Вечность в твоих глазах.

Твоя роза так дорога тебе, потому что ты отдавал ей всю душу.

Деревенька, хоть и была не слишком большой, и если честно, ничего интересного в ней особо не было, но переночевать мы нашли где. То был самый приличный на вид и более менее большой дом. Принадлежал он одной бабуле со взрослым внуком, который, собственно, и содержал семью. Стоило предложить деньги и нам гостеприимно открыли дверь, впуская внутрь. Бабуля была такая старенькая и сухонькая, что когда она двигалась был страх, что она надломится, подобно тростинке. Но, к счастью, мои мысли не воплотились в реальность и она вполне себя нормально чувствовала на свой возраст. Пускай этого и не требовалось, но Хиери был первым, кто вызвался немного помочь по дому, а после, беря с него пример, привлеклись к делу и мы двое. Отчётливо в спину донесся довольный хмык Шисуи, а вот я была больше удивлена, что Хиери так хорошо занимается домашними делами. — Я еще готовить умею, — едва заметно порозовевшие уши выглянули из-под черных волос. Он отвернулся, пряча лицо, и более активно принялся оттирать тряпкой давным давно засохшую грязь. Тамаки уважительно присвистнул. — Ну, не то, чтобы это было какой-то удивительной вещью, но… — Ой, да ладно тебе, я, например, умею только самое простое - пожарить мясо с овощами, Кагами, ну, кхм… — он вдруг неожиданно закашлялся, напоровшись на мой заинтересованный взгляд, — ну, она… она, конечно, получше меня готовит, да… Я гордо задрала нос к потолку, глянув на него со всевозможным высокомерием. — Дядя постоянно в участке, занят работой, да и не сказать, что он тоже любит всем этим заниматься, — задумчиво произнес Хиери и вдруг замолк. Мы с Тамаки заинтересованно переглянулись. Конечно, послушать про другую сторону жизни Хиери, которую мы не могли видеть, было очень интересным и любопытным делом, но он редко чем делился. Он вообще удивительно скрытный, если так подумать. Но, возможно, это я так считала? Может Тамаки и Хиери, как мальчишки, были более близки, чем я с ними. Это было даже немного обидно. Вдруг заскрипела старая лестница, ведущая на второй этаж. Этим она, конечно, не особо отвлекла нас от разговора, но последовавшие за этим скрипом слова появившейся Кимико привлекли наше внимание. Будто набрав побольше воздуха в грудь, она начала: — Это какой-то кошмар! — раздражительно и презрительно начала она. Мы трое выглянули из кухни, в которой прибирались, и увидели не самую приятную картину, происходящую в коридоре. Возвышаясь над бабулей, Кимико начала свою шарманку, вымещая на той свою злость и негодование. Ну, конечно, путь оказался не близким и не легким. Летняя жара в стране Огня была сильнее, чем в стране Чая. Температура воздуха иногда достигала градусов сорок и, если честно, мы все бы вздохнули с облегчением, оказавшись дома, или владей хоть один из нас какой нибудь универсальной охлаждающей техникой. Но мы были в дороге. Ужасные насекомые, жара и ни единого намека на дождь. Чем больше мы приближались к Стране Чая, тем легче нам становилось. Тут погода не была настолько беспощадной, но к, нашему ужасу, была более влажной и оттого казалась какой-то удушливой. Но, может это от того, что мы в целом уже достигли нужной кондиции и изнемогали от усталости. Кимико, очевидно, не была готова к подобному. Карету всю дорогу трясло, требовались постоянные передышки, она жаловалась то на головную боль, то на то, что ей надоело сидеть. То к ней заползет насекомое, то от ее мужа, который не принимал душ вот уже несколько дней, начало дурно пахнуть, пока она сама спасалась духами и еще чем-то, что я бы не хотела знать. Вообще-то, мы тоже не были готовы к такому. Ну, то есть не так. Мы были готовы, потому что нас учили этому в академии, но одно дело знать в теории и другое, когда проходишь на практике. Хотя и практика была, но мы никогда далеко от Конохи не уходили. А тут много дней и почти без перерыва. Вот уж райская жизнь. Уже никто особо не был