Пролог

Это место было пропитано мерзким удушливым запахом - смесью едкого дыма, гнилого мяса и пепла - оставшимся после погребальных ритуалов, жестоких кровавых войн и неправильных смертей. Упыри кучками собирались в разных местах, издавая хлюпанье и кряхтение, сопровождающееся текущей из их пасти густой, почти чёрной, крови. Своими глазами, в которых лопались капилляры и с которых оставшаяся жидкость вытекала прямо на щёки, окрашивая их алым цветом, они смотрели на приближающиеся фигуры, боязливо отпрыгивая и пятясь подальше от места, где начинался мост. Тот был единственной дорогой на противоположный берег реки Смородина, откуда в мир смертных приходила новая жизнь и где решалось, куда попадёт умерший: в подземный мир Нави - царство Чернобога, или на небеса в мир Яви - царство Белобога. Раздался девичий смех. Упыри, дрожащие от каждого шага пришедших, совсем отдалились и теперь лишь светили своими раскрасневшимися глазами из темноты. Они смотрели, как маленькая ручка ребёнка ухватилась за мизинец женщины, которая вела ту на берег. Малышка весело, чуть ли не подпрыгивая, босыми ногами проходила Калинов мост, о чём-то бурно рассказывая. Марена шла рядом, ступая голыми ногами по накалившейся древесине. Обычному смертному покажется, что дерево не может быть настолько горячим, потому что оно сразу же разломается и превратится в уголь. Но только не это. Лишь в некоторых местах появлялся небольшой огонёк, который сразу же пропадал. Белое одеяние женщины и её длинные локоны легко развивались от сильного ветра. Волны высоко поднимались над мостом, но ни одна капля не могла его коснуться. Новорождённых следовало провожать в мир смертных под защитой от внешней магии реки и магии её берегов, поэтому Марена старалась сделать так, чтобы девочка ничего не боялась и дошла до Мирового дерева без доли страха. — У тебя такое красивое платье! Я тоже хочу такое! — Спасибо. Я сама себе его сшила. — Правда? Тогда я тоже научусь шить. И будет у меня такое же платье... Нет. Даже лучше! — Ты не представляешь, насколько сильно я в это верю, — произнесла Мара, смотря на её руки. Такие могли быть только у прирождённых мастериц. — Может, тогда я попрошу у тебя сшить мне новое? — С радостью! — девочка засмеялась, а потом резко остановилась и посмотрела вперёд. Впереди шла женщина в развязанной накидке, множество верёвочек были расплетены там, где должны были держать ткань, чтобы та не спала с тела. У неё были рыжие растрёпанные волосы, лицо, покрытое веснушками, и большие голубые глаза. Прямо как у девочки, которую Мара сопровождала. Малышка забегала вокруг и, немного погодя, оказалась прямо перед этой неизвестной гостьей. — Ну здравствуй, — женщина опустилась на колени и начала поглаживать ребёнка по голове. — Так вот, какой ты станешь, когда немного подрастёшь. Я же могу побыть с ней рядом? — она подняла голову, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы, и посмотрела на Марену с лёгкой улыбкой. — Мне нельзя задерживать души людей. Но вы можете понаблюдать за нами, — она подошла к девочке и взяла её за руку. — Затем я отведу вас на другой берег. — Хорошо. Мара сразу поняла, что эта женщина являлась матерью девочки. Видимо, рождение ребёнка стоило ей жизни. Малышка ничего не понимала, ей не особо были интересны разговоры взрослых, но зато её заинтересовало дерево, видневшееся неподалёку от моста. Потянув Мару за собой, она скорее хотела к нему добраться. Её мама последовала за ними. Ступая по наполненному серой и усыпанному костями берегу, они постепенно оказались на зелёной, цветущей самыми разными