Глава IX: Интересный вечерок…

      Вся гостиная факультета сверкала разными огнями. По всюду веселились студенты, постоянно поднимавшие бокалы за победу львиной команды. Даже самые младшие ученики Хогвартса танцевали под музыку, сверкая улыбками.       В центре всего веселья стояли виновники этого торжества. Капитан команды Аластор Кросс, рассказывал о ощущениях и успехах своих напарников по игре, хваля каждого по очереди. Главной звездой естественно была Мартиша, которая и привела Гриффиндор к победе. Вокруг нее вились студенты, расспрашивая ее о впечатлениях. Парни заваливали девушку комплиментами, ожидая ответной реакции. Но волшебница, как подобает даме из высшего общества, сидела с непроницаемым лицом, любезно принимая одобрения в свою сторону.       Вивьен де Булл сидела в кругу своих подружек и в подробностях рассказывала о своих успехах, в сотый раз повторяя, как она принесла команде тридцать очков.       Элайзе она никогда не нравилась. Слишком заносчивая и легкомысленная девочка. Брюнетке казалось, что развитие миловидной студентки остановилось еще в восьмилетнем возрасте. Странно было то, что вокруг нее постоянно крутились парни, которые признавались ей в любви до гроба. Не то что Локхарт это волновало, но ее злило, что умные девушки отходят на второй план, когда на горизонте появляется такая, как де Булл.       Сама шатенка сидела в кресле около окна и слушала Поттера с Пруэттом, которые спорили кто лучше сегодня сыграл. Элайза допивала уже третий бокал с алкогольным пуншем, который заливался в организм, как обыкновенная вода. — Ну давай логически смотреть на ситуацию. — спокойно проговаривал Веспер. — Ты забил сорок очков, Вивьен тридцать. Вопрос: кто забил все остальные пятьдесят? — указывая ладонью на себя, рыжеволосый всячески пытался доказать, что он был лучше. — Да насрать мне на очки. — рявкнул Джеймс, запивая слова напитком. — А кто этих орлят во круг пальца водил, что бы ты забивал? А кто так красиво по полю летал? Ты что ли? — Веспер хотел было как-то едко ответить, но вдруг Сириус рассмеялся: — А вы видели как один второкурсник на верхних трибунах скатился вниз? Такая умора конечно. — Меня больше смешит тот факт, что ты с того не всего начал угорать с этого. — начал Римус, смотря на друга выгнув брови. — Ты ничего не понимаешь.       И как будто бы не было спора о том, кто лучше сегодня играл. Веспер и Джеймс уже смеялись с ситуации с второкурсником.       Ну Сириус…       Пунш с некрепкой настойкой терпко разливался по горлу и возникало чувство головокружения. Локхарт редко пила что-то крепче любимого черного кофе или сливочного пива. В ее рацион не входили напитки с градусами, как это было у некоторых ее сверстников. Сидя рядом с однокурсниками и друзьями, девушка наблюдала, как те ловко распрощались с легким напитком, перейдя к более крепким пойлом, не заметив, как собственный бокал опустел. — Кто нибудь хочет еще пунша? — поинтересовалась у приятелей ведьма и получив отрицательный ответ, уже навострилась покинуть компанию в поисках напитка, как Люпин ее остановил. — Пожалуй, я пойду тоже возьму. — поравнявшись с девушкой, произнес парень.       Уютная и комфортная гостиная превратилась в подобие маггловского ночного клуба. Все сверкало, как диско шар. Из-за огромного количества народу было невозможно различить голоса сокурсников и знакомых. Все как будто перемешалось и кружилось в пурге. Но люди не замечали этого изменения. Им было весело и спокойно. После упорных недель учебы такое мероприятие сыграло роль некой панацеи. Ученики просто отдыхали и их ничего не волновало: ни то что их осудят за чрезмерную открытость; ни то что их действия могут кого то обидеть или разозлить. Полное отрешение от общественных правил… Сейчас в гостиной царила полная свобода мыслей и действий. И это определенно всем нравилось.       