рад серьезной миссии, потому что миссия, вот уж неожиданность, оказалась слишком скучной и длинной. — И в такой ужасной, отвратительно грязной комнате ты предлагаешь нам ночевать? Ты что же, не знаешь кто я такая? Так ты проявляешь свое уважение к достопочтенным гостям?.. — продолжала она кричать и бабуля с каждым словом съеживалась от страха все больше и больше. На лице у нее возник испуг и взгляд ее забегал. Не зная, куда смотреть, но лишь бы не в глаза этой мегере. Я недовольно нахмурилась. Я бы полезла защищать эту бабулю, пока ее не хватил удар, но я также не знала, как наиболее дипломатично это все уладить, так как и переходить границы и грубить тому, кто тебя нанял… — Уважаемая Кимико-сан, — вдруг раздался голос Хиери, который вышел из-за наших спин, и вступил в разговор, прерывая ее крики, — вы сами прекрасно знаете, что этот дом лучший, который нам попался в этой деревне. И даже, пускай он не оправдывает ваши ожидания, спать под крышей и в мягкой постели лучше, чем на улице. Вы так не считаете? Лицо ее искривилось, когда она увидела кто ее прервал. Она раскрыла рот, чтобы теперь вылить порцию своего негодования на него, и то только-только начала, как почти сразу ее прервали: — Помолчал бы! — Хиери-кун верно говорит, — согласился Шисуи, появившийся как нельзя вовремя, — пожалуйста, не кричите на бедную старушку. Тот положил ладони на плечи бабули, едва ощутимо похлопав и послав той успокаивающий взгляд. — Капец она стерва, — произнес Тамаки первым делом, когда конфликт был улажен и все разошлись по своим уголкам. — Тс, — шикнула я, видя, что Шисуи зашел вслед за нами на кухню. Ну и, конечно, он его услышал. — Соглашусь с тобой, Тамаки-кун, — улыбнулся Шисуи как ни в чем не бывало. Он весь выглядел таким невозмутимым и совсем не затронутым произошедшим, пока мы все едва ли не кипели от злости. Пусть кричали не на нас, но мы все это время терпели ее капризы и это уже откровенно бесило. — Сенсей, вы ведь такой популярный ниндзя, почему вы терпите ее поведение?! — воскликнул Тамаки. На самом деле нам всем это было интересно. Одно дело мы, сопливые генины, а другое он. На детей впринципе и орать не страшно, да и некоторые считают, что полезно… Шисуи просто пожал плечами, плюхнувшись на свободный стул. Потянулся за яблоком, стоящем в вазе, но, вопреки ожиданиям, не стал его есть, а просто начал играться с ним, кидая из одной руки в другую. — Ну, на самом деле меня особо не трогает, что она говорит. Знаешь ли, Тамаки, если бы люди психовали на каждую мелочь и выходили из себя, мы бы были ничем не лучше бешенной собаки. Во-вторых, если бы шиноби грубили и угрожали простым жителям, разница между шиноби и бандитами буквально стерлась бы. Мы с Хиери переглянулись. Он крутой. Ночь была спокойной и тихой. Наконец-то я лежала на относительно мягком футоне. Правда, втроем пришлось вместиться в один уголок и стащить футоны в одну кучу. Потому что нас было трое, а свободных футона два. Шисуи, по идее, тоже должен был спать с нами в одной комнате, но он лишь сказал нам отдыхать и взял дежурство на всю ночь, и сейчас кажется, читал что-то внизу. — Эй, Кагами, — раздался шепот Хиери и я вздрогнула, потому что думала, что он уже спит. Он лежал без движений вот уже пол часа. Но сейчас, подав голос, он чуть развернулся и повернул голову в мою сторону. Вперив ясный и спокойный взгляд, без малейшего намека на сонливость, он все также шепотом спросил, когда поймал мой вопросительный взгляд: — Тебе нравится Шисуи-сенсей? Глаза мои чуть не выпали. Я так удивленно их распахнула, уставившись на него в упор, немигающим взглядом. Одновременно чувствовала как беспокойно забилось сердце, предательски быстрее после прозвучавшего вопроса. Чувство было, что одновременно с этим начало припекать уши. — Ч-чего? Проклятье. Этот вопрос выбил меня из равновесия. — Я давно заметил… возможно, так было с самого начала? Ты ведь знакома с ним даже дольше, чем со мной… — О чем ты вообще