Часть 2

      За ужином Ньют отчитывался лидерам об итогах их экскурсии. Как и ожидалось, Гали очень разозлился из-за необходимости придумывать что-то новое. По его словам, сейчас он был и без того занят расширением хомстеда и скотобойни. Ник дал понять, что возражений не терпит и за этот месяц ничего с хомстедом не произойдёт. — Тогда, пусть салага не проходит испытание у меня! — совсем разозлился Галли. Как они только его терпят? — Не больно то и хотелось, — прошептала Юнна. — Вполне разумно, — кивнул Алби. — Тогда исключаем мясников, строителей… — И поваров, — подытожил Ньют. — Она сегодня пол кухни чуть не разнесла.       За день она так и не научилась определять, где её проводник серьёзен, а где шутит. Слишком у него всё однотонно. Язвить в окружении лидеров тоже не хотелось, они всё-таки пытаются её принять в их маленькое общество. И сейчас она сидела с покрасневшими от стыда ушами и тупила взгляд в подгоревшее содержимое. Далее разговор шёл между кураторами и главами о делах насущных, она не понимала полностью, но и вникать не старалась. Просто ела. На конце стола, судя по всему, сидели другие кураторы. За крупными фигурами лидеров они её даже не заметили, пока та не встала с пустой тарелкой. Они удивлённо её поприветствовали. И в итоге, девушка так смешалась, что осталась у Фрая на кухне мыть посуду в зачёт подгоревшего блюда. Парень ободряюще похлопал её по плечу.       На улице было хорошо. Небо тонуло в млечной дымке, забирая последние капли тепла, вдалеке от ворот бежали какие-то парни. «Ньют же говорил, что там нельзя находится» — промелькнуло в сознании. Может она упустила часть исключений? Девушка встряхнула головой склоняясь к ведру с водой и тут к ней пришла идея, о которой позже придётся поговорить с Галли.       Работу прервал страшный грохот, исходящий отовсюду и из неоткуда разом. Юна завертела головой, испуганно подскочив к чёрному выходу на кухне и чуть не сбила с ног Стефана с новой порцией грязной посуды. Что она в прошлой жизни посуде сделала? — Это ворота закрываются на ночь, — выглянул из-за ноши парень. Новенькая чуть успокоилась. — Ты к этому привыкнешь.       Они вместе сели за мытьё. Кофту пришлось отложить подальше, а вот джинсы уберечь не удалось. Ноги промокли от постоянно беспокойной воды, что летала перед ней из одного ведра в другое и на расстеленную рядом тряпку. К тому моменту, как они закончили, почти стемнело. От ночной прохлады стало зябко, и девушка куталась в кофту, не желая возвращаться на кухню. В кедах была неприятная сырость. Поодаль темнели деревья, а над ними угрожающе нависали стены лабиринта. Горло неприятно холодило. — Решила не идти на собственный праздник? — выглянул из-под навеса Ньют. — Не понимаю о чём ты, — она не отрывала взгляд от темнеющего неба. — Если бы ты не брезговала нашей компанией, то заметила бы большой костёр на центральной поляне, — она удивилась. Костёр означал возможность согреться и высушить перед сном промокшие ноги. — Я не брезгую, просто проникаюсь доверием постепенно. — Ну мне то ты теперь доверяешь? — фыркнул парень, вызывая лёгкую улыбку. Сколько раз за день он так делает? — Я ещё не решила. — Всё равно пошли к костру. А то меня Ник с потрохами сожрёт если я тебя сегодня кину. — Оу, так это он опять не по доброте душевной, а по поручению такой добрый. На душе залёг грустный осадок, хотя она и не ждала от юноши искренности. — Ньют, ты ведь тоже куратор? — парень кивнул. Они направились в обход. Фрайпан дал ясно понять, что не терпит нахождение на кухне вне рабочего процесса. — Кого ты курируешь? — Хороший вопрос, — собеседник убрал руки в карманы, — я курирую бегунов. Они единственные, кто может выходить в лабиринт. И опережая твои вопросы, дорога туда закрыта. Я тебя не приму. — Я и не хотела, — сморщилась девушка, — больно надо мне целый день бегать с видом на серые стены. Лучше уж скотобойня. — Хвалю за энтузиазм, шнурок! — улыбнулся он. Они подошли к огромному костру, у которого собрался, наверное, весь глэйд. Ник увидел их и помахал в знак приветствия. Ньют отправил её к лидеру, а сам скрылся в непонятном направлении. — Добро пожаловать в глэйд, Юнна, — прогрохотал парень и в округе послышались такие же поздравления. Было непривычно находится в центре внимания. Глэйдеры подходили знакомиться, а она безнадёжно кивала, пытаясь запомнить хотя бы одного. Из неоткуда вынырнул Ньют и впихнул ей в руку бутылку. Она удивлённо посмотрела в его лукавые глаза. — Это особая смесь Галли для испытания новичков, — с важным видом сообщил он. — Попробуй.       