Том 1. Глава 43. Куклы и марионетка.

      Несмотря на хорошо проведённое время перед сном, повторившийся кошмар заставил овчара упасть с кровати, испуганно озираясь по сторонам. Этот кошмар не сравнится с другими: он видел тьму, кровь и смерть. Он видел, как в полной темноте, как будто чёрный туман полностью охватил комнату, ноги сами заставляют тело встать с кровати, пара перьев с металлическим серым оперением выпадает с крыльев, что раскрылись за спиной, а собственные руки мягко ложатся чуть ниже головы возлюбленного, длительно сдавливая сильную шею до мерзкого хруста. Яркие голубые глаза смотрели прямо в душу, по лицу текли слёзы, но далматин ничего не предпринимал, лишь невесомо докоснувшись до кистей омеги, после чего его глаза приобрели стеклянный вид. Острые когти впивались в его кожу, пачкая небольшой покров белоснежной шерсти алой кровью.       Было страшно от ощущения, что всё произошедшее не было сном, но сильные чувства в этом теле недоступны, и вместо пролития слёз, тот лишь ударил пол, стиснув зубы.       Хотелось, чтобы этой его особенности не было, ведь кошмары сильно раздражают и даже пугают, однако Геральд говорил, что у некоторых мироходцев бывают подобные «сбои».       Страх и злобу на самого себя пришлось убрать в сторону, ведь за дверью послышались шаги. Благо, это шли не к нему, однако он не хотел бы, чтобы его застали лежащего на полу. Приподнявшись, овчар попытался смахнуть остатки кошмара с лица, параллельно поднимаясь на ноги полностью. Глубоко вдохнув, парень всё же вышел за пределы комнаты. Ещё было рано, и если кто-то сейчас и проснулся, то наверняка по туалетным делам или попить воды. Кареглазый же решил сначала принять душ, а уже потом искать кого-то, дабы скрасить своё времяпровождение.       Уже после утренних дел, Гончик отправился на поиски неспящих, однако его прервал телефонный звонок. Мелодия прозвучала так неожиданно, что пёс чуть не выронил телефон, стараясь ответить быстрее и не разбудить никого, кто желал отоспаться. — Да? — спросил тихо парень, только выйдя на улицу. — О, ты не спишь, — заметил позвонивший Солнцесвет. — А, это Вы, здравствуйте, — продолжил полицейский. — Привет, Гончик. У меня к тебе предложение, — начал пожилой пёс. — Какое? — Я тут подумал, как вы с ребятами уехали: тебе наверное стоит походить по деревне и посмотреть, вдруг ты встретишь кого-то, кого ты знал до того, как тебя бросили? Я могу помочь найти кого-то если ты помнишь только имя или внешность, — проговорил Солнцесвет. — Возможно я кого-то и вспомню, спасибо за предложение, как раз сегодня приеду. Правда, я ещё не знаю, какие у нас планы и будут ли вызовы, а то что-то тихо в последнее время в Бухте Приключений. — Можешь приехать завтра, если сегодня не получится. В любом случае, я или кто-то из нашей семьи к твоим услугам. Ах да, ещё ты просил напомнить тебе поговорить с Робином о тёмном короле, — проговорил глава Горы. — Точно! Спасибо. Я уточню у ребят и Райдера, как у нас со свободным временем, а после позвоню и скажу точно, смогу ли я приехать. — Отлично. Буду ждать звонка.       Солнце едва поднималось над горизонтом, а прохладное утро предзнаменовало отличный солнечный день. Мирный пейзаж деревьев и водной глади в далеке разбавила отдалённая песня рыбопсов, а так же силуэт пары псов с плавниками. Овчар сначала удивился, а после побежал на звук. Оказавшись у песчаного берега, которым почти никто не пользовался, овчар заметил несколько рабопсов. — Корал! Рыбопсы! А вы что тут делаете в такое время? — О, Гончик! — кокапу зевнула. — А мы тут сон нагуливаем. Сегодня как-никак рыболуние. Мы вас позвать хотели поплавать в Щетлантиду. — Сегодня? Надо же. Ладно, я передам ребятам, что вы нас ждёте, но, боюсь, я не смогу поплавать со всеми. — Почему? — спросила она. Овчар задумался: сказать ей о том, что он выглядит уже чуть более похоже на скелет, или о своих делах на Драконьей Горе по поводу семьи? — У меня дела на Драконьей Горе, — проговорил парень. — Это достаточно далеко от Бухты Приключений, так что я смогу вернуться только под конец рыболуния. — Драконья Гора? Кажется, я знаю где это. Тут ты прав: далековато, но я что-нибудь придумаю! У рыбопсов найдётся что-то, что поможет тебе быстрее оказаться в Бухте Приключений.       Овчар усмехнулся, но не стал сомневаться в намерениях кокапу. — Ладно, об этом я тоже расскажу ребятам. Посмотрим, что вы придумаете, ребята, — сказал кареглазый. — Ладно, — Корал снова зевнула. — До вечера! В тоже время, как и обычно, дойти до пруда подножия Драконьей Горы, я если что позвоню и напомню. — Понял. До вечера! — сказал пёс. Рыбопсы помахали лапами, а после занырнули под воду. Ещё несколько минут они выпрыгивали из воды и резвились вдалеке, а после исчезли, видимо отправившись к Щетлантиде и её окрестностям.       Да, не прошло и часа, как всем уже что-то понадобилось в такую рань. Вернувшись после звонка с главой Горы и переговоров с рыбопсами в здание, парень всё же наткнулся на Райдера. — Привет, — начал Гочник, зайдя в помещение. — О, привет, Гончик. Чего так рано встал? — спросил шатен. — Да так, решил пораньше уснуть в том мире, — объяснился пёс. — Ещё мне позвонил Солнцесвет и пригласил на Гору походить и попробовать поискать моих родителей визуально. — Если хочешь, то можешь ехать. Только держи нас в курсе, если вдруг у вас снова какой-нибудь изобретатель решит забрать у всех магию для портала в другой мир, — подметил Райдер, шутя. — Обязательно. А, и после звонка Солнцесвета я заметил Корал и рыбопсов. Они приглашают всех нас в Щетлантиду, как обычно. — Ого, не думал, что они заплывут к нам. Но всё же это хорошо. Я поинтересуюсь у капитана Палтуса, хочет ли он тоже поехать с нами, — начал шатен. — А ты сам успеешь с Горы приехать назад? — Я не знаю, стоит ли мне вообще идти. Я бы, конечно, с радостью, даже если и немного опоздаю, да вот боюсь, что они не посчитают нормальным моё состояние.       Райдер сначала немного смутился, после чего овчар, посмотрев, не намеревается ли кто-то из щенков выйти из комнаты, приподнял ткань футболки до груди. Под ней находилось тело с нездоровой худобой, которая бросалась в глаза. Лидер патруля сначала повторил эмоции Маршалла, который тоже впервые видел овчара таким, а после сказал: — Может, в вашем мире есть какие-то заклинания, которые могут накладывать иллюзии? Как в мультфильмах. — Хм, — задумался овчар. Сам он ничего подобного не знает, однако знает того, кто может это знать. — Я быстро.       После этого он направился в свою комнату. Был выбор: заснуть и проснуться в том теле, для того чтобы поинтересоваться у Нгаи, есть ли подобные заклинания, либо открыть портал для себя и отправиться в этом теле туда. Овчар выбрал бы первый вариант, если бы не бессонница Маршалла. Ему так не хочется будить его, поэтому было решено сделать портал в свою комнату, укрыться с ног до головы простынёй и дойти так до его кабинета.       