говоришь? — свистящим шепотом задала вопрос я, чуть ли не привстав с места. — Ты на него странно реагируешь. — И ты решил, что я в него влюбилась? — возмутилась я. Но его было не обмануть. Точнее, казалось, чтобы я не выдала и как бы не отреагировала, его было не переубедить. Хиери был в этом слишком сильно уверен. — Ты смотришь на него когда он не замечает. Да и если замечает, тоже смотришь. Этот взгляд особенный. Я его хорошо знаю. — И откуда же, скажи мне на милость? — ворчливо отозвалась я, уводя взгляд на потолок. Хиери просто проигнорировал мой вопрос, правда, сдержав паузу. Казалось, он хотел ответить, но в итоге передумал. — Ты слишком нервничаешь когда он обращает на тебя внимание. И все же… думаю, ты любишь его с детства. Слишком давно… — он начал говорить как-то невнятно и непонятно для меня. Сердце мое от чего-то сжалось. Но я не хотела признавать его правоту. И задумываться о его словах я тоже не хотела. Но, тем не менее, я у него спросила: — И все? Только поэтому? Мне донеслось напряженное молчание. Не став дожидаться ответа, я решила задать заинтересовавший меня вопрос. — Что для тебя любовь, Хиери? Казалось, прошло много минут, прежде чем он ответил. Я думала он вовсе не станет отвечать, решив таким образом закончить разговор, но он, как оказалось, просто обдумывал ответ. — Она просто есть. Эта любовь к какому-то человеку. Кажется, что это очень важный человек, который приносит успокоение одним своим появлением. Этот человек тебя волнует, ты хочешь о нем заботиться, ты хранишь любую мелочь, относящуюся к этому человеку. Будь это подарок или время, которое вы вместе провели… — Ого, — прошептала я, возвращая взгляд с потолка на него, и напоролась на его болезненный взгляд. Он показался в этот момент мне слишком уязвимым, тонким. Казалось тронь и он пойдет трещинами, и никакой супер клей не поможет. Но то был всего лишь обман зрения и я решила убедиться в этом, подняв руку, направив ее к его лицу и мягко, почти невесомо коснуться кончиками пальцев к его щеке. Ресницы его затрепетали, он как-то покорно прикрыл глаза и я почти тут же отдернула руку. Он так и не дождался полноценного прикосновения которого, казалось, сильно ждал. А я просто испугалась. Ему было всего двенадцать, а он смотрел так, как не каждый мужчина смотрит на свою женщину. Как будто он… … влюблен. Давно и безнадежно. И я это тоже, в конце концов, поняла. Я тускло улыбнулась ему и ответила: — Значит, ты ошибаешься, Хиери, ничего из этого я не чувствую к Шисуи. Тот не шелохнулся. Только моргал и смотрел на меня, не сводя взгляда долго тянущиеся минуты. И я тоже в ответ. Не отводила, не могла или не хотела, сама того не знаю. Чувствовалась грусть, потому что… Губы его беззвучно зашевелились: — Это пока. После этого он отвернулся от меня, уткнувшись в стену, и больше не подавал голоса. А я теперь, благодаря ему, потеряла даже намек на сонливость. Долгое время я рассматривала потолок и мысли мои волей не волей вертелись вокруг его слов. Хиери развит не по годам. Возможно, смерть родителей и сделала его таким. Слишком вдумчивым, слишком серьезным, взрослым. Этого не было видно за его тихим и спокойным характером, учитывая, каким зажатым он мог быть. Это в команде он привык и чувствовал что свой. А среди чужих он… А его описание любви? Признаться, у меня у самой сердце от его слов затрепетало. Но… Я так и не заметила как заснула, погруженная в эти тяжелые мысли. — Детишки, подьем! — раздался вдруг громкий голос над ухом. Я мгновенно расспахнула глаза, беспокойно заметавшись в поиске источника шума. Это был, как и ожидалось, Шисуи, стоявший возле дверей. Я уткнулась взглядом на его отвратительно бодрое лицо, в котором не было даже намека на бессонную ночь, и тяжело вздохнула. Тамаки страдальчески замычал. — Сенсей, почему вы такой жесто-окий… Раздался по-истине злодейский смех. — Однажды ты поймешь, Тамаки, — деланно таинственно произнес сенсей, а после заговорил: — Что ж, сейчас