Кузина и кузен

— Собирайся, Барбатос, у нас важное дело. — Какое? — Мы идём за покупками! Как у Бога Свободы, у Венти должно быть право выбора. Но не здесь. Не с решительными глазами Эгерии, смотрящими на него так живо и выжидающе, что Барбатос не смел ослушаться. — А куда именно мы идём? — Сначала погуляем по Фонтейну, я хочу купить тебе парочку нарядов, а то ходишь все время в одном, будто другого нет, — Венти сглотнул, — Что, серьёзно? Кошмар! Тогда мы тем более должны пошоппиться! Так… Потом заглянем на горячие источники в Натлан, расслабимся. Обязательно нужно съездить в Ли Юэ или Инадзуму! Давно не ела их кухню, соскучилась. А потом… — Эгерия, моя дорогая сестра, это точно в один день не уместится. — А кто говорил про один день? Я взяла отпуск на неделю! — Отпуск? У Архонтов есть отпуска? — Говоришь ты. — Моя работа, как у Бога Свободы, обеспечить эту самую свободу моим людям. Что я и делаю. Технически, я сейчас работаю. — Я могла бы прочитать тебе весь список правил того, как быть Архонтом, но он создан матерью, тётями и другими на Селестии, так что я с радостью упущу этот момент. — Я так рад, что мы на одной волне. — …Я не собираюсь тратить свой отпуск зря. И мы идём шоппиться! И прежде чем ты сделаешь мне предъяву про свободу выбора, я говорю это на правах твоей кузины. — Сестры. — Кузины, потому что правильные названия важны. — Да-да-да. Эгерия цокнула и закатила глаза: — Буду ждать тебя на площади. Не опаздывать. — Есть, мэм, да, мэм! Эгерия растворилась в воде. Венти поморгал на пустое место, пожал плечами и развеялся в воздухе, через пару минут появившись рядом с возбуждённой сестрой. Иногда он её боялся. Она положила руки на плечи Барбатоса и окинула ладонью всё открывшееся пространство магазинов: — Это, кузен мой, наше дальнейшее место жительства. И я намерена сделать тебе потрясающий гардероб. — У тебя хотя бы есть деньги? — Сглотнул Венти. — Конечно. У меня, всё же, официальная работа, в которой есть оплачиваемый отпуск. Венти по-актерски горестно вздохнул и пошагал за сестрой. *** — Тебе, бесспорно, идёт белый. — Нам всем идёт белый, Эйнера. Наше Архонтское обличие в основном белое. — Это да, но… Ты прямо шикарно смотришься в этом белом костюме. Пару зелёных украшений и на свадьбу можно! — Что?! За кого? — Пока не уверена… — У тебя есть несколько кандидатов? — Ммм, давай посмотрим ещё тот наряд, с голубыми вставками. А этот однозначно берём! — Не уходи от темы, Эйнера- — И ещё ту шляпку, пожалуйста! — Эйнера! — Что, кузен? — С кем ты пытаешься меня свести? Эгерия весело ухмыльнулась и погнала Венти мерить следующий костюм. *** — Не испаришься? — Тогда я стану частью ветра и груз вины будет преследовать тебя на каждом шаге. — Справедливо, — промычал Венти. Горячие источники Натлана были… По-настоящему горячими. Не то, чтобы они оба могли умереть от высокой температуры, — бытие Богом давало свои плюсы, — но все равно было жарко. Венти знал, как это исправить. Незатейливый ветерок чисто случайно толкнул ничего не подозревающую девушку и она упала точно в кратер с водой. — БАРБАТОС! После этой фразы на Венти полетел огромный шквал тёплой, но не горячей воды от его дорогой сестры. Эгерия возмущённо смотрела на него; она даже не пыталась притворяться, что плавает, а просто попросила воду держать её на нужной глубине. Было не ясно, пар шёл от её негодования или самого источника. Мокрый Венти ухахотывался со смеху. Развел руки, показывая всего себя: — Спасибо, что освежила меня, сестрёнка! А теперь лови! — И бомбочкой прыгает в источник. Эгерия сразу же создаёт стену из воды, чтобы брызги не попали на нее; через пару секунд эта конструкция оказывается на только что всплывшем Венти. — Тьфу-тьфу-тьфу-тьфу, — отплевывается