цветами, поляне. Здесь выглядывали толстые тёмные корни дерева, ведущие в самые недра земли, к царству Нави. Понадобились бы десятки людей, чтобы сделать кольцо вокруг такого могучего древа. Кора пропускала свет, что проникал наружу и обволакивал ствол множеством драгоценных нитей. Смотря выше, невозможно было увидеть край ветвей. Они тянулись далеко в небо, к миру Яви, а своими большими широкими листьями собирали свет от палящего солнца, приобретая золотой оттенок. Марена отпустила руку девочки. Та посмотрела на неё озорными глазками, но не понимала, что ей делать дальше. — Протяни к нему руку, — она взглядом указала на Мировое дерево. — Не бойся, мы за тобой присмотрим, — мягко посмеявшись, Мара направила девочку, легонько похлопывая по спине, вперёд – туда, где начнётся её жизнь. — Она так прекрасна, — мать девочки сложила руки в замок и наклонила голову. Она помолилась, чтобы с дочерью всё было хорошо. — Я верю, ты со всем справишься, Святослава. — Вы назвали дочь своим именем? Хотя, неудивительно. Вы очень похожи, — Марена взглянула сначала на неё, а после на маленькую Святославу, которая уже стала более смелой и легко прошагала к древу. Чем ближе она находилась к нему, тем больше ощущала исходившее от него тепло. Она потянула одну руку вперёд. Сначала немного отвела её, но потом сразу же выпрямила, показывая всю свою храбрость. Тут древо немного потускнело, начиная собирать всю свою накопленную энергию в той точке, где находилась детская ладошка. Подул сильный ветер, поднимая с земли и беспорядочно кружа опавшие золотые листья. Яркий шар появился перед лицом малышки и начал испускать множество жизненных сил, которые постепенно окутывали всё её тело. Святослава повернулась назад, чтобы взглянуть на Марену и малознакомую, но вызывающую тёплые чувства, женщину. — До встречи! Я рада, что вы были со мной, — она широко улыбнулась, а затем полностью растворилась в свете золотого шара. Эффектно исчезая, оставшаяся энергия вновь впиталась в дерево, заставляя сиять его пуще прежнего. Словно бьющееся сердце, сила скапливалась внутри и выпускалась наружу, осветляя всё вокруг. — Давно я такого не говорила, но, кажется, мы и вправду ещё увидимся, и не раз, — Марена задумчиво улыбнулась, повернулась в сторону моста и взяла за руку женщину, которую нужно было отвести в другой мир. — Теперь ваш черёд. — Марена, — Святослава немного дрожащим голосом называла её по имени. — Вы даже лучше, чем я себе представляла. — Не льстите, я вижу, как вы чисты, — она засмеялась. — Нет, правда, — уже менее волнующимся голосом ответила та. — И то, как моя дочь смотрела на вас... Это многое значит. Вы и вправду необычная Богиня. Мара улыбнулась и они вместе продолжили идти к Калинову мосту. Ребёнка ждало непростое будущее, и они обе это понимали. Лишь раз за прошедшие столетия она видела кого-то похожего. То был мальчик. Более тихий, спокойный, но тоже ничего не боявшийся и даже смелее заходивший на территорию Мирового древа. Марена не могла чётко видеть будущее, но чувства её никогда не подводили. И в этом мальчике она не могла разглядеть что-то светлее его младенчества. Дети не имели грехов и не были испорчены, даже если были прокляты до рождения. Как бы то ни было, они оставались чудными и лучезарными, как если бы никогда не появлялись в мире смертных. Но проходило время, и только взрослые влияли на то, какими вырастут их дети. Богиня не могла ничего сказать о его судьбе, но точно знала, что ему на пути встретится кто-то, кто сможет повлиять на его жизнь. Кажется, этот день, спустя пару десятков лет, всё же настал.

