Часть II. Глава 11: Кошка

      — Мяу! — через плотно закрытое окно, несмотря на гром и монотонный стук ливня по стеклу, доносится громкое и жалостное мяуканье, от которого моё сердце сжимается. Моё внимание обращается к окну, за которым трудно разглядеть что-либо из-за воды.       Кот?! Но… в такую погоду оказаться на улице… кошки же всегда находят укрытие во время дождя. Да и я не так часто видела бродячих кошек в Джаспере… Наверное… мне просто показалось… Очень сильно надеюсь…       Я машу головой в разные стороны в знак протеста на то, что какой-то кот мог оказаться на улице, когда там такой ужас происходит. Такое ощущение, что ветер может снести стены, а дождь так барабанит по крыше доме, что даже я отчётливо слышу этот дождевой трек в стиле хард-рока. Похоже, из-за такой устрашающей погоды у меня пропадает хоть какое-то желание делать домашнюю работу, а мой воображение просто специально пытается меня отвлечь.       — Мяу! — снова раздался этот кошачий звук, прозвучавший намного громче и отчётливее, а за ним следует оглушающий раскат грома, что моё тело резко вздрагивает и ощущается дрожь в предплечьях.       Если мне… так страшно… то я даже… представить не могу… как тот бедный кот сидит на улице…       Я поднимаюсь с вращающегося стула на колесиках, небрежно кинув ручку на исписанный листок тетради, и небольшими шажками приближаюсь к своей кровати. Не знаю, почему мне сейчас стало так страшно. Может я боюсь увидеть то… что… этот кот поранился… и… вдруг на него упала ветка, а может и дерево! И… и в любую секунду он может умереть… Я забираюсь на покрывало, стоя на коленях, и медленно приближаюсь к окну. Я прижимаю ладони и лоб к леденящему стеклу и пытаюсь левым глазом что-то разглядеть через него, но ничего не получается увидеть из-за отсутствия какого-либо света и ливня, который льёт словно из ведра.       Вот же… ничего не видно… Я никогда не видела такого в Японии! Только дожди были, а очень редко можно было услышать хотя бы один грохот грома. Надеюсь… что это здесь не является обыденным явлением. А… Минуточку… А если этот ливень будет идти и целый завтрашний день.? Как… я… пойду в школу? Так… я что-то не о том думаю… Надо спасать кота или кошку!       Я отталкиваюсь от гладкой прозрачной поверхности стекла и отодвигаю в бок свою чёлку, используя теперь оба свои глаза, надеясь, что это чем-то поможет. К моему удивлению, это действительно сработало и вижу теперь намного отчётливее. С моей стороны окна растет дерево, но оно ещё не настолько высокое, которые я видела в Джаспере, так что мне открывается вид на лиственную верхушку. Она принимает больше всего урона от дождя, чем всё остальное дерево.       — Мяу! — когда я прижалась лицом вплотную к окну, то мяуканье уже доносится не от веток деревьев, а снизу, то есть кот побоялся лезть на дерево.       Не теряя больше ни секунды, я отклеиваюсь от окна, слезаю с постели и просто напрочь выбегаю из своей комнаты, направляясь к лестнице и с такой же быстротой спускаюсь по ступенькам, к моему счастью, не поскользнувшись. У меня даже мысль не сразу появляется о том, что стоило с собой взять хотя бы ветровку, чтобы накрыть кота. А может укутать того, если тот откажется идти со мной дом, чтобы переждать эту… бурю.       Считайте это безумием, но мне… очень жаль этого котика… А вдруг с ним что-то случилось и он просит о помощи? Никто из других даже не сможет помочь, потому что мяуканье доносится из внутреннего двора, куда можно попасть только через дом.       Как только я оказываюсь на первом этаже, сразу же бегу в сторону двери, ведущая в наш внутренний дворик. Только вот не удается с первого раза открыть дверь, похоже, ту с другой стороны толкает мощный ветер. Мне приходится даже прислонить плечо к двери и, зажмурив крепко глаза, я со всей силой давлю на преграду из дерева.       С трудом открыв дверь, меня тут же встречает порыв ветра, который почти меня не отправил обратно внутрь моего дома. Я прикрываю ладонью своё лицо, выставив её тыльной стороной к моим глазам, и медленно переступаю ногу за другой, вступая на землю. Замираю от удивления, когда ощущаю голыми ступнями липкую, мокрую землю и маленькие камни, которые оказываются гладкими. Хоть не поцарапаюсь, но потом придется снова мыть ноги.       Ой… хе-хе… Как же хорошо, что… папа не видит этого… Он бы… точно очень сильно перепугался, когда увидел бы, что я вышла на улицу босиком и только в своей ночнушки, через которую видно моё нижнее белье. Это платьице для сна с длинной до колена и изготовлено из легкой белой ткани, а длинные рукава — прозрачные. Да ещё и под такой сильный ливень с громом…       Я наклоняю тело вперед и пытаюсь идти против ветра, прикрывая своё лицо уже обеими руками, только глаза всё равно держу закрытыми, а не то мало ли, что может случиться.       — Мяу! Мяу! Мяу! — похоже я иду к цели, потому что слышу громкое мяуканье, повторяющееся несколько раз, а затем раздается недовольное шипение.       Я наконец-то останавливаюсь, когда на мои волосы и плечи попадают меньше капель, что значит оказываюсь прямо под лиственными ветвями дерева. Всё также слыша кошачье шипение, медленно убираю руки, опустив вдоль своего тела, и я неуверенно открываю глаза, один из которых снова прячется под чёлкой.       Вот… вот это да…       Прямо у основания дерева, поверх его корней, я замечаю полностью промокшую, исхудавшую и агрессивную кошечку, которая обладает такой же чертой внешности, как и я. Её глаза. Они прям такие, как у меня! В том смысле, что по цвету! Её кошачий глаза ярко-голубого цвета, а левый — зеленого!       Это… простое совпадение? Ох… божечки… у неё на носу царапина, которую ещё не полностью заросла черной коркой, то есть это ранение она получила совсем недавно. А ещё на её правой задней лапе небольшой участок без шерсти… И сама она выглядит очень больной, и только сейчас замечаю, что её глаза гнойные и зрачки в них сейчас расширенные. Бедняжечка такая…       — Шу-шу-шу, — я подзываю её и, к моему удивлению, никак не реагирует. Кошечка лишь продолжает шипеть и смотреть на меня злобно, хотя была уверена, что ей больше страшно.       Ой… Это же… Американская кошка… В том смысле, что… В Америке же по-другому подзывают кошек, а не как в Токио. Но… я не знаю как… Я ещё не видела, чтобы кто-то на улице просто так звал кошку… Что же делать… Она же так просто не пойдет ко мне, а взять на руки против её воли — жестоко…       — Ты очень красивая, — ласково шепчу кошечке и мягко улыбаюсь, глядя на неё с восхищением, потому что действительно считаю очень симпатичной, но затем с горечью смотрю на любопытную мордочку и тихо шепчу, а в голосе чувствуется печаль: — Наверное, с тобой случилось много чего плохого… мне очень жаль… но… Я правда… хочу помочь… спрятать от дождя… покормить… Хи-хи, может даже расчесать твою прекрасную шёрстку, если… позволишь мне это сделать…       Она неотрывно смотрит на меня широкими глазами и перестаёт шипеть, а лишь замирает на месте и, возможно мне кажется, с любопытством изучает меня. Но, когда я наклоняю голову к плечу, кошка начинает недовольно то ли рычать, то ли мяукать, не открывая свой ротик.       Не доверяет… неудивительно… Хм… А что… если… я покажу, что мы немного похожи? Глупо что-то хорошее ожидать, но стоит попробовать все варианты.       Чтобы не напугать сильнее гостью своего двора, я очень медленно тяну правую ладонь к своей чёлке, во второй раз отодвигаю её. Наши взгляды встречаются. Похоже, она тоже удивлена увидеть такие же глаза, как и у неё, только у человека. Я ощущаю, как моя улыбка становится чуть шире и радостнее, когда кошка решает довериться мне и медленно, крадясь, придвигается ко мне.       И я не могу сдержать умиление и счастливую улыбку, когда кошечка забирается ко мне на колени и начинает мурлыкать, как маленький трактор. Удивительно, что мы обе забыли о том, что сейчас происходит на улице. Но это сейчас было неважным. Я не тянусь сразу же гладить её, а даю ей право понюхать свою руку, после чего она сама трётся своей влажной щекой о мою ладонь и прикрывает глаза.       — Ты такая ласковая девочка, хи-хи, — я тихо хихикаю и нежно провожу пальчиками по голове кошечки, а затем чешу за ушком, и всё это сопровождалось стуканьем дождя, раскатами грома и довольным урчанием очаровательного существа.       Мы так сидим несколько минут и я замечаю, что моя ночнушка промокла и теперь в пятнах от грязных лап кошечки, но я не перестаю улыбаться и аккуратно поднимаю кошечку на руки.       Я вскоре заношу бедняжку внутрь дома и несу её на второй этаж, собираясь отмыть её тело от грязи и с глаз тоже смыть гной. Мне всегда казалось, что кошки ненавидят воду и боятся даже к ней приблизятся. Вот только эта кошечка ничуть не испугалась ванны, хотя, может это из-за того махрового полотенце, которое я подложила. Как-то увидела в интернете, что котам намного спокойнее мыться. Красавица ни мяукала, ни пыталась убежать, ни царапалась, а послушно сидела с закрытыми глазами, пока я держала в одной руке душевую лейку, другой же осторожно вымывала её шерсть обычным мылом. Глазки же я потом вытерла обычным полотенцем, смочив край водой, и аккуратно убрала грязь.       — В морозилке вроде бы… лежит куриная грудка… — задумчиво шепчу я, пока тщательно вытирала кошечку полотенцем, а она снова, но теперь очень довольно и громко мурлыкала.       К сожалению, мне не удалось её полностью высушить, но хотя бы воды не стекает с кошечки и выглядит намного чище. Я оставляю её в ванной, положив рядом махровое полотенце, думая, что захочет на нём полежать, и иду на первый этаж. Когда я иду на кухню и становлюсь напротив холодильника, то слышу, как кто-то прыгает по ступенькам и бежит ко мне.       