Точнее многим… — А завтра они будут ныть, что болит голова. — ворчал Римус, склоняясь к уху подруги. — Так еще и домашнее задание многие, наверное, не сделали. — Римус, не ворчи. — пихнула его в бок Элайза. — Можешь хоть сейчас выключить своего хорошего мальчика и просто отдохнуть. — Я что должен нахрюкаться, как это делают эти идиоты? — кивая в сторону, где сидел Сириус, Питер и Джеймс с Веспером, возмутился русоволосый. — Я тебе не про алкоголь твержу. — повышала тон волшебница, чтобы тот ее услышал, и по путно наливая себе новую порцию пунша. — Расслабься просто. Пошли все в пизду и будь счастлив в эти часы. А дальше возвращайся в свою скучную жизнь старосты. — повернувшись к другу и подняв бокал, как будто при тосте, отпила напиток. — Меня поражает твой энтузиазм. — улыбнулся тот. — Тебе бы тоже расслабится. — С чего ты это взял? — заиграла какая та любимая песня шестекурстников, из-за чего те закричали, как ненормальные. — Что? — переспросил Люпин. — С чего ты взял, что мне надо расслабиться? Я и так на расслабоне. — Врешь. — цокнул тот, отпивая пунш. — Не вру и не делай мне мозги.       Надув губы, Элайза принялась рассматривать студентов, находящихся на месте веселья. Все разделялись на незначительные группировки, обсуждавшие каждое свое. На месте своеобразного танцпола развлекались самые смелые и на голову больные. Они двигались под музыку, не замечая людей вокруг. Другие стояли около камина, смеясь с танцоров. А были те, кому удалось «отгрызть» сидячее место. Они были как бы не здесь, отдельно от всего веселья, которое творилось в центре вокруг. Ряды этих счастливчиков удалось пополнить и Локхарт вместе с ее приятелями.       Сейчас, когда девушка стояла вдали от сокурсников, она могла рассмотреть и проанализировать и их поведение. И единственное, что приходило ей на ум — они были самыми, что не наесть дети. В принципе, как и все здесь, но как-то они по особенному детски вели себя. Элайза знала, что они могут быть серьезными и усердными в учебе. Знала, что их уму могли позавидовать другие. Но сейчас… Они были маленькими ребятами, которые просто веселились. Расслаблялись. Их не волновало, что завтра голова будет болеть так, что не захочется открывать глаза. Они понимали, что придется доделывать уроки, чтобы в понедельник не поставили плохие отметки. Они осознавали это, но конкретно сейчас им было на все насрать. Мародеры сидели в компании Пруэтта и Лонгботтома, смеялись и выпивали свое адское пойло. Напротив них по царски, со всей важностью, сидели соседки по комнате Локхарт и сплетничали, наблюдая, за людьми на танцполе. Элайзе становилось легко от осознания, что есть возможность просто расслабиться и не задумываться о завтрашних маленьких проблемах. Что можно просто растворится в этом шуме и не быть замеченной.       Но что-то не давало покоя. Что-то трепетом и волнением разливалось на душе, не давая вздохнуть полной грудью.       Может Римус прав?       И она тоже не может полностью расслабилась в этой атмосфере?       Ее мысли постоянно метались между Хогвартсом, отчим домом и как не странно Томасом. Элайза настойчиво пыталась выкинуть из головы ненужное и проникнуться той радостью, которая царила в гриффиндорской гостиной, но слова… запахи… движения… все это уводило ее куда то подальше от этого места. В ее разуме образовался треугольник, вершины которого никак не хотели идти на компромисс и твердили всё о своем. А в центре этой замкнутой фигуры была она, не знавшая, как остановить этот молниеносный поток. — Ты меня вообще слышишь? — перед глазами, которые были направлены куда то в пустоту, промелькнула юношеская ладонь. — Конечно. — рассеянно сказала гриффиндорка, пытаясь привести себя в чувства. — Ты последнее время какая то очень задумчивая. — проговорил Люпин, всматриваясь в лицо подруги. — Даже больше, чем обычно. — Ты придумываешь. — отмахнулась она, собираясь уходить от стройки с напитками и направится к приятелям и соседкам по комнате, но русоволосый ее остановил, перехватив ее предплечье. — У тебя все хорошо? — серьезно спросил он. — Конечно. — пытаясь подразнить его спокойствие, ответила Локхарт. — Ты же знаешь, что всегда можешь положиться на меня? — Конечно, Римус. Со мной все нормально. — Нормально не значит хорошо. — настаивал на своем парень, пытаясь вывести ее на исповедь. — Римус. — собираясь с последними силами, волшебница встретилась своими зелеными глазами с карими и пыталась выглядеть убедительно для оппонента этой перестрелки. — У меня все хорошо. — Как тебе угодно.       Это было неожиданно для Локхарт. Парень слишком быстро сдался и перестал ее терзать. Обычно этот надоедливый человек делает все, чтобы узнать у девушки, что ее тревожит. Но сегодня, либо Элайза, наконец, смогла выглядеть убедительно, либо он просто понял, что это бесполезно.       Не дожидаясь дальнейшей реплики друга, шатенка направилась в сторону своей компании, где раздавались радостные крики.

