Часть 1

      Дурочка-Архонт, великая и непобедимая Вельзевул, решила, что спустя сотни лет изоляции Инадзумы от цивилизации пора бы наладить отношения с другими странами, узнать, как живут нормальные люди, не являющимися всего боящимися нытиками. Она пригласила представителей других наций в свою страну. Буер тоже была приглашена. С собой Странника она не звала, но ему жуть как хотелось на поганую родину-уродину. Собирался он туда отправиться в качестве советника Архонта. Но не для того, чтобы помочь идиотке Вельзевул социализироваться. Он хотел проверить, действительно ли прошлое больше не волнует его. Странник безумно настрадался за всю жизнь, и поэтому старался не думать о прошлом всё пребывание рядом с Буер. Но нужно было убедиться, что создательница больше не вызывает у него тех же чувств. Он даже пытался не думать о ней как о матери. И какая она ему мать? Создала и выбросила. Ещё и Вечность какую-то выдумала, дурная.       — Я хочу поплыть в Инадзуму с тобой, Буер, — твёрдо произнёс Странник. — Я родился в этой стране, знаю о ней довольно много. Я смогу проанализировать все слова Вельзевул, понять, говорит ли она правду. Покажу тебе Инадзуму во всей красе.       Нахида улыбнулась, глядя на него. Она понимала его истинные намерения, но Страннику было плевать. Он привык, что она слишком хорошо его знает. Странник считал, что не нуждается в близких отношениях, но ему было приятно, что эта девочка заботится (?) о нём, хотя он и пытался устроить новую войну Архонтов.       — Хорошая идея, — сказала Буер. — Через месяц выплываем.       Как только она это сказала, у Странника пробежала дрожь по телу.       Гуляя по городу и разглядывая самодельную куклу, он, сам того не желая, продумывал, что будет чувствовать, когда прибудет в Инадзуму, как будет смотреть на Эи, что будет говорить и каким тоном, как ходить, как реагировать на все её слова. Он же Вельзевул пятьсот лет не видел! Да и не знал её почти…       — «Даже хорошо, что она меня забыла», — подумал Странник.       Через месяц он уже вместе с Буер плыл в Инадзуму. Странник наблюдал за попутчицей, любовавшейся красотой океана. Она была совершенно спокойной, такой маленькой и такой мудрой. Странник давно понял, насколько она умнее его, хотя они оба прожили несколько веков.       Он подошёл к Буер, которая наблюдала за волнами, и почувствовал спокойствие, несмотря на жару и шум, который создавал экипаж корабля. Странник стал так же, как и Кусанали, внимательно рассматривать воду и чистое небо.       На горизонте показалась она — Инадзума. В голове не было ни одного приличного слова. Когда он прибыл сюда для создания глаз порчи и охоты за Гнозисом, он не испытывал такого страха, так как физически не мог увидеть Вельзевул и не имел возможности посетить Татарасуну, на воспоминания о прошлом банально не было времени. Он имел чёткую цель — заполучить Гнозис. Теперь же всё было иначе. Вельзевул ждала его и Буер…       В порту их встретили слуги Архонта, чтобы проводить уважаемых гостей и унести их багаж. В другое бы время Странник не упустил шанса съязвить людишкам, но ему было совершенно не до них.       Буер отправилась лично к Архонту, чтобы объяснить, что с ней прибыл её советник. Когда она вернулась, рассказала, что Эи сначала была против, чтобы смертный присутствовал на собрании богов, ведь так он может узнать какие-то их тайны. Тогда Нахида спросила, собирается ли Вельзевул говорить какую-то секретную информацию. Та ответила, что нет.       — Если от моего советника будут неприятности, то я понесу наказание вместе с ним, — сказала Буер правительнице Инадзумы. Вельзевул удивилась такому доверию к советнику. Странник тоже, но у него не было сил это обдумывать.       — Эи уже договорилась с управляющими гостиницы. Тебе там предоставлен номер, — проговорила Буер и протянула Страннику ключи. Он взял их и молча ушёл.       Он, как под гипнозом, дошёл до гостиницы, зашёл в номер, заперся, подошёл к шкафу, достал футон и расправил его на полу. Посередине комнаты стоял низкий стол с чайным сервизом и несколько зайсу. На полу, как и полагается традиционному стилю Инадзуму, была циновка. Странник лёг на футон и закрыл глаза.       — Всё же хорошо. Что ты разнылся? — говорил он сам себе.       За окном щебетали птицы, жужжал где-то рядом шмель, пахло мылом от свежего постельного белья, солнечный луч светил прямо на кровать Странника. И как же это всё раздражало! Всё отвлекало от мыслей! Сбивало с настроя, которого Странник так старательно добивался, пытаясь заглушить тревогу!       В дверь постучались. Странник вскочил. Открыл. Вошла Буер.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила она и осмотрела номер.       Он хотел соврать, но решил, что от неё все равно ничего не скроешь:       — Хреново.       — Хочешь поговорить об этом?       Она подошла ближе.       — Не знаю, я сам не могу разобраться, что со мной.       — Давай разберёмся вместе.       Странник не выдержал.       — Отвали, малявка! Твоя забота душит.       — Я поняла тебя. Но если тебе плохо, ты можешь не идти со мной завтра на встречу с Электро Архонтом.       — Ага, сейчас. Я зря плыл сюда? Я увижу её!       — Как знаешь, но помни о своём психическом здоровье.       — Будто оно у меня было…       Он отвёл взгляд, но почувствовал, как Буер наблюдает за ним. Он поежился.       — Прошу тебя, уйди, не стой над душой.       Буер без слов ушла. Слава богу…       Странник не спал всю ночь. А утром пришлось ползти на встречу с Вельзевул. Буер, пока поблизости не было людей, держала его за руку. Он сжимал её руку и чувствовал, что не один.       — Спасибо… — сказал он ей.       — Мы вместе, всё будет хорошо, — нежно говорила она.       Показалась резиденция. Странник, хмурясь, посмотрел на статую Электро Архонта. В этом месте его раздражал каждый камень.       Рядом проскакал Барбатос, что-то сказал Нахиде и побежал дальше. Вот бы и Страннику такую беззаботность. Может, тоже пить начать?       Он и Буер прошли в огромный зал с высокими потолками, в центре стоял круглый стол. Везде была символика Электро Архонта, которая, как товарный знак, была и на спине Странника.       Все Архонты сели за стол. Были все, кроме Царицы. Моракс, хотя и отказался от обязанностей божества, тоже прибыл, хотя и не выглядел заинтересованным. Мурата, Пиро Архонт, смуглая мускулистая женщина, с дерзким взглядом и ухмылкой произвела на Странника впечатление сильного воина. Он подумал, что с ней было бы сложно тягаться, даже когда он являлся Сёки но Ками. Фокалорс рассматривала гостей, её взгляд остановился на Страннике, вероятно, потому что он не был богом и выбивался из общей картины, никто, кроме Буер, не пришёл с советником. У «правителей-людей», как их назвала Буер, было свое собрание. На них прибыли Джинн и несколько рыцарей из Мондштата, Нин Гуан и её помощницы, избранные Буер мудрецы и другие. Руковидила собранием Трикомиссия.       Странник начал демонстративно пялиться на Фокалорс в ответ, хотел показать богине язык, но решил, что это уже слишком. Гидро Архонт возмутилась такой дерзости и отвернулась. Странник дерзко улыбнулся. Он начал искать, кого бы ещё позлить, чтобы отвлечься, но в зал вошла Вельзевул. Странник мельком взглянул на неё, но тут же зажмурился. Буер погладила его по плечу. Он попробовал ровно дышать, но это не помогло. Решив, что ничего страшного не происходит, он открыл глаза. От увиденного ему стало больно. Она стояла перед ним. Она стояла! Что-то говорила… Ей что-то говорили… Руки затряслись… Она взглянула на него… Смотрит… Смотрит!       Растерянность перемешалась с ненавистью. Руки зачесались, захотелось разрушить тут всё к чертям! Чтобы весь мир знал, как он страдал! И она знала!       — Выйди, если тебе плохо, — прошептала Буер.       — Нет, я справлюсь, — ответил он. Получилось довольно громко, и Барбатос посмотрел на него. — «Хватит таращиться, пьяный черт!»       Он решил смотреть не на создательницу, а на пол. Тревога начала утихать, но он не мог вслушаться, что говорила Вельзевул. И зачем он тогда сюда вообще пришёл?       Спустя час собрание кончилось. Они вышли из зала на улицу. Буер обеспокоенно смотрела на Странника.       — О чем она говорила? — спросил он Дендро Архонта.       — Ничего важного для тебя, — сказала Буер. — Иди отдохни, ты потратил много сил.       — Можно я убью её? — готов был плакать Странник.       — Ты же сам понимаешь, что не сможешь, — серьёзно ответила Буер.       Странник, ничего не сказав, отправился в свой номер.       Буер за ним не пошла.       Всю дорогу он думал, показалось ему или нет, что на него внимательно смотрит Эи. А если и смотрела, то что ей от него надо? Она его, по сути, в первый раз видит, как бы смешно это ни звучало.       — «Родила и не заметила», — подумал Странник и рассмеялся. Истерично, долго.       Весь день он смотрел в потолок. В груди ныло, он не мог сидеть на месте. Постоянно ходил, пытаясь куда-то деть ту энергию, которая накопилась из злости на создательницу. Так хотелось её придушить. Давить на горло, не давая ей дышать, чтоб мучилась, страдала. Страдала, как он! Молила о пощаде, как он, сжимая золотое перо, молился, чтобы она пришла за ним. Он приходил каждый день на берег и смотрел на море в надежде, что его заберут. Каким он был наивным, аж тошно.       Странник достал золотое перо, которое снял, чтобы не вызывать ни у кого подозрений, но все равно взял с собой. Долго перебирал, рассматривал, пытаясь понять, что чувствует.       — И нахуя я все ещё ношу эту безделушку с собой?       Он не выдержал и бросил перо в стену, но потом подбежал, поднял его и прижал к груди.       Помимо мамаши, у него было много других проблем. Нива, Кацураги, Хиёко… Дотторе! Чтоб он сдох!       Странник проклинал свое существование с ещё большей силой, когда узнал, что Нива не предавал его, что во всем виновен Дотторе. Первый человек, из-за которого вся жизнь Странника была сломана, — мать. Второй человек — Дотторе. Как жаль, что ему не удалось замучить до смерти всех его клонов. Они ещё и были созданы на основе экспериментов над Странником. Какой же хаос творился в лабораториях Дотторе! Постоянные проверки на прочность, вскрытия, исследование его измученного тела до мельчайших подробностей… Дотторе знал все сильные и слабые стороны организма Странника.       — Вот что за у меня жизнь?       Он пнул стену, крикнул «ненавижу!», лёг в задумчивости на футон. Спустя примерно полчаса вставать так и не захотелось. Вскоре Странник уснул. Так и пролежал до утра.       Утром первого, кого он увидел, была Буер. Он лежал на футоне, укрытый одеялом.       — Почему ты зашла ко мне без разрешения? — вспылил он, хотя и был рад, что о нем позаботились.       — Ты не выходил из комнаты на протяжении всего дня, я забеспокоилась, вскрыла дверь, нашла тебя здесь, ты плакал во сне, снова, — рассказала Буер.       — В смысле «снова»? — стало стыдно Страннику.       — Ты плакал по ночам первое время, пока находился под моим присмотром, потом перестал, — ответила Дендро Архонт. — Извини. Наверное, не стоило об этом говорить.       — Я так плачу на протяжении всей жизни, — признался Странник.       Буер сочувственно посмотрела на него. Он вздохнул и попросил уйти. Она выполнила просьбу.       Следующая встреча с Вельзевул тоже не удалась. Она стала говорить меньше, за неё это делала Яэ Мико (чёртова лиса!). Сама же Вельзевул была занята тем, что пялилась на Странника.       — «Что тебе надо, ведьма? — думал он. — Смотришь своими маленькими глазёнками и не знаешь, что пялишься на того, кого предала. Вот что тебе надо? Ты вообще не достойна на меня смотреть после всего того, что сделала. Точнее, не сделала».       После, когда все ушли, Вельзевул попыталась заговорить со Странником.       — Как вам удалось стать приближенным самого Архонта? — спросила она.       — Я просто оказался полезным для неё. Вот и всё.       — Можете рассказать больше о себе?       Она рассматривала его лицо, хмурилась, как будто пыталась что-то вспомнить.       — Извините, но у меня много дел, — сказал Странник, резко развернулся и быстрым шагом пошёл неизвестно куда, делая при этом серьёзный вид.       Во время того с виду незначительного разговора у него тряслись руки. Он выдавливал из себя слова, при этом как будто чувствуя физическую боль. Потом его словно молнией пронзило, когда он понял, что это их первый разговор за пятьсот, мать его, лет! Хотя она с ним даже во время его первых дней жизни не особо говорила, посчитала браком уже тогда.       