Сосуд казался крайне сомнительным, а запах из неё ещё сомнительнее. Люди рядом стали подбадривать её. Это же не отрава? И рогипнола у них же нет? Она ещё раз посмотрела озадаченным взглядом на знакомых и те уже хотели ей что-то сказать. Наверное, какое-нибудь «Не пей, если не хочешь», но она опередила их. Ей так надоело сегодня слышать какая она слабая, улавливать жалость в их глазах, возможно которую она придумала сама себе, разглядывая отражение напуганных глаз. Неожиданно вся утомлённость опустилась на её плечи, вся злость и вся безысходность этого места. Ей хотелось сбежать и у неё была возможность, да ненадолго, но была. Юн отчаянно запрокинула голову и начала пить, особо не вдаваясь во вкус. Все ошарашенно притихли, а потом Алби, проклиная Ньюта начал отбирать бутылку. Всё внутри горело, голова закружилась, а на языке осталась горечь. С уголка губ стекла капля. — Ну и дрянь! Кто так спирт смешивает? — Возмутилась девушка. Галли выдохнул уязвлённое «Ха». Раздались смешки. — Под твою ответственность, Ньют, — насмешливо покачал головой Ник. Алби не был столь благосклонен, от него послышались ругательства, которые девушка целенаправленно не стала слушать. Она опять оплошала, дважды. Рукой Юнна нащупала лоб. Захотелось присесть. Бегун к тому же это предугадал. Они вместе с Галли прошли к какому-то поваленному дереву и расположились у него, используя ствол как спинку. Юнна накинула капюшон, чтобы скрыть стыд и пьяный румянец и уткнулась подбородком в подтянутые к телу ноги. Ньют раздобыл где-то ещё одну бутылку и теперь тоже жаловался на вкус Галли. Костёр приятно согревал, даже сквозь снующих перед ними подростков. — Малявка, ты сама-то знаешь, как смешивать такие настойки? — девушка лениво пожала плечами на возмущения. В голове будто штормовое море плескалось. — Ну так, а чего тогда критикуешь? — Просто чувствую и всё, — рассердилась она, — Давай в следующий раз вместе попробуем смешать? Вдруг я была в прошлой жизни барменом. — В прошлой жизни? — отвлёкся от критики Ньют. — Ну, в жизни до глэйда, — повисло грустное молчание. — Тогда уж директором алкогольного завода, — закатил глаза Галли, вызвав смешки. Он умеет не только сердиться. Эта мысль обрадовала и, Юнна вспомнила про свою идею. — Галли, — позвала она, — тут есть вёдра побольше? Что-нибудь типа таза может? — А тебе зачем? — парни озадаченно посмотрели на неё. — Просто его можно было бы отгородить каким-нибудь простеньким навесом и с его помощью спокойно мыться, — трое прикинули эту идею в голове. — Я могу сама сделать, навес, только с тазом помоги. — Так уж и быть. Если поможешь с усовершенствованием пойла, я помогу с постройкой купальни, — он хотел добавить что-то ещё, но его прервал весёлый голос. — К нам совсем ребёнка отправили? Малец, ты чем неуго… — Чужая рука захватила шею Юны в локте, притягивая к парню азиатской внешности с короткими смоляными волосами и с какой-то тканью на плече. Капля с его волос упала на нос девушке. Он удивлённо уставился на неё, позабыв о продолжении реплики. — Ньют, мне кажется или… — Меня зовут Юнна, — выкарабкалась из чужих объятий девушка. Кураторы рассмеялись, пока новоприбывший извинялся, отодвигаясь подальше и поспешно натягивая майку на ещё не высохшее до конца, очевидно после купания в пруду, тело. — Минхо. Прости, я сегодня был в лабиринте, а на ужине тебя не застал, ну и на пруду тоже, — парень был не готов к такому повороту событий. Голова у него вскипела, и он прикусил язык от осознания ерунды, которую нёс. — Так ты бегун, — пробормотала новенькая. — Да, он мой заместитель, — отдал приятелю бутылку Ньют, обращаясь уже к другу, — она пока поспит в твоём гамаке.       