что по стыку между ванной и стеной, и по шву соединения стен раскинулся чёрный грибок. Хреново. Я понятия не имею, чем и как его тут выводят. Хорошо бы ещё шмот постирать. Вот только я не увидела стиральной машины. Это что же? Всё ручками? Вееее. Никогда не стирала верхнюю одежду руками. Ну, кроме тех вещей, для которых машинная стирка - верная смерть. У меня таких было не особо много, и одевались они редко. В основном, именно из-за своего прихотливого ухода. Но сейчас смены у меня нет, значит, и стирать буду на ночь, чтоб высохнуть успело. Сейчас главное - волосы не намочить. Они длинные, сохнуть будут долго, а фена нет.          Вылезя из ванной в чём мать родила, наконец, обратила внимание на зеркало, которое запотело. Распаренной ладошкой вытерла влагу и надолго залипла перед своим отражением.       Находясь в больнице, я не видела зеркал, поэтому своё новое лицо мне было неизвестно. Всё, что я о себе узнала это то, что у меня длинные, волнистые, чёрные, как смоль волосы, и жуткие синяки на ногах, которые тогда цвели жуткой палитрой цветов: рыжий, бурый, фиолетовый, синий с зелёным оттенком. Сейчас же…       Первое, что меня поразило - это яркие, чистые, зелёные, огромные глаза. Ведьмины - так бы сказала моя бабушка. Густые чёрные ресницы, лишь подчеркивали их яркость. Внешние уголки глаз были слегка вытянутыми к верху, выдавая то, что азиатские корни у меня есть. Хотя до этого я ещё такого разреза глаз не встречала, но подозреваю, что сейчас жалобные глазки кота из Шрека будут иметь просто убойный эффект. Тонкие, плавные черты лица, небольшие, но и не ниточкой губы, сложенные в полуулыбку. Аккуратный носик. Маленькие, прижатые к черепу ушки. Чистая светлая кожа, без намёка на веснушки или прыщи, хотя учитывая, что сейчас этому телу всего четырнадцать лет, то возможно они ещё появятся.        Я… я стояла, будто пыльным мешком стукнутая, в неверии трогая своё новое лицо подушечками пальцев. Юная прелестница в зеркале повторяла всё точь-в-точь. Я влюбилась в свою внешность. Даже полный шухер на башке меня совсем не портил. Белая, фарфоровая кожа, огромные зелёные глаза в обрамлении буйного водопада чёрных, смоляных, вьющихся крупными кольцами волос. Я не могла налюбоваться. Всматривалась, вглядывалась, крутилась и так и этак, строила разные выражения лица, и не могла найти изъяна в отражении. Чёрт, да эта девушка в зеркале вызывала у меня натуральное благоговение. Такая мягкая кожа, на ощупь, что твой персик. Так гармонично сложенные черты лица. Вот зачем она вообще пошла в шиноби? Рисковать такой красотой просто преступно! А фигура? Нет, чтобы оценить всё в комплекте, так сказать, нужно будет купить хорошее ростовое зеркало, но даже так. Гитарообразная фигура, высокая, нежная грудь, чуть больше обхвата моих ладоней, круглая, как наливное яблоко. Плоский, гладкий живот, хотя если напрячь, то виден пресс. Ярко очерченная талия, переходящая в широкие бедра. Пожамкала попец - крепкий, но форма непонятна.  И точёные ровные ножки. Тонкие щиколотки, и небольшая стопа. Правда правое колено жёлто-зелёное и припухшее, но это пройдёт. Я-то возвращалась к отражению, то вновь разглядывала своё тело, легонько проводя руками по притянувшим моё внимание частям тела, то любовалась узкими ладонями с музыкальными пальцами и огорчалась их твёрдости. Такие ладони должны быть мягче шёлка, а не вот это вот.        Оторвал от самолюбования меня голод. Не то чтобы сильный, но дающий о себе знать. А еды-то дома и нет, как и посуды.  Хорошо, что я уже обсохла. Поморщившись, принялась натягивать на себя не такую уж чистую одежду. Что поделать, даже если в завале перед шкафом есть что-то из моего гардероба, то это надо стирать. А госпиталь выдал чистую и выглаженную одежду моей предшественницы. В которой я уснула, мда.        