бард, — Второй раз подряд! Ты злая! — От тебя набралась. Ты на меня плохо влияешь, так мама говорила. Венти на секунду входит в ступор, а потом раскатывается смехом. Эгерия вторит ему, больше смеясь от его реакции, чем от самой шутки. Она проглядела момент, когда в глазах кузена мелькнула хитринка. Едва уловимое движение руками, и лицо Эгерии обдает холодным ветром, которое неприятно показывает кожу. Она прищуривает глаза на кузена: — Значит ты не хочешь оставливаться, да? Ты хочешь продолжить, кузен? — Ты о чем, Эгерия? — Невинно склонил голову, аля «я не при делах». Ей в спину подул неприятный ветерок, отчего пришлось опуститься в воду по подбородок. — Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю, Венти. И ты напрашиваешься. — Я реально не понимаю, — невинный взгляд, который слишком хорошо знают бармены его города. Вода, под действием ветра, начала размеренно колыхаться, готовясь. — Да? — сладким голосом проговорила Эгерия, — Точно-точно не понимаешь? Нельзя давать ложные показания, Венти. — О чем ты, сестрёнка? — похлопывание ресниц. Сзади на Эгерию приближалась огромная волна, созданная Венти. Но она не была бы Гидро Архонтом, если бы вода не была её стихией. Эгерия быстро нырнула, практически полностью растворяясь в воде, чтобы Венти было ей сложнее найти. Волна в любом случае теперь идёт на Венти, но, чтобы он не смог отвернуться, она усилила потоки воды вокруг него. Вода с головой накрыла Венти и устремилась ещё дальше, за черту природного бассейна. Это была война. …К сожалению, это оправдание не послужило подходящим для Азирафаеля. Он смотрел на своих коллег со взглядом, полным разочарования, вопросом в своем жизненном выборе и желанием смерти. Себе, им или несчастному камню, который попадется ему под руку, — это уже другой вопрос. — Почему, — вопрос, сказанный до жути тупым тоном, в котором не слышался знак вопроса, прогремел сквозь тишину. — У меня отпуск, — чётко сказала Эгерия. — И поэтому ты решила провести его с Барбатосом? — недоверие в каждом слове. — Эй! — Да, — Эгерия закрыла рот Венти рукой. Любое слово при допросе имеет значение. — Что сподвигло вас практически устроить потоп на моих горячих источниках? Пророчество только в Фонтейне, Эгерия. — …Иногда ты бываешь таким жестоким, Ази. Но на все есть обоснованные причины. Барбатос первым начал, я просто ответила ему. Ты знаешь, как ведутся войны, Ази. Венти недоверчиво смотрел на то, что Пиро Архонт не поправил Эгерию сразу же, как с её уст вышло ласкательное «Ази». И позволил сказать ей это ненавистное Азирафаэлю прозвище дважды. — Барбатос, не приближайся к Натлану как минимум три года, — возмущенные звуки донеслись из-под ладошки, — Это малый срок для нас. Эгерия… — выразительный взгляд. Венти переводил взор с одного на другую, пока лампочка в его голове не щёлкнула. Беззвучное «ооо» вышло из его уст и он быстро и незаметно удалился. Он умеет видеть искру, когда она есть. Теперь Эгерия не одна, у кого есть, с кем сводить кузена. *** На следующий день Венти широко и глупо ухмылялся, стоило Эгерии посмотреть в его сторону. К огромному сожалению барда, на лице сестры не отразилась ни одна эмоция по поводу её милого и интересного общения с Ази. Какая жалость. Сегодня по плану была поездка в Ли Юэ. Они решили заглянуть к Мораксу на чаепитие. Это было лучше, душевнее и дешевле, чем искать свободный столик в одном из престижных ресторанов. — Моооракс, дружище! — Венти буквально повис на Гео Архонте. Рекс Ляпис не проявил никаких намеков на то, что даже увидел Барбатоса, когда приветливо улыбнулся Эгерии. — Что вы натворили в Натлане? — только теперь Моракс обратился к Венти. — Да что сразу я?! Это у Эгерии стихия Гидро! — поднятая