Минхо понимающе кивнул. Ей стало совестно. Может она должна была извиниться перед ним? Взялась из неоткуда, заняла его место, ещё и в неудобное положение поставила. Азиат уловил её тревогу и лучезарно улыбнулся. — Я не сплю там уже месяц. Не могу терпеть бормотание Ньюти во сне. — Не говорю я во сне! — возмутился тот. — Конечно, ты же не можешь слышать себя со стороны, — парировал Минхо.       Они сидели так ещё полчаса. Глэйдеры веселились, пели и танцевали. Некоторые подходили познакомиться, но Юна в ответ лишь сонно кивала. Алкоголь её больше усыплял чем пьянил. Галли почти сразу ушёл в круг — местную забаву, где двое противников с помощью физической силы должны были вытолкнуть друг друга из песочной очерченной окружности. Ему не нравился щебет Минхо. Зато Ньют, как оказалось, с ним хорошо ладит. В какой-то момент ей показалось, что она удерживает их от веселья, но парни заверили её, что они всегда сидят в сторонке и обсуждают дела. Она почти им поверила. Чуть позже, девушка не заметила, как задремала, убаюканная печальными мыслями, пока громкий смех Минхо не заставил её вздрогнуть. — Ты, наверное, устала, — повернулись к ней бегуны. Ньют встал с насиженного места и отряхнулся. — Пошли спать.       Она тихо плелась за бегунами, пока они не потеряли где-то у входа Минхо. По пути к гамаку Юн сама запуталась, постоянно врезаясь в чужие спальные места. Ньют великодушно ждал и подсказывал. Любой позавидует его выдержки, терпеть кого-то со столь траурным видом, пьяного и непутёвого — любой на его месте давно бы перепоручил помощь на первого встречного или бросил на самоистязания. Когда они добрались через лабиринт глэйдовских вещей, парень хотел ей показать, где все умываются на ночь, но она уснула сразу же, как добралась до своего места. Беспокоить её больше не стали.       Сон был беспокойным. Лифт сменялся изощрёнными пейзажами глэйда, а те выдуманными стенами лабиринта, по которому она всё бежала и бежала под грохот, шум и чьи-то завывания. Невидимые монстры гнались за ней и вот, за одним из поворотов нечто нагнало её. Она умерла.       Веки распахнулись, девушка старалась восстановить дыхание, но получалось плохо. Вопли из сна продолжались, навеивая панику. Она крепко зажмурилась, закрыла руками уши и встряхнула головой. Вопли не исчезли, но она уловила бормотание с соседней койки. Он и вправду говорит во сне. Юна попыталась встать, но в темноте неудачно извернулась и упала с гамака на пол. Грохот пока никого не разбудил. По крайней мере там, куда она успела взглянуть, все по-прежнему спали. Удивительно как столько людей может спать под стенания явных монстров. Неужели это из закрытого лабиринта? Дрожь пробила всё её тело. Может она ещё спит? Сзади раздался шорох и сзади прилетел слабый щелчок по голове. Девушка приглушённо взвизгнула. — Эй, всё в порядке, — она заметила, что неосознанный лепет Ньюта во сне затих. Всё-таки грохот разбудил, как минимум одного глэйдера. Она обернулась. Парень свесил руку, наполовину утонув в мешке на верёвочке. — Эти вопли издают гриверы. Но им не добраться до нас внутри глэйда. — Пока ворота закрыты, — всё ещё не хотела возвращаться на спальное место девушка. — Но сейчас они и не открыты, — резонно заметил проснувшийся. — Ложись спать, тебе понадобится завтра много сил. — А ты видел гриверов? — не унималась девушка, но в гамак залезла. — Чуть жизнь им не отдал, — усмехнулся Ньют и демонстративно переместил свисающую руку на лицо, обозначая конец разговора.       Юнна успокоилась после короткого разговора. Уснуть быстро, конечно, не смогла. Но было уже не так страшно. Хотелось бы узнать, сколько сейчас времени, так было бы проще определиться — стоит ли ей засыпать. Рядом вновь послышались тихие отрывки речи. Они, как сказка для ребёнка, отвлекали от всего постороннего, помогая уснуть. Настолько она привыкла за день к репликам этого странного глэйдера. И она соврёт, если скажет, что не хотела бы видеть его своим экскурсоводом-нянькой чуть дольше. Но хорошего всегда бывает мало. Поручение Ника действовало лишь в первый день прибывания и её желание разбилось об утреннюю дымку.       