В прошлом я бы не стала слишком долго смотреть на своё отражение. Оно было привычным, да и не считала я себя красавицей. Даже регулярные комплименты не заставляли меня считать мою внешность чем-то из ряда вон. Обычная симпатичная девочка, таких везде полно. Не страдала нарциссизмом, знаете ли. Но внешность Синдзи… это что-то с чем-то.        Мелькнула мысль о том, что это даже хорошо, что в больнице не было зеркал, думаю, что я могла бы привлечь к себе ненужное внимание, если бы залипла на своё отражение в больничной душевой.       Так, что у нас есть? Вернувшись на кухню, я плюхнулась на стул. Передо мной лежали ключи, конверты, бумажки, банки лекарств и бумажный пакет от них. Так, надо посмотреть инструкции, что ли. Так-то я помню, как принимала лекарства в больнице, там ничего сложного, но вдруг они по времени, а не от приёма пищи зависят? Найдя рекомендации в бумажном пакете, где, кстати, ещё и мазь с бинтами обнаружилась, поняла, что облажалась. Ну, упс, что могу сказать. Оказалось, что приём лекарств изменили, и он не такой каким был в больнице. Теперь после завтрака мне надо есть зелёную, после обеда розовую, а на ужин все. И зелёную, и розовую, и жидкое лекарство, к которому прилагалась мерная ложка. А я уже, как бы. Ну да ладно, что там дальше? А дальше следующее, к чёткому времени приём не привязан, он именно от приёмов пищи зависит, а я всё на голодный желудок сожрала. Ладно, пофиг не страшно. Теперь знаю и буду соблюдать.        Следующим в очереди на осмотр стал пухленький конверт, в котором оказалась целая кипа бумаг. Это я преувеличила немного, там всего четыре листа было.  Один, что очень походил на удостоверение личности, я отложила. Вторым было признание меня наследницей моих родителей, оно отправилось следом за первым. Третьей была памятка клиента, которой я много времени уделять не стала, ибо рано. Всё равно сегодня в банк не пойду. А вот четвёртой была выписка, в которой чёрным по белому было написано, что на моём уже счёте находилось чуть меньше восьми лямов рьё. Цифра радует, конечно, вот только это много или мало?        Дальше пошёл разбор последнего конверта. Того, что с пособием. Там тоже была небольшая кипа бумаг. Два листа памятки, лист с принятием меня на реабиалетоционное довольствие и  квиток, о том, что 18 октября 64 года я получила пятьдесят тысяч рьё. Опять непонятно много это или мало, но учитывая, что на эти деньги мне предполагается жить месяц, то сумма на счёте весьма приятная.        Ну и деньги, да. Такая себе пачечка в пятьдесят тысяч ровно. Три корешка, пачка денег по 100 купюр, охваченных бандерольной лентой. Два полных и один нет. Чувствую себя каким-то наркобароном, ей богу.                       Как и в госпитале причесалась пальцами, завязала пучок, намазала и забинтовала своё несчастное колено и думала уже почапать, но какой-то дискомфорт тормознул. Окинула всё взглядом, пытаясь найти, что не так, даже до спальни дошла, когда на глаза попался хитай. Тоже верно, нечего такой важной штукой по кроватям раскидываться. Повязала на лоб и пошла к двери, обуваться. Ключи, деньги в руку и вперёд! На поиски еды!          На моё удивление, на улице всё ещё был день. Тёплый летний день. Хотя сейчас вроде как октябрь. Передо мной раскинулась широкая улица, с такими же жилыми многоэтажками. Не небоскрёбы, понятное дело, но что-то очень похожее на многоквартирные дома. Трёх, четырёх и пяти этажей. Самое забавное, что не было ни одной одинаковой. Теперь уже мой дом выходил на улицу небольшим подъездом, располагаясь основной своей частью вглубь. То есть стоял как бы боком, с выходом в торце. Цвет стен варьировался от серо-белого, видимо, просто из-за пыли, до песчаного, но выдержанно всё было в светлых тонах. А вот крыши пестрили разнообразием. Моя вот была зелёной и покатой. Там и сям виднелись зелёные ветви деревьев, где-то было видно и само дерево, в общем, приятственно.        