Глава 9

Буквально через минуту Эла оказалась в холле. Кинув взгляд на фею, все еще сидящую за стойкой ресепшн, демонстративно спокойно прошла к книжным стеллажам. Она хотела взять ту же книгу, которую не успела дочитать, но не находила ее, хотя точно помнила, куда поставила. Методично просматривая полку за полкой, Эла про себя проклинала фею. Стеллажи закончились, а книги так и не было. Застонав, ведьма уперла руки в боки и яростно воззрилась на полки. — Вам чем-то помочь? — елейным голосом проговорила фея. — Нет, — буркнула ведьма, схватила первую попавшуюся книгу и, пробормотав про себя вопрос и ответ о направлении движения, ушла. — Она запрятала мою книгу, которую я хотела! Эла плюхнулась на диван и кинула взятую книгу на кофейный столик. Лазура наклонилась ее рассмотреть. — Хм, думаю, эта будет полезней той романтической чепухи. Эла присмотрелась к названию. — Экономика и экономическая политика стран Европы? Это еще что такое? — Анти-исполнение желаний, я полагаю. — Где она только этому научилась? Сначала лишила меня кофе, теперь и книги. Даже погулять не выйти! Нет, я так помру. Эла откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Лазура ухмыльнулась и стала читать принесенную книгу. Пару минут они так и сидели в молчании, только часы на стенке тикали, да иногда раздавался шелест переворачиваемых страниц. — Все, я придумала! — вдруг радостно воскликнула Эла, вскочила и побежала в ванную. Раздался шум воды. — Помнишь того красавчика, чью комнату я открыла? — прокричала она. — Ну так вот, я пойду к нему, хоть какое-то развлечение. Лазура только тихонько хмыкнула и продолжила чтение. Спустя полчаса Эла наконец вышла из душа. Ее щеки пылали. Сестра подняла на нее глаза и посмотрела с немым вопросом. — Эта… она теперь и душ не контролирует! Тут весь отель держался только на ее дурацкой магии. Мне просто необходим отдых и развлечение. Наскоро вытершись и одевшись, Эла пробормотала себе под нос направление и вышла. Часы тихонько тикали, страницы шелестели, Лазура дремала. Солнечный луч, пробившийся сквозь шторы, попал ей на лицо. Она поморщилась и перелегла, подложив под голову руку. Через пару секунд открыла глаза. Не двигаясь, Лазура скосила глаза в сторону окна. Вернее, в сторону его отсутствия. Однако на этот раз оно там как раз-таки присутствовало. Встав, ведьма отдернула шторы и открыла дверь на балкон. Не решаясь на него выйти, она удивленно смотрела на вновь обретенный предмет экстерьера, когда дверь в номер резко распахнулась и в нее сначала влетела Эла, а за ней следом какой-то мужчина. — Ты что творишь?! — вопила сестра. — Какого черта тебе здесь понадобилось?! — Лучше спроси, какую ведьму, — спокойно ответил мужчина, улыбнувшись, не размыкая губ. Элегантным движением он поправил галстук, после того как Эла схватила его и резко дернула, явно желая задушить. Однако столь сильный рывок не заставил незнакомца даже слегка наклониться. Лазура начала понимать, кто это. Она читала слишком много книг, чтобы не понять по ярко-зеленым глазам, необычайной силе и очень характерному стилю в одежде, кто перед ней. И больше всего ее испугала не сущность пришельца, а то, как Эла себя с ним вела. — Кто позволил тебе врываться в чужие комнаты? — не унималась она. — Почему ты решил, что можешь следить за мной? — Потому что ты моя. Эла опешила от такого ответа. Пару раз она открывала и закрывала рот. Казалось, еще пара секунд, и из ноздрей у нее начнет валить дым. — Ты, — наконец обрела она дар речи, — ты, — она ткнула мужчину в грудь, — ты, наглец, решил рабыню из меня сделать? Пока