Ночью ему наконец-то удалось уснуть без проблем, но на город неожиданно напал лавачурл с громовым панцирем и несколько обычных хиличурлов. Странник услышал рёв и крики людей.       — «Нахида!» — пронеслось в голове.       Он, накинув на себя кимоно, буквально вылетел из номера через окно. Увидел, как хиличурлы бежали в сторону здания, где спала Буер. Странник убил их одним анемо потоком. В панике он влетел в гостиницу и увидел Буер, которая выбежала из своего номера. Она улыбнулась при виде своего «советника».       — Там… — сказала она.       — Я знаю, сейчас убью.       Странник взлетел и увидел лавачурла. Он мигом помчался туда, но его опередила Вельзевул. Она пронеслась, как молния, и одним ударом пронзила лавачурла. Монстр зарычал и пал побежденным. Вельзевул посмотрела на приземлившегося Странника.       — «Надеюсь, она не увидела мою отметину на спине», — подумал он.       — Все монстры убиты, — сказал один из солдат.       — Отлично. Я осмотрю окрестности, — ответила Эи и умчалась.       Вдруг подлетела Нахида.       — Ты очень сильный, — сказала она Страннику.       — Я и не такое могу, — дерзко улыбнулся он.       Эи, хотя и неслась с огромной скоростью, но отчётливо видела, что у Странника светилась отметина, похожая на знак Сёгуна. Через этот знак Эи перенесла свое сознание в тело куклы. Она попыталась проделать то же самое с советником Буер, но её словно не пропустил невидимый барьер. Эи отчётливо почувствовала, что имеет связь со Странником.       На следующий день она устроила вместе с Яэ чаепитие. Подруги сидели за небольшим круглым столиком, на котором были кружки чая, данго и имагаваяки. Пели птицы, ярко светило солнце, на небе не было ни облачка. В общем, благодать. И в такой приятной атмосфере Эи решила рассказать о Страннике Яэ:       — У меня есть подозрения, что советник Нахиды — моя выжившая кукла. Я отчётливо ощущаю, что в теории могу проникнуть в его тело, но у меня не выходит по какой-то причине.       — Странно. Не помню такую куклу, — проговорила Яэ и отпила из кружки. На стол села маленькая птичка, кицуне прогнала её, та недовольно прочирикала и улетела.       — Я тоже не помню, чтобы создавала куклу с такой внешностью. Первое моё создание было с такой же внешностью, как у меня и Сёгуна.       — И что ты хочешь с ним делать? — зевнув, сказала Яэ. — Украсть его у Буер?       — Конечно, нет. Просто… Как? Такое ощущение, что мне стёрли память. Но это невозможно. И я убила всех кукол, кроме Сёгуна. Он не мог выжить.       — Если он с Буер, значит он безобидный. Просто забудь его, — посоветовала Яэ и блаженно зажмурилась, подставляя лицо жаркому солнцу. — И мы, скорее всего, просто забыли, что у тебя когда-то была такая кукла. Прошло как никак пять веков.       — Нет, я не настолько глупая, чтобы не запомнить такое. Он слишком выделяется. И… Что он делал все эти века? Он мог попасть в руки Фатуи…       Яэ повернулась в сторону Эи и ненадолго задумалась, но вскоре её лицо снова приняло спокойное выражение.       — Спроси обо всем Буер, — сказала жрица.       — Даже не в этом дело. Он напоминает мне Макото… Поэтому я проявляю к нему такой интерес.       Эи вспомнила сестру и скривила губы, данго перестало казаться таким вкусным. Еда стала как будто пресной.       — Как по мне, ничем не походит, — заспорила Яэ. — Он какой-то нервный, Макото была спокойнее.       — Возможно, я просто сошла с ума, — поникла Эи и даже отодвинула тарелку с данго.       — Так и есть, — проговорила Яэ, сделала глоток и улыбнулась.       Эи весь день думала о Страннике. Вот чем он напоминает ей Макото? Она же с ним почти не говорила. И Архонт была полностью согласна с Яэ Мико. Когда Странник говорил с ней, Эи чувствовала, как он нервничает. Юноша будто хотел от неё сбежать.       — «Завтра же расспрошу Буер о нём», — подумала Эи.       Она вышла в город и увидела Нахиду вместе со своим советником. Они рассматривали меню лапшичной.       — «Мальчик-загадка», — пронеслось в голове у Эи.       Она хихикнула и молча продолжила наблюдать за Странником, вспоминая Макото и пытаясь понять, чем он на неё похож. Он заметил её и тут же отвернулся.