Кареглазый открыл небольшой портал для себя и быстро зашёл в него. Оказавшись в пустой комнате, он быстро взял простыню, которая лежала на кровати и полностью укрыл себя, особенно голову и спину. Выглянув так в коридор, парень закрыл дверь. Там его встретил еле видный лунный свет из окон. Тихо доковыляв до лестницы, парень босиком спустился на этаж ниже. Там в коридоре ходила стража. — Эй! Ты что тут делаешь? — спросил один стражник, делающий обход. — Мне срочно нужно попасть к императору. Он же ещё в своём кабинете? — проговорил овчар, заглянув за спину стражника, который тут же развернул кареглазого назад к лестнице. — В такое время Его Высочество не рад визитам. Возвращайтесь завтра, — парень в простыне развернулся назад, потому что завтра уже будет поздно. — Я близкий знакомый Нгаи, он пригласил меня и ещё несколько персон сюда и явно будет зол, если узнает, что Вы не пустили меня к нему по срочному делу, — уже более настойчиво сказал овчар.       Охранник смерил парня взглядом, после чего недоверчиво подпихнув его лапой, довёл до кабинета императора. Постучавшись в дверь, он вошёл в помещение вместе с кареглазым. — Ваше Высочество, извиняюсь за беспокойство в столь поздний час. Один юноша утверждает, что он Ваш близкий знакомый и просит встречи по срочному делу.       Кабинет освещал лишь свет свечи, что стояла на столе. Слабые тени ползли по стенам и содрогались в те моменты, когда император тяжело выдыхал. Сонный Нгаи поднял глаза, протёр их пальцами одной руки, а после узнал кареглазого. — А, Гончик, проходи, — сказал он. Охранник вышел из комнаты, а после император спросил у овчара. — Что-то случилось? — Не совсем. Мне срочно нужно тебя спросить, есть ли тут какие-то заклинания, которые могут накладывать иллюзии? — поинтересовался он. Далматин немного оживился, а после протянул: — Есть парочка. А тебе зачем? — после этого он рассказал, что его приглашают рыбопсы, а тело мироходца может их испугать. — Да, кажется я вспоминаю, вы с ребятами что-то подобное говорили, когда у тебя только появились крылья. Надеюсь, ты не разбудил Маршалла, пока пытался тихо встать? — император думал, что парень в привычном для этого мира теле. — Кхм, я сейчас в теле из того мира. Я просто создал портал сюда в своей комнате и тихо вышел в коридор, — после этого он снял простыню. — Надо же! — удивился пятнистый. Ему было непривычно видеть младшего без крыльев или рожек. — Тогда можно взглянуть на масштабы катастрофы?       Овчар приподнял футболку, а император, встав из-за стола, действительно задумался. После он сделал пару жестов в воздухе, как впалый живот и выступившие кости пропали, будто накрывшись слоем ткани, точь-в-точь похожим как две капли воды на собственное тело. Как будто время вспять повернул! — Ого! — парень дотронулся до иллюзии, и палец, на удивление, не прошёл сквозь неё. — Это зависит от силы магии? — Да. Если заклинание сильное, то иллюзия будет осязаема, но пропадёт после окончания его действия, в противном случае иллюзия будет неосязаема и вероятно рассеится, если до неё дотронуться, — далматин махнул рукой после чего заклинание рассеялось.       Старший объяснил принцип действия и процесс, как же нужно правильно его накладывать. — А почему ты так поздно сидишь за бумагами? — в процессе быстрого обучения поинтересовался овчар. — Много дел с момента коронации накопилось. Я же стал официальным правителем и теперь мне нужно разобрать кучу старых приказов, которые откладывал отец, пересмотреть старые законы, которые вызывают массовые недовольства, траты замка и многое другое, — протянул Нгаи. — Ого, надо же, как много, — удивился он. — И как ты успеваешь всё пересматривать, совмещая это с моей подготовкой? — Некоторые бумаги я отдал доверенным лицам, а за остальное не переживай, — проговорил далматин, зевнув. — Получается, сегодня утром тренировку лучше не устраивать?       Далматин резко переступить с темы на тему, но овчар быстро сориентировался: — Да. Получится устроить во второй половине дня, забрав немного времени у Скай? — предложил он. — Да. Я попрошу предупредить Мрая, чтобы он не будил вас с Маршаллом, и Скай, чтобы она не волновалась и знала, что немного времени мы у неё заберём. Об остальном не беспокойся. — Спасибо большое! — поблагодарил овчар пятнистого. — И всё-таки я хотел уточнить у тебя: вы вечером говорили с Маршаллом, где лучше провести твой день рождения? — поинтересовался император. — Нет, но идея с горячими источниками мне нравится, — ответил кареглазый. — Тогда я закажу вам один источник и домик рядом с ним до вечера. Источники здесь, рядом со столицей. Там много небольших источников, все они пронумерованы и рядом с каждым есть небольшой домик, чтобы обсохнуть и просто отдохнуть. Закуски и напитки там так же продают, я просто заложу за вас всех сумму, остатки мне вернут. Считай, это будет подарком на твой день рождения от меня, ведь сам я не смогу присутствовать, слишком много дел, — сказал ящер. — А это не слишком дорого? Мне даже немного неловко перед тобой… — протянул парень. — Это не настолько дорого, тем более, что день рождения — это важная дата. Да и я убиваю двух зайцев одним выстрелом: Скай лишний раз сможет нашепнуть своему отцу и братьям, что это организовал я и не потребовал с неё ни гроша, а это положительно скажется на отношениях с королевской династией, пока она ещё правит.       Да, Нгаи и вправду мудрый правитель, раз ищет выгоду даже в таких мелочах, не связанных с политикой. — Спокойной ночи, — сказал он, отойдя к своему столу. — Надеюсь, что у вас с ребятами всё пройдёт хорошо. — Ещё раз спасибо. Даже не знаю, как тебя ещё отблагодарить за то, что ты сделал для нас и для меня. — Не стоит, Гончик, — протянул далматин, сев за стол. — Ладно. И тебе спокойной ночи, — после этого овчар вновь укутался в простыню и вышел из помещения. Вновь встретив того охранника, он поднялся на этаж выше, а после в своей комнате отправился назад в тот мир, предварительно заправил кровать.       Оказавшись в обычном мире, овчар вышел из помещения. Райдер сидел за столом и завтракал, а заметил полицейского, он спросил: — Ого, так быстро? — Да, — проговорил парень. Пока что Райдеру не обязательно знать про порталы. — Есть одно заклинание, которое поможет скрыть всё и замаскировать, чтобы всё выглядело, как раньше.       