***

— Ба, мне сейчас такое приснилось! — Святослава подскочила с кровати и направилась в соседнюю комнату, где её бабушка в такое время обычно сидела в кресле и смотрела в окно. Раннее утро было одним из самых завораживающих вещей в жизни, поэтому та, пока всё царство спало, направлялась в свою комнату и встречала рассвет, смотря, как лучи солнца прорезаются сквозь густой лес. — Ну давай, расскажешь, — бабушка Агафья по-доброму усмехнулась и, похлопав по своим коленкам, пригласила малышку присесть, чтобы послушать её сон. — Что же ты запомнила? — Всё! — Святослава подняла руки вверх, будто показывая, каким большим был сон и принялась вспоминать прошедшую ночь. Девочка подробно рассказывает, как её провожала некая женщина с тёмными длинными волосами и ещё более длинным платьем. И про незнакомку, оказавшуюся из ниоткуда среди пепельного берега. И про огромное дерево, закрывающее своими ветвями небосвод. Агафья поняла, что к ней во сне пришла Марена, но вот она точно не ожидала, что во сне девочка увидит свою мать. По описанию это была именно она. — А ещё там был какой-то шарик, — Святослава широко зевнула. — До которого я дотронулась, — голосок уже совсем стихал. — И исчезла, сказав «до встречи»... — она положила голову на плечо бабушки и заснула. Такие яркие запоминающиеся сны были почти у всех детей. Они помнили, как попали в мир смертных и кто был рядом в этот момент. Но после того, как дети всё пересказывали кому-то или полностью прокручивали в голове, то снова засыпали. Так они всё забывали и просыпались, как будто ничего не видели. Если их спрашивали об этом ещё раз, то те качали головой, не понимая, о чём их просят рассказать. Бабушка направилась обратно в комнату девочки, уложила ту на кровать, накрыла большим пушистым одеялом и что-то нашептала перед тем, как поцеловать её и уйти. Когда она вернулась, то солнце уже полностью выглянуло из леса, закукарекали проснувшиеся петухи, залаяли собаки, вылезшие из своих будок и изб, и закурлыкали голуби, уже привычно располагаясь на черепице рядом с окнами. Прошло вот уже пять лет с того момента, как Агафье передалась власть над царством. Народ принял её, потому что всегда считал решения предыдущих Царя и Царицы верными. Ведь вместе они наполнили родные земли жизнью, и назвали их «Яблочным Царством». Здесь создавались новые семьи, засаживались зерном пустующие поля, фермеры получали возможность обзавестись скотиной и вести своё хозяйство. Земли процветали, как и процветали их жители. И новая правительница старалась поддерживать такой порядок жизни столько времени, насколько хватит её сил. Она сдержит своё обещание и постарается сделать всё возможное для народа и наследницы этих земель.

***

Несмотря на солнечный день, Агафью с самого утра не покидала тревога. Будто произойдёт что-то неладное. Сидя на своём привычном месте, она пила свежезаваренный чай, пока слуга делала причёску из её густых пепельно-белых волос. Обычно это был элегантный низкий пучок, закреплённый объёмной заколкой с серебряным цветком. Поблагодарив прислугу, женщина попросила передать кухарке приготовить завтрак. — А ещё мне нужно принести растения, которые я недавно собирала. — Будет сделано, госпожа, — поклонившись, девушка ушла. Агафья встала из-за стола, подошла к висевшим на стене полкам и принялась перебирать старые книги. Найдя нужную, она присела обратно и начала перелистывать страницы. То была потрёпанная временем рукопись, хранившая в себе все её записи о магических травах, приговорах и обрядах.