Новоиспечённая глэйдерша проснулась с грохотом открывающихся ворот. Гамаки поблизости были пусты, рядом лежал только Галли с неестественной для него улыбкой, который приветственно махнул рукой. — Обожаю смотреть, как новички впадают в панику после пробуждения, — девушка лишь грустно посмотрела на него. — Пошли, покажу, где можно почистить зубы.       Она неохотно встала и, отыскав щётку в сумке с вещами, последовала за одним из лидеров. Зрелище было прискорбное. Деревянные будки с не самым лучшим запахом, а рядом ведра с водой, около которых заспанные глэйдеры чистили зубы. По несколько вёдер на группы. Одно для использованной воды, другое для чистой. Теперь она поняла, для чего в вещах был стаканчик. Галли благородно отправил её за ним обратно в хомстед. Сегодня она познала преимущества вставать одной из первых.       Ньюта нигде не было. Зато на завтраке её перехватил Минхо, который весь приём пищи расспрашивал её о подробностях вчерашней экскурсии и о том, куда она пойдёт сегодня пробовать силы. С соседнего столика удачно донеслась реплика Галли про перемену решения. Сегодня Юнна пробуется в строители. Ник немного удивился, но возражать не стал. Так Минхо и увязался за ними. Всё утро они втроём пытались придумать как это будет выглядеть, из чего лучше всего это построить и где поудачнее расположить. Ближе к обеду они направились к пруду, чтобы найти наиболее подходящий вариант. На месте, за спорами, компания обошла берег несколько раз, прежде чем сойтись на общем варианте. В итоге Галли придумал какую-то гениальную купальню и расписал им план действий. Они направились в сторону кухни, где за обедом, вместе с другими двумя строителями они подробнее обсудили новый проект. — Смотрите, если здесь расположить очаг, а прямо над ним не заколачивать потолок досками, а просто накрыть теми же лозами, то можно будет греть воду и комнату, — загорелся идеей Галли. Видимо сотворение чего-либо было его страстью, а Юнна преподнесла прекрасную возможность раскрыть потенциал. — Тогда внутри можно поставить лавочку, чтобы было комфортнее, — рассуждал Хэнк. — Она будет занимать лишнее место если у нас получится сколотить ванну, — спорил Френки. У них возникла идея собрать из досок огромный таз под человеческое тело, но для этого необходимо было просить материалы у создателей на следующей неделе. А до тех пор Юнну устраивало ведро с водой. Только вот эту купальню, тоже за один день не получалось строить, но Галли заверял, что к следующему ящику точно управятся. А пока девушка предпочитала отложить мысль о возможности помыться иначе на вечер. — Тогда она будет служить полкой для мыла и мочалки, — нашёл компромисс Галли, — Тем более, если у нас всё получится, то с тёплой водичкой смогут мыться все в глэйде.       Их идея понравилась и Нику с Алби. Они дали добро на использование строй материалов и после обеда их компания, уже в полном составе строителей, таскали материалы на берег. Парни носили доски, а Юна бегала с вёдрами гвоздей и инструментов, что ей доверительно разрешили найти в том самом запрещённом здании, которое не стал показывать вчера Ньют. Маленькая коморка служила оружейной, в которой из оружия были разве что ножи мясников, топоры, да пилы строителей. Минхо объяснил это тем, что сражаться им ни с кем не приходилось, а для поддержания отсутствия самоубийств в глэйде, опасные вещи заперли здесь. В месте, куда могли попасть только кураторы или те, кому разрешили. Над защитой тут тоже поработал Галли, соорудив какой-то замысловатый механизм, вызвав этим огромное уважение у новенькой.       Внутри было темно, оружейная уходила под землю, отчего там появился спёртый запах. Пришлось ждать, пока глаза привыкнут к темноте. Лёгкие начали ныть от застоявшегося кислорода и аромата земли в смеси гнилых листьев. Голова закружилась, и салага поспешила убраться оттуда, прихватив нужные вещи.       