Когда Райдер хотел похвалить овчара, что тот молодец, ему позвонили. — Райдер слушает. — Райдер! Это катастрофа! — Капитан Палтус, успокойтесь. Что случилось? — спросил парень. — Кто-то запер меня, когда я приплыл проведать маяк! Я зашёл внутрь, и кто-то сразу же закрыл дверь и чем-то забарикадировал её! Как бы этот кто-то не тронул Камбалу… — волновался мужчина, ведь дверь — единственный вход и выход из здания, а перспектива прыгать с вершины ему не очень нравилась. — Вы же сейчас можете подняться наверх и попробовать разглядеть того, кто это сделал, если он недалеко? — оживился кареглазый. — Да, наверное, да, — мужчина быстро поднялся наверх и посмотрел в сторону воды. Там уже было видно, как кто-то угнал Камбалу и уплывал на ней от маяка. — Кто-то уплывает на Камбале! И кажется, там стоит какой-то пёс с полосатой банданой. — Это наверное Аррби, — заметил овчар. — Наверняка Сид опять захотел что-то присвоить себе и использует для этого Камбалу. — Не беспокойтесь, капитан Палтус, мы освободим Вас и поймаем пиратов!       Райдер быстро завершил вызов и нажал на кнопку вызова всех щенков. Уже скоро все выбежали из своих комнат и оказались в лифте. Сонно пытаясь проснуться, они даже не сразу заметили и самого Райдера, стоящего рядом с ними.       Уже наверху Райдер повторил всё услышанное для щенков, а после приступил к раздаче ролей в данном задании: — Скай, ты должна будешь найти Камбалу и следить за ней, — проговорил Райдер. — Небо зовёт в полёт! — Так как мы не знаем, зачем им Камбала, Зума, ты попробуешь найти их корабль под водой. — Ныряй глубже! — Отлично. Все остальные будьте на готове. Отряд щенков к делу готов!       Все спустились вниз к транспорту привычным методом, а после отправились к Камбале. Остальные щенки сонно расселись по пуфикам. — Давненько у нас не было ранних подъёмов! — заметил Крепыш. — Да и миссий подобных относительно тоже, — продолжил дворняга. — Это хорошо. Мы хотя бы немного отдохнули от классической рутины. А то снимать кошек с деревьев тоже немного надоедает, согласитесь, — сказал Маршалл. — Да, есть такое, — протянул овчар. — А, кстати, Гончик, — начал Маршалл, — я думаю, нам всем интересно узнать, как ты вчера колдовал. Это же было невероятно! — Это просто магия, которой много в том мире и на Драконьей горе, ничего сложно нет, но вы так не сможете, — протянул овчар. Настроения говорить о таком особо не было. — А как она устроена? — поинтересовался Рокки. — В каком смысле? — переспросил полицейский. — Ну, в фильмах с магией можно владеть лишь одним каким-то видом, да и мы, получая силы метеорита, имеем лишь одну основную силу и вторую, когда мы «заряжаемся», а ты использовал так много всего! — сказал механик. Гончик выдохнул, но во избежание дальнейших недопониманий, рассказал: — В том мире есть четыре основных элемента: огонь, вода, ветер и земля. Если ты родился в семье мага, то ты сможешь владеть магией, а если нет, то увы нет. Обычные жители имеют только одну стихию, но полукровки непротивоположных элементов могут совмещать и две. Если же ребёнок был рождён в союзе магов противоположных стихий, то магии он иметь не будет, и, вероятно, умрёт во младенчестве. К слову, Рокки из того мира — полукровка как раз из этого примера. — Ого, ты не рассказывал, что я в том мире такой, — начал дворняга, — …однако это объясняет, почему я полубомж. — Но ведь ты показал огонь, и, кажется, воздух, когда прыгал, отталкиваясь от воздуха. Значит, ты там полукровка? — предположил Крепыш. — Не совсем, тем более, что я ещё не всё рассказал. Так же все жители того мира, взависимости от элемента, принадлежат к разным… расам, если так можно выразиться, но только собачьим, — хотел продолжить парень, но его перебили. — А какие бывают? — поинтересовался далматин. — Ну, доспустим, у огня есть ящеры и демоны. Маршалл, когда мы были вчера на Горе, то у тебя появился хвост, потому что в том мире ты — ящер, — сказал Гончик. — И это определяется всего по одному элементу во внешности? — поинтересовался Рокки. — И да, и нет. У демонов характер дрянь, ящеры крупнее всех жителей того мира по габаритам, птицы умеют летать, рыбопсы живут под водой… Много всего есть, но я не видел всех рас. — Ого. А насколько точно я высокий? — поинтересовался далматин. — Хм, — задумался овчар. Он встал, а после попытался представить того Маршалла рядом с собой. Показав приблизительно, он встретив искреннее удивление присутствующих. — Ничего себе! На словах это не так ощутимо… — сказал голубоглазый. — Ну, это немного неудобно, хотя имеется и ряд плюсов, — проговорил полицейский, а после мысленно добавил. — «Хотя всё же плюсов явно больше». — Хей, ты так и не ответил на вопрос, какая из стихий у тебя в том мире! — заметил Крепыш. — Я почти дошёл до этого, — проговорил парень. — Так же в том мире, помимо рас, относящихся к одному элементу и их полукровок, есть ещё и отдельная раса, которая совмещает в себе все четыре элемента — фениксы. Все жители Драконьей Горы в том мире являются фениксами, хотя… с этим есть небольшие нюансы… — протянул овчар. — Получается ты можешь управлять всеми стихиями?! — удивились все. — Ну, есть такое… — неловко почесав затылок, протянул он. — Я ещё только учусь всем элементам. — Это наверное очень круто! — начал Маршалл.       Если привыкнуть и закрыть глаза на тот факт, что ты в вечном розыске и ничего про себя не знаешь, то наверное это круто.       Ребята задавали все возможные вопросы овчару по поводу того мира вплоть до того момента, когда Скай, Зума и Райдер не вернулись с задания. Оказалось, что Сид и Аррби просто захотели выкрасть Камбалу, чтобы пополнить коллекцию главного пирата. Также шатен рассказал ребятам, что капитан одолжит им свой корабль на этот вечер, а сам он желания погрузиться под воду не изъявил. Ему хочется немного передохнуть от погружений под воду.       После наступления приемлемого времени, когда уже можно было отправляться на Драконью Гору, полицейский позвонил главе и всех предупредил о том, что его не будет на базе вплоть до вечера и рыбопсы как-то решат его проблему.       Уже там, предварительно оставив тот же мотоцикл у подножия Горы и спрятав его чуть лучше, ведь он тут вероятно останется на ночь, Гончик оказался на главной дороге. Идя по ней в сторону дома, где должен жить Солнцесвет, он разглядывал всех прохожих, но это мало, что дало ему.       Найдя главу Горы, овчар расслабился. — Привет, Гончик! — начал тот. — Здравствуйте, — поздоровался овчар. — Пошли, пройдёмся по деревне. Мне ещё в магазин нужно будет по пути заскочить. Я тебе покажу всех, кто здесь есть. — Можете не торопиться. Времени у нас достаточно, — проговорил полицейский. — Вот и славно, — сказал пожилой пёс. — Но вечером за мной сюда придут рыбопсы. — Кто? — переспросил мужчина. Ему кратко пояснил овчар, кто это. Ему доверять такое можно. — А, кажется я о них слышал в молодости. Ну и хорошо. — И можно вас попросить немного последить за мотоциклом у подножия горы? Просто я за ним вернусь уже потом, завтра, наверное, если будет свободное время. — Конечно, я послежу. Ты же его спрятал? — Обижаете. Конечно спрятал.       