Часть 30 или игры

На экзамен я проснулась за час до подъёма из-за уговора с Ириной. Да, у Мураматсу нажрала лишний килограмм, теперь морковкой питаюсь. Ну ладно, если серьёзно, то я просекла фишку, что чем больше тренируюсь — тем больше смогу съесть на обед. Так что теперь я негласная любимица Карасумы. Насчёт уговора, я скинула уже около семи килограмм, осталось три. Это заметно отразилось на одежде и моём гардеробе, пришлось покупать нижнее бельё и кое-какую одежду. Для меня нет особой проблемы в том, чтобы носить большую одежду, тем более что, преимущественно, я делала выбор именно в сторону тянущейся одежды, так что она выглядит нормально на мне. А вчера Ира внесла ещё один пункт к нашей сделке: при каждом выходе в главный корпус я должна выглядеть как минимум потрясно. Когда просыпался Карма я уже заканчивала с макияжем, накинув сверху огромную футболку, чтобы не сидеть в капроновых колготках и лифчике перед ним. Кстати, с подачи Люськи, я всё-таки купила очень красивое нижнее бельё. Одно красное, второе розовое, третье чёрное. Белое я брать не хотела, со стиркой будут проблемы. — Доброе утро, — пробормотала я, внимательно следя за тем, чтобы не попасть белым карандашом в глаз. — На ужин сегодня овсяная каша, нарезанные овощи и жареный омлет. — Когда ты проснулась? — тихо прошептал он, роняя щёку обратно на подушку и обнимая ту покрепче. Вскоре со стороны Кармы послышался довольный стон, когда он потягивался. — Несколько часов назад. У нас с Ирой… Да йобпрст… — я выдохнула и потянулась к ватным палочкам. Случайно залезла белой стрелкой не туда. — Мы с Ириной договорились, что каждый поход в главный корпус будет сопровождаться моей блистательностью. Иначе она отказывается брать меня в качестве ученицы. — Всё таки хочешь научиться искусству соблазнения? — даже не глядя на Карму я могу видеть как он довольно щурится. — Типа того. Вставай, иди чисть зубы и заходи в кухню кушать. Чай я не делала, потому что он остынет к тому моменту, как ты встанешь. — Какой чай будешь? — М-м-малиновый, — протянула я, хитро улыбаясь. — Малиновый? Это звучит как коварный план отравить меня сахаром с утра, — Карма усмехнулся и, проходя мимо, оставил поцелуй на моей макушке. Приятно наконец-то прекратить паниковать. Поставив на фоне атаку титанов, продолжила мазюкаться. Осталось только губы блеском намазать и немного румян добавить. В конце концов в школу нельзя прямо-таки ярко красится. Хотя к Е классу такие требования имеют послабления. Нас просто не замечают если опустить момент с издевательствами. — Закончила? — Карма остановился в проёме комнаты, держа в руках по чашке чая. — Твой чай. — Ты не с той ноги встал? — я нахмурилась, немного отпивая из кружки и ставя паузу. — Чего такой спокойный? — Не выспался, — между его бровей залегла складка, а вскоре Аккабане безнравственно оказался за моей спиной, нагло обхватив талию руками и оставив подбородок на плече. — А чего так? Снилось что? — а в ответ только мычание. Рассказывать он не намерен. Спустя секундную заминку, не смогла сдержать хихиканья. Что ж, проказы мне свои не сдержать. Схватив лицо Кармы в ладони, воспользовалась минутным недоумением и стала яростно расцеловывать его мордашку, оставляя на коже множество красных отметин. До тех пор, пока его щёки, лоб, нос, губы и скулы не покрыли красные отпечатки помады, я не успокоилась. Отстранившись, любовалась своей работой, после чего откинула карандаш для глаз куда-то на столик. Повернувшись к нему лицом, плавно пробежалась пальцами по плечах, вверх, к шее, а потом вперёд, чтобы наши носы почти соприкасались. На губах я ощутила его сбившееся от волнения дыхание. Глаза блестели, щёки горели, а ухмылка на губах всё более желательная. — Тебя этому тоже Ирина учила? — его голос дрожал и это вызвало мурашки по спине. — Нет, это я придумала сама, — гордо фыркнула я, после чего, сжалившись, немного отступила и приобняла его. Просто, а не что бы взбудоражить. — Ну, а что? Я, может, тебя взбодрить хотела! — У тебя это получилось, — внезапно его лицо сменилось и вместо прошлого выражения лица появилась обычная