В постройке толку от неё было уже меньше. Строители понимали друг друга с полу слова, поэтому легко ориентировались в работе, а Минхо с Юн в основном держали части и подавали необходимые вещи. Вечером они заработались до самого закрытия ворот. Только оно их и оторвало от работы. На ужин компания пришла позже всех. В столовой остались только бегуны и повара. — Трудишься, как пчёлка, малышка? — приветственно улыбнулся Фрайпан. Стефан отдал им последние порции. Бегуны обсуждали что-то за своим столиком. — В поте лица, — кивнул ему Галли. — Толку от них мало, но они пытаются. — А нас он не хвалил, — ткнул локтем своего коллегу Хэнк. — Вы — мои ученики, а они лишь временная прислуга. От них много и не ждёшь, — царственно заключил куратор. Что ж, это в его стиле.       Пока они ели, Юн ломала голову, как бы ей помыться. Тело неприятно зудело от пота и грязи, накопившихся за эти пару дней, а голова адски чесалась. Она мысленно подсчитывала, сколько понадобиться бегунам времени, из вчерашних воспоминаний. Было бы неплохо, если бы кто-нибудь постоял на страже, но мысль была абсурдной. Кто вообще на это честно согласится? Она обвела взглядом столовую. Минхо хороший парень, но ему завтра бежать в лабиринт, не хотелось бы отнимать время его драгоценного сна. Бегун сегодня весь день рассказывал, как сложно исследовать лабиринт, даже учитывая то, что они меняются каждый день. Галли её пошлёт, она не сомневалась в этом. Фрай тоже рано встаёт, чтобы приготовить завтрак. К Алби или Нику не хотелось обращаться с такой глупостью. И на этом её список почти закончился. Попытка не пытка, осталось только подгадать момент. Девушка героически вызвалась мыть посуду, как только опустошила свою тарелку. Кухня опустела. Ноги опять промокли от работы. Юнна со Стефаном в мирной тишине домывали остатки. Помощник повара вообще был крайне молчалив, иногда она думала, что возможно он тоже чем-то болен.       Время тянулось мучительно медленно. Почти стемнело. Они уже собирались выливать грязную воду, как с кухни раздался голос Фрайпана. Пришёл Ньют. Если быть честной, то она, за время, проведённое с посудой, отчаялась. Ей пришла мысль, что куратор давно спит. А тут такое. Что это, если не удача? — Кухня закрыта, — ворчал шеф. — Да ладно тебе, Зигги, неужели не найдётся стаканчика водички для несчастного бегуна? Жажда после лабиринта измучила, ужасно! — с кухни послышалось бряканье. Казалось, бегуны здесь имеют особые привилегии. Будь это кто-нибудь другой, боюсь, Фрай его бы скалкой погнал отсюда. — Помоешь сам, — отчеканил повар, прогоняя незваного гостя с кухни. Посудомойщики перестали прислушиваться, оставив вёдра с водой в покое. Через мгновение показался и сам объект раздражения кулинаров. — Привет, работягам! — улыбнулся незваный гость и уселся рядом. Волосы у него были мокрыми, а сам он завидно светился чистотой. — Разве ты не была сегодня весь день на побегушках у Галли? Откуда столько энергии? — Я жду, — вот он. Прекрасный момент для просьбы. Сам бог даёт шанс! Только неловко говорить при Стефане, но тут тоже прекрасно сложилось. Помытую посуду пора было относить на кухню. — Чего? — поинтересовался парень, допивая воду. Стефан скрылся. Надо поспешить. — Тебя, — выдала девушка, заставив собеседника поперхнуться. В области затылка она ощутила жар. Ей стало неловко от своих слов. Диалог, судя по всему, не её сильная сторона. — У меня к тебе просьба. — А, — только и смог выдохнуть тот. — Можешь посторожить пруд, пока я моюсь? — на лице так красочно было написано непонимание, что аж хотелось треснуть ему, да посильнее. — Если ты уже тут, значит пруд свободен. — Ну да, все готовятся ко сну, — рассудил Ньют, возвращая своё обыденно хмурое выражение. — Не боишься? — У меня нет выбора. Терпеть не могу ощущение грязи на себе, голова чешется. Да и если рассудить, то пусть лучше один увидит, чем половина глэйда… — обречённо стала перечислять она. — Не буду я подглядывать! Сдалась ты мне, — прервал её куратор. Девушка благодарно улыбнулась, отбирая использованную кружку.       