я жива, я твоей не буду. Хочешь меня поработить? Давай! Живой не дамся! Эла раскинула руки. Лазура в ужасе застыла. Мало что могло выбить ее из колеи. Но это… Неужели сестра не видит, кто перед ней? Она попыталась сконцентрировать на кончиках пальцев энергию, но ничего не вышло. Магия просто не работала. «Мы погибли», — решила Лазура. Что бы она сейчас ни предприняла, ситуацию уже не спасешь. Ей даже нечего предложить Царю. Дух леса, ухмыляясь, смотрел на Элу. Взгляд у той постепенно начал затуманиваться, тело обмякло, ноги подкосились, она упала на колени, но ее глаза словно были соединены невидимой нитью с глазами духа. Они смотрели друг на друга не отрываясь. Рот Элы безвольно открылся, из взгляда почти совсем пропало сознание. Царь подошел к ней ближе и наклонился. — Ты моя, — тихо проговорил он. — Одно мое слово, одно касание — и ты станешь мне послушна навеки. Он протянул к ней руку, но не дотрагивался. Лазура сжала кулаки. Она сделает хотя бы то немногое, что может, чтобы защитить сестру. Оглядевшись в поисках чего-то, что могло бы послужить оружием, она обнаружила лишь застекленную балконную дверь. Обмотав руку занавеской, она разбила стекло. Дух, не отрывая глаз от Элы, сделал едва заметное движение пальцем, и, прежде чем Лазура успела поднять осколок, она уже валялась на полу, обездвиженная. Секунды превратились в часы, кажется, даже тиканье замолкло. Дух словно прожигал Элу взглядом. — Я могу прямо сейчас сделать тебя рабыней, и даже твоя сестра мне не помешает. Он почти опустил руку ей на плечо, осталась какая-то пара миллиметров. Лазура застонала, пытаясь освободиться от чар. — Но пока не буду. Он моргнул, с Элы спало оцепенение, она зажмурилась и помотала головой. Прерывисто дыша, наклонилась, почти упершись лбом в пол. — Мне нравится твоя непокорность, — криво ухмыльнувшись, сказал Царь. — Рабыней ты уже не будешь такой дерзкой. Он присел перед ней на одно колено, коснулся ее подбородка, поднимая голову так, чтобы посмотреть в глаза. — Повременю пока что. Наслажусь тобой естественной. Отпустив Элу, дух подошел к двери, приоткрыл ее, обернулся через плечо и встретился взглядом с Лазурой. Кивнул ей, прощаясь. Дверь за ним тихо закрылась. Лазура машинально кивнула ему в ответ. Как только Царь ушел, она подбежала к сестре. — Эла! Эла! Эла?! Она трясла сестру за плечи, не давая слова сказать. Остановила ее только пощечина. — Я, я, ну? Эла на корточках доползла до дивана и села, прислонившись к нему спиной, запрокинув голову на сиденье. Лазура устроилась рядом. — Что… ч-что это… — Дух леса, — буркнула Эла. К своему удивлению, она обнаружила на кофейном столике турку и конфорку. Неведомым образом силы начали возвращаться. — Это я и так поняла. Это Царь. Но… Эла пыталась договориться хотя бы с одной рукой, чтобы та дотянулась до столика. Однако конечности отчаянно сопротивлялись. — Почему… Что… — Подонок следил за мной. Шея наконец согласилась удерживать голову в вертикальном положении. — Откуда он вообще о тебе знает?.. Что ты наделала? — шепотом добавила сестра. Пальцы не сгибались, но хотя бы ладонь уже легла на стол, а там дело за малым… — Он же мог… Ее слова заглушил звук передвигаемого по паркету стола. Оказавшись достаточно близко от кофе, Эла словно напиталась его энергией, смогла забраться на диван и принялась возиться с туркой. — Да как ты можешь сейчас пить кофе?! — вспылила Лазура. — Если я его не выпью, я вообще с ума сойду, — мертвецки спокойно ответила Эла. — Он, вообще-то, почти подчинил меня, если ты не заметила. Я уже перестала себя осознавать. Ее