О-о-охх… Какая же она очаровашка! Так проголодалась, что пошла за мной… Прошу, пусть будет хоть какое-то мяско! В холодильнике у нас есть ветчина, но я не доверяла её составу, поэтому лучше кошечку покормить хотя бы сырым мясом, а потом купить ей сухого корма или жидкого. А… ну… я решила её всё-таки оставить… Я не хочу её отдавать в приют, потому что там очень скучно и одиноко ей будет… Конечно же у неё может быть хозяин, но… пусть она останется со мной, пока он не найдется.       — Нашла! — я радостно восклицаю, когда нахожу в холодильнике грудку курицы, похоже, папа туда засунул, чтобы потом из нее что-то приготовить, и смотрю на кошечку, которая при виде мяса начинает тереться об мои ноги, на что тихо хихикаю. — Хи-хи, милашечка… Я тебе дам небольшой кусочек, но ты только никому не говори, хорошо? Ты же умеешь хранить секретики.       Неожиданно она поднимает свою голову и, глядя на меня прелестными глазками разных цветов, её мордочка становится похожей на улыбку, а она мило издаёт:       — Мяу!       Если папа не разрешит оставить её, то я вместе с ней пойду на улицу жить! Потому что она слишком бесподобна и умилительная! У меня сейчас сердечко остановится от такой милоты!       Нахожу в шкафчиках блюдце, которое я и отец ни разу не использовали за весь этот месяц, и, промыв его, накладываю на посуду несколько разрезанных кусочков куриного мяса и ставлю на пол, а кошечка тут же набрасывается на еду и снова очаровательно мурлычет. Достаю ещё миску, наливаю в неё холодную водичку и ставлю на пол, рядом с блюдцем, чтобы кошечка могла запить свой ужин. Я возвращаюсь в свою комнату только лишь за своим телефоном и прихожу обратно к своей гостье, которая, к моему приходу, уже слизывала всё блюдце. После чего с усилением я перевожу своё внимание на дисплей сотового и замечаю, что получила уведомление о новом сообщении. Брюс Райм: «Привет» Брюс Райм: «Ответь, как освободишься, пожалуйста»       Я так рада, что и с ним все в порядке. Надеюсь… он никуда не выходил из дома, из работы, или из другого какого-либо места. Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Привет» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Я здесь)» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Я рад снова быть с тобой)» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «И мне приятно 😊» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Ну и погодка» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Я согласен» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Сейчас безопаснее всего оставаться дома» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Ты же никуда не выходила?»       Ой… Говорить ли… ему… или нет…? Если скажу, то… наверное, будет недоволен… хотя… может слишком перегибаю палку, а ему на самом деле будет всё равно на то… что ему скажу… Хотя… Если это было так, то Брюс… не спрашивал бы…       Я удивляюсь, немного покраснев, когда почувствовала шершавый и горячий язычок на своей ноге, слизывающий мою кожу от недавнего дождя. Я не сдерживаю смеха, потому что это немного щекотно, и сажусь на пол, опираясь спиной о деревянный кухонный шкафчик. Кошечка медленно приближается ко мне, забирается вновь на мои колени и, закрыв в очередной раз свои глазки, трётся щекой о мой животик и счастливо мурлычет, а я сильнее и нелепо улыбаюсь, начиная гладить это милашку по голове. Я вспоминаю про Райма и, тяжело вздыхая, решаю всё-таки сказать правду. Пока сотовый телефон находился в правой ладони, я большим пальцем быстро тыкала по кнопкам и печатаю. Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Выходила» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Но ненадолго!» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Шизука, это же очень опасно и рискованно» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Почему ты выходила?» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Я услышала, как мяукала кошка» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Мне стало очень жаль и даже страшно за неё» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Вот я и пошла на улицу» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Со мной всё в порядке, правда!»       Что же… он ответит…? Посчитает ли он меня сумасшедшей? Напечатает, что это было глупо и ненормально? Надеюсь… Брюс не сильно будет ругать меня… Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Ты меня не перестаешь удивлять. У тебя очень добрая и сострадательная душа)» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Шизука, это очень храбро с твоей стороны идти спасать кого-то, кто слабее и меньше тебя» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Но ты не забывай и о своей безопасности, пожалуйста»       Я поражено читаю сообщения Брюса и немного прищуриваю глазки от смущения, а щечки немного покалывают.       