бровь, лёгкое затемнение янтарных глаз, — Ладно-ладно, может я и первый начал… Но мы славно повесились! Да, Эгерия? — Это было славно. — Вы как дети, — Моракс покачал головой, но начал плавно идти к столу с яством, — Просто хочу напомнить вам о существовании Правил выживания. Наша с вами встреча тоже является встречей Архонтов, так что, пожалуйста, не разнесите Ли Юэ. — Как будто ты сам не захотел повеселится, — проворчал Венти, присаживаясь. Они приступили к трапезе. — Но все же… Я не думал, что вдвоем захотите провести время. Особенны ты, Эгерия, в свой отпуск. — Мы с Венти быстро сдружились. Он хороший собеседник, — Венти сделал умиленное лицо Эгерии. — Вот как, — Моракс задумчиво смотрит на двоих, будто рассматривает драгоценные камни, — Знаете… Если приглядеться, то вы довольно похожи внешне. Венти поперхнулся османтусовым вином. Эгерия слегка сжала палочки в руке. — Моракс… — начал Барбатос, — Я же тебе рассказывал, как я получил свою форму. И Эгерия… — Я сама создала себя так, как я хотела. Моя внешность ни на ком не основана. Как ты пришел к выводу, что мы похожи? — Ну, — сухо усмехнулся Гео Архонт, — Может не надо было на весь источник называть друг друга сестрой и кузеном. Архонты-родственники замерли, будто попали под прицельный и совершенно не добрый взгляд Селестии. Вечно спокойная маска Эгерии треснула, но Барбатос быстро встал из-за стола и подошёл к Мораксу, схватив за капюшон и притянув к лицу: — Кто ещё знает? — Азирафаэль. Не удивлюсь, если Руккхадевата. Про Фриз и Макото не знаю. Барбатос, — смягчил тон Рекс Ляпис, положив ладони на руки друга, — Мы не знаем, насколько большой маштаб тайны ваших родственных связей… Но я никому не скажу и не буду влезать, а также поговорю с Азом и Ру. Ибо слово моё высечено на камне. — Ты… — Барбатос наконец отпустил его капюшон. Эгерия заметно расслабилась, — Я… Ладно. Спасибо, Моракс. Это многое значит. — Нет нужды благодарить, друг. Но могу ли я задать всего один вопрос? — Мы ответим, если только он не слишком личный, — вступила в диалог Эгерия. — Хорошо. Так… Кто вы друг другу? Гидро и Анемо Архонты переглянулись и одновременно выдали: — Кузены. — Брат и сестра. — Кузены, — подчёркивая это слово, повторила Эгерия, — потому что это факт. Мы не родные брат и сестра, мы двоюродные. — Но в душе! Они оба повернулись на такой редкий смех их старшего коллеги. Моракс прикрыл рот ладошкой; кор ляпис блестел на свету: — Не беспокойтесь назвать друг друга сестрой и кузеном на собраниях. Я уверен, все поймут, — Эгерия и Венти неуверенно переглянулись, — Закрыли тему. Куда вы дальше направляетесь? — Ммм… Я подумывала насчёт Инадзумы… — Кстати, Эгерия! Ты когда-нибудь была в библиотеке Мондштадта? — Это было не кстати, Венти. Ты поэт, ты должен знать это. — Да не, если бы ты была там, я бы знал, — ни на что не обращаюшее внимание бормотание. — Ты хочешь сходить в библиотеку? — В лучшую библиотеку Тайвата, прошу заметить! — Этот титул ты сам ей присвоил, Барбатос. — Спасибо за информацию, Моракс. — Эй! Я же Бог, могу позволить! Но да, пошли в библиотеку Монда! — Ладно. Зная тебя, там реально будет сокровищница. *** — Добро пожаловать в библиотеку Мондштадта! С ней сравнится разве что библиотека Академии, но, по секрету скажу, моя лучше. — А такой уж это секрет? — Эгерия прикрывает рот ладошкой, пытаясь сдержать смешки. Венти возмущенно пыхтит: — Конечно! Эти мудрецы совершенно не понимают, что у меня тут хранится! Какая информация, какие эпосы! Некоторые книги уходят даже за времена Войны Архонтов!.. Они, конечно, в запретной зоне. — Ого. А ты не боишься? Ну… — Пока никаких претензий от Них не было, так что всё хорошо. Да и не будет такой суматохи, что произошла с той книжкой, точно