передернуло. — Казалось, что он смотрел мне прямо в душу и выжигал… Выжигал все. Воспоминания, желания, надежды и мечты, всё… Всё, что составляет меня. Все эмоции… Помотав головой, она включила конфорку. — Что вообще произошло, зачем ты ему понадобилась? Вздохнув, Эла ответила: — Когда я ездила к Мире, я зашла в свой любимый парк. Есть там одна тропка, почти совсем заросшая, всеми забытая. Я очень любила по ней ходить и сидеть на скамейке посреди зарослей. Всегда думала, что я там одна. А тут он. Вылез из кустов и давай свои дары мне предлагать. Лазура напряженно поджала губы. — Я, конечно, не приняла, но он так настаивал, что я решила — нужно его чем-то задобрить и отвлечь. Ну и… — она бросила взгляд на сестру и внутреннее сжалась, ожидая урагана после следующих слов, — переспала с ним. Ничего не произошло. Только кофе тихонько закипел и чуть не сбежал. Эла перелила его в чашку. — Если честно, я думала, ты сейчас будешь кричать, — призналась она. — Я бы, может, и кричала, если бы силы после нынешнего представления остались. — Короче, я с ним переспала. Это было классно, — ведьма слабо улыбнулась, но под взглядом сестры улыбка сама собой пропала. — Н-да, так вот. Я ушла и решила, что легко отделалась. — А ты не заметила, что он, вообще-то, Царь? Тогда, может, ты бы догадалась с ним не спать. — И как бы я это заметила, интересно? На нем нигде не написано, короны не носит. Лазура закатила глаза. — Читать нужно больше! И не только романы. Цвет глаз тебе ничего не сказал? Эла пожала плечами. — Ну, ярко-зеленые. Но у всех лесных духов такие. — Да не совсем. У Царя радужка переливается синим. — Буду теперь знать, — съязвила Эла. — И чем бы мне это помогло в любом случае? Я переспала с ним от безысходности. Чем я могла его задобрить? У меня всего-то с собой была сумочка, да я сама. — Я… не знаю. Ты права, наверное, это было не самое плохое решение в такой ситуации. Тогда ты хотя бы выиграла время. — То-то. Я, кстати, узнала, что он Царь еще до того, как ты мне сказала. Я его встретила здесь в кофейне. Он прикинулся бариста. Я настолько была поглощена своими мыслями, что узнала его, только когда он подошел ко мне сзади и хотел коснуться, чтобы передать дар. Тогда у меня что-то ёкнуло, я обернулась. Он сделал вид, будто ничего такого и не думал делать. И сказал, мол, следует за своей прекрасной дамой. А потом признался, что он Царь. — Ух, могу только догадываться, как ты перепугалась. — Перепугалась до потери пульса, но и бровью не повела! — Эла торжествующе подняла указательный палец. — Не желала, чтобы он видел мой страх. Сделала вид, что и так все знала и что мне вообще по барабану, кто он и что он. — Ты поэтому так себя с ним ведешь? Эла кивнула. — Иначе я просто помру со страха, — прошептала она. На некоторое время воцарилось молчание. Каждая думала о своем. Часы снова тихонько тикали, ветер раздувал легкую штору. — А откуда здесь окно? — вдруг сообразила Эла. — А откуда кофе, тебя не заинтересовало? — рассмеялась Лазура. — Кофе здесь и должен быть. Его отсутствие в прошлые разы — просто досадное недоразумение. Но окно почему опять появилось? — Я сама заметила его незадолго до вашего с духом появления. Решила изучить балкон поближе, а тут вы ворвались и помешали исследованию. Кстати, а чего он от тебя хотел сейчас? — А, ерунда. Ему, видите ли, не понравилось, что я спала с другим. Он меня буквально за шкирку из постели того красавчика выдернул! Где ты видела такую наглость? Изображал там обманутого мужа и кричал, чтобы я не смела трахаться с другими. Что он о себе возомнил? Еще ни один