Часть 5

Чем раньше поставишь точку в таких отношениях, тем будет проще всё оставить и забыть. Поэтому мы с Хёнджином больше не общались в последние дни. Ну, а ещё, наверное, потому, что он меня целенаправленно игнорировал. Придурок Хван Хёнджин. Слышала, что океан уносит все невзгоды. Сейчас, сидя вот так на берегу, я ощущаю его как какую-то немыслимую, огромную силу, что помогает мне чувствовать себя лучше. И правда, кажется, что волны уносят вслед за собой всю печаль и грустные мысли. Погода к концу недели совсем испортилась, хотя сейчас только сентябрь. Сыро, сильная влажность. И небо такое некрасивое, не как в фильмах – оранжевое. А это наш последний день отдыха, за ним неделя работы и возвращение в не менее сырой и влажный Нью-Йорк. Кто-то занимает рядом стоящий шезлонг. В надежде, что до меня снизошёл Хван, поворачиваю голову к соседу. Облом – это Крис. Сел и со скучающим видом смотрит в книгу. – Знаешь, я как будто физически ощущаю, как мои мысли сливаются с волнами. Пора обратиться к врачу, да? – Нарушаю молчание. – Да нет, люди часто приходят к воде, чтобы наполниться вместо ненужных мыслей спокойствием. – Отложив книгу на песок, отвечает Крис. – Как же хорошо здесь. Иногда нужно просто вот так поставить свою активную жизнь на паузу, уехать к морю и сидеть и наслаждаться моментом. – Да! – Воодушевляюсь я, чуть ли не подпрыгивая на шезлонге. – Я обязательно прилечу к вам сюда ещё, и мы снова поедем к морю! Кажется, я люблю море! Крис заливисто смеётся. Помню, как он говорил, что очень радуется тем редким моментам, когда я в хорошем настроении. Но я правда чувствую себя счастливой даже в такую холодную сырую погоду, даже с неприятным оранжевым небом, даже поругавшись с Хваном. Надо подумать над покупкой дома у океана. – Боже, мелкая, ты сидишь здесь целыми днями, как ещё не отморозила себе ничего? Пойдём давай обратно. – Ну нет, давай ещё посидим тут немножко, – упрашиваю я. Упираюсь ногами в шезлонг, обхватив себя руками за колени, и кладу на них подбородок. Крис копирует мою позу, и мы продолжаем любование остатками некрасивого заката, – закат, конечно, сегодня до ужаса страшный, – наконец озвучиваю свои мысли, и мы одновременно начинаем смеяться. Посидев со мной ещё немного, Крис всё-таки сдаётся и, прихватив книгу, на которую уже налип сырой песок, возвращается к ребятам. Honey «Юна, ты сейчас жопу там себе отморозишь Возвращайся в дом» Ну хоть какое-то внимание с его стороны. Или его ребята заставили? Посижу ещё из вредности немного и вернусь. На улице уже совсем стемнело, в каждом домике через окна видно тёплый свет, а рядом с ними ребята зажгли гирлянды. Все уже внутри, греются, общаются или занимаются своими делами, я одна опять болтаюсь по улице. Такая уютная атмосфера. Весь день сидела одна на берегу, теперь тут что ли посидеть… Вообще-то, несмотря на то, что я быстро устаю от активного общения и нахождения в большой компании, мне очень комфортно с ребятами, я чувствую себя частью их какого-то особого мирка. Но, как только все расходятся, я остаюсь одна, как обычно, это одиночество уже накрыло с головой. Тоскливо. – Ты не слышишь меня или игнорируешь? – Вырывает меня из мыслей громкий возглас Хвана. – Чего орёшь? Я задумалась просто, – скрещиваю руки на груди и обхожу парня, направляясь к домику. – Думаю, всё-таки игнорируешь. Что в сообщениях, что сейчас, – бурчит Хёнджин, идя следом за мной. Поднимаюсь по ступенькам на небольшое крылечко. Свет горит – значит, Минни внутри. Берусь за дверную ручку, при этом разворачиваясь к парню. Прохожусь по нему холодным взглядом снизу-вверх. – Веду себя в точности как ты. – Миленько улыбаюсь, открывая дверь. – Приглашать зайти не буду. – Ничего страшного, зайду без приглашения, – резко отвечает блондин и, придерживая меня рукой за талию, толкает внутрь. Он прижимает меня лопатками к стене у входной двери, сильнее стискивая рукой талию, и встаёт вплотную. Свободной рукой убирает с лица пряди волос, проводит носом по скуле, шумно вдыхая, и, касаясь губами уха, шепчет: «Ты все эти дни просидела одна на берегу. Ждала кого-то?» Чёрт, у меня уже от этих только манипуляций ноги стали ватными и еле держат меня, или может не держат, и стою я только благодаря тому, что прижата Хваном к стене. – Да. Ждала Ли Минхо, хотела снова с ним потис… Но договорить мне не дали: Хёнджин с силой впился в мои губы. Ааа! У него не только руки горячие, он весь словно печка! А затыкать Хван умеет, конечно, смеюсь про себя. Нехотя отвечаю на его действия, ведь поцелуй стал настойчивее, и меня сильнее вжали в стену. Его руки уже блуждают по моему телу, а я только и в силах, что схватиться за его плечи, притягивая ближе. Хёнджин медленно отстраняется. Смотрит мне в глаза, а кажется, что заглядывает прямо в душу, его взгляд затуманен, как и мой, думаю, лицо не выражает никаких эмоций, руки остановились на ягодицах и несильно сжимают их. Перекладываю свои ладони Хёнджину на грудь и тянусь к нему для продолжения прерванного поцелуя. Он наклоняется и лишь слегка касается моих губ своими, затем оставляет аккуратный поцелуй в уголке губ, касаясь губами кожи, ведёт выше и нежно целует в щёку. Резко поворачивает голову в сторону комнаты, где в центре стоит Сынмин с набитым ртом и красными щеками. – Я, пожалуй, с Феликсом сегодня переночую, – бубнит он, краснея ещё сильнее. – Нет, Минни, останься, – прочистив горло, говорю я, стараясь отодвинуть Хвана. – Хочешь, чтобы он наблюдал? – Смеётся мне прямо в губы блондин. – Нет, хочу, чтобы присоединился! – Уже с силой отпихиваю парня и прохожу в комнату, скинув по пути кроссовки. Залезаю с ногами на кровать, садясь в позу лотоса. Хёнджин уходит, ничего не ответив.