улыбочка. Спокойная такая. Даже противная чем-то. — Может тебя взбодрить? Его руки медленно поползли по моим бокам, к спине, после чего он, неожиданно, перевернул меня и стал щекотать. Я взорвалась хохотам и стала пытаться сбежать, отпихивая его. Но куда мне тягаться с первым по-рукопашному в нашем классе? — Карма! Хаха! Нет, погоди! Я же только накрасилась! — вопила я, ощущая, как от смеха горит лицо и лёгкие. — Про помаду ты что-то не думала, — ехидно прокомментировал он, достав секретное оружие. Зажав мои руки над головой, а коленями прижав туловище к полу, он поиграл бровями. Я сразу поняла что он будет делать и стала через придыхание ругаться, дёргаясь как селёдка в рыбальской сетке. Но пощады мне было не найти, и на холодном линолеуме я уже верещала от смеха. Он всё-таки пошёл на то, чтобы щекотать стопы. — Твою мать! — я стала визжать ещё громче, после чего, едва сумев вывернуть одну руку, схватила Карму за локоть и стянула с себя Мы оказались в совершенно другом положении. Он подо мной, пока я пытаюсь как-то отдышаться. Карма же лежал подо мной будто он сам захотел быть снизу, а не я его торжественно перекинула! Довольный, улыбается, глазками стреляет по мне. — Всё! Месье Аккабане, вы задержаны по подозрениям в покушении на Кагури Уэду. Вы имеете право хранить молчание, повиноваться и принимать строгое наказание! — А где улики, офицер? — игриво приспустив подбородок, Карма, аки законопослушный гражданин, поднял руки вверх, мол, сдаюсь. — Или ордер на арест. — Улики тому моя испорченная причёска, саманный макияж и азарт в ваших глазах, гражданин! — я заулыбалась с того, как он принял эту эстафету. — А мой ордер — официальное подтверждение непосредственно вашего подписания документов о серьёзности наших отношений, — щёки потеплели и я ощутила капельку стыда, но сразу отмахнулась. — А если я тебя вот так в школу отведу — в этом виде? — он самодовольно ухмыльнулся, медленно пройдясь взглядом от растрёпанных волос, размазанного макияжа и прямо вниз, к простой большой футболке и капроновым колготкам. — Ааа, так мы издеваться решили? — именно в этот момент мне показалось что в меня чёрт пробрался. Губы растянулись в ехидной усмешке, внутри взбурлило желание вывести на эмоции, увидеть вспышку чего-то яркого! — Ммм, ну хорошо, — почти промурлыкала я, понизив голос под заинтересованный взгляд. Медленно опустившись на его торс, также медленно, почти льстиво, как мартовская кошка, оттопырила таз, выгнула спину, и почти лениво улеглась грудью на грудь Кармы. Так хотелось увидеть реакцию… Аж пальцы подрагивали… Их, кстати, я решила делом занять. Одну руку подняла и скользнула между прядями, по едва заметно отросших корнях волос, у виска. Чтобы вышло сексуально. Ирина учила пользоваться своими преимуществами. А у меня их, по крайней мере в теле, достаточно. А мои действия помогут поднять харизму. Сделав скучающее лицо, будто он меня утомил, стала водить по его груди свободными пальчиками. Хорошо ещё, что он с ночной футболки ещё не переоделся, так будет больше влияние. — Ты прав. Думаю, действительно, стоит показать всем меня в таком виде. А следом в актовый зал войдёшь ты, — уголки губ поднялись в нетерпеливой улыбке, а кончик языка прошёлся по пересохшим губам. — Весь в моей губной помаде, с розовыми щеками и в ночной пижаме. Как же все отреагируют на то, что мы спим вместе? — что же, говорила я исключительно про обычный здоровый сон, но тут уже у кого какая испорченная голова. Карма смотрел на меня с выражением, которое могло бы поджечь пороховую бочку. Но в этот раз — сдержался. И чего это он? Обычно не пропустит возможности как-то меня подразнить. Ну, в любом случае, нужно закруглиться. А то из дома вообще не выйдем. — Доброе утречко! — внезапно закричала я, набрав в лёгкие воздух. Встретившись с неодобрительно-разочарованым взглядом, подмигнула и оставила поцелуйчик на кончике его носа. — Не дуйся, я вообще-то нам завтрак приготовила. И, кстати, мне теперь поправлять всё это недоразумение на лице! Фыркнув, соскочила с Кармы и, как ни в сём не бывало, вернулась к зеркальцу, поправлять