раннее утро. Собирайтесь, сделайте все необходимые дела, и часам к десяти мы двинемся в путь. Перед тем как уйти он остановил свой внимательный взгляд: — Все в порядке, Кагами? Я удивленно вздрогнула, непонимающе воззрившись на него. — Вроде да. Он кивнул и ушел. А я ощутила, как на меня с двух сторон уставились. — Знаешь, по утрам ты такая красотка… — захихикал Тамаки и я криво улыбнулась, поднимаясь с места и направляясь в ванную. Мир был все таким же, как и вчера. Разговоры, негромкий смех товарищей и даже спина маячащего впереди Шисуи — тоже самое. Но я была уже какой-то не такой. Взгляд мой теперь автоматически направлялся в сторону Хиери, иногда разглядывая его, но больше просто будто в попытке пролезть в его голову, узнать его мысли. О чем он думал, когда вчера говорил? Он ожидает от меня ответа? Должна ли я ответить ему? Или он просто… сказал, чтобы сказать? Как сказал бы Шикамару, великий мудрец и сборник цитат: «Это так геморно». Но я не могла так назвать чувства моего лучшего друга. А был ли он мне когда-либо лучшим другом? Стоит признать, что я испытываю проблемы в оценке своих взаимоотношений с окружающими. К концу дня мы снова ночевали в лесу. И теперь мне не свезло с очередью на дежурстве. В середине ночи. Поэтому всеми силами я улеглась на свой спальный мешок, сомкнула веки и замерла, изображая мертвого опоссума. В целом и ночное дежурство, и следующий день, и последовавший за ним другой день, прошли на удивление спокойно и без происшествий. Тамаки даже жаловался на скуку. Кимико и Гараси продолжали наседать на уши Шисуи. В такой атмосфере мы прибыли в столицу страны Чая. Страна Чая — как ни удивительно, известна своими чайными домиками. Вообще, это довольно развитая и хорошая страна, в том плане, чтобы тут жить. Раз она популярна чайными домиками, логично, что тут выращивают большое разнообразие чайных сортов. И мы даже видели эти поля на несколько гектаров по пути. Окруженная морем, она также богата морепродуктами. В общем, стоит задуматься о том, чтобы провести здесь старость. Ну, или, как минимум, открыть свой бизнес. Кимико-сан действительно оказалась аристократкой. Из довольно богатого клана. Когда мы, наконец, прибыли в столицу и увидели особняк, то у половины точно вывалилась челюсть. Выполненный в японском стиле, с изящно изогнутой крышей двухэтажный дом. Окруженная каменным забором, она скрывала от посторонних вид на очень красивый сад, и тут даже была беседка. Мы с Тамаки переглянулись. — Неудивительно, что она столько жаловалась в пути, — прошептал мне в ухо Хьюга, — если она всю жизнь жила в такой роскоши, то любой загнется в крендель с непривычки. Я беззвучно хмыкнула. — Проходите, уважаемые ниндзя, — взял слово Гараси-сан, в то время как его жена, спустившись с кареты, состроив высокомерное выражение лица, чинно прошла вперед. — Добро пожаловать в имение семьи Коидзуми! — Я все еще думаю, что Гараси-сан слишком нормальный для нее, — хихикнул Хьюга, сказав это в пол голоса. Я понимающе кивнула, но больше не выдавила из себя ни слова, оторвавшись чуть вперед. Хотелось хотя бы присесть… В спину мне раздался тяжелый вздох Хиери. — Чего это вы такие молчаливые, ребята, а? — возмутился Тамаки, — я тут, значит, пытаюсь всем поднять настроение, а вы тут кисните… — Да кто тебя просил, — вяло отбился Учиха и ушел. Прямо как полагается по сюжету я не особо с ним разговаривала с той ночи. Ну, в свое оправдание скажу, что я вообще не особо болтала в эти дни и Шисуи даже слегка подозрительно на нас косился, но благоразумно не лез. Теперь, когда мой лучший друг признался мне, я не знала, что мне с этим делать. Ну, он не признался мне прямо? И я могла бы проигнорировать. Но догадка всплыла так ясно и четко, что не получалось. Его поведение раньше и его слова в тот момент — все так удачно сложилось в одну мозаику, что глупо было обманываться дальше. В общем, да, мне было слишком неловко с ним разговаривать об этом, но и делать