***

Протискиваясь сквозь толпу репортёров, захожу в здание компании Stray Kids. Осталось принять участие в этом незапланированном интервью, и я буду свободна в своих действиях и со спокойной душой вернусь домой. На следующий день после нашего возвращения в Сеул мы обнаружили, что поездка к морю стала главной новостью всех изданий. Собственно, поэтому я и иду на интервью – оправдаться перед фанатами, заверить их, что не планирую забирать себе никого из парней, и расставить все точки над i, конечно, местами соврав. Моё агентство на панике. Менеджер рвал и метал, думала, он меня правда придушит на месте, потому что я ему клялась и божилась, что не попаду в Корее ни в какой скандал, не привлеку лишнего внимания и вообще просто съезжу с друзьями к океану. Да, реклама таким способом точно то, что мне сейчас нужно. С каждым днём негодование общественности и давление на нас усиливалось, поэтому руководство обоих агентств приняли решение о совместном интервью, хоть мы и разъясняли ситуацию на личных аккаунтах в социальных сетях. Вопросов было неимоверное количество, пришлось рассказывать о себе очень много: о том, что мы с Крисом старые друзья, и через него я начала общаться с остальными ребятами, что никто ни к кому не испытывает романтических чувств и общение у нас исключительно дружеское, о том, что переживать вообще не стоит, ведь на днях я уже возвращаюсь в Нью-Йорк, о том, что модель Юн Тэ Хи, которая почему-то не участвовала в этом издевательстве, на самом деле моя подруга, с которой мы познакомились уже тут, в Сеуле, и решили больше времени провести вместе, а не девушка кого-то из парней, здесь, конечно, чистая ложь, ведь я с ней толком и не разговаривала ни разу за эти дни. Начали расспрашивать о моих прошлых отношениях с композитором из Лос-Анджелеса, который и познакомил меня с Крисом, уточнять что за фетиш у меня на музыкантов и точно ли я не имею видов ни на кого из участников группы – стервятники. После этого вообще началось самое интересное: Stray Kids заявили, что мы с Минни работали над совместной книгой и поэтому я до поздна задерживалась в его домике вместе с Хёнджином. Это стало для меня тоже новостью, но приходится подтверждать и соглашаться на всё, лишь бы от меня отстали. Следующие вопросы, естественно, были только об этом, причём не только к нам двоим. На ходу придумываю, что Сынмин заинтересовался моим творчеством, и мы решили попробовать написать историю любви айдола и обычной девушки, которая закончилась бы хэппи эндом. Что-нибудь лёгкое и романтичное. Делюсь, что хотела бы отойти от своего привычного стиля письма, где поднимаю тяжёлые темы душевных переживаний, и это будет как раз каким-то интересным экспериментом. Кажется, я в моменте подписалась на что-то жёсткое… Репортёры начинают задавать вопросы остальным участникам группы: хотели бы они попробовать себя в литературном творчестве, о чём хотели бы написать, чем поделиться с миром и какую бы они историю любви написали. От ответа Хёнджина, что он бы тоже не был против написать роман, который мог бы начаться, например, со встречи в самолёте, где герои сразу же начинают чувствовать, что их собеседник является их родственной душой, у меня, кажется, на несколько секунд остановилось итак уже изрядно им помятое сердечко и мысли спутались так, что я долго не могла сконцентрироваться и вернуться в прежнее состояние. Вот же придурок Хван Хёнджин.