Ньют вылил воду из вёдер, они занесли остатки посуды и направились в хомстед за вещами. Внутри их сопровождал подозрительный взгляд Галли. Салага не выдержала его, и просто взяла всю сумку сразу. На входе он попросил её подождать, чтобы найти свой спальник, объяснив это тем, что не хочет марать чистую одежду, а после взял все сумки сам. Юна не могла выразить словами свою благодарность, её руки ныли от сегодняшних нагрузок. В тишине они вышли к пруду, где спустились к песчанистому берегу. Сопровождающий постелил спальник, кинул на него сумку с вещами и скрылся где-то в зарослях. Юнна не стала мешкать. Она, конечно, доверяла ему, но мало ли что у человека может быть в голове. Взяв с собой только то, что хотела постирать, Юн поспешила к краю берега. Вода была прохладной, но воздух был холоднее. Девушка, судорожно вздохнув, нырнула с головой в черноту ночного водоёма. Свежесть обволокла её тело, а волосы стали лёгкой паутинкой над головой, гудящие мышцы расслабились. Ногами девушка ощутила слабое течение по дну. Её догадки подтвердились. Она вынырнула, вдыхая вечерний аромат леса. Где-то рядом шуршали кусты, но никого не было видно. Пришло время оттирать от кожи слой пыли. — Юн, ты сейчас в воде? — послышался вопрос из-за деревьев. — Пока да, — крикнула в ответ девушка.       Тут же показались светлые волосы в тени деревьев. Пруд освещала луна, отбрасывая свои лучи на подростков. Она настороженно посмотрела в его сторону, когда тот на мгновение замер. Их взгляды встретились и глэйдер поспешно удалился к спальнику. В руках у него были какие-то палки, которые он бросил перед собой и сел к воде спиной. Юн немного расслабилась и принялась стирать одежду, насколько это было возможно. У неё всего было два комплекта, поэтому к ним нужно было бережно относиться. На берегу засверкали искры, раздалось потрескивание веток, человека на берегу очертил свет пламени. Хотелось бы сейчас погреться у костра, а не мёрзнуть в воде, но была одна проблема. Все сухие вещи лежали на спальнике, вплоть до полотенца. Юнна пренебрежительно взглянула на мокрую одежду в руках и решила из всего комплекта накинуть только футболку. Вздохнув, она осторожно направилась к вещам, красная, как помидоры на плантации. — Не оборачивайся, — глэйдерша быстро наклонилась, забирая полотенце с чистыми вещами. — И не собирался, — равнодушно стукал палкой по костру сторож. — Мне может уйти? — В этом уже нет смысла, — её голос был надтреснутым и дрожал от холода. — Ты эксгибиционистка что ли? — усмехнулся он, подпирая рукой голову, тем самым чуть отвернув лицо. — Что? Нет конечно! — возмутилась собеседница, отходя на пару шагов назад. — Нудистка? — мокрая футболка приземлилась рядом, почти попав в кучу, где уже лежали оставленные мокрые вещи. — Не неси чушь. Я просто очень быстро принимаю реальность, — фыркнула она, стараясь не замарать в песке штанины длинных шорт. В сухой одежде стало теплее, а полотенце на голове не давало противным каплям стекать по спине. Она быстро подскочила к костру и блаженно вытянула конечности. — Где вы сушите вещи? — Там же где висят сумки с вещами.       За эти два дня она не всматривались в обустройство соседних спальных мест. Это было довольно сложно сделать, ведь там всё было чем-то завешено, но кажется припоминала, как видела висевшие комплекты. Сейчас же, было неплохим вариантом подсушить мокрую одежду около костра. Она отошла куда-то в сторону, где по её воспоминаниям Галли спрятал оставшиеся доски и взяла оттуда одну. Ньют дёрнулся, когда увидел её с палкой наперевес. Она облокотила её на ближайшее к очагу дерево и свесила мокрую футболку с джинсами. Бельё Юн решила сушить в руке. Через минут двадцать все прутья перегорели, оставив только угли и они направились к хомстеду. Было приятно ощущать себя чистой, сразу появилась энергия и поднялось настроение. Хотелось беспричинно улыбаться, будто вода смыла все проблемы. Только волосы неприятно пропитывали влагой капюшон.