После этого дуэт направился вперёд по дороге. По её сторонам находились небольшие домики, магазины, а навстречу шли немногочисленные жители сей места. — Ты что-нибудь помнишь про своих родителей или семью? — начал глава. — Совсем немного. С Горы меня увезли, когда мне было едва два года, по рассказам отца. Здесь остались моя мама и старший брат. После этого я жил в Городе Приключений со своим хозяином. Человеком он был не очень: всё время кричал, был чем-то недоволен, не работал и заставлял папу отдавать ему почти всю зарплату, которую он получал, — начал парень. — А ты помнишь, как звали этого человека? — Нет. Папа никогда не обращался к нему по имени или фамилии. Просто, не называя ничего. Что-то вроде «эй!», а потом говоря то, что нужно было, — сказал кареглазый. — А своего папу ты помнишь? — спросил Солнцесвет. — Частично. Как бы мне не хотелось этого признавать, но я забываю всё больше черт его лица. В общем и целом помню, но уже прошло так много времени, что я не уверен, что он выглядит так, как я его запомнил, — начал он. — Ещё он мне показывал старую фотографию, которую сделали, когда я только родился. Там есть моя мама, он и мой старший брат. — А её ты помнишь? — Да, но тоже начинаю забывать. Да и тем более… лица мамы там не видно, только её русые волнистые волосы, а брат там совсем маленький. Прошло, как никак, почти шестнадцать лет. Ему, получается, сейчас должно быть около двадцати одного года. Не знаю, когда у него день рождения. — Даже с учётом размеров нашего поселения, таких примет мало. Какие-то имена есть? — спросил старик. — Только папино. Но оно распространённое, так что мы сможем лишь немного сузить круг. — Бабушки, дедушки, другие родственники? Другого ничего нет? — продолжал он. — Нет, их уж тем более я не знаю. — Тогда остановимся и на имени папы. Как его зовут? — Бен. Он говорил, что я очень похож на него, только глаза другие. — Бен? — переспросил тот. Овчар кивнул. Мужчина задумался. Смотря в землю, тот будто бы что-то вспоминал, поменявшись в лице. — У нас не так много Бенов. Но ты уверен, что он находится тут, а не в городе Приключений? — Нет. Вероятно, он остался там, но когда мы были с ребятами там, нас показывали по новостям, мы оставляли свой номер там, но никто не попробовал позвонить и поинтересоваться о моей схожести с кем-то пропавшим. — Может он просто не узнал тебя? В конце концов, когда он тебя видел в последний раз? — проговорил глава. — Когда мне было девять. Хозяин посадил меня в какую-то машину, а потом выставил на улице одного. Я видел улицы города совсем немного, только из окна квартиры, и не мог ориентироваться. Долго ходил по улице, а потом меня едва не сбил большой грузовик. Повезло, что Райдер оказался рядом и помог мне. — Я даже не знаю, стоит ли тебя вообще вести к этим Бенам, потому что ни у одного из них нету живого пропавшего сына. У одного только так же потерялась дочь тринадцать лет назад, — сказал Солнцесвет. — Видимо, всё же он не тут, — немного расстроился овчар. — Тогда, возможно, стоит походить по улица и поискать маму или брата? Вдруг я узнаю их. — Стоит попытать удачу. Но раз уж фотография была сделана давно, то наверняка и твоя мама выглядит совсем не так. Сколько ей было на момент, когда ты родился, ты знаешь? — Я даже не знаю. Может, чуть больше двадцати? Папа что-то говорил про то, что она рано родила брата, — проговорил кареглазый. — То есть, сейчас ей около сорока. Мутно. У нас тут почти все кудрявые с русыми волосами. — В любом случае, мы попытаемся.       Именно так начались их безрезультатные попытки найти мать, отца и брата овчара. Почти все подозреваемые сидели в кругу семьи и только пожимали плечами, не зная никого похожего лишь по одним волосам.       Прошли часы. Солнцесвет заглянул в магазинчик за хлебом и молоком, а после они отправились обратной дорогой к нему в дом, чтобы немного передохнуть. — Будешь спагетти? — предложил мужчина, как они оказались дома у старшего. — Нет, спасибо, я плотно позавтракал и перекусил перед приездом, — отмахнулся Гочник. — Ну и зря, — пожал плечами он.       Глава разогрел себе еды, а овчар сидел в телефоне и переписывался с Люцифером. Давненько он с ним не общался просто так. Гончик рассказал ему вкратце о всех прошедших днях и новостях. Конечно же терьер был заинтересован во всех делах и спросил, где же сейчас парень. Люцифер, получив ответ, что он на Драконьей горе пытается разыскать своих родителей, не стал докучать кареглазому и попрощался. — Хм, — задумался Солнцесвет. — Ни один из тех Бенов, что мы встретили, не твой отец. Значит, он остался в городе Приключений. Вероятно, нужно искать там. — Может всё же стоит попробовать поискать мою маму? — Даже не знаю. Мы знаем, что ей около сорока, первый ребёнок рождён рано и ему около двадцати одного года на данный момент, и ещё она русая. Мало признаков, но может быть попытать удачу стоит. Ты точно больше никаких особенностей своей семьи не знаешь? — В каком смысле особенностей? — спросил кареглазый. — Ну, скажем… особые привычки, приметы или странное семейное положение, — проговорил Солнцесвет. — К чему это Вы? — поинтересовался овчар. Мужчина просто грустно выдохнул. — Что-то не так? — Нет, ничего, раз ты не помнишь, то попробуем так, — он продолжил есть, а полицейский осмотрел главу и не понял причину его странности.       После его трапезы, они вновь отправились на улицу по адресам женщин с похожими приметами, однако они столкнулись с проблемой: понятие рано родить — весьма растяжимое. — Да, одной фразы мало, нужно бы точный возраст, тогда для нас была норма становиться родителями едва с наступлением совершеннолетия, — сказал мужчина. — Всё как-то странно складывается. Ни одной зацепки, — задумался овчар. — Вы уверены, что я не числюсь именно мёртвым? — Нет. — Может, стоит опросить тех, у кого... — начал он, но его перебили. — Нет. Тех, у кого ребёнок числится мёртвым лучше не беспокоить. Вспоминать ребёнка, который умер раньше тебя — больно, поэтому лучше их не тревожить. Если слепо давать им надежду, можно только больше ранить их сердца, — проговорил Солнцесвет.       Да, и всё же мужчина был прав. Овчар пораскинул мозгами, и всё же согласился с этим высказыванием.       Так как их поиски не принесли никаких плодов, то кареглазого решили отдать в руки уже немного знакомой семейка Когтя, дабы немного поддержать, скрасить общее времяпровождение и подготовить к беседе с Робином. — О, здравствуй! — поздоровалась Лилит. — Ты не голоден? — Нет, спасибо, я сыт, — сказал парень. — Ну, смотри. Если захочешь что-то поесть — не стесняйся, спрашивай!       Голубоглазая наводила дома порядок, а овчар решил, что не стоит затягивать с подобного рода беседами и, оставив лишние вещи в этом доме, отправился в нужный дом. Оказалось, что Робина согласилась подержать у себя Ран, и тот, на удивление, вёл себя крайне спокойно. — Здравствуй, Гончик, — проговорила она. — Всё думала, когда зайдёшь. — Да, здравствуйте, рад Вас видеть. Мы просто немного затянули с попытками поиска моей семьи, — объяснился он. — Ничего страшного, — сказала она. — Робин в той комнате. Сидит молчком и почти никуда не выходит со вчерашнего вечера. Я пыталась его разговорить, честно, но он почти ничего не отвечает. Только односложные предложения: да, нет, спасибо и так далее. — Я попробую разобраться. Только можно мы с ним поговорим с глазу на глаз? — проговорил овчар. — Да, конечно, как тебе удобно. Я как раз пока что схожу погуляю, подышу свежим воздухом. Если не вернусь, значит меня загрёб к себе их культ, — шутливо сказала она, идя собираться. Полицейский посмеялся, а после зашёл в комнату.       