Глава 55. Примирение

Выбор в пользу романса Аврора сделала интуитивно – после пения эльфов, звенящего в ней, это было вроде бы само собой разумеющееся. И вкусам близнецов она безусловно угодила, но не гномам. Поэтому, когда Бофур потребовал другую песню, девушка решила, что будет верно включить то, что может быть близко им. А впрочем, может быть, дело еще было в том, что она сама не так давно думала о себе строчкой из песни – «так лучше, чем от водки и от простуд», вот и потянулась включить этот трек. Это было как с инструменталом – все присутствующие слышали и понимали музыку и песни даже без перевода. Ну, Авроре так казалось… Она честно пересказала содержание второй песни, как и первой, и только убедилась, что ее и вправду понимали без слов, судя по всему, странным образом жители Арды через музыку могли понять все, что угодно. Ох, знала бы она об этом раньше, может быть, сразу нашла бы способ общения, включая какую-то мелодию! - Для людей это очень необычно, - первым оценил песню Нори. - Ага, - согласился с ним Глоин. – Они не любят горы, разве что порой пасут коз и овец на отрогах. - У нас нет гномов, - вновь напомнила Аврора. - Поэтому все приходится делать людям, - улыбнулся Элрохир, - и восхищаться звездами, и изучать горы, так? - Ну, мы стараемся, - развела руками девушка. - Ложитесь-ка спать! – вдруг влез Гэндальф. – Ночью лучше отдыхать, пока Беорн ушел по делам. Гномы послушно поднялись с мест, засуетились, убирая за собой, но быстро прекратили – все те же помощники оборотня появились, готовые все взять на себя, путники же разошлись кто куда, устраиваясь на ночь. Аврора тоже ушла бы, но на краткое мгновение поймала взгляд волшебника – и тот чуть кивнул, прося присесть рядом с ним. - Опять разговоры? – вздохнула девушка, плюхаясь на место. - Я не задержу тебя надолго, - отозвался Гэндальф. – Хотел сказать: ты сделала верный выбор и… - И это мое решение, - буркнула «провидица». - Несомненно, - подтвердил маг, кажется, без капли иронии. – Более того, я бы хотел извиниться перед тобой. Когда я открывал портал из твоего мира сюда, то рассчитывал получить воина, может быть, мудреца… - А не глупую слабую девицу? – фыркнула Аврора. - Да, - не стал лукавить волшебник. – Я тоже не могу знать всего, если бы я знал заранее, как получится, я еще обдумал бы, стоит ли мне так поступать. Все вышло, как вышло. Я также был уверен, что смогу вернуть тебя, когда это понадобится – и тоже просчитался. Думаю, если бы ты показала мне свои вещи… - Нет! – резко выдохнула девушка. – Ты для этого заговорил со мной? Я не оставлю ничего из тех вещей! - Но это не значит, что я не могу их даже увидеть! - Значит, - опять не согласилась Аврора. – Я не позволю у меня ничего забрать, что бы это ни было, это… не то главное кольцо, чего ты боишься! - А! – тут же заинтересовался Гэндальф. – Ты знаешь, где оно? - Знаю, - не очень охотно кивнула «провидица». – И могу поделиться, но не сейчас… по окончании похода Торина будет самое время. - Хорошо, - легко согласился волшебник. – Есть вещи, которые узнавать надо в свое время – я понимаю и принимаю это. Как готов я принять и твое желание сохранить твои ценности при себе. Но я должен сказать тебе, что владычица Лориэна тоже не поможет тебе, ее силы велики, однако тут и она не справится: часть нашего мира сама собой держится за Арду, никто не в силах этого изменить. - Я не знаю, как и почему что-то из вашего мира могло очутиться у меня, - нашла новый аргумент Аврора. – Но если это случилось однажды, значит, можно повторить еще – разве я не права? - Не будучи уверен в том, что это за вещь, я не могу ответить тебе точно, - покачал головой Гэндальф. – Однако у меня есть догадки, как это могло случиться. Девушка подождала, но маг вновь загадочно замолчал. - Не хочешь поделиться этими догадками? – пришлось немного раздраженно подтолкнуть его к ответу. - А, ну конечно! – подтвердил тот. – Полагаю, в момент, когда это случилось, действовала не только магия, этот предмет потерял одного хозяина и едва не очутился в черных руках, но в нем самом заключена огромная сила, он сам не желал такой судьбы. Кроме того… это уже совсем догадки, но есть события, которые звучат в унисон друг с