не будет — не так глубоко знания идут. Эгерия передернула плечами. Слухи о существовании книги «До Солнца и Луны», описывающей историю мира даже до сотворения людей, среди Богов разлетелись быстро. Она помнит, как мать и тёти были не самыми довольными в тот момент времени. А когда они недовольны… Эгерия просто надеется, что в мирное время такого хаоса никогда не будет. Ей претит, что она не может подвергнуть своих родственничков судебному процессу, не причинив ещё больше вреда своей нации. Долбанные правила. — Не будем о плохом и грустном! Лучше покажи, где у тебя книжки про судебные процессы Мондштадта — мне очень интересно, как у тебя всё происходит. — Не так грандиозно, как у тебя, хе-хе. Намного позже, на рассвете, они сидели в руках статуи Барбатоса и слушали просыпающийся город. Эгерия всё же решила задать интересующий её вопрос: — А нам обязательно надо было приходить ночью через окно? — Да. — Почему? — …Мне запретили посещать библиотеку. Барбатоса тоже, чисто принципиально, под суд надо. *** Пару дней они походили по самым красивым и разнообразным местам природы Мондштадта и просто общались. Темы разговоров были совершенно разные: от потери заколки под шкафом 261 год назад до пересказа событий очень-много-тысячелетней давности, которую они знают только из воспоминаний ветра и воды, потому что Венти тогда спал, а Эгерия напрямую не присутствовала в этих краях. — И тот парень такой: «Да она любит тебя!», а второй: «Да она не может любить меня!», и вдруг та ёкай выпригивает из кустов и кричит: «Да я люблю тебя!». Венти заливисто смеётся, слушая пересказ какой-то инадзумской новеллы, до которой у него не дошли руки. Эгерия строит свои предложения четко и структурируемо, но в эмоциональных моментах может выразить яркую экспрессию. Её было интересно слушать. — Это было эпично! Ты так хорошо вещаешь! Я прям запереживал за героев; то, как ты описала их отношения… — Откуда у тебя попкорн? — Хочешь? — Это не ответ на мой вопрос. — Ты и на комплимент мой не ответила! Эгерия фыркает и берет протянутый попкорн. Это был спокойный отпуск. Провести время с кузеном было отличной идеей; она хотя бы развеялась от всей судебной бюрократии. Даже если к концу приключения ей снова надо будет думать… о многом. — О чем думаешь, сестрёнка? — Как ты считаешь, наш семейный… ммм… конфликт когда-нибудь разрешится? Черты лица Венти наполняются меланхолией. Он задумчиво смотрит на Остров. — Возможно. Второй сменил Первый; может когда-нибудь появится и Третий, или Второй сам уйдет, даже если шанс небольшой. Или всё вообще совершенно иначе пойдет… Венти взглянул на печальное лицо Эгерии. Как бы она не пыталась скрыть, он, как ни кто другой, понимает глубину и важность этого, с позволения сказать, конфликта. Вероятно, Гидро Архонта даже не заботит восстановление хороших связей с матерью и родственниками; больше всего её заботит пророчество и судьба дорогих фонтейнцев. Венти не мог не посочувствовать ей, хотя понимал, что по-другому она бы не поступила, если бы ей дали такую возможность. — Эгерия, — начал он, привлекая внимание сестры, — Время — река, пробирающаяся сквозь любые заслонки, находя всевозможные щели; её не остановить. Но эта река также может изменить намеченный маршрут — вода трёт камень, смывает песок, меняет русло. Создаёт петли, а потом сама же от них избавляется, «выпремляясь». Мы не знаем, сколько пройдет времени до исполнения пророчества… Но к тому моменту будут течь такие воды, что сегодняшнее русло мы едва ли узнаем. — Хм, — промычала Эгерия; в глазах плескалась задумчивость, — Спасибо за то, что провел отпуск со мной. — Эхе! Всегда пожалуйста! Было весело провести с тобой время, сестрёнка! — Кузина. — Как скажешь, сестра.