Часть IV. Глава 22: Нежная близость

      Я быстро подхожу к лестнице, ставлю ногу на первую ступень и, немного испугавшись, замираю и крепко сжимаю плотно губы, боясь, что вдруг Брюс услышит моё дыхание. Причиной моей остановкой оказался неприятный громкий скрип, когда прижала ступню к деревянному покрытию ступеньки. Моё лицо заливается румянцем от одной мысли, что, пока я приближалась к лестнице, также издавала этот стыдливый шум. Как я только не услышала?! Вдруг Брюс теперь меня посчитает... тяжелой, раз от моих шагов так скрипит пол.       На этот раз я передвигаюсь намного медленнее и, осторожно и на носочках передвигая ногу с одной ступени на следующую, придерживаюсь ладонью за стену (на всякий случай). Теперь доносятся глухие шорохи и иногда тихий скрип, когда наступаю не в те места, но надеюсь, что мой гость их не заметит.       Брюс...       Я мягко улыбаюсь и невольно тяну свободную руку к своим губам. Медленно раскрываю их, бесшумно дышу через рот и провожу указательным пальцем сначала по нижней, затем по верхней губе. Всё ещё ощущаю тепло и небольшую шероховатость, похоже, из-за горячего дыхания Брюса. К сожалению, я не смогла увидеть его глаза и само выражение лица, когда он поцеловал в первый раз. Мне всё ещё кажется, что чувствую его дыхание на своей коже, а его руки продолжают изучать тело, расслабляя меня до самых кончиков пальцев.       С каждым шагом становится всё труднее подниматься и даже забываю о том, зачем я шла на второй этаж, когда могла вернуться к Брюсу. Мне хотелось как можно больше провести время с ним, даже, если мы ни о чём говорить не будем. Его глаза, его руки, его дыхание, его тело, его нежность, его осторожность, - придавали мне уверенности и спокойствия, которым никогда не могла похвастаться.       Помня свою жизнь, я очень редко разговаривала вне дома. Мне не с кем было поговорить. Не будь моего отца, я бы точно стала немой и более пугливой, чем сейчас. Хотя у меня раньше не раз появлялись мысли о том, чтобы вообще прекратить использовать вербальный способ общения, но... моя жизнь стала бы только тяжелее и ещё страшнее, особенно, если пыталась куда-нибудь устроиться на работу. Я бы завалила все на первом же собеседовании из-за своей нервозности, потому что во многих места нужны уверенные и общительные работники, а не пугливые, странные, меланхоличные, неуверенные в себе, глупые, слабые девушки, как я...       Я сразу же вспоминаю о цели своего короткого путешествия, когда наконец-то оказываюсь на второй этаже. Перед тем, как направится в свою комнату, я напоследок смотрю обратно, загипнотизированным взглядом глядя за уходящей вниз лестницей и нависает какая-то устрашающая атмосфера, потому что ничего не слышу с первого этажа. Брюс мне точно не померещился. Он точно там был! Мы точно говорили, смотрели друг на друга, трогали и целовались! И не раз! Но и уйти он же не мог... нет, точно не мог. К тому же, зачем ему уходить, если мой отец всё еще на работе и точно ещё не скоро будет.       Кстати... как Брюс сумел оказаться у входной двери, если у него нет допуска? Откуда он знал, что моего отца не будет дома? Сегодня же суббота и любой бы подумал, что каждый человек отдыхает в этот день. Ну... не каждый... Но тот, кто работает пять на два, начиная с понедельника.       Я встряхиваю головой, потому что начинаю вновь нервничать. Брюс бы ни за что не попытался навредить мне, а если и хотел - у него было кучу шансов. Может он недавнего видел моего отца, когда тот шёл на работу. Но ещё есть второй вопрос, не менее меня заинтересовавший. Как Райм сумел пройти через специальную автоматическую систему безопасности, которая срабатывает при сканировании специального электронного ключа в виде пластмассовой карточки. Только у меня и отца есть такие ключи, которые, лучше не терять.       