другом, силы, перетекая из одного мира в другой, создают одинаковые потрясения, из-за чего стена между мирами трещит и пропускает что-то, чего не должна была делать, портал начинает работать вовсе не так, как было задумано. Слишком туманно, понять это было непросто, но переспрашивать Аврора тоже не стала, просто постаралась запомнить слова, как некую инструкцию к действию: может быть после ей удастся все это воспроизвести, чтобы все-таки уйти к себе… Если она будет этого хотеть и если это будет единственная возможность. - Ладно, - поднялась было девушка. – Я поняла, спасибо… - Подожди, - опять остановил ее Гэндальф. – Я все же хочу повторить свои слова и очень надеюсь, что ты их примешь: мне жаль, что ты очутилась в Средиземье, как в ловушке, я не хотел тебе такой судьбы. Я хочу верить, что однажды, если пока ты не определилась, ты найдешь свой путь, неважно, пролегает он в этом мире или в ином. Аврора удивленно подняла брови: волшебник, который поступал только так, как считает верным он один, извинялся перед ней! - Что ж, - честно призналась девушка, - я должна признать, что до сих пор сержусь на тебя, но я понимаю мотивы, которыми ты руководствовался, как понимаю, что обидами ничего не изменить, я постараюсь не злиться. - Спасибо, - слегка поклонился маг. – А теперь позволь поинтересоваться, отчего гномам не следует идти через Лихолесье? - Я такого не говорила, - нахмурилась Аврора, услышав в словах волшебника упрек в том, что она якобы это внушила Дубощиту. – Я лишь сказала, что там опасно, а если все пойдет так, как известно мне, то это может привести к трудностям и конфликтам с людьми и эльфами – плохая идея, тем более когда против выступит целая армия орков, гоблинов, варгов… и вообще всех других. - Разумно, - согласился Гэндальф. – Однако обходить лес долго и небезопасно, орки, как говорят, рыскают тут повсюду. - Тебе лучше это обсудить с Торином. - Хорошо, но ты, должно быть, догадываешься, что на время наши пути должны будут разойтись… - Ну, надеюсь, что ты все рассчитал, - кивнула Аврора, показывая, что догадывается о планах мага. – До дня Дурина не так много времени, ты уверен, что сможешь разобраться со всем и успеть? То, что знаю я, говорит обратное. - Это не мой поход. - Но ты ведь подтолкнул к нему, - напомнила «провидица». – Я уверена, что Торин не отправился бы в поход, если бы ты не пошел с ним, и тем более это касается Бильбо. Да все в отряде надеются на тебя! - А ты знаешь, что моя помощь в этом не нужна… - Нет, не знаю. Я знаю, что дракон будет повержен, ты для этого не нужен, но еще я знаю, что при этом пострадают многие в Эсгароте – думаешь, это хорошая сделка? Или ты считаешь, что… цель оправдывает средства? - Цель оправдывает средства, - повторил непривычную ему пословицу волшебник. – У вас так говорят, когда хотят объяснить большое число жертв? - В том числе, - подтвердила Аврора. – Когда считают, что итог стоит какой угодно платы, что можно пожертвовать всем… Гэндальф, я могу ничего не менять, я знаю, что долгое время все будет идти успешно. Да вообще, если говорить о мире в целом, все будет хорошо. Но это будет стоить жизней некоторым из отряда… - Я это понял, - кивнул маг. – Даже догадываюсь, кому, иначе ты все равно попыталась бы отправиться домой. - Ну… хорошо, - немного растерялась Аврора. – Только им не говори! - И не стал бы, к чему вкладывать в головы неприятные мысли? Воин должен идти биться с желанием вернуться, а не умереть. - Но все же, - вернулась к прежней теме девушка, - я бы хотела также избежать и иных жертв. Я не знаю, как это сделать, я не воин и тем более не стратег, в своем мире я изучала историю, я видела карты военных действий, разбирала тактику каждой из сторон в бою, но я плохо это понимаю, не умею сама такое планировать, поэтому мне нужна помощь, нужна… карта, которой не было в пачке. - Какой пачке? – не понял Гэндальф. - Это игра… ну, неважно. Чем больше в игре игроков, которых не было в известной мне истории, тем больше шансов все изменить. - Возможно, - протянул маг. – Но в лучшую ли сторону? - О! – прищурилась Аврора. – Скажи-ка, а ты так мыслил, когда вытаскивал меня сюда? С чего и почему ты решил, что даже воин и мудрец все непременно исправит