Хорват уже ждал его, услышав знакомый голос за дверью и присев на кровать в позе ожидания. Как только дверь закрылась, овчар почувствовал скопившееся здесь напряжение, посмотрев на пса. Поставив напротив него стул спинкой вперёд и приняв удобную позу, он начал: — Ну что ж, начнём, — проговорил он. — Надеюсь, со мной ты будешь более разоговорчивым, чем с Ран? — Посмотрим, — сказал тот. Для начала, этот ответ парня устроил. — Попрошу тебя отвечать на все вопросы, если хочешь узнать что-то в ответ. Конечно, если ты этого заслужишь. Начну с простого: ты в культе с самого своего рождения? Как долго он существует? — Лет пять назад он был создан, не считаю точное время. — Но как вы получили информацию о тёмном короле? — спросил парень. —… Я не знаю. Родители никогда не говорили об этом. Но есть слух, что сюда, пять лет назад, пришёл мужчина необычной внешности с чёрными глазами и длинной русой косой. Он поведал моим родителям о тёмном короле, и после этого они… поменялись. — В каком смысле поменялись? — спросил овчар. — До ночи, когда они основали культ, они были нормальными. Но тогда они вернулись очень странными, стали жёсткими, холодными, будто куклами, которые никого не слушают. Поэтому я подозреваю, что этот слух правда.       Полицейский задумался. Робин слишком открыто говорит. Видимо, всё же он не так сильно привязан к культу и стоит в нём только из-за поменявшихся родителей, которым, будучи ребёнком, во всём верил. Возможно сейчас им движет любопытство, а возможно желание что-то сделать с одержимость родителей, из-за которой они стали такими. — Ты знаешь ещё что-то о том странном мужчине, который приходил сюда? — попытался найти ещё хоть какую-то информацию о неизвестном кареглазый. — Нет. Но когда родители вернулись домой в ту ночь, от них начало веять чем-то… страшным? — не мог дать точного описания хорват. — А ты что-то делал с собой, скажем так, странного? Что-то, что обязывает культ, например. — Нет. Я прекрасно понимаю, что этот культ — это что-то ненормальное, но когда я нахожусь рядом с родителями, что-то будто заставляет меня выполнять всё, что они говорят. Мысли начинают путаться и ничего того, что хочу я, я сделать не могу. Сейчас мне будто бы даже легче, я лучше соображаю и начинаю понимать, что я делал. — То есть, все пять лет тобой будто бы управляли? — Я не знаю. Понятия не имею, что они со мной делали и как именно, но я им не мог возразить на их просьбы и приказы. Мне сказали вынести мусор — я вынес, сказали идти вербовать участников — я пошёл, сказали побить — я побил, — с каждым новым примером овчар всё лучше понимал, что с родителями этот неизвестный явно что-то сделал с помощью тёмной магии, иначе объяснить точно такое же странное чувство тревоги у хорвата он не мог, ведь он тоже житель Драконьей Горы, и тоже феникс в том мире. Что же до самого черношёрстого… возможно, его родителям дали что-то, наделённое той же магией контроля, что и камень Драконьей Горы, и корона с ожерельем принцессы Кровавой. Овчар молчал, думая, а собеседник просто сидел. — То есть, самого тёмного короля вы не видели? — напоследок поинтересовался полицейский. — Нет. Прошу, скажи, что ты знаешь, что с ними сделали, — хорват явно подразумевал своих родителей. — Если тебя это успокоит, — начал Гончик. Сейчас он начинал понимать всё ситуацию: сам Робин — марионетка его родителей, которой временно перерезали нити и дали свободу, а его родители — жертвы какого-то неизвестного из другого мира и его заклинания, но, судя по чёрным глазам, это может быть тень. — Возможно, твои родители находятся под заклинанием тёмной магии, которую использует тёмный король и его приспешники. Пока что я не знаю, как им помочь, я не настолько умён в магии. Но что касается тебя… тебе повезло. Ты же помнишь тот странный камень, который хранится на Горе? — Да. — Тобой, вероятно, управляли твои родители, используя что-то подобное, что им мог дать тот мужчина.       Хорватский овчар не стал отсыпать собеседника вопросами, по типу: «как они могли?», и просто переваривал всю полученную информацию. — Скажи, ты хочешь вернуться к ним сейчас? — Я не знаю. После того что они сделали — нет, но понимая, что ими управляли — да, — проговорил Робин. — Я не могу пообещать, что смогу им помочь, но попробую сделать всё, что будет в моих силах, как только я найду способ вернуть настоящих их. А пока, тебе будет лучше не возвращаться к ним. — Они озвереют и придут за мной, если я не вернусь сам в скором времени, — сказал он. — Я расскажу о твоей ситуации Солнцесвету, он что-нибудь придумает. Узнав о том, что происходило на самом деле, он тебе поможет, — сказал овчар. — Я надеюсь, — сказал Робин. Посмотрев в его глаза, полицейский заметил отблески лазурно-синего в его глазах, что до этого были почти полностью чёрными. — Но у меня есть вопрос. — По поводу тёмного короля? — спросил парень. Хорват кивнул. — Как ты о нём узнал? И… какой он? — Скажем так, я могу попадать в тот мир, где находится тёмный король. Судя по его поступкам, могу сказать, что он ужасен, и то, что делает культ — неправильно, — проговорил овчар. Взамен на то, что Робин рассказал ему так много, он рассказал ему историю того, мира, утаивая все имена. Лишь упомянул, что жители Драконьей Горы и бывшие фениксы того мира связаны, а сам он в розыске у тёмного короля. — Что случится, если он тебя поймает? — Что-то плохое, но я постараюсь предотвратить это. Но если со мной всё же что-то случится, я, возможно, поменяюсь, как твои родители, перестану быть собой. Надеюсь, мне помогут в этом случае мои друзья, — проговорил полицейский. — Больше у меня к тебе вопросов нет. Пока что, а хотя… всё же хочу поинтересоваться насчёт того кулона. Как ты о нём у знал? — Случайно нашёл, — сказал Робин.       После этого овчар попрощался и уже хотел уйти, но услышал сзади: — Спасибо. — Не за что, — ответил он и покинул комнату.       