вид, что все в порядке я не могла. Одновременно было легкое чувство вины за свое глупое поведение и в любой другой ситуации я бы просто спряталась в своей берлоге и разложила бы все свои мысли на бумагу. Так я часто делала. Помогало приводить свои чувства в порядок. А вообще все было слишком очевидно и оттого немного грустно. Я не могла ответить на его чувства взимностью. Но я слишком дорожила им, и мысль, что мне придётся сказать ему об отказе прямо, а потом пытаться разговаривать с ним, как обычно, игнорируя его возможную душевную боль или, наоборот, вдруг он не захочет больше быть моим другом? С глаз долой, из сердца вон, или что-то на подобии? И от того, что я его постоянно видела, я не могла не беспокоиться о нем, делая все еще хуже. Гараси-сан, неожиданно привязавшийся к Шисуи, не смотря на ворчание своей жены, пригласил нас в дом покушать, а нашего сенсея выпить с ним. Слуги при виде своих господинов, подобно потревоженному рою пчел, начали бегать по особняку, подготавливая все необходимое. По крайней мере, до вечера мы должны были оставаться тут. Но оказался среди, казалось бы, неприметных слуг, один мальчишка, непонятно чем выделявшийся и сразу бросившийся нам на глаза. По крайней мере потому, что он встретился нам сразу у входа. Тот встречает Кимико и Гараси входящих в поместье, слегка склонив голову, но не опуская взгляд, и весь его вид так и выражает непокорность и непримиримость. — Приветствую вас… — начинает он, опуская подбородок ниже и пряча за прядями волос недовольный взгляд, но стоящий подле него старик недовольно ворчит и, положив ладонь на затылок, начинает его ругать: — Несносный мальчишка! Сколько тебя учить?! — продолжая держать его за голову, отчего мальчик все больше и больше закипает, старик привествует хозяев как нужно, и когда сам кланяется одновременно заставляет и его исполнить поклон. Кимико просто высокомерно кивает, между делом отдавая какой-то приказ, а Гараси-сан расплывается в добродушной улыбке и неожиданно останавливается перед ним. — Ну-ну, Итидзи-сан, не будьте так строги с мальчиком, — он аккуратно убирает руку с головы своего слуги, а потом сам, аккуратно положив ладонь ему на макушку, ласково треплет того за волосы. Мальчик на это только жмуриться. — Как поживаешь, Сора-кун?.. И если мы отреагировали лишь немногим интересом, потому что мальчик был нашим ровесником на вид, то Шисуи при его виде неожиданно весьма цепко окидинул взглядом. И, если честно, в каком-то плане я понимала причину. Как сенсор, я первая уловила его неприятную и в каком-то смысле "злую" чакру. Смутно она кажется мне знакомой, но будто бы я чувствовала ее очень и очень давно, а может я и ошибалась. Обычный на вид мальчик. Довольно длинные волосы, подстриженные в каре. Сам цвет волос какой-то непонятно синий, то ли серый. Одетый в обычную одежду. Разве что только рука у него вся перевязана. И именно эта рука вызывала вопросы, потому что в ней было сосредоточенно чакры больше, чем следовало. Я была уверена, что впервые в жизни вижу его, но было в нем что-то, что вызывало знакомое ощущение. И уже это автоматически как-то вызвало во мне интерес к нему. Но, в отличие от меня, парням он сразу не понравился. Впрочем, как я поняла, и Шисуи он по каким-то причинам не пришелся по душе. — Уф, отвали от меня старик, — ворчит этот самый Сора старику Итидзи когда Гараси-сан уже уходит по своим делам. Нас распологают в две отдельные комнаты, одна для Шисуи и одна для нас, и это меня удивляет. Какой щедрый у нас заказчик… Наблюдение за Сорой оказывается самым интересным занятием на этот день. Вообще, я все пытаюсь разгадать чем же он напряг Шисуи, хотя тот после ни словом, ни делом ни на что не намекнул. Но за ужином он все-таки поднял о нем разговор. — Ох, Шисуи-кун, попробуйте это саке! Я хранил его для особых случаев, хаха… С раскрасневшими щеками и под презрительный взгляд своей жены забитый муж, неожиданно, под градусом оказывается очень разговорчивым. Я