Решила пойти в сторону скалы Хокаге. Всё же, чем центрее, тем больше должно быть магазинов, нет? Шла я не спеша, разглядывая дома и вывески, сейчас закрытых заведений. Какие-то явно были едальнями, ибо чем ещё может быть «Барбекю Такеши»? Что-то походило на наливайки, что-то было маленькими магазинчиками. И вот пройдя уже три перекрёстка, я наткнулась на работающий магазинчик.        Он сильно напоминал продуктовый минимаркет. Из посуды там были только кружки, да палочки, но у меня и этого нет. Так что три набора дешманских палочек, две кружки, одну нормальную, вторую слоновью, я быстренько забрала к себе в корзину. Грустно поглядела на мясо, но смысла его брать не было, ибо сырое есть как-то некомильфо. Так что ограничилась овощным отделом, растительным маслом, соевым соусом, солью. Долго смотрела на яйца, но всё же взяла. Это можно и в сыром виде выпить. Многие продукты были мне банально незнакомы. Даже непонятно, фрукт это или овощ, и как его едят. Также пришлось пройти мимо риса. А вот гречки я не нашла. А жаль, её-то просто залить можно. Также обнаружила большое разнообразие дошираков. Ну, тут они назывались быстро заварным раменом, но суть всё та же. Но кипятка нет, поэтому мимо. С молочкой всё было грустно, её представляло только молоко. Никаких тебе йогуртов, творожков, да даже банального кефира, и того не было. Зато на кассе прибрала себе расчёску, гребень и целую россыпь резиночек.       Есть хотелось всё больше, и я решила закончить первую вылазку, расплатилась и поползла домой. Благо, я нигде не сворачивала, а значит и не потеряюсь.        Вернулась я и правда без приключений. Разобрала покупки, запихнув неиспользуемую часть в холодильник. Помыла свежеприобретённые кружки и два яйца. Яблоки, лук-порей, два помидора и три огурца тоскливо лежали на разделочной зоне. Я, конечно, молодец, что присмотрела большую кружку, что больше на супную плошку похожа, куда можно настрогать салатец, но чем резать-то?        За все эти дни я уже заметила, что со мной что-то координально не так. Я могу залипнуть на потолок, скажем, или ещё на что такое же бессмысленное, но вот как только начинаю о чём-то думать, то скачу с темы на тему, не в силах надолго сконцентрироваться на чём-то одном. Упускаю банальные мелочи, типа того же ножа. И нахожусь большую часть времени в спокойном состоянии. Даже в каком-то позитивно-спокойном. Что для моей ситуации очень, знаете ли, странно.           Кстати, из странного. При выдаче одежды мне отдали и хитай, и подсумок, которые я как-то мимоходом нацепила. А когда ползла спать, не задумавшись, сняла. И если хитай валялся где-то на кровати, то подсумок лежал на полу. Что здесь странного? А то, что я сейчас наблюдаю этот подсумок, и понятия не имею, как его правильно надевать. Сам подсумок выглядел, как небольшая тканевая сумочка с тремя ремешками. И если два точно должны фиксироваться на ноге, то как должна располагаться третья? Нет, понятно, что ремешком вверх, предохраняя подсумок от съезжания вниз, но как именно? Мурашки проскакали по мне табуном, и я передёрнула плечами.        Страх накатил на меня волной. Все силы куда-то испарились, и я опустилась на пол. Сидя в спальне, на полу, прямо перед этим чёртовым подсумком я тряслась. Из глаз лились слезы, а изо рта вырывались полупридушенные всхлипы. Дыхание стало очень частым и поверхностным, я не могла вздохнуть полной грудью. Но самое главное творилось сейчас в моей голове. Осознание, что навыки девочки возвращаются ко мне, породило страх. Страх потерять себя. Страх, что она вернётся, и я умру. Да, ей было лишь четырнадцать, но она боец, она шиноби, а я обычный офисный планктон.         Следом шло омерзение. От самой себя. Обида на несправедливость мира. Жалость к себе. Почему? Почему я? Попаданцем должен быть какой-нибудь лютый профи-ветеран-спецназовец, а не гражданская серая мышь. Мне ведь даже никакие боги не являлись, да даже Рикудо здешний. Никакую сверхважную миссию с вагоном плюшек мне никто не давал. Зачем? Зачем было убивать девочку, зачем запихивать в неё меня? Я ведь ничего не умею. Я тут бесполезна. За что? Я ведь ничего плохого не сделала. Жила как все, старалась, работала, училась, стремилась занять хорошее место. Как миллионы таких же. Так за что меня?        