макияж. Хотя, казалось, было бы легче всё стереть и рисовать заново. Со вздохом недовольно касаюсь контура губ. Ну прекрасно, теперь придётся стирать. А ведь очень стойкая помада… Хотя, кажется, производители наёбывают. Не могла же я такой «стойкой» помадой так легко разукрасить лицо Кармы. Надеюсь, он додумается смыть этот капец с лица мицелляркой, а не просто водой и мылом. Хотя о чём это я? Это же Карма! Он же не как все эти испуганные за мнение общества о своей гетеросексуальности парни-подростки. Если нужно, он и кремом для лица, и блеском пользоваться будет. По крайней мере не будет выглядеть как мартышка. Усмехнувшись под нос, взялась за туш. Та часть макияжа, которую я всегда забываю. Хотя и со светлыми ресницами мне, вроде как, красиво. — Хахахах, боже, ты сейчас реально решила меня обыграть? Прямо вот так? — Карма ликовал. Хохотал без устану, убрав руки за голову. Когда только встать успел ещё и так бесшумно? — Ты либо влюбилась, либо хочешь погибнуть от переизбытка внимания. В любом случае — я в деле. — Если ты теперь будешь осыпать меня вниманием после каждой такой игры я готова хоть ночью такое проворачивать. Только не удивляйся, если обнаружишь себя случайно на свалке, — заулыбавшись, подмигнула, после чего глянула через плечо, вспомнив о форме. — Блин, знаешь, что я забыла? Я же форму не постирала… Эх, голова моя дырявая… Выходя из дома мы, не сговариваясь, решили взять лёгкий перекус. Я не хотела готовить что-то и брать из дома, Карма же захотел взять покки. Лично я его любви к покки не понимала. Да, вкусные, можно полакомится, но не в таком же количестве. — Блин, сегодня же химия, да? — Карма молча кивнул, задумчиво рассматривая дорогу впереди. Похоже, сейчас он ленится. Будет спать значит на парте. Или пытаться уснуть под бубнёж Коро-сенсея, что это якобы неуважение. — Да бля, она у меня уже в печёнках сидит… Хрень полная. — Ты, кстати, на какой предмет упор делаешь? — вдруг вспомнил Карма, скользнув взглядом по соседнем переулке. — М, думаю… Пока, если честно, выбрать не могу. Взять литературу или естественные науки. Биологию, например. — Почему не математика? Ты же стала, вроде, преуспевать. Хотя я всё ещё помню выкинутые тесты, — Карма прищурился и насмешливо фыркнул. — Что ж, — я даже не отреагировала на подкол, уже привыкнув к таком Карме. Задумчиво потеребив краешек сумки, невольно стала сжимать и разжимать руку. Та приятно трещала, почти как дрова в костре. — Думаю, это просто не моё. Понимаю, да, но как-то… Просто не нравится. Точные науки мне в принципе не очень нравятся. И давай только не занудствуй, — надув губы, фыркнула. Что ж, учиться я никогда не любила. Но и глупой назвать как-то не выходило. Казалось бы, сейчас всё должно идти хорошо! Только вторник, хороший день, отличное начало недели. Но. «Но» блин! Если бы не комментарий Ирины по поводу моего веса. Сука, всего один килограмм испортил мне настроение не целый день! В прошлом я от такого комментария загнулась бы. Хорошо ещё что сейчас одна из самых долгих ремиссий. Иначе это было бы прям вообще грустно… Эх, хрупка моя ремиссия… Может вновь исключить обеды и ужины?.. А на завтрак есть только варёные фрукты. Или пить ряженку вместо еды, если уж прижмёт… По стакану. Чтобы не больно много калорий… Или йогурты. Я помню как кардинально отказалась от еды, тогда мама только и успевала что следить, чтобы я в обморок не свалилась… Хотя будет грустно. Мама и сестра так старались меня выходить после клиники… Хорошо хоть, что выжила. А могла и умереть, если бы кушать понемногу не начала, желудок ведь почти полностью отказался переваривать пищу. Настроение ушло в минус, и это если мягко говорить. Но позволить себе грустить я не могла. Ну, во-первых, потому, что Шиндо, друг Сугино, решил нам позвонить и предупредить о большой пятёрке, у каждого лучшие оценки по определённому предмету. Всё это я и так знала, так что слушала кусочком левого уха. В общем, наш лучший в мире староста забронировал места в библиотеке главного корпуса, в которой есть кондей. Карма идти отказался, сказал, что если увидит кого-то из этой пятёрки