все еще убеждена, что он чувствует себя одиноко, потому что с женой у него, очевидно, не самые лучшие отношения, и, не смотря на целый дом слуг, поболтать с кем-то по душам у него, видимо, не с кем. — Не стоит, Гараси-сан… — пытается отбиться Учиха, но тот, покачав головой, мотает указательным пальцем. — Не волнуйтесь, на особый случай у меня много саке… одним больше, одним меньше, какая разница?.. Мы все выглядим немного офигевшими от этого приема. Стол ломится от блюд. Кимико, оказавшись в родном доме, наконец, более-менее успокаивается и не спешит жалить словами, разве что не скупится на неприязные взгляды, да губы поджимает. Но ест не спеша и полноценно. Да и, честно говоря, сейчас я ее понимаю. Шисуи все больше и больше выдавливает неловкий смех и, что забавно, пока ее муж все больше и больше сгибается в его сторону, он, наоборот, отодвигаться чуть дальше, пока уже не оказывается ближе ко мне. — Расскажите, Гараси-сан, этот Сора, где вы его нашли? Парень кажется весьма интересным, — пробует закинуть удочку Шисуи. То ли действительно интересуясь, то ли пытаясь так сменить тему. И я, тоже навострив уши, принимаюсь слушать. – А? — Гараси-сан прерывается на середине дела, замирает с сжатой в руках посудой, наполненной жидкостью. В начале будто не может вспомнить кто же такой этот Сора, а потом понятливо кивает: — Ах, этот мальчик!.. Жаль его, на самом деле. Так мал, а уж, видимо, повидал не мало лишений. Я наткнулся на него пару лет назад во время своей очередной командировки в страну Огня. Мальчишка был в тяжелом состоянии и совесть не позволила мне так его оставить. Так и остался у нас. — В стране Огня, говорите, — задумчиво протянул Шисуи, едва заметно кивая. — Ясно, ясно. — А что? Вы его знаете? — Вовсе нет, — улыбнулся Шисуи как ни в чем не бывало, — просто интересная личность. Гараси понятливо кивнул и, отчего-то дрожащими руками, положил саке на место: — Что-то я перепил… Кимико со своей стороны в очередной раз бросила на него раздраженный взгляд. Во сне Тамаки имел привычку говорить. На самом деле это было забавно, если, конечно, сильно постараться понять, что именно он несет. Лежа на жестком футоне и привычно за эти последние дни не имея в глазах и намека на сонливость, я задумчиво разглядывала полную луну, светившую мне прямо из окна. Тонкая полоска света, проникая в комнату, слабо освещала все находящееся тут. Время от времени небо закрывали тяжелые на вид тучи. Полнолуние казалось в эту ночь каким-то жутким, нагоняя зловещее предчувствие. И, словно в подтверждение моим подозрениям, раздался странный звук. Будто глухой удар. Я будто бы ждала этого, потому что более не имея желания продолжать лежать мгновенно поднялась и, беззвучно ступая босыми ногами по полу, спустилась вниз по лестнице, а потом снова звук повторился, будто подсказывая, и я направилась в сад. Весь дом спал. Глубокая ночь уже давно наступила, поэтому шум был более чем подозрительным. Распечатав из нательной печати танто, я высвободила лезвие из ножен. Тратить время на поиск обуви в темноте не было желания и я так и вышла на улицу с голыми пятками, благо, хоть спала во время миссии все также в походной одежде. Тут действительно кто-то шастал. Поэтому, не размениваясь на расшаркивания, я выскочила с занесеным на перевес оружием, не утруждая себя лишними словами или каким-то боевым кличем, должным предупредить о моем появлении. Кто бы это не был, но он имел достаточно хорошую реакцию, потому что он сразу развернулся ко мне, выдвинув свою конечность и встретив ею лезвие танто. Вопреки моим ожиданиям, лезвие не отрезало ему руку, несмотря на то, что я замахивалась со всей силой. Будто бы вместо конечности у него была сталь, он спокойно удерживал руку и даже не поморщился. — Ты еще кто?! — раздался знакомый голос и тут, так кстати, выглянула луна, слабо, но освятив улицу. Я взглянула в лицо своего оппонента и с долей неловкости узнала в нем нового знакомого. — Ох, прости… — только