Выйдя из дома, он остановился на пороге, а, сидя на скамейке, его встретила Ран. — Вы уже поговорили? — тот кивнул. Кратко пересказав всю ситуацию, он глянул на женщину. Та была немного озадачена. — Признаюсь, мне интересно, откуда ты знаешь так много о магии, но я не буду тебя об этом спрашивать, сейчас есть проблемы по-серьёзнее. Я даже не подозревала, что сам Робин был лишь пешкой своих родителей всё это время, хотя, стоило догадаться. Признаюсь, я заметила его изменения в то время и изменения его родителей, но думала, что это у них наследственные проблемы с головой. — Сейчас нужно как-то его обезопасить. Он не хочет быть частью культа, пока его родители такие. Возможно, он может сделать изобретение, которое хотя бы отпугнёт их. Но всё же нужно что-то более надёжное. — Полиция? — предположила Ран. — Ни в коем случае. Люди не должны знать о магии здесь в таком объёме. Только представьте, что случится, если кто-то из правительства или просто кто-то очень нехороший захочет использовать магию в своих целях, как герцог в тот раз, — покачал головой Гончик. — Мы что-нибудь придумаем, — согласилась она. — Иди пока что к Лилит, посиди у неё, да пойдёшь к своим рыбам.       Видимо, ей уже Солнцесвет рассказал о том, куда же пёс отправится вечером.       Оказавшись в доме у голубоглазой овчарки, полицеский немного расслабился, разместились в зале, где уже сидел пришедший отец Когтя. — Я объявляю тебе реванш, малой! — доберман был настроен серьёзно. — Я подготовился, и сейчас я намерен отвоевать у тебя победу. — Вы уверены в своих силах? — ехидно улыбнувшись, спросил он. — Безусловно. — Тогда я принимаю Ваше приглашение. На что играем? — На раздевание! — По-моему, это было бы уместно, если бы здесь играла ваша жена… — шёпотом сказал овчар. — А это я могу сделать и без игры в карты, — так же шёпотом сказал он.       Так и начался великий реванш двух шулеров. — Что за стриптиз вы тут устроили?! — опешила Лилит, войдя в помещение с кухни. В прочем, разделся до гола только Келвин, обиженно смотря на карты и стыдливо прижав ноги к груди. — Кое-кто предложил реванш, играя на раздевание, — смеясь ответил кареглазый. — Да, играть на деньги с ним тебе нельзя, милый, — проговорила она. — Я это уже понял… Но я всё равно рано или поздно смогу обыграть тебя! — проговорил старший. — Посмотрим, посмотрим, — сказал овчар. Ему как раз уже позвонила Корал по жетончику. Сама кокапу под водой носила ожерелье с ракушкой, но Райдер сразу после вступления Корал в ряды щенячьего патруля, смог в эту самую ракушку вмонтировать подобное, как в жетончиках, водонепроницаемое средство связи. — Привет ещё раз! Я уже у подножия горы, у пруда. Можешь спускаться! — Да, спасибо, Корал, уже иду, — после этого жетончик потух. — Ладно, дядя Келвин, буду ждать следующего реванш на раздевание! — С чего это я — дядя? — Ладно, незнакомый голый мужик, проигравший без дня шестнадцатилетке. Устроит? — предложил другой вариант овчар. — Ладно, дядя звучит лучше. — Без дня шестнадцатилетке? У тебя завтра день рождения? — удивилась Лилит. — А? Да, завтра буду отмечать. Пока не знаю как, ребята наверняка опять приготовили вечеринку по этому поводу, а мне слишком лень пытаться узнать раньше, как всё будет проходить, — сказал он. — Ну ладно, тебе уже пора идти. Тебе ждут, — вернулась к изначальной теме она. — Да, спасибо за гостеприимство! Был рад снова встретить вас.       Они попрощались, а овчар вышел на улицу. Кокапу ему не сказала, где точно находится тот пруд, а потому ему бы не помешало спросить это у кого-то. Навстречу как раз шли Коготь и Солнцесвет. — Ты ещё не ушёл? — спросил самый старший. — Да вот как раз хотел спросить, где тут пруд у подножия горы? Привет, Коготь. — Он с той стороны, — сказал доберман, указав в сторону. — Тебя лучше проводить, а то заблудишься, — проговорил Солнцесвет. — Пошли. Как раз прогуляемся. Кстати как там дела с Робином? — Весьма плачевно, — пришлось очень кратко пересказать ещё раз весь рассказ. Лишних вопросов не последовало, а сам глава сказал, что попробует разобраться с этим, раз уж сам Робин и его родители не виноваты во всём происходящем. — А как ты провёл время с Лилит? — Раздел до гола дядю Келвина после того, как он объявил мне реванш на раздевание, — ехидно улыбнувшись, объявил овчар. — Серьёзно?! — удивился он. — С добрым утром, дед, он ещё позавчера его обыграл в сухую, — сказал Коготь. — Надо же, не думал, что встречу ещё большего шулера, чем он… — почесал затылок тот, а пока они шли, овчар незаметно применил заклинание иллюзии, надеясь, что он сделал всё правильно. — Мы пришли, а это, кажется, тебя ждут. — Ой, эм, здравствуйте! — поздоровалась Корал. — Всё нормально, они хорошие, — сказал Гончик. — Мы тогда пойдём назад, — проговорил Солнцесвет. И тогда в голове у овчара что-то щёлкнуло: — А вы не хотите тоже прогуляться до Щетлантиды? Корал, это же можно устроить? — поинтересовался Гончик. Все остальные в свою очередь непонятливо переглянулись. — Чисто в теории можно, если ребята их знают и если им можно доверять. Мы всем рады, — после этих слов полицеский посмотрел на добермана и немолодого овчара глазами, полными то ли хитрости, то ли ехидно радости. — А мы-то там каким боком нужны? — сказал Коготь. — Ну как же, поплавать под водой с рыбьим хвостом удаётся не всегда в жизни, — начал тот. Голубоглазый грозно смерил его взглядом, а после выдохнул, будто бы его заставили: — Первый и последний раз я превращаюсь в рыбу, твоя взяла. — А Вы? — перешёл он к Солнцесвету. — Пора тряхнуть стариной! Давно я не плавал, главное — не пойти ко дну… — Дед, говно не тонет, — проговорил Коготь, снимая ботинки. — Я тебе язык оторву за такие словечки, — с угрожающей улыбкой сказал глава Горы.       После этого все разулись и оставили гаджеты у пруда. Как-никак их потерять никто не хотел, а вот одежду ещё высушить можно. Зайдя в воду первым, полицеский подплыл к кокапу, после чего та уже привычным способом превратила его в рыбопса тоже. Сначала показалась знакомая вспышка а уже после всё должно было получиться… но, кажется, в прошлый раз у него на голове не было этих странных штук, похожих на рога и странных крыльев за спиной. Верхняя одежда исчезла. Благо, иллюзия работала отлично.       Корал смутилась новинками у овчара, а сам он сказал: — Наверное, для жителей Драконьей Горы это нормально.       «Рога» на голове были похожи на «удочки» рыбы-удильщика: тоже слегка светились, а крылья были больше похожи на плавники летучей рыбы. Отплыв немного в сторону, овчар потянул на эти «рога», которые в свою очередь легко тянулись. Когда они свисали вперёд, было немного неудобно, а потому, уже после исследования новинки, он провёл по волосам, дабы эти штуки развернулись назад и были как привычные рога — смотрели назад. В это же время подобное Корал проделала и с остальными двумя. У них были те же штуки на головах, но крылья отсутствовали. Сама рыбопёс немного была введена в ступор изменением обычного облика овчара и двух его знакомых, но старалась не подавать виду. — Теперь мы должны попасть назад к ребятам, — проговорила она. Оказалось, что всё это время она держала в руках странную вешь: то ли карманные часы, то ли что-то подобное. Использовав вещь, уже скоро она открыла портал в нужное место, куда хотела попасть. — Надо же, рыбопсы тоже могут использовать магию? — спросил Солнцесвет. — Это просто вещь, наделённая ею, — начал