Глава 10

— Я почти уверена, что ее мать была ведьмой, — проворчала Эла, пока они наводили порядок в номере. — Какая бы ведьма согласилась спать с феем? — Может, он ее изнасиловал. Лазура прыснула со смеха. — Уж скорее, она его. Только зачем? Эла улыбнулась. — Мне нравится, когда ты такая. — Какая? — До смерти испуганная. Тогда с тобой хотя бы можно нормально поговорить и пошутить. Лазура фыркнула. Хотя на улицу их не выпускали, но балкон оставили. Этим сестры и воспользовались. Прямо напротив отеля располагалось кафе. Немного магии — и вот уже пара булочек перекочевала в номер. В обратный путь отправились деньги. — Знаешь, чего я не понимаю? — задумчиво проговорила Лазура. — Мм? Эла в это время пыталась незаметно стащить с барной стойки кафе вазу с цветами. — Почему она исполняет все желания? Ваза стояла у самой стены, но все время кто-нибудь проходил мимо и мешал сделать всё незаметно. — Что ты имеешь в виду? — спросила ведьма после небольшой паузы, сосредоточенно глядя на свою «добычу». — Ты ведь сама говорила, что палочка исполняет лишь заветные желания. Наконец-то все разошлись, ваза приподнялась над стойкой и полетела в направлении окна, но вдруг резко упала и разбилась в вдребезги. — Что за… «Красть нехорошо», — промурлыкал в голове до ужаса знакомый голос. С колотящимся сердцем Эла резко обернулась, потом перегнулась через перила, оглядела улицу — прямо под балконом стоял дух и качал головой, лукаво улыбаясь. Эла быстро скрылась в комнате. — Он теперь и в голову ко мне лезет… — пробормотала она. — Что ты говоришь? — Нет-нет, ничего. Да, по поводу палочки… Может, все дело в том, кто ею орудует? — Кстати, я у нее вообще палочки не видела. — Думаешь, ею обязательно размахивать, чтобы что-то сотворить? — Признаться, никогда об этом не задумывалась. Дверь распахнулась. — Кажется, я как раз вовремя, — сказала фея, глянув на тарелку с выпечкой. Она села на диван рядом с Лазурой. — Что ты будешь, чай, кофе? — спросила та тоном радушной хозяйки. — Пожалуй, буду чай, — не менее по-хозяйски ответила фея. Не успели сестры ничего сделать, как фея уже потянулась к пустоте, на месте которой возник заварочный чайник, стоило только ее пальцам сжаться на еще не существующей ручке. Сестры завороженно наблюдали за тем, как прямо под струей возникает чашка. — Черный с лимоном и сахаром, вам налить? Эла и Лазура одновременно машинально кивнули. Возникло еще две чашки. — Как ты это делаешь? Фея глянула на Элу, прищурившись. — А ты точно ведьма? — Я имею в виду, что феи ведь исполняют заветные желания, а не… ну, понимаешь… распыляются по мелочам. Фея пожала плечами. — Как говорится, хочешь жить — умей вертеться. Конечно, раньше мы в основном занимались лишь крупными делами. Всякие принцессы, крестьянки, пастухи, устроение их жизни. Помню, был один большой проект — девочку за принца выдали. Там, правда, небольшая путаница вышла, девчушка растерялась, проглядела время, но да ничего, Гертруда была профи, все подправила. До сих пор не понимаю, как ей в голову пришла идея подсунуть принцу эту туфлю. Нам потом рассказывала, что она не была уверена, сработает ли. Но тем и отличается профессионал — интуиция. А уж что мы во времена Мерлина делали… Фея махнула рукой и отпила чай. — Но тогда и конкуренция была меньше. На каждую приходилось по пять масштабных проектов, люди в очередь становились. А сейчас чем только не приходится заниматься. О нас никто и не вспоминает. Разве что, чтобы палочку отобрать. Она злобно покосилась на сестер. — Ладно, ладно, я уже все слышала, — перебила она, только открывшую рот Лазуру. — Н-да… теперь мы особо уязвимы. Только помани, только пообещай интересное дело — фея у тебя в кармане. Так ведь вы и отняли у троих из нас палочки. — Не мы, а Старуха, — поправила Эла. — Что она пообещала тем троим? — Не знаю, но по слухам, это