в лучшую для этого мира сторону? Волшебник хмыкнул в ответ, но ничего не сказал. - Ты отправишься в Дол-Гулдур? – решила спросить прямо девушка. – Ты понимаешь, что один не справишься? - Если там те силы, о которых я думаю, то, конечно, не справлюсь… - И ты так спокойно об этом говоришь? - Ну, у меня есть определенный план на этот случай, - привычно таинственно отозвался Гэндальф. – Если все пойдет так, как я рассчитываю, я буду вовремя близ Эребора. Постарайся сделать так, чтобы гномы не влезли в лишние передряги по пути. - Мне хотелось бы верить, что это в моих силах! - Ты неплохо знаешь нашу историю, вероятно, знаешь и как ее изменить. Скажем, тебе ведь известна история Лесного короля? - Хм… Мне она известна настолько, что я лучше отношусь к его отцу и, тем более, к его сыну, чем к нему, и настолько неизвестна, что я не представляю, откуда взялся Леголас, куда делась его мать… - Трандуил не любит об этом вспоминать, - кивнул Гэндальф. – Но если тебе нужно как-то… воздействовать на него, можешь сказать, что ценностями не меряется память, он может вернуть (или отобрать, называйте как хотите) то, что считает своим, но с этим не вернет себе супругу и любовь, он может запереться в своих лесах, но это не преграда ни для пламени дракона, ни для темных полчищ! - Значит, те драгоценности принадлежали Лесной королеве? – сообразила Аврора. – А как они оказались у гномов? - Подробностей я не знаю, кажется, после ее гибели Трандуил желал что-то изменить в тех камнях, но они так и не смогли договориться с гномами о цене, потому я и говорю тебе общими фразами – важнее дать владыке понять его ошибку, а не раздувать тот старый конфликт и провоцировать новые споры. - Понимаю, - протянула девушка, стараясь запомнить то, что ей сказал волшебник – очень хотелось бы, конечно, не попадать в плен к эльфам, но лучше получить еще один козырь, если все пойдет не так. - Посоветуешь что-то мне? – спросил вдруг маг. - Наверное, я уже все сказала, - покачала головой Аврора. - Ладно, тогда тебе и вправду лучше идти отдыхать. - Угу, - девушка прошла несколько шагов, но вдруг, озаренная странной мыслью, решила задержаться, обернулась к Гэндальфу: - Есть еще кое-что. Если твой план строится на участии Сарумана, обдумай его лучше. Возможно, пока ему можно доверять полностью, но у вас много отличий от той истории, что известна мне, поэтому я допускаю, что самое плохое уже могло свершиться. - Белый маг подвержен Тьме? – еле слышно прошептал волшебник. - У вас так многое отличается, что я не могу сказать точно, - снова постаралась сгладить углы Аврора. – Но если основа сохраняется, то Саруман, по собственному желанию или вслед за чарами, будет служить совсем не тем целям, что ты. - Вот как, - пробормотал Гэндальф задумчиво. И настолько погрузился в эти мысли, что девушка, потоптавшись еще минуту, решила его оставить: она сказала самое важное, пожалуй, что еще не было озвучено, можно отправиться отдыхать, дав волшебнику время переварить новости.   *** Таркун о чем-то говорил вечером с Авророй, Дубощит поначалу хотел помешать этому, зная отношение девушки к волшебнику, но заметил, что она вроде бы не против, и решил оставить их наедине: наверняка есть много «провидческих» тем, которые Гэндальф желает обсудить с той, которую привел в этот мир. Правда, Торин и не засыпал, пока не услышал, как путница ушла к себе в комнату. Утром, сразу после завтрака, Аврора ушла за дом, на удобную площадку, в компании племянников и близнецов – тренироваться. Отлично! Она очень серьезно подходит к тому, что им предстоит. У Дубощита пока не было времени заняться уроками, его, тоже немедленно после завтрака, оккупировали волшебник и Беорн, к счастью, Король-под-Горой был не один, с ним находился Балин, потому Торин готовился отстоять свое мнение о том, как им дальше следует двигаться. - Расскажи нам больше о Лихолесье, - снова начал Таркун. - Старый гномий тракт зарос, как и иные дороги, - сразу сообщил главное Беорн, - здесь всюду рыскают орки. Кстати, я проверил ваш рассказ, и я впечатлен, волшебник – ты и вправду убил Короля гоблинов! И я убедился в смерти Азога Осквернителя! Тебе стоило бы пропеть хвалу, Торин Дубощит, я могу только сожалеть, что не