она. — Погодите, а откуда Вы знаете о магии? — На Горе все знают о магии и немного владеют ей, — проговорил пёс. Кокапу ещё больше удивилась. Посмотрев на Гончика, она будто бы ждала от него объяснений. Тот лишь поднял большие пальцы вверх, показав «класс». — Л-ладно, нам пора идти. Заходите в портал, — пока она это говорила, овчар быстро забрал обувь и телефон, который засунул в один из ботинок. Вышли из портала они возле корабля у поверхности воды. Там же овчар и закинул свою обувь на палубу, а небольшая группа нырнула под воду. — Надо же, как удобно, — проговорил доберман. — Неужели и люди ничего подобного придумать не могу? Раз, два и ты уже в Африке. — Людям до такого ещё ползти и ползти, — сказал овчар. В это время они проплывали различные камни, песчаное дно, множество ракушек и другие интересные вещи. Доплыв до Щетлантиды, они наконец-то встретились с группой щенячьего патруля. — Ого, вижу, у нас новобранцы в рядах хвостатых? — вместо приветствия сказал Маршалл. — Здравствуйте, ребята, — начал Солнцесвет. — Вы же не против нашей компании? — Конечно нет! Вместе веселее, — проговорил Зума. — Да! А можно вопрос? — начал Рокки, обратившись ко всем трём приплывшим псам. — Почему у вас странные штуки на головах? А у тебя, Гончик, крылья… — Как же до вас долго допирает… Рога на Драконьей Горе — рога под водой, — сказал голубоглазый доберман.— Ну, у него ещё и крылья. — Будь вежливее, — сделал замечание немолодой пёс. Коготь показал язык деду, а тот, воспользовавшись моментом, быстро взялся за него и потянул на себя. Рыцарь такому не был рад и уже скоро возмущённо пытался отвязаться от навязчивого родственника. Впрочем, сам Солнцесвет долго держать его не собирался. — Это кто тут у нас ещё вежливый! — пробурчал потерпевший. Остальные лишь посмеялись. Рыцарь недовольно отвернулся. — Классные крылья! — подплыв сзади и потрогав выросты, сказала Скай. Овчар немного испугался неожиданного появления кокапу, но поблагодарил: — Спасибо. — А Вам не тяжело плавать? — поинтересовался Крепыш у самого старшего в компании. — Нет, что ты, — проговорил тот. — У вас серьёзно все плавают… вот так? Абсолютно всегда? — только задался подобным вопросом Коготь. Его смущало нахождение чисто технически полностью голым, исключая некоторые элементы «одежды» девушек. — Ну, да? Со временем ты к этому привыкнешь. Просто представь, что ты живёшь на пляже, — проговорила Корал. — Чего ты тут стесняешься? Все свои, — показательно открыто сказал Зума. — Вы вообще-то мои враги! — нагодовал он. — Ой, да ладно тебе! Разок можно потусить и не как враги, — продолжил лабрадор. — Я уже слишком долго веду себя с вами как с какими-то товарищами! — Не обращайте внимания, в пубертат он был таким же. Самым действенным методом его успокоить было публично унизить в кругу семьи. Вам рассказать как он пятом классе описался при всём классе, стоя у доски? — начал спокойной Солнцесвет. — А это не слишком жёстко с точки зрения психологии? Дети злопамятные, а взрослые тем более, — начал было Райдер, как уже вступился Коготь: — Что естественно, то не безобразно. Но в таком случае, всем будет интересно, как ты позавчера напился, танцевал голым на столе и справил нужду по-большому в цветочный горшок мамы, — сказал доберман. — Ого, про цветочный горшок я не знал, — удивился овчар, едва сдерживаю смех. Все остальные уже во всё горло смеялись. — То есть про всё остальное ты знал? — тоже смеясь, спросил Райдер. — Да и не только я. Там вся гора это обсуждала и ставила ставки, чей горшок в следующий раз переживёт бомбардировку, — в процессе незаметно подмигнув Когтю, овчар ещё более приукрасил рассказ. — …В каком смысле все это обсуждали?! — опешил Солнцесвет, обратившись к Когтю. — Видимо, кто-то проходил мимо, когда ты пил, — пожал плечами он, искусно делая вид, что он тут не причём и никаких спектаклей они тут не разыгрывают. — Да и тебе не впервой.       Солнцесвет находился в полном шоке и стыде, а тем временем два актёра дали друг другу пять. Тем временем все просто смотрели на это представление. Как только настало время двигаться вперёд, пострадавшему морально всё-таки сказали, что никто кроме семьи не знал про его танцы и фокусы, а ребят снова провели к ракушке, по «улицам» подводного города, а как только те немного устали и на главную площадь. Но стоит заметить, что всё время, что они тут были, троица с рогами, а одна особа ещё и с крыльями, приковывали взгляды проплывающих мимо. — Надо же, а тут удобно, — разместившись отдохнуть, сказал старик. — А это ещё что? — спросил Коготь. — Статуя верховного короля Солнцесвета из другого мира, откуда пришли рыбопсы, — на автомате выпалил овчар. — Мы её недавно почистили! Как вам? — сразу же встряла Корал. В это время Солнцесвет заинтересовался, с кем же это у него одинаковые имена, да и столь необычные. — Надо же… — подплыв к статуе, задумался старший. — Да он же как я, но только в молодости. Лет так тридцать-сорок назад.       В это время патруль замялся: как бы им не проговориться, что это оказывается в другом мире есть их альтернативы. Гончик же пусть и немного волновался, но не стал зацикливаться на этом всём: магия на то и магия, что в ней ничего непонятно, так что сам Солнцесвет может и так, рано или поздно, поймёт, что к чему. — Ам, Гончик, тебя тут кое-кто зовёт на пару слов, — начала Корал, указав на Моби вдалеке. — Я скоро, — он поплыл к португальцу, обратившись к ребятам. Те и не собирались пока что уходить с площади.       Овчар заметил, что место для разговора пёс выбрал без лишних ушей: подальше от домов за камнями. Едва заплыв за них, он встретил настороженного рыбопса. — Ты что-то хотел? — спросил овчар. Тот сначала молчал и просто осматривал приплывшего от хвоста до головы, акцентируя своё внимание на крыльях и рогах. Полицейский уже хотел было переспросить, что не так, и только сейчас он понял, что же не так. — Это насчёт рогов и крыльев, я прав? — И не только, — сказал Моби. Сейчас он находился перед ним не как злодей, ищущий себе выгоду, а как обычный рыбопёс, который хочет исследовать неизвестное, что может как-то угрожать его дому. — Ладно, насколько я понял, тебя интересует, каким образом мой внешний вид поменялся, — начал овчар. — И почему я чувствую в тебе такую сильную магию, — продолжил Моби. Овчар немного удивился. Корал, кажется, говорила, что Моби хоть и владеет магией, но очень слабой, но не говорила, что он как-то может определять размеры магии. Да и ребята в том мире не говорили, что его магию настолько сильно… видно. Нет, он же читал в книге, что размеры магии фениксов и её многогранность в стихиях маги не ощущают! Тогда почему… — Давай по порядку. Мой внешний вид, как рыбопса, поменялся, вероятно потому, что сейчас в моём теле достаточно магии, которая отражает, кто я в том мире, — начал говорить на чистоту с рыбопсом он. — Сейчас ты спросишь, как я узнал так много о магии