Неожиданно живот подал голос.        И вот сижу я на полу, с опухшими глазами, голодная. Смотрю на подсумок, в котором могут быть кунаи, а значит нормальный порезанный салат возможен. И понимаю, что это опять случилось. Я залипла на подсумок, уже давно перестав плакать, и сейчас меланхолично спокойна.        Ну нафиг. Все проблемы по мере поступления, как говорится, так что в очередь, сукины дети.  Сначала еда.         Лёгкий овощной салат - не самое лучшее, что можно было приготовить, для того, кто придерживается врачебных рекомендаций и старается выздороветь, но это то, что я смогла соорудить из имеющегося. В принципе, в сочетании с уже выпитыми чуть подсоленными яйцами, было даже сытно.        К слову, в подсумке, кроме хитроуложенных кунаев, нашёлся ещё и гребень с пудреницей. А вот сюрикенов там не было. В заднем кармашке лежала всякая всячина: россыпь мелочи, небольшой гребень, резинка, зажигалка, печатка, небольшой моток нитки, пришпиленный к кусочку ткани иголкой, и та самая пудреница, в крышку которой с внутренней стороны было вставлено зеркальце.        Вот так, за привычным, тихим и одиноким обедом, а этот приём пищи было решено считать за обед, так что лекарств я не пила, я размышляла о том, что же мне делать дальше. Всю жизнь на пособии я точно жить не смогу, когда-нибудь оно закончится. Наследство от родителей моей предшественницы... Это хорошая подушка, которая сейчас дарит мне весьма много спокойствия. Но и просто проесть её не вариант, надо как-то устраиваться, надо найти источник заработка, пусть это и не к спеху.         В больнице я об этом не думала, так как в основном спала или же тупила в окно или занималась высокоинтеллектуальным залипанием на потолок, когда не приходила в тихий ужас от того, что всё это не бредовый сон на фоне переработки, но сейчас, когда я уже не в больнице, нужен был хоть какой-то план действий.        Первое и главное в списке - это продолжить *правильно* есть лекарства и чётко ходить на приём. Ибо обратное вызовет слишком уж много вопросов, которые мне могут и задать. Так что, как и обещала, я должна посещать доктора Яманако.        Как я поняла из разговоров с врачом, на службу меня до полного выздоровления не возьмут, чему я ужасно рада. Быть ниндзя... Что такое шиноби вообще? Шпион, диверсант, убийца. А тут ещё и с чакрой. Просто блеск. Можно было бы попробовать перейти на работу в госпиталь. Сиди себе в безопасности, приноси пользу. Со всех сторон хорошее решение, если бы не одно но. Становиться врачом я не хочу ещё больше. Но оставим пока.         Второе это… Это наверное всё же разгрести гору барахла, что мне распечатал из свитка одноклассник моей предшественницы... И гора - это не преувеличение. Она почти мне по плечи. Смотрится страшно, да. Кстати, что он там говорил про отстающих? Надо было внимательно его слушать.       Так, об однокласснике и остальных подумаю потом.        Выданная квартира имела голые стены, односпальную кровать, санузел и кухню, без посуды… Думаю, что пособие я потрачу хоть немного на облагораживание своего жилища, также надо узнать и про дом, что был. Может, удастся его восстановить.        Да, планов много, вот только не знаю, смогу ли вообще хоть что-то делать. Глаза опять наполнились слезами, а вдох прервался всхлипом. На стол упали первые капли.        Я опять поймала себя на залипании. В этот раз на грязную чашку. Всё, хорош.  Мне надо иметь холодный ум и решать проблемы по мере их поступления.       Да! Так и сделаю. Помыв использованную слоновью кружку, направилась в единственную комнату в квартире. Сна ни в одном глазу, и потому начну с разбора, а там...       А там посмотрим. Может физический труд, поможет мысленному затору.