было что-то на уровне Мерлинских времен. Потому и понадобилось три феи. Я тогда совсем маленькая была, помню только, как сестры спорили, кому пойти. Сэбия была самой искусной… Лазура прикрыла рот рукой, Эла поджала губы, когда до них дошел смысл сказанного. Никто никогда не интересовался феями, к ним относились как к расходному материалу или инструменту. Нужна палочка — вызови фею. Нужно исполнить что-то невозможное — ты знаешь, кого звать. Вообще же, ведьмы редко пересекались с феями, потому что большинство своих желаний они могли исполнить самостоятельно, а связываться с палочками никто не хотел. За редкими исключениями. Фей воспринимали скорее как приложение к волшебной палочке, своего рода самоходный кейс с обезвреживателем. Никто не интересовался их чувствами, бытом, отношениями. Сейчас же, сидя рядом с живой феей, слушая ее, сестры не могли оставаться равнодушными. Они только сейчас осознали, что говорили о тех, у кого отняли палочки, как об убитых комарах. — Мне очень жаль, — Лазура положила руку хозяйке отеля на плечо. Та фыркнула, но руку не скинула. — Как вас зовут-то? Твое имя я, правда, знаю, Эла. А ты… — Лазура. — Очень подходит к твоим глазам. Я Мирада. — Мечта? Мирада удивленно посмотрела на Лазуру. — Не думала, что кто-то еще помнит значение моего имени. Да, мама обладала даром предвидения, она почувствовала, что у меня будет своя заветная мечта. — Что это за мечта? Фея обвела руками вокруг себя. — Собственный отель. — Если честно, странная мечта для феи. — Все так говорили. Вообще, у нас редко бывают заветные мечты. Потому мы идеальные исполнительницы чужих желаний. — Здорово быть феей — взял, да и осуществил свою заветную мечту. — Ага, и помер. Сестры удивленно посмотрели на Мираду. — Это еще почему? — Если исполнить свое желание, случится коллапс. Это как если бы черная дыра стала затягивать саму себя в саму себя. — Что за черная дыра? — нахмурилась Эла. — Вы что, в школе не учились? — А ты, будто, туда ходила, — ядовито ответила ведьма. — Конечно. Феи ведут обычный образ жизни. Просто еще и исполняют желания. — Какой ужас… — Раньше, может, и можно было выжить исключительно исполнением желаний. Короли и знатные люди ценили нас, мы жили при дворах или же нам за оказанные услуги выделяли резиденцию, пенсию. А сейчас, кто про нас помнит? Мы живем среди людей, работаем на обычных работах. И все равно исполняем желания, потому что иначе не можем. Повезло тем, кто работает с феей — она исполнит заветные мечты каждого в коллективе. — И все же я совершенно не понимаю, как работает твой отель, — вернулась Эла к своей мысли. — Здесь ведь исполняется любое желание. — Любое, кроме заветного, — поправила Мирада. — Да, это мое личное изобретение, — гордо заявила она. — Заставить палочку исполнять лишь мимолетные пожелания удается очень немногим. А отучить ее исполнять заветные желания — такое смогла сделать только я. Видимо, решив, что этого ответа вполне достаточно, фея принялась за выпечку. Лазура задумчиво размешивала чай. — Ты говоришь «заставить», «отучить», — произнесла она медленно, — так, будто палочка живая. — Ну, это скорее профессиональный жаргон. Палочка — всего лишь инструмент, для воплощения желания в жизнь нужен исполнитель. — Им может быть только фея? Мирада скосила на Лазуру глаза, размышляя, отвечать или нет. — Феи — лучшие исполнители, — наконец сказала она уклончиво. — В других руках результат непредсказуем. Смертельно непредсказуем, — добавила она. Некоторое время раздавался только стук чашек о блюдца да негромкое хлюпанье. Наконец булочки закончились. Фея хлопнула в ладоши, поднимаясь: — Что ж, было очень мило, я пошла, счастливо оставаться. И прежде, чем сестры успели что-либо сказать, за Мирадой уже закрылась дверь. — Нам нужно отсюда выбираться, — решительно сказала Эла. Лазура задумчиво кивнула.