и разделении на расы в том мире, так? — Да. — Раз уж смысла от тебя скрывать ничего нет и рано или поздно ты узнаешь обо всём либо от ребят, либо от кого-то другого, давай обусловимся: ты держишь свой язык за зубами, а я делюсь с тобой тем, чем я бы не хотел с тобой делиться, — речь овчара приобретала черты угрозы. Моби не до конца понимал, что тот имеет в виду, однако возражать не стал. Наверняка Гочнику есть что скрывать, и как бы португальцу не хотелось, видимо большую часть их диалога придётся оставить неоглашённой остальным рыбопсам. — По рукам. Я не расскажу другим ничего выходящего из рамок, — проговорил собеседник. — Отлично. Тебе я могу сказать, что я тот, кто может попадать в тот мир, когда засыпает тут. Ты знаешь, кого я имею в виду? — начал овчар, присев на один камень рядом. — Нет, подобного я не знаю, — португалец не стал садиться и лишь скрестил руки на груди. — Я мироходец. В этом мире я бодрствую, а когда засыпаю здесь, просыпаюсь в том мире, откуда вы пришли. Таким я стал недавно, успокоюсь тебя, недели три назад, но уже достаточно знаю о магии и плачевном положении вашего мира из-за тёмного короля, — проговорил пёс. — Не может быть. Докажи, — сказал Моби. — Каким образом? А хотя, — сказал Гончик, протянув ему лапу. — Попробуй найти у меня пульс. У мироходцев его нет, потому что физически мы мертвы.       Рыбопёс сделал проще и просто докоснулся до сердца. Впрочем, так тоже можно было сделать. Не почувствовав ничего, тот в панике посмотрел на рыбопса. — Видишь, я не совсем обычный пёс. — Как такое возможно? — Магия помогает нам держаться «живыми», — сказал тот. — Сейчас не об этом. — Если… если у тебя есть рога и крылья, то значит, что в обычной твоей форме в том мире они тоже присутствуют, но… это невозможно! Всех фениксов убил тёмный король! — Как видишь не всех. Однако я тоже не знаю, как это возможно. На мне заклинание потери памяти. Меня нашли в лесу, до того момента я ничего не помню, — проговорил овчар. — Поэтому у тебя такая сильная магия, — сказал португалец. — Да. Но у меня к тебе встречный вопрос: как ты её почувствовал? — У меня есть слабая магия, так что я чувствую небольшие её колебания. Твоя чувствуется гораздо сильнее, чем магия других рыбопсов. Наши уже совсем слабы, так что вероятно, я так говорю в сравнении, — сказал парень. — Буду знать, что тут я так сильно выделяюсь. — А те двое, которые с рогами? Их магия слаба, но она есть. Они тоже эти… мироходцы? — предположил парень. — Нет. Они просто из поселения, где есть слабая магия, тоже фениксы в том мире, но об этом они не знают. — К-как? Живые?! — выпал в осадок португалец. — Не совсем. Ты ведь знаешь, что в этом мире собаки — альтернативы собак из того мира? — начал овчар. Моби начал мотать отрицательно головой, а потом до него дошло. Он молчал и не мог выдавить из себя ни слова. — Да, тебе лучше присесть, — полицеский сам усадил португальца на тот же камень, где сам сидел. — Да, приплывший сюда Солнцесвет — альтернатива верховного короля Солнцесвета из того мира, и крыльев у него нету, потому что там он тень. А Коготь… ты и сам понял.       Для Моби сегодня поступило слишком много информации в голову, а потому тот переваривал всё. — Тёмный король же ещё жив? Там, — проговорил еле пёс. — Да. — Ты сейчас в опасности, да? Или ты с ним за одно? — Я в розыске от него, но до такого уровня я ещё не опустился, — сказал Гончик. — И надеюсь, что не опущусь. — Мы чем-то можем тебе помочь в том мире? — проговорил Моби. — Какие-то наши артефакты, которые у нас есть, если они тебе нужны. — Мне ничего не нужно. Мы как-нибудь справимся с ребятами там и сами, — сказал Гончик. — Тебя готовят к битве с ним, — предположил Моби. Метко, надо сказать. — Я не хочу об этом говорить. — Ладно, ты и так сказал достаточно много. Спасибо, — сказал тот. — Я… правда, спасибо. Я не ожидал, что ты станешь разговаривать на такую тему со мной. Я же немного плохой, раз достаю вас своими пакостями. — Ничего страшного. — Я могу рассказать им в общих чертах твою ситуацию? Без подробностей, — сказал Моби. — Очень кратко, — проговорил парень.       На этом они и закончили. — Я постараюсь не донимать вас пакостями. Наверное, тебе тяжело пытаться спасать тот мир и этот, — начал португалец.       Овчар ничего не ответил, вернувшись к остальным. — Жаль у нас нету какого-нибудь водонепроницаемого фотоаппарата, чтобы сфотографировать эту статую. Бабушке было бы интересно глянуть на неё, — проговорил Коготь, смотря на статую, ведь все собирались уходить с этого места. — Бабушке я и так всё расскажу, — сказал немолодой овчар. — И про твоё поведение тоже. — А я про твоё.       Всех приглашали поиграть с большими жемчужина, перекидывая их, как мячи. Все принимали участие, а самый старший иногда лишь отталкивал их, по большей части находясь в стороне.       Так и прошёл их вечер. Когда им уже скоро нудно было уходить, ребята решили попрыгать из воды около корабля, а после направиться по домам. А овчар решил протестировать свои крылья. — Давайте кто выше? — предложил Рокки. — Давайте! Я буду судьёй! — сказала Корал, уже немного отплыв в сторону. — Тогда я первая, — сказала Скай. Она нырнула, чтобы взять разгон, а после выпрыгнула из воды, достаточно высоко. — Достаточно высоко, — проговорила судья. — Дальше! — Давайте я, — полицеский просто хотел прыгнуть, а потом в стороне попробовать полетать по водой. Это же будет так работать? Постаравшись изо всех сил, он прыгнул примерно так же, как и Скай. Впрочем, если бы все они почаще тренировались такому, они бы прыгали гораздо выше, как настоящие рыбопсы. — Практически так же. Следующий!       Ребята поочереди прыгали, а Райдер и Солнцесвет немного болтали в стороне. Коготь просто смотрел на эти соревнования.       Немного отплыв в сторону, овчар занырнул. Подвигав крыльями, он распрямил их, а после снова сложил. Начав разгоняться, парень уже готовился раскрыть крылья при прыжке. Вот тело уже оказалось над водой, а небольшие крылья помогали ему планировать. Пролетев подобным образом приличное, тот впечатался лицом в корабль. Все обратили на это внимание, а Коготь начал смеяться. — Это не смешно, — приплыв к источнику смеха, сказал овчар. — Ещё как, — успокаиваясь, проговорил доберман. — А что произошло? — недоумевал почти каждый.       После рассказа от голубоглазого зрителя, все немного посмеялись, а после закончили их соревнание: — Видали? Я выше всех умею прыгать! — гордился своим достижением дворняга. — В следующий раз я тебя перегоню по высоте! — проговорила Скай. — Ещё посмотрим, — сказал Рокки.       Уже потом все из патруля вернулись на корабль, а Солнцесвет и Коготь так же прошли через портал к тому пруду откуда они и начали свой путь сюда.       Ребята попрощались со всеми, а после, вернув Камбалу к месту, откуда и брали, пришли на базу, отправившись к кроватям.       Так и прошёл их насыщенный день.