я сотворил это! - Думаю, для тебя еще отыщется немало этих тварей, - польщенно хмыкнул Подгорный король. - Надеюсь на это, - согласился оборотень. – Некоторых из гоблинов я вчера хорошо потрепал – вы можете быть спокойны, теперь за вами точно никто не следует, те, кто выжил, сбежали в свои пещеры. Торин только благодарно поклонился в ответ. - Теперь я тем более готов помочь вам, - продолжал Беорн, - я дам вам пони и припасы, чтобы не пришлось много добывать, но попрошу отпустить животных, когда доберетесь до тропы… И я все же считаю лучшим для вас идти именно той дорогой, все прочие пути опасны: гномий тракт и южная дорога заросли, там бродят орки, что служат Некроманту, а на севере – Гундабад, ныне там все больше темных тварей. Потому, хотя я и повторюсь, лесные эльфы не очень приветливы, это и вправду единственная дорога, по которой вы можете пройти, не прорубаясь на каждом шагу. Этот план не нравился Дубощиту, но он, как ни старался, не мог отыскать аргументов против, тем более теперь, когда Аврора шла с ними и могла по пути помогать и изменять. Пауки? Но они опасны, лишь если сойти с тропы. Как и пленение эльфами, насколько Торин понял «предсказание», если же оставаться на этой проклятущей волшебной дороге, то это будет самый быстрый путь. - Но если за нами нет погони, - осторожно вступил в беседу Балин, - и если ты, любезный хозяин, дашь нам пони, возможно, мы могли бы… - Я не дам вам животных, если вы отправитесь иной дорогой, - прервал его оборотень, не дав облечь в слова просьбу. – Я и не позволю вам вести их на эльфийскую тропу – я слишком дорожу пони и иными своими друзьями! Я готов вам помочь скорее добраться до той дороги – на большее не рассчитывайте! - Мы признательны тебе за то, что ты предлагаешь, - прервал этот спор Торин. – Но мне известно об опасностях леса, можешь ли ты рассказать подробнее о том, что знаешь ты? Прошу, поделись, возможно, это нам пригодится. Беорн кивнул и принялся рассказывать про пауков, черную реку, из которой нельзя пить, и все о той же дороге, с которой нельзя сходить – в общем, все то, о чем Дубощиту уже рассказала Аврора. Получалось, что все-таки иных опасностей не было, а этих, зная о них, можно было избегать. Потому, хотя Торин до последнего собирался спорить с Гэндальфом и медведем, вынужден был признать, что это лучший план. - И вот еще что, - медленно проговорил Таркун. – Когда мы приблизимся к лесу, нам придется… разделиться. - Покидаешь нас? – поразился Балин. Дубощит лишь чуть скривился: это все же случилось! Маг столько раз отрицал, но опять, едва они приближаются к какой-то опасности, он сбегает! - Это необходимо, - начал волшебник. – И я ручаюсь… - Можешь идти, куда пожелаешь! – поднялся Дубощит. – И если слова «взломщика» были лживы, можешь его прихватить с собой! Мне не нужны в отряде те, кто постоянно меняют свое мнение! - Ты – не указ мне, Торин, сын Траина! – возмутился Гэндальф. – В мире очень много иных опасностей и дел, которые мне надо решить. - О, ты столько раз твердил нам, что я помню каждое это слово! – презрительно ответил гном. – Только не надейся, что я соглашусь с тем, что беды моего народа – это пустяки, я не приму такое отношение! - Я дал тебе слово прийти и я буду вовремя у ворот! – стукнул посохом волшебник. – А слушать твои упреки я не стану! Дубощит слушать тоже не желал, потому развернулся и вышел из дома, решив покурить и посмотреть на тренировку, чтобы немного успокоиться. Однако по пути пришлось сделать еще одну остановку, когда Торин услышал за углом беседу мистера Бэггинса с кем-то из остроухих (а может, сразу с обоими, их и по голосам-то не различить!). - Ты можешь пойти с нами, - говорил кто-то из близнецов. - В Лориэн? – уточнил хоббит. И даже тут, не видя «взломщика», Дубощит отлично услышал в этом голосе сомнение, угадал желание Бильбо отправиться с эльфами. - Да, мы направляемся в Золотой лес, - подтвердил очевидное собеседник. – Ты хотел покинуть отряд, но обстоятельства были сильнее тебя. Ты можешь дальше расстаться с гномами, в Лотлориэне тебя встретит покой и счастье, а когда-нибудь после ты вернешься с нами в Имладрис, затем с волшебником или следопытами – в Шир. - Звучит соблазнительно, - наконец