и смогла выделить неловко, тут же отпрыгивая в сторону. И не зря, потому что не иначе, как по инерции, он замахнулся этой рукой в то место, где я стояла, и оставил внушительную вмятину. Ого. Конечность у него ощутимо отличалась от другой. И была перевязана вся бинтами, что и клочка кожи не увидеть. Но, судя по увиденному, вовсе не от раны он ее скрывал под бинтами. Она отличалась и размерами, была как-то крупнее на вид. — «Ох, прости?» — взбеленился он. — Нападаешь в чужом доме на их обитателей! И это хваленный шиноби Конохи? Чего ты тут шастаешь по ночам, а?! — Этого хотелось бы спросить и у тебя, — вполне миролюбиво отозвалась я, хотя взгляда это не коснулось. Продолжая внимательно смотреть на него, я убрала танто обратно в печать. — Я услышала шум и подумала, что кто-то проник сюда. — У тебя что, паранойя? — хмыкнул Сора, складывая руки на груди, — кому могло понадобиться пробираться сюда? На его замечание я не стала ничего отвечать. Какаши бы, наоборот, похвалил мою реакцию. Хотя, наверное, все же не стоило выпрыгивать из угла ни в чем не разобравшись. Как черт из табакертки. Я слабо улыбнулась. — Действительно, прошу прощения. Но, вижу, ты не пострадал. Это радует. И действительно, мысль, что конечность у него, видимо, отсутствует и вместо него протез, надежно закрепилась в моей голове. Ну, или он умеет просто мастерски укреплять ее чакрой, что она подобна камню. Потому что ни намека на кровь на бинтах не проступило. — На твое счастье, — очевидно, не чувствуя радость от моего внимания к его руке, Сора стал ощутимо неприветливый и забурчал: — Раз убедилась, то проваливай отсюда. Я мирно приподняла раскрытые ладони. — Давай познакомимся? — Зачем это тебе? — Просто, почему бы и нет? Он был весьма недоверчивым и недружелюбным. Хотя с чего бы? Точнее, да, есть с чего. Я же на него с лезвием кинулась, собираясь прирезать. Мде. Неловко. — Меня зовут Кагами, — отозвалась я первой, так и не услышав от него ответа, — я из Конохи. — А то я не понял, — пробурчал тот, — меня зовут Сора. Все. Довольна? А теперь проваливай… — Хн, ты довольно интересный, — как ни в чем не бывало отозвалась я. Он начал раздражаться. — Да что тебе от меня надо? — Я же сказала: познакомиться, — деланно мило улыбнулась я. — Мы уже познакомились. — Нет, это не совсем так. В итоге он смирился и терпел мое присутствие довольно долго. Он возобновил свой шаг и направился туда, куда, видимо, изначально направлялся. Чтобы… как ни удивительно, начать ухаживать за цветами. — Зачем ты делаешь это ночью? — Меня это успокаивает. Я кивнула. — А днем ты чем занимаешься? — Работаю мальчиком на побегушках. Я снова кивнула. — У меня есть одноклассница, которая занимается цветами. На самом деле, у ее семьи даже есть цветочный магазин. Я думаю, тебе было бы интересно. Сора не подавал виду, что прям внимательно слушает, но на некоторых местах я отчётливо слышала от него хмыки и тихие смешки. — У тебя есть друзья? Спросил он вдруг. — Друзья? — Да. — Есть. Помимо моей команды есть Гай-сан, Ли, а еще Наруто… Наруто мне как брат, на самом деле мы родственники? Но не знаю, близкие или дальние, никак не было интереса проверить. Видно было, что Соре и интересно, и одновременно как-то неприятно про это все слушать. Я вдруг поняла, что, видимо, у него самого ничего нет. Даже этот дом… — Коноха, на самом деле, хорошее место, — вдруг заговорила я, — когда я туда попала у меня были довольно мрачные ожидания, но спустя столько лет, оборачиваясь назад, неожиданно понимаю, что это место стало мне домом. Удивительное место, на самом деле, там какая-то то ли особая атмосфера, то ли аура… Сора просто задумчиво слушал. Вытягивать из него ответы пришлось клешнями. Но, рано или поздно, любой сдается под моим напором. И он тоже не будет исключением. — Дом… Через пару часов начался рассвет. Еще через некоторое время мы засобирались в путь. — Ох, как я рад… — бормотал Тамаки, не имея возможности просто ровно