Наконец-то вновь оказываюсь в своей комнате и оглядываюсь по сторонам, но не нахожу нигде, даже на своей кровати, белоснежного принца. А где Юки? Мне казалось, он специально пошёл в мою комнату, чтобы я не беспокоила с уборкой. Его точно нет на первом этаже, потому что я и Брюс сразу же увидели его. А раз его нет в мой комнате – в ванной либо в папиной спальне. Но почему Юки не пошёл ко мне? Неужели ему всё-таки не понравился завтрак? Он же с таким обожанием ел... или слишком голоден был...       По-быстрому проверю свой телефон и отправлюсь на поиски Юки. Только из-за волнения мой шаг замедляется и проходит точно минута, а то и больше, когда останавливаюсь у стола. Мой мобильник также не подавал никаких признаков, чтобы приходили сообщения от кого-то. Но я всё-таки поднимаю телефон со стола, ощущаю нарастающий ком в горле и дрожь в руках. К моему удивлению, он никак не реагирует на мои попытки и не включается. Когда я уже нажимаю на боковую кнопку, то дисплей немного засвечивается и появляется картинка пустой батареи с красными краями, а внизу – ноль процентов. Телефон вновь выключается.       Ой... он разрядился...       Я же не заметила, как уснула, а телефон конечно же не выключила. Он работал до тех пор, пока полностью не разрядилась батарея. Теперь понятно, почему от Брюса не приходили никакие уведомления. Ой. Ой-ой-ой! Там же точно будет как минимум пятьдесят сообщений от Райма, раз даже пришёл проведать меня! Что я теперь скажу ему?! Какой кошмар... как же это некрасиво... в том смысле, что я зря заставила Брюса поволноваться... вдруг у него были планы или выходной, а из-за меня он теперь здесь. Но Брюс не выглядел ничуть опечаленным или недовольным, когда встретила его у порога. Всё равно я обязана извиняться перед ним! Божечки...       Я тот час ставлю телефон на зарядку, что тот начинает мигать батарейкой на экране, после чего покидаю свою комнату и собираюсь уже отправиться к Брюсу, просить у него прощения, но вспоминаю про Юки. Я прям подпрыгиваю на месте и меня словно разрывает на части, одна из которых хочет найти и проверить мейн-куна, а вторая – поговорить с Брюсом. Это странно и необычно, что моего белоснежного принца не оказалось в моей комнате, а Райм уже долго меня ждёт.       Я решаю всё-таки сперва убедиться, всё ли хорошо с моим котёнком. К моему ужасу, я его не нахожу ни в ванной, ни в комнате отца, словно его в этих комнатах и не было. Мой страх окутывает разум и я уже не могла спокойно мыслить, боясь за здоровье и состояние своего милого и невинного Юки.       – Ю-Юки! Юки! Юки! – моё дыхание становится прерывистым, руки немеют и сильно дрожат, а в голову приходят самые страшные вещи, которые могли произойти с моим бедным мальчиком. – К-куда же ты делся, малыш?       – Шизука, он здесь, – неожиданно на мои слова отзывается Брюс, отвечая мне спокойно и достаточно громко, что я сумела отчётливо расслышать ответ мужчины.       Не теряя ни секунды, я тот час быстро спускаюсь по лестнице и все мои мысли сосредоточены о том, чтобы ничего страшного не было на первом этаже. Я очень рада, что Юки нашелся, но меня также пугает сам факт, что Брюс это мне сказал. Очень надеюсь, что белоснежный принц ничего не сделает моему второму, голубоглазому принцу.       Я широко раскрываю глаза в изумлении, когда нахожу принцев на диване и вижу следующую картину: Юки спит на груди Брюса. Белоснежный мейн-кун с расслабленной мордочкой и закрытыми глазами лежит прямо посередине накачанной грудной клетки, поджав лапки под себя. Брюс же находиться в полусидячем положении с согнутыми коленями, а правой рукой он придерживает кота за крестец. Райм с любопытством смотрит на мордочку белого комочка счастья, который слышно и удовлетворенно урчал, и мягко улыбается.       