Он… так переживает… Почему? Почему… Неужели… нет, невозможно… Как можно за два дня общения так сильно привязаться к кому-либо… но… Хотя… Это противоречиво от меня такое слышать, когда я так быстро… привязалась к кошечке… Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Я обещаю, что буду теперь осторожна» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Я поверю. Твой отец знает?» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Нет! Он ведь бы тогда очень испугался!» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Да, это так. Но будет лучше, если он узнает как можно раньше и от тебя»       А? Стоп… Что значит лучше от меня? Брюс хочет ему рассказать? Не, не это странное… ОН ХОЧЕТ С НИМ ПОГОВОРИТЬ?! Не-не-не! Я тогда не прощу его за это! Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Извини за грубость, но, думаю, мой отец будет менее недоволен, чем тебе. Поэтому не надо с ним разговаривать, прошу! 🙇🏻‍♀️» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Я всё понимаю» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Просто пошутил)» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Это ничуть не смешно!» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Возможно, но твоя реакция забавная 😊»       И… и улыбается ещё! Вот же какой хитрый, хи-хи! Интересно, а он такой же веселый со своими… коллегами и подопечными? Если да, то им очень повезло! Хотя… даже интересно… есть ли у него в отряде… девушки… наверное, они очень сильные и… красивые… Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Ты забрала кошку домой?» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Угусь» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Она сейчас спит на моих коленях. Такая очаровательная 😊» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Но я уже завтра пришлю её фотографию!» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Буду благодарен» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Кстати, а как в Америке подзывают кошек? Я пробовал на своём языке, но не получилось»       Я смотрю на кошку и замечаю, как та мило уснула на мне, растянувшись во всю длину на моих коленях и я боялась хоть как-то пошевелиться, чтобы не потревожить сон спящей красавицы. Похоже, я сегодняшнюю ночь проведу на кухне, но… это того стоит! Возможно… это последний раз, когда она так спит на моих коленях! Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Прости, я тоже не знаю. У меня никогда не было домашних питомцев» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Все хорошо» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Надеюсь, мне удастся быстро найти её хозяина. Тот, уверена, очень скучает по кошке» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Думаешь, что он есть?» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Конечно! У такой красавицы точно должен быть тот, кто за ней присматривал» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Не удивительно тогда, что ты её нашла»       Что? В каком смысле? О… Ой… Кажется, я поняла… Нет, но это уже перебор, мне кажется… Ведь… Он же точно видел себя в зеркале… и… и меня… просто… не знаю, зачем говорит такие вещи, если я совсем не такая…       Я неожиданно чихаю и немного поднимаю ноги, но, к моему счастью, кошечка не просыпается, а лишь очаровательно тянет лапки и снова спит неподвижно. Через секунду ощущаю, что мой нос перестает дышать, полностью забитый и мне приходится приоткрыть губы, чтобы получать в лёгкие воздух. На голову же что-то давит и трудно сосредоточить свои глаза на чем-то, потому что потихоньку всё начинает плыть. Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Шизука?» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «У тебя всё хорошо?» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Да, всё хорошо!» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «Просто немного утомилась за сегодня. Наверное раньше пойду спать» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «Тогда отдыхай и набирайся сил. Спасибо за разговор)» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «И тебе)» Шизука Итикава: «печатает…» Шизука Итикава: «До завтра, Брюс 😊» Брюс Райм: «печатает…» Брюс Райм: «До завтра, Шизуку 😊»       Мой левый глаз совсем не разбирает то, что отправляет мне Брюс, а тело становится очень вялым и руки очень трудно держать на весу. Так что в одно мгновение мне удается выключить телефон, перед тем, как он падает на пол. Я хватаюсь рукой за лоб, пытаясь остудить жар холодной ладонью, но ужасно болит в области висков и чувствую, как из носа вытекают слёзы.       Всё-таки… я… заболела… Надо… добраться до комнаты… но… Я… Совсем… Не могу… подняться на ноги… Не из-за кошки… очень холодно и тяжело… Нет… не спи… Станет же… только… хуже…       Не… спать…