мужчина не указывал мне, с кем спать, а с кем нет. — Но и ни один мужчина до сих пор не мог поработить тебя одним касанием. Преимущество быть ведьмой заключалось в том, что никто тебе не указ. Ты сама решаешь, как выглядишь, с кем общаешься, что делаешь, где живешь и даже, зачастую, когда умираешь. С другой стороны, это развращало. В том плане, что далеко не все могли мириться с подобной независимостью. Большинство мужчин считало, что женщина должна хотя бы делать вид, что подчиняется. Проблема в том, что буквально за пару сотен лет совершенно теряешь навык подобострастно смотреть снизу вверх и лепетать что-то вроде «да, дорогой» и «как скажешь, дорогой». И теряется не только навык, но и желание. Зачем тратить время на бессмысленные игры, когда можно просто заставить мужчину делать то, что ты хочешь? Для достаточно искусной ведьмы нет разницы, человеческий это мужчина или какой-нибудь фавн, одно ее слово, и уже он ползает перед ней на коленях, умоляя хотя бы взглянуть в его сторону. Тем сильнее был для Элы шок, когда она почувствовала, как теряет контроль над своим телом и мыслями. Никому не приятно лишаться этого, но в основном люди лишь думают, что многое контролируют, тогда как ведьмы точно это знают. — Так откуда окно? — спросила Эла, расфокусированно глядя на турку. — Без понятия. Но это явно дело рук феи. — А я говорила, что она долго не подержится, — торжествующе сказала Эла, оживляясь. — Пошли-ка проведаем ее. Заодно и отвлечемся. Зрелище было завораживающее. Весь холл порос живыми лианами, которые извивались, словно змеи или, скорее, щупальца осьминога. Они обвивали кресла, стойку ресепшн, торшер, стеллажи и все стремились в одну точку. Очень активную и пухлую точку, которая носилась под потолком. Фея походила на резвую валькирию на пенсии — ее седые волосы растрепались, а маленькие крылышки каким-то чудесным образом, объяснимым, очевидно, лишь магией, удерживали ее дородное тельце довольно высоко над землей. Правда, давалось им это нелегко, приходилось работать изо всех сил. Фея носилась по кругу, а за ней — целя плеяда лиан, пытающихся ухватить ее за ногу. Иногда, делая крутой вираж, фея подлетала к стеллажу, брала какую-нибудь книгу и швыряла ею в лианы. Нельзя сказать, чтобы это сильно ей помогало, однако она продолжала литературную атаку. Сестры стояли на верхних ступенях лестницы и с интересом наблюдали. — Может, поможем ей? — предложила Лазура. — И разубедим ее в том, что ведьмы — зло во плоти? Ты знаешь, я где-то читала, что люди очень неохотно расстаются со своими убеждениями. — Она не человек. — Тем более. Фея пронеслась мимо и успела кинуть на них испуганный взгляд. На втором круге она погрозила им кулаком. На третьем — сложила руки в молитвенном жесте. Лазура не стала дожидаться четвертого круга. — Congeler. Она разжала ладони и направила импульс на лианы. Они тут же замерли, а фея, уже подлетавшая за новой книгой, обессиленно плюхнулась в кресло. Пытаясь отдышаться, она обмахивалась рукой. — Ну что, мы все еще ужасные злые ведьмы, не помогающие бедным существам, попавшим в беду? — спросила Эла, подходя. Ничего не ответив, фея поднесла ко рту ладно так, словно держала в ней что-то. Буквально в ту секунду, когда она сложила губы трубочкой, у нее в руке возник стакан с водой. Она жадно выпила все до дна и посмотрела исподлобья на сестер. — Спасибо, что спасли, — пробормотала она. — А? Я что-то не расслышала, — начала было Эла, но запнулась, получив ощутимый толчок в ребра острым локотком. — Что тут случилось? — спросила Лазура как можно более дружелюбно. Раздумывая, отвечать