напыщенных придурков, то точно испортит себе настроение. Я же предпочла пойти, всё-таки хотелось немного позаниматься. Точнее мне это нужно было. В библиотеке я села рядом с Исогаем, напротив Каяно. Накамура же уселась слева от меня. Так и выходило, что сидит сначала Исогай, потом я, Накамура, Окуда. Напротив Окуды — Канзака, напротив нас с Накамурой Каяно, а следующий — Нагисочка. Время от времени я обращалась за помощью к Накамуре, так как плохо знаю Английский. Она, конечно, помогала, чем могла, но время от времени вздыхала. Дошло до того, что мне стало стыдно к ней обращаться за помощью. — Неужели это бригада Е класса? — ребята повернулись на голос. Я предпочла задумчиво постучать по столу ластиком, переворачивая страницу. — Такие, как вы в библиотеке только время теряют. Это ж как бисер перед свиньями. — Ну так и сделали бы из себя человеческую многоножку и свалили, бисерок, — вздохнула я, после чего, как ни в чём не бывало, повернулась к Накамуре. — Рио, глянь, тут правильно? Я не перепутала Present Continuous и Present Simple? — М? Да, всё правильно. Только — сверяйся с учебником, вот тут у тебя проблема, — Накамура подхватила игру и пододвинулась ближе, показывая на нужный столбик со словами. — Что?! Вы чё, забыли что Е класс и не можете бросать вызов тем, у кого оценки выше ваших! Не в этой школе! Свалите нахрен! — А вот и можем! — заикнувшись, вскрикнула Окуда. — Чё? — На экзаменах мы собираемся набрать наивысшее количество балов по всем предметам! Посмотрим, как вы тогда нами покомандуете! — Ч-чё?! Не смей со мной говорить, курица! И чё с твоими очками? — А у тебя чё с рожей? — тихо рыкнула я, взяв Окуду за запястье и отодвинув за себя. — Бля, съебались нахуй отсюда. — Чё?! Ты чё нам?!.. — Чё да чё! — фыркнув, насмешливо прищурилась на парня, подняв подбородок. — Словарного запаса не хватает на банальную речь? Тебя никто на работу не возьмёт, зачем ждать три века, пока ты раздуплишься и скажешь что-то действительно стоящее. Всем своим видом я показывала насколько они ничтожны в моём восприятии. Скучающе мазнула взглядом по каждому из них и не обнаружила Сакакибару. Вот и хорошо. — Слушайте, я хотела по-хорошему, но видимо, не выйдет, — я решила что если уж давить, то танком. — Позвоню в полицию, заявлю про домогательство и кто опровергнет? — Что?! — Исогай, ты же видел как они схватили меня за грудь? — повернувшись к парню, прикрыла улыбочку смартфоном и вызвала лёгкие слёзки. — Я… я так испугалась… Я просто не знала что сказать… Я же бедная сиротка, у меня только этот класс и если… Если с ним что-то случится из-за того, что я воспротивилась, не смогу пережить! — закрыв глаза пальцами, опустила голову. Со стороны пятёрки послушались панические перешёптывания. Только тогда, ко мне обратились я открыла глаза и взглянула на них. — У т-тебя нет доказательств! — заявление Нацухико, тот, который назвал Окуду курицей, имело смысл. Я задумчиво промычала, потирая висок пальцем. А и в правду. Тогда нужно просто сделать эти доказательства. Подойдя к парню в плотную, схватила его за руку и прижала ладонь к моей груди. Не дожидаясь когда он поймёт что я делаю, этой же сжала его руку и заставила дать себе пощёчину. Пятёрка испугано вскрикнула от звука, на нас обернулись те, кто пытался прислушаться. Кондей заглушал меня, в этом я уверенна, но никак не парней из пятёрки, которые с самого начала кричали на всю библиотеку. — Уэда! — ко мне подбежала Канзаки и придержала за плечи, обеспокоено коснувшись щеки. — Ох, что же они делают? Как так можно?! Чего я не ожидала, так это того, что такая стесняшка как Юкико Канзаки первой поддержит мой спектакль. Тот, что имел большие губы, — имя уже и забыла, — что-то прошипел на английском, а Накамура ему ответила. В итоге они просто ушли в панике, так ещё и кричали что-то в след. Я решила, что раз уж играть, то играть до конца и тихо всхлипнула в конце, коснувшись щеки. — Ох, как они так могут?.. — зажмурившись, выбежала из библиотеки, только в туалете дав себе волю расхохотаться. Таких придурков ещё сыскать нужно. Так ещё и пари проиграют. Вообще дибилы.