***

      Голова трещит, как дрова в камине. Веки слиплись между собой и отказывались разлепляться. Жар расплывался по телу, а биение сердца то и делало, что учащалось. Примерно так проходило утро каждого студента Гриффиндора, которые прошлой ночью уходили чуть ли не с рассветом из гостиной.       Элайза не была исключением.       Сейчас в их комнате царила тишина, хотя в ушах до сих пор звенела музыка и вечный смех. Обитательницы женской спальни пытались привести себя в порядок, чтобы хоть как-то замаскировать недосып и опухшее лицо. Еще несколько часов назад, они впятером танцевали посреди гостиной, распевая свои любимые песни и не обращая внимание на других студентов. Им было весело и свободно…       Сейчас же, каждая из них проклинает себя старую за то, что вообще пошла на эту вечеринку.       Самая бодрая в этой комнате, на удивление остальных девушек, оказалась Алиса, хотя она выпила и веселилась больше, чем другие жительницы комнаты. Она стояла в дверях уже одетая и причесанная, и ворчала на соседок, что те медленно собираются. — Вы как черепахи. — снова закатила глаза Смит. — Мы и так завтрак проспали, а из-за вас еще и на обед опоздаем. — Не ворчи. — брыкнула Лили, укладывая волосы у зеркала. — Ты сама не хотела вставать к завтраку. — проговорила Лиззи, пытаясь отодвинуть Эванс с места, чтобы та дала и ей прихорошиться. — Марлин. — позвала белокурую девушку Элайза, одевая ботинки. — Ты вообще с нами? — а Маккинон потерянно сидела на своей кровати и смотрела куда то в пустоту. — Вроде да. — тихо ответила она. — Да не трогай ее, Элли. — смеясь, проговорила Вудс, все-таки отодвинув Лили. — Она еще не проснулась. — Ты бы на себя посмотрела бы сначала, а потом бы на других. — проворчала шатенка, подходя к Марлин. — И вообще я Элайза для тебя. — Вы все еще не в ссоре? — подняв свои брови, спросила Смит. — После вчерашнего мне кажется, вам надо свадьбу готовить, а не ругаться. — Алиса! — прикрикнули обе девушки. — Поняла и приняла. — капитулировано подняв руки над головой, заявила Смит. — Марлин, пошли поедим. — мягко произнесла Элайза, кладя свою ладонь на плече волшебницы. — Может вы без меня? — щенячьими глазами она посмотрела на соседку. — Нет, Марлин. Пошли. — и взяв ее за руку, повела к дверям.       Большой зал был погружен в непонятную и непривычную тишину. Людей было мало, а учительский стол на половину пустовал. На процентов семьдесят гриффиндорский стол тоже пустовал. Сидели только первокурсники и студенты, которые нашли в себе силы проснуться хотя бы к обеду. Девушки прошли к своим местам и осмотрев сидящих рядом, переглянулись. — Видимо, наши мальчики решили проспать до завтрашнего утра. — смеясь, произнесла Алиса. — Неудивительно. — фыркнула Лили. — То что они в себя вчера вливали, просто так не даст им проснуться даже к сегодняшнему вечеру. — Факт. — сказала Лиззи, наливая себе в стакан тыквенный сок. — Но согласитесь, — начало Марлин, подавляя зевоту. — то что они вчера устроили было что-то с чем то. — Жаль, что не было рядом выдеокамеры, чтобы запечатлеть на память то, как Блэк с Поттером на столе пели. — с сожалением вздохнула Смит. — Мы не должны им дать это забыть. — ехидно смеясь, произнесла Элайза. — Я этим лично займусь. — сказала Эванс. — Мы не сомневаемся в этом. — почти хором произнесли девушки, после чего их уютное местечко залилось смехом, которое эхом раздалось по залу.