или нет, фея обвела сестер взглядом. — Пришел тут один, — наконец ответила она, — все допытывался, где комната сто шесть. Ну, я и подумала, что это один из ваших, из Ковена. И решила его тоже проучить. Дала ему неверное направление. — Что, как это? Бывает неверное направление? — изумилась Эла. — Ну да, конечно. — И чем оно отличается от верного? Фея и Лазура одновременно уставились на Элу. — Эм, ну, — она слегка покраснела, — я имела в виду, что, какое бы направление ты ни задал, коридор все равно приведет в нужное место. — Не совсем. Тут главное, с какой целью ты произносишь путь. Ты же верила, что придешь? Это-то самое главное. — Если честно, я даже не задумывалась об этом, просто наугад говорила «вперед и направо» и шла. — Да, но ведь все дело в том, что ты давала направление, чтобы прийти. — Ээ… — Ну, а я ему дала такое, чтобы не прийти. Тут все дело в намерениях. Короче, через некоторое время он вернулся в холл. И был очень-очень зол. Я, еще когда он уходил, поставила антимагическое заклятие на отель, чтобы он не смог мне навредить. Но оказалось, что он не маг, а какая-то неведомая жуть, так что на него заклятие не сработало. — А ты что, при первом взгляде на него этого не поняла? — Как бы, интересно, я это сделала? — едко произнесла фея. — Я одна тут книги читаю? — пробормотала Лазура. — Так вот, он каким-то образом нашел выход из коридора обратно ко мне и такого тут натворил… ну, да вы видели. Еле жива осталась. Снова появился стакан с водой, а на столике возник графин литра на два. — Спасибо, что помогли, — добавила фея вполне искренне. Лазура присела на подлокотник ее кресла и приобняла за плечи. Эла вздернула брови, но решила промолчать. — Это был лесной дух, Царь. — О… Что ему здесь было нужно? — Он искал Элу. Фея перевела взгляд на Элу. — Вляпалась же ты, если тебя сам Царь преследует. Ведьма хмыкнула. — Мы вовсе не хотели, чтобы так получилось, — извиняющимся тоном произнесла Лазура. — Я знаю. — Мы спасли тебя, как только увидели, что происходит. Царь все-таки добрался до нас и чуть не поработил Элу. Пока мы пришли в себя, пока решились выйти из комнаты… — Я понимаю, — фея погладила Лазуру по руке. — Не стоит извиняться. Она хлопнула в ладоши, поднимаясь. — Что ж, он ушел, а значит, мы пока что можем заняться своими делами. Эла подошла к Лазуре и оттащила ее за локоть подальше от феи. — Что ты перед ней оправдываешься? — А сама не догадываешься? Она же считает, что ведьмы — зло. Мы ее спасли. Немного участия и доброты — и она ответит взаимностью. — Ну-ну. Фея, порхая, взмахами рук убирала лианы, превратившие холл в подобие тропического леса. Кашлянув, Эла сказала: — Спасибо, что вернула балкон и кофейник. — Ох, да не стоит благодарности, — раздалось из-под потолка. — Признаться, так мне гораздо легче. — Что ты имеешь в виду? — Понимаешь ли, — фея подлетела поближе, — чтобы не исполнять желания, мне нужно все время на этом концентрироваться. А их исполнение происходит уже как бы само собой. Профдеформация. Повернувшись к сестре, Эла одними губами произнесла: «Я же говорила!», та закатила глаза. — Тебе пришлось пережить из-за нас такие неудобства, я бы хотела пригласить тебя к нам в номер на чай, чтобы немного загладить вину, — предложила Лазура. — Приглашать меня на чай в моем же отеле? Оригинально. Но я, пожалуй, соглашусь. — Только верни нам магию, тогда мы сможем тебя приятно удивить. А если еще и позволишь нам выйти, мы бы принесли… — Магию верну, но вы останетесь здесь, — обрубила фея. — Хорошо, будем ждать тебя в… — Приду через пятнадцать минут.