признал хоббит. Торин невольно сжал кулаки. Да, все-таки этот парень – трус и предатель! Пусть уходит с остроухими или с магом! - Тогда, - начал было эльф. - Нет, - вдруг прервал его мистер Бэггинс. – Я признаю, это было бы очень здорово, что таить – я был бы очень рад взглянуть на тот лес, кажется, в нем не бывал никто из смертных! Однако… я дал слово… - Уверен, Король-под-Горой не станет ничего требовать от тебя, - мягко возразил его собеседник, не представляя, что во многом сейчас озвучивает мысли Дубощита. – Он ценит верность, но он слишком разумен и рассудителен, чтобы гнать кого-то против его воли. Если ноша, которую ты на себя взвалил, тебе не под силу, лучше отказаться сейчас, чем стать обузой после – ты думал об этом? «Слово»! Дубощит собирался было выйти и сказать, что плевать ему на обещания предателя, пусть забирает его. Ноющий полурослик и вправду будет больше обузой, чем помощником. Правда, зачем эльф пытается в этом убедить Бильбо? - Я не отговариваю тебя, - тем временем продолжал тот, - я лишь предостерегаю тебя от возможной ошибки. Во Мглистых горах ты повернул совсем не вовремя, ныне ты можешь уйти, не рискуя ничем. А если все же отправишься с гномами, то после обратного пути не будет, дальше – уже до самого конца. А, вот теперь стало понятно, чего пытается добиться остроухий! И Торин даже испытал признательность к парню. Хоббит плохо понимал всю опасность впереди, стоило вспомнить только, как он предполагал, что худшее впереди, а до Эребора рукой подать! Эльф желал вложить в голову полурослика понимание, что худшее как раз им только предстоит, и кто не готов к этому, тому лучше передумать и развернуться. - Но я ведь сказал, что иду с ними, - снова начал мистер Бэггинс. - Бильбо, - со значением произнес эльф, - послушай меня. Гномы идут в лес, где много орков и, как говорят, гигантских пауков. Они идут бороться с драконом – тварью, которая способна одним выдохом уничтожить целую армию. А еще после им, вероятно, предстоит биться с полчищами орков, гоблинов и варгов – их будет гораздо больше, чем было до сих пор на вашем пути. Ты осознаешь это? На этот раз молчание длилось долго, судя по всему, хоббит и вправду обдумывал то, что услышал, его прошлое воодушевленное победами настроение улетучивалось, он начинал обдумывать, насколько готов к будущим сражениям и противостояниям, понимал, что дракон так никуда и не делся… Торин терпеливо ждал, смог подавить в себе желание послать к балрогу «взломщика» - пусть тот все решит сам. - Мы отправимся в путь завтра, - объявил эльф. – Мы думали уехать сразу, но решили пока не торопиться, помочь Авроре и еще немного пообщаться тут со всеми, мы редко видим ваши народы. Гномы выступят в свой поход, вероятно, тоже завтра, потому можешь все обдумать и решить, с кем дальше отправишься ты… - Я решил, - прервал его мистер Бэггинс. - Ты идешь с нами? – уточнил остроухий, хотя Торин не видел смысла переспрашивать об очевидном. - Я бы хотел, - в своей дурацкой манере ответил хоббит. – При мысли об огромных пауках и, тем более, о драконе меня бросает в дрожь, а уж бороться с орками… Ох, я же совсем не воин, это не по мне! И, вероятнее всего, я и вправду буду мешать гномам, особенно в разных схватках, даже прячась за чужими спинами, я являюсь помехой, а сейчас, когда рядом будет еще и Аврора, которую надо защищать, мне будет стыдно пользоваться спутниками, им следует заботиться о ней. Да, я бы очень хотел… Дубощит потянулся за трубкой, искренне надеясь, что он не расколотит ее о голову предателя-полурослика. - Тогда… - проговорил эльф. - Но нет, простите меня, - неожиданно заявил Бильбо. – Я знаю, что слаб, что многого не понимаю, что у меня нет идей, как бороться с драконом и не могу противостоять оркам и варгам, однако… - Однако? – переспросил остроухий удивленно. - Я, - пробормотал мистер Бэггинс, но постепенно заговорил все более уверенно: - я вижу друзей, которые лишены того, что есть у меня, я вижу девушку, которая ничем им не обязана и которая еще слабее меня. Все это значит лишь одно: мне просто нужно тоже больше тренироваться и думать над тем, как противостоять врагу, где не берет сила, там возьмет хитрость. Нет, мой господин Элладан, я иду с гномами.