***

Протискиваясь через толпу, Святославе было интересно, что же находится на базаре. С самого утра люди стояли и манили к себе покупателей самыми разными вещами. Одни продавали свежеиспечённый хлеб, хрустящий от одного только касания, другие манили запахом недавно собранных с огородов овощей и фруктов, некоторые продавали живую рыбу разных размеров и окрасок. Но больше всего её взгляд притягивал прилавок со множеством видов ткани. Тут тебе и шерсть, и шёлк, и хлопок, и непохожие друг на друга узорчатые кружева. Рядом с этим же местом располагался другой прилавок с предметами для пряжи. — Ну здравствуй, любопытная Варвара, — девушка за прилавком заметила девочку, которую уже привыкла видеть каждое утро. — Что-то приглянулось? Для Святославы имя Варвара стало даже привычнее родного. Прохожие часто так её называли, потому что та отчего-то была с рождения очень любопытной и старалась везде всё разузнать и рассмотреть. Она ощупывала зацепившую своим видом вуаль. В голове уже нарисовалась картина, где наследница сошьёт себе платьице и будет хвастаться им перед бабушкой. Ткачиха смотрела на Святославу и на то, как засияли её глаза от вида полотна, поэтому уже отматывала вуаль длиной в несколько локтей и аккуратно укладывала в коробку. — Простите, у меня сейчас нет с собой монет, я не смогу вам заплатить. — Я знаю, как вы честны, юная госпожа, — девушка взяла ещё пару видов нитей и иголок, которые тоже завернула и положила в коробку с тканью, и, закрыв ту, протянула девочке. — И за это я хочу вручить вам подарок, — малышка со счастливой улыбкой запрыгала на месте. Но, резко остановившись, услышала, как её кто-то зовёт. Обернулась, но никого не увидела. Всё так же не скрывая улыбки, она повернулась к девушке. — Я сейчас его заберу, мне нужно кое-куда сбегать! — ничего не успев понять, та лишь кивнула и смотрела вслед Варваре, что направлялась в сторону леса. Оказавшись на опушке, девочка всматривалась в чащу. Туда, откуда слышался голос. Он говорил с ней ласково, приманивая поближе к себе. Где-то рядом издался громкий хруст, но Святослава его проигнорировала, шагая своими маленькими ножками всё дальше от людских голосов. Лес был густой, но солнце всё равно проникало сквозь плотно сплетённые между собой ветви. Те немного покачивались из стороны в сторону, меняя яркие пятна на земле, образованные лучами света. А голос всё манил и манил, пока не перестал звучать, а девочка не заметила, что уже оказалась далеко от входа в лес, и стояла посреди небольшой поляны. Замерев и прислушавшись к окружающим её звукам, она едва различала уже другие голоса, явно принадлежащие людям. Они становились всё громче и громче. Варвара забежала за дерево и села на корточки, обхватив коленки руками. — Сегодня нас ждёт сытный ужин. Тебя прям понесло, столько зверей за день мы ещё не ловили. — Просто настроение такое. — Вот бы оно у тебя всегда такое было. Возможно тогда нам не пришлось бы каждый раз брать мясо у той занудной девки. — Так это всё из-за меня? — парень, у которого был более грубый голос, вытащил кинжал и прижал ближе к горлу своего собеседника. — Не я виноват, что ты нихера не делаешь во время охоты, а только всю дорогу ноешь. Таких как ты ещё поискать надо было. Ещё раз такое выкинешь — сломаю твой длинный нос. Девочка начала подрагивать от каждого слова. Невольно дёрнувшись, ей показалось, что она издала громкий звук, но, судя по всему, этим двоим не было до неё никакого дела. Значит не услышали. Не видя охотников, она всё равно их побаивалась. Будто взглядами они буравили осину, за которой её было прекрасно видно. Но дерево не было прозрачным, а их взгляды не были сюда направлены. Стараясь как можно тише встать, она забегала глазами, ища, откуда пришла, и пытаясь понять, как лучше выбежать отсюда. Решив не рисковать, она начала лишь тихонько ступать по земле, усыпанной ветками, надеясь, что охотники не заметят её и она сможет вернуться домой. — Ладно-ладно, я был не прав, только не делай глупостей, — тот, что был немного повыше, попятился назад, опасаясь, что его напарник и правда может причинить ему вред. — Молодец, — низкий парень с тёмно-каштановыми волосами «дружески» похлопал его по голове и убрал оружие в ножны. — Учись правильно