Я прикладываю левую ладонь к своей груди, облегчённо вздохнув, так как всё хорошо, и мои губы расплываются тоже в мягкую улыбку. И тут же тяну правую руку к своим губам, желая заглушить своё хихиканье, но вспоминаю недавнюю просьбу Брюса: "... не закрывайся, пожалуйста".       Я чувствую прилив крови к своему лицу, ощутив жар на щеках, но всё-таки тихо смеюсь, в тот час удивляюсь от самой себя, потому что мой смех прозвучал очень мило. Я моргаю быстро, подумав, что мне просто показалось, и замечаю на себе вновь тот влюбленный взгляд. Брюс, не отводя от меня своих прекрасных, ярко-голубых и манящих глаз, внимательно и влюбленно разглядывает мою левую половину лица, и продолжает всё также улыбаться. Я гуще краснею и чувствую, как уголки моих губ поднимаются выше от смущения, из-за чего мне приходится повернуть голову влево, чтобы заменить вид на правую половину моего лица, скрывающуюся под чёлкой.       – Мне попалась прелестная и стеснительная девочка... – доносится шёпот моего возлюбленного, который произнёс самые романтичные и смущающие слова, затем замолкает, доносятся шорохи одежды, и снова слышу его баритон: – Я бы хотел к тебе подойти, но...       ...но Юки не позволит.       Мысленно заканчиваю его фразу. Я смотрю на Юки и понимаю, как тому только в одно удовольствие лежать на широкой, мужской, мускулистой груди. Хи-хи, похоже, ему очень тепло. Вот бы тоже полежать на груди Брюса. Ох... о чем я только думаю... ещё рано о таком просить, хоть мы уже целовались. Но всё равно думать мне ещё о таком!       Я медленно направляюсь к дивану, всё ещё сильно краснею от комплимента и бесшумно и мягко сажусь почти на самый край кровати, слева от моего гостя. Тяну руку в сторону Юки и начинаю нежно гладить пушистую, мягкую и очень теплую шерсть, после чего чувствую вибрацию от принца и снова хихикаю, когда он начинает громче мурлыкать.       – Ему повезло с хозяйкой... – шепчет Брюс и ощущаю прикосновение его пальцев к моей чёлки, которые медленно отодвигают волосы в сторону, открывая вид на мои губы.       – С-спа... с-спасибо, – смущённо отвечаю Райму, после чего ощущаю на сердце небольшую вину перед ним и тихо шепчу: - И-извини... у меня телефон... разрядился... Поэтому я не смогла получить... от тебя сообщения. М-мне жаль...       Мне правда было жаль. Я не хотела заставлять его настолько сильно волноваться. Надеюсь, он сможет быстро простить меня...       Я слышу недовольное фырканье Юки и не успеваю даже на него посмотреть, как на мою правую щеку прижимаются мужские, длинные пальцы, забравшись под мою челку, и притягивают меня вперёд. Несмотря на сильный румянец, я всё равно отвечаю на мягкий и лёгкий поцелуй Брюса, полный нежностью и невинностью. Я держу руки на коленях и слегка поднимаю голову выше, на что нам становится удобнее дарить ласку друг другу через губы. Брюс наклоняется ко мне ближе, заботливо растирает кожу на моей щеке, а наше дыхание становится одним целым. А очередной раз, словно по волшебному заклинанию, всё волнение и смятение покидают мое сердце, в разум сосредоточен на том, чтобы не оторваться раньше от моего гостя, но в итоге он первый выпускает из теплого плена его губ.       – Я рад, что с тобой всё хорошо, – Брюс трётся носом об мою щёку, словно кот, и тихо разговаривает с расслабленной улыбкой. – И не меньше счастлив, что снова увидел тебя...       Я мягко улыбаюсь в ответ, глядя на ласковые глаза мужчины и нежно дарю свой поцелуй в первый уголок его губ. А мои руки медленно тянутся вверх, и касаюсь его плеч, разглаживая ткань темной футболки поверх его твердых мышц. Вот, что значит военный...       – Шизука, я тебя отвлёк своим визитом? – вдруг спрашивает Брюс, звуча немного обеспокоенно и виновато, и всё также ласкает несколькими пальцами мою кожу, не отодвигая мою чёлку.       Я медленно и слегка наклоняю голову к плечу, с любопытством смотрю на эстетичные черты лица возлюбленного, восхищаюсь его красотой, и до меня вскоре доходит смысл вопроса.       – Нет, – отвечаю и продолжаю изучать накаченные плечи, пробегаю левым глазом от глаз Брюса и опускаю взгляд на его шею. – Спасибо... я очень хорошо отдохнула...       – Я тоже хорошо провёл время, – мой дорогой гость опускает руку с моей щеки, прижимается лбом к моему, закрывает глаза и шепчет немного серьезно, но с добротой: – Шизука, если тебе что-то не понравится или ты будешь чувствовать себя некомфортно рядом со мной... не молчи, пожалуйста. Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы ты и дальше была со мной... такой настоящей...       Я накрываю щеку Райма своей ладонью и медленно глажу подушками пальцев скулу, на что он  снова открывает глаза, смотрит на меня с нежностью и улыбается также мягко, как и всегда.       – Хорошо... Я обещаю.       Хотя я на самом деле и представить не могу, чтобы этот вежливый, сдержанный и мягкий человек мог сделать что-то против моей воли.       – Благодарю, – Брюс легко и нежно целует меня в кончик носика, после чего низким и хрипло шепчет. – Ты сегодня ещё милее, чем обычно... особенно, когда надеваешь это... – военный опускает руку на мою ногу и проводит по зеленой полоске на черных гольфах, край которых оканчивается чуть выше коленей. – Как это называется?       – А? А... это гольфы, – я удивлена, что Брюс не знает о таких чулочных изделиях, но не придаю к этому большому вниманию, потому что мне теперь интересно кое-что другое: – Брюс, а ты... можешь точно нормально со мной общаться во время... работы? Я... я не хочу доставлять тебе хлопот... может тогда будем общаться на выходных?       – Не беспокойся об этом. Ты никогда не мешала мне, а только помогала, – теперь его губы касаются моей левой щеки, словно благодаря. – Как вчера...       – С-спасибо... – со смущённо улыбкой шепчу и к моим щекам вновь возвращается розоватый оттенок, но вскоре мой голос становится чуть громче и мой взгляд взволнованный: – Как твой военный? С ним всё хорошо?       – Он... – Брюс замолкает и отводит взгляд, на что я опечалено и с сожалением опускаю голову, после чего слышу продолжение фразы, но уже в более спокойной форме: – ...в порядке.       Надеюсь, он говорит правду... Я буду очень сильно надеяться на врачей, которые сумеют помочь тому человеку. Почему Брюс соврал мне? Я... же не настолько сентиментальная, что начну плакать, если этот военный... получил серьезные ранения. Но будет очень жалко его...       – Это стоит восхищения, что у тебя столько сострадания и заботы к другим людям, которых даже не знаешь... Я так рад, что нашел тебя...       Я не знаю, что на меня нашло, когда  пододвигаюсь к Брюсу ближе и просто прижимаюсь щекой к его груди, внимательно слушая быстрое сердцебиение. Моё тело слегка трясется и веки медленно опускаются, а я же не могу оторваться от такой большой, накаченной мужской груди. Ладони Райма аккуратно и очень осторожно ложатся на мою спину. Сразу же возникает мысль, что Брюс хочет меня отстранить. Только вместо этого он притягивает меня ближе к себе, прижавшись подбородком к моей макушке, и бережно гладит по спине. От него такой приятный аромат... Не сильный, не терпкий, а такой... словно я попала в сосновый лес после теплого дождя и тумана... Ещё такой теплый... Умиротворяет       – Ты мне нравишься, Брюс... – еле слышно шепчу, легонько трусь щекой об мощную грудь, и медленно засыпаю в теплых объятьях моего ласкового и голубоглазого принца.