постоять пару минут. Он все косился на выход с тоской, но увы, увы. Хиери отошел и сейчас с умиротворением созерцает сад, пока Шисуи прощается с Гараси-саном. Очевидно, у них любовь. Кимико в такую рань спит. Я, не смотря на бессонную ночь, чувствую себя бодрой, но возникает легкое ощущение сюрреалестичности в реальности. Последние дни сон совсем плохой. Долгие переживания из-за отношений с Хиери не принесли ничего, кроме моральной усталости и легкой истощенности. Но, к счастью, шиноби как-то так вот устроены, что они намного выносливее обычного человека. Да и я в том возрасте когда энергии через край, что не спать несколько суток кажется обычным и легким делом. На самом деле это, конечно, плохо, но давайте честно – работа шиноби подразумевает, что ты иногда не спишь и не ешь по несколько суток, возвращаешься домой, восполняешь энергию, а потом снова повторяешь этот забег на истощение. В любом случае, разговоры с Сорой меня здорово отвлекли. Я просто болтала все, что приходило в голову, не задумываясь о том, что он подумает, что я странная. Да и видела я его в последний… — Стойте! — вдруг выскочил тот, о ком я только что думала. Все в миг перевели свое внимание на него. А он торопливо зашагал в моем направлении. За спиной у него висел походный рюкзак. Сам он был тоже одет по другому, нежели то, что должны носить слуги. Даже Хиери, привлеченный голосом, заглянул обратно. Замерев напротив меня, Сора устремил на меня прямой и полный уверенности взгляд: — Возьмите меня собой. Я хочу в Коноху. А? — Хочу увидеть твой дом, — он неожиданно улыбнулся мне. Я ошеломленно уставилась на него, в этот момент не замечая недовольные взгляды сокомандников. — Хм? — удивился Шисуи, — ты уверен, Сора-кун? Путь довольно не близкий. Ты действительно хочешь преодолеть такой путь, просто чтобы посмотреть? Не говоря уж о том, что мы не можем тебя просто забрать… — Страна Огня моя родина, там я родился… — нехотя выдавил он, — и я умею обращаться чакрой. Я могу быть вам полезен и… есть еще кое-что… Чтобы он не хотел сказать, мы не узнали. Гараси-сан неожиданно подал голос: — Возьмите его с собой. Я заплачу вам. Мы все вообще перестали понимать происходящее и просто уставились на него. У него что, так много лишних денег? Ну, сумма могла быть чисто символической… — Сора-кун стал мне как родной. Я не могу не понимать, что в этом доме ему слишком тесно. Тут не его место, он явно может достичь больших успехов, нежели уборка дома… — Во дела, — выдавил Тамаки. — Раз так, то я не могу отказать, — ровно произнес Шисуи и не было понятно - он против этой затеи, все равно ли ему, или он этого и добивался, ведь не зря он им интересовался вчера. Лицо его не отражало ничего из этого. Таким образом мы отправились обратно, с пополнением в наших рядах. — Ты меня поразил, — сказала я ему спустя некоторое время, когда мы уже окончательно попрощались с домом заказчиков и направились в путь. Сора только кивнул. — Ты же поэтому рассказывала про Коноху. Что она стала тебе «домом». Я медленно кивнула, не сводя заинтересованного взгляда. — И я захотел также. — Вы только поглядите на них, — раздался ворчливый голос Хьюги и я обернулась назад, чтобы напороться на две пары глаз, внимательно смотревших на нас. Они оба шли чуть позади, а мы ближе к Шисуи, который, похоже, пребывал в блаженной тишине и молча радовался этому. Все таки, каким бы открытым на общение он не казался, он тоже был не из самых болтливых. А Гараси постоянно вытягивал его в различного рода обсуждения. — Нашла себе нового знакомого, и мы сразу оказались за бортом, да? — обидчиво ткнул Тамаки и Шисуи перевел на нас заинтересованный взгляд, искрящийся весельем. — Не говори ерунды, — шлепнула его по руке и со вздохом признала: — вас мне никто не заменит. Едва не закатила глаза, говоря это, но, очевидно, именно этого и хотел услышать Тамаки, судя по довольной улыбке. Он закивал головой. — То-то же, не забывай этого. — Да кто даст, — хмыкнула я