разговаривать с Царями, — только договорив последнее слово, оба услышали тихий хруст ветвей. — Вот блин, — произнесла Варвара одними только губами, когда поняла, что из-за своей невнимательности наступила на лежащий спереди сучок. Она обернулась назад и замерла, гипнотизируя виднеющуюся поляну. Варвара не могла шевельнуться. Даже когда начала видеть две тёмные фигуры, выходящие из той стороны, где они были закрыты стволами деревьев. Голубые глаза были широко открыты, зрачки сужены, а кулачки сжаты так сильно, что на ладонях мог остаться след от ноготков. Разглядывая впереди идущих людей, она надеялась лишь на то, что это просто страшный сон, что на самом деле они её не видят и просто идут мимо. Но смотря на жуткую ухмылку на их лицах, её надежда быстро угасала, заставляя страх ещё больше окутывать беззащитное тельце. И лишь когда она обратила внимание на низкого охотника с тёмными волосами, который вытаскивал меч из-за пазухи, она побежала. Слышался злобный смех позади. Он отдавался эхом. Проникал в сознание. Но не отдалялся. Наоборот, становясь всё ближе и безумнее. По спине пробежали мурашки. Мышцы ног напрягались и уставали сильнее с каждым широким прыжком. Девочка хотела кричать, но не могла. Будто что-то твёрдое застряло в горле и не давало издать хоть какой-нибудь звук. Но когда вдалеке показались знакомые дома, надежда вновь воспылала где-то внутри. Осталось только обойти дерево спереди и... Звук выстрела. Болт со свистом пролетает над рыжей макушкой и врезается в ствол. Кора прогибается вовнутрь, щепки летят по сторонам. Сзади снова раздаётся мерзкий смех. — Ну куда же ты бежишь? Испугалась? Не бойся, он специально попал мимо, мы не хотим тебя обидеть, — чарующий голос не смог заставить её поверить каждому сказанному слову. — Смотри, я даже положу меч на землю, — парень медленно присел, не отводя взгляд от Варвары, кладя оружие. Приманивая девочку к себе двумя руками, он уже начинал терять терпение, потому что даже так она и не собиралась к нему подходить. Он обернулся к напарнику и кивнул в сторону девочки. Тот поднял арбалет, зарядил его и приготовился снова стрелять. — Если ты сейчас не подойдёшь сюда, то этот парень точно не промахнётся дважды, — произнося эти слова, его улыбка стала широкой, больше похожей на оскал. Но как быстро улыбка появилась, так быстро и угасла. Поняв, что словами не получится заманить девочку к себе, он опустил руки и вытянулся во весь рост. — Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому. Стреляй. Сердечко забилось, губы начали подрагивать, а ноги становились ватными. Девочка зажмурила глаза и закрыла лицо руками. Упав на землю она притянула ноги к себе. По веснушчатым щёчкам потекли слёзы. Они были тёплыми. Но она ёжилась, словно от холода. Вздрагивая всем телом, она тихонько шмыгала. И вот снова где-то рядом послышался хруст. Тот самый, который Варвара не услышала, когда только зашла в лес. Перестав шмыгать, она убрала влажные ладони с лица и посмотрела в сторону. Охотники тоже обернулись. Немного погодя, снова послышался хруст, только уже намного ближе. Затем опять. Ещё один. Второй. Третий. Промежуток тишины был всё короче и короче, пока все трое не поняли, что на них кто-то бежит. И чем ближе этот «кто-то» становился, тем сложнее было предположить, с какой стороны он появится. Тот охотник, что был со светлыми волосами, перестал целиться в девочку и перенаправлял арбалет в разные стороны, готовясь к нападению. Второй быстро поднял с земли свой меч и удерживал его перед собой. — Эй, выходи давай, кто бы ты ни был! Свирепое рычание и резкий толчок в спину. Из-за дерева, у которого сидела девочка, выбежал громадный медведь с тёмной, почти чёрной шерстью. Он сбил с ног арбалетчика. Тот упал на землю, ударяясь головой о бревно. В волосы попали мелкие иголки от елей, а кожу рядом с глазом окрасило много мелких ссадин. На вытянутом подбородке показался синяк, который становился всё больше и синее. Медведь закрывал собой ребёнка и ударял лапой по земле. Он наклонял голову вбок и громко рявкал, обнажая толстые острые клыки и разбрызгивая слюну. Размахивая мечом, охотник пытался ранить животное, но никак не мог приблизиться. Чертыхаясь, он попятился назад, смотря прямо в чёрные медвежьи глаза. Зверь продолжал замахиваться, будто отгоняя людей дальше в лес. Варвара смотрела на блестящую шерсть и уже хотела дотронуться до неё. Но Медведь резко повернулся и глубоко зарычал. По спине пробежали мурашки. «Беги. Беги домой». Она глядела в его пронизывающие глаза и будто слышала, что он ей говорит. Сморгнув слёзы и быстро утерев их рукой, Варвара встала и, перепрыгивая выступающие кочки, побежала к дому, стараясь не оглядываться назад. Только животное обернулось, как рядом, рассекая его ухо, пролетел болт, втыкаясь уже в другое дерево. Шерсть начала пропитываться кровью. Пульсирующая боль заставляла утробно рычать. Охотник, удержавший свой арбалет при падении, направил его на медведя и сделал выстрел, когда тот отвлёкся. — Настанет день, когда твоя кожа станет ковром в моём зале, — темноволосый парень сказал это так, будто животное могло понимать человеческую речь. Но оно понимало. И, словно отвечая, яростнее зарычал. Помогая подняться своему напарнику, охотник зашагал назад, стараясь не поворачиваться спиной к хищнику. Тот сплёвывал скопившиеся сгустки крови и протирал подбородок тканью рукава. Когда парочка исчезла из виду, медведь посмотрел в сторону, куда убежала Варвара. Будучи далеко от неё, ему всё же удалось разглядеть маленькую фигурку, удаляющуюся дальше и дальше. Так же до него чётче доносился чужой голос. Кажется, её звали по имени и искал кто-то из людей. Помотав головой и почесав раненое ухо, медведь направился в чащу леса, теперь уже спокойно ступая по ветвям большими мягкими лапами. Его работа выполнена, можно и отдохнуть. — Святослава! Святослава, где ты? — девушка кричала как можно громче, почти надрывая голос. — Я здесь! Обе бежали навстречу друг другу. Наконец, девушка смогла различить рыжую голову и белое платьице среди множества кустов и брёвен. Она переживала, что со Святославой может что-то случится, поэтому, попросив знакомую приглядеть за прилавком, направилась вслед. — Зачем же ты убежала, глупенькая, а если потеряешься? — девушка крепко обняла прибежавшую к ней девочку и гладила по голове, успокаивая. — Давайте возвращаться домой.

***

Взяв с собой коробку вуали, ткачиха отвела Варвару к замку, где всё рассказала Агафье. — Вот как. Спасибо, что вернули её домой, премного вам благодарны. Я попрошу слуг дать вам златники в качестве оплаты за спасение. И за подарок, — жестом она приказала принести деньги. Варвара пряталась за спиной бабушки, сжимая платье в кулачках и глядя на девушку грустными глазами. — Не стоит, правда. Я рада, что смогла чем-то помочь Её Величеству. Девушка поклонилась и уже собиралась уходить, но Агафья остановила её. Слуги отдали мешочек монет Царевне, а та передала их в руки ткачихи. — Возьмите, — легко улыбаясь, она смотрела в карие глаза и накрывала чужие руки своими. — Пожалуйста. — Спасибо, — тихо поблагодарив Царицу и вновь поклонившись, та вышла за стены замка. Агафья обернулась, чтобы посмотреть на свою внучку. Слёзы на щеках уже высохли, но покрасневшие глаза были всё ещё немного мокрыми. Погладив ту тёплой, немного шершавой от возраста ладонью, она взяла девочку за руку и направилась в свои покои. Не спеша поднимаясь по лестнице, они проходили мимо витражей. Яркие картинки самых разных цветов отражались на каменном полу замка. Словно ковры, они были расстелены по всей длине коридоров, ведущих к комнатам. Дверь одной из них открыла стоявшая рядом прислуга. Девочка запомнила её очень хорошо, обычно именно она приносила завтрак и разные вкусности, испечённые лучшими поварами в округе. Бабушка прошла внутрь и перед тем, как закрыть дверь, велела немедленно подать кушанье. Она посадила Святославу на постель, а сама, подвинув стул, села прямо напротив и накрыла маленькие ручки своими. — Теперь я хочу, чтобы ты внимательно меня выслушала, хорошо? — когда девочка легонько кивнула, она мягко погладила её ладошки. Настал момент, когда этой девочке уже пора было дать несколько жизненных уроков. И этот солнечный, наполненный необычными событиями, день будет её первым занятием. Агафья, знала, что не сможет заменить родителей, но твёрдо верила, что будущая царица последует её советам и сможет сама распорядиться своей жизнью так, как будет лучше для неё самой.