Глава 59. Новое начало

История подгорного народа знала полукровок, это не было невозможным, хотя, конечно, это было редкостью, притом не только потому что смешанные браки случались редко, но, если такие союзы заключались, то в паре обычно женщина была из человеческого рода (гномок было мало и они более были склонны смотреть на свой род или порой вовсе оставались независимы). Так что Торин вовсе не желал сказать, что их союз не может породить детей, пусть, несмотря на всю плодовитость людей, от гномов человеческие женщины беременели гораздо реже, но нет, увы, в его словах был иной, куда более неприятный смысл: дети от смешанных браков рождались тяжело, человеческим женщинам было трудно выносить младенца от отца-гнома, очень часто такие роды заканчивались трагедией, притом и для ребенка, и для матери. Все это пояснять было не нужно, Двалин понимающе кивнул, хорошо осознавая, что друг не пожелает остаться без любимой женщины. - Идем, поможем парням, - предложил он, чтобы отвлечься. Это и вправду было лучшим решением, Торин не представлял, о чем и когда говорить с Авророй, стоит ли давать ей понять, что он к ней чувствует, или все же очень вероятно, что медленное чувство как зародилось, так и уйдет… Когда все они появились в доме, на обед, обнаружилось, что девушка в это время была занята починкой одежды – Оин сообщил, отдавая Дубощиту готовые вещи, сама Аврора ни слова не сказала о том, чем была занята. Еще Балин поделился, что подготовил контракт, а девушка подписала его, не глядя – и лишь в этот момент Король-под-Горой сообразил, что их спутница хоть и начала свободно говорить на вестроне, но почти не занималась письмом, лишь выучила алфавит, что затрудняло чтение договора. Однако это мало что меняло, поскольку Торин не был намерен обманывать «провидицу», Балину он тоже доверял полностью, поэтому просто поставил и свою подпись под контрактом Авроры. Зато последнее он сделал после обеда, когда на стол подали напитки, так что при этом действии присутствовали все участники похода, а это немедленно давало понять, что с этой минуты девушка – полноценный член отряда. Порядка часа после этого все отдыхали, затем снова разделились: в основном путники занялись приготовлениями к выступлению завтра, но эльфы, а также Фили и Кили по просьбе Авроры – опять тренировались, только теперь без зрителей, лишь мистер Бэггинс последовал за ними, вероятно, тоже рассчитывая позаниматься. К вечеру они, конечно, немало устали, но вернулись домой довольные собой. А сам вечер был снова посвящен музыке, правда, на этот раз хозяин дома оставался с гостями дольше, чем накануне, с удовольствием слушал напевы и эльфов, и гномов, и хоббита, который не удержался и тоже поделился веселой песенкой, только девушка продолжала молчать, на этот раз даже не запустила свою шкатулку. Когда за окном совсем почернело, Беорн ушел, отряд тоже решил не затягивать и лечь спать – им всем завтра предстоял непростой день. Однако Торин еще немного задержался, покуривая у камина – все те мысли, которым он не давал места днем, теперь заняли его. У него не было сомнений в том, что он полюбил их «прорицательницу», но Дубощит не был уверен, что это чувство взаимно, скорее напротив, с тем, как Аврора стремилась их покинуть, она ни к кому не была здесь привязана. Может ли он избавиться от своей любви? Ни о чем подобном гном никогда не слышал, но он вообще плохо разбирался в чувствах, всегда держался в стороне от разговоров о подобном, да в его народе и не было принято много рассказывать о том, что творится между двумя: все гномы знали обычаи, знали, что делать и как себя вести с женщиной, которая нравится, но о самих чувствах не рассказывали – в этом не было нужды, тот, кто влюблялся, сам понимал, что творится с его сердцем. Но все же обычно любовь была ярким страстным чувством, насколько это знал Торин (помнится, Дис, едва завидев своего будущего мужа, не могла глаз от него отвести, как и он от нее), а раз он относился к Авроре иначе, то, должно быть, от этого и избавиться проще. Тем более, что у Дубощита были заботы поважнее в походе! Может быть, это все – из-за похода? До сих пор Торин был постоянно занят, заботы то о семье, то обо всем народе, кто последовал за ним, требовали его всего, Подгорному королю некогда было отвлекаться на пустую болтовню с женщинами. Да он и тут был бы сосредоточен лишь на походе и возвращении Эребора! Если бы Аврора была женщиной этого мира, говорила бы на вестроне и не нуждалась бы в помощи больше, чем любая другая человеческая девушка здесь, Дубощит и не заметил бы ее, но так вышло, что гном взял ее под свою опеку, оберегал ее и особенно сблизился, когда Аврора не смогла уйти к себе, сочувствовал ей… Выходит, Торин вынужденно проводил время с «провидицей», его интерес был вызван тем, что он узнал ее больше, чем любую другую женщину (ну за исключением своей сестры, пожалуй). А это значит, что когда она уйдет или хотя бы отдалится, то и все чувства к ней остынут, может, не сразу, но пройдут. Кроме того, решение всегда за женщиной – и если она не покажет никакой симпатии, ему придется с этим смириться, потому лучше это сделать прямо сейчас. - Мой господин позволит? – тихо окликнули его. Близнецы… Ну конечно, эльфы же не спят! Или спят как-то иначе… Только что им может быть нужно от Дубощита? - Разумеется, буду рад компании, - пригласил он парней. Оба остроухих устроились на стульях по разные стороны от Торина (удобно им – для них мебель Беорна не так и высока!). - Могу я спросить тебя прямо, Король-под-Горой? – начал один из близнецов, и, после кивка гнома, продолжил: - Ты идешь вернуть свой дом – и в этом ты прав, но ты, зная о том, что там вас ждет, имеешь ли план, как обезопасить других от дракона? - Я надеюсь найти возможность сразить эту тварь, - снова кивнул Дубощит. – Но я не могу знать, повезет ли мне. - Никто не может, - согласился все тот же эльф. - И именно это не нравится другим, - продолжил его брат. – Ни наш отец, ни кто еще не поддержал тебя, верно? - Потому вы решили тоже попытаться? – нахмурился Торин. – Мне не нужны советы вашего отца и других владык и волшебников, кто живет в достатке в собственном дворце, пока мой народ лишен того, что принадлежит ему по праву! Это, по-вашему, справедливо?! Смауг отнял у нас Эребор, гоблины и орки – Кхазад-Дум… - Мы пришли не отговаривать тебя, - прервал его один из эльфов. – Мы спросили о том, что нас беспокоило – и только. Мы доверяем мнению Митрандира и… ты прав, гномы вправе вернуть себе то наследие, что было их. - А еще, - поддержал второй брат, - мы хотели пожелать тебе удачи! Наш народ не связывает свою судьбу со Средиземьем, в отличие от твоего, но и мы тоскуем по тем землям и лесам, в которых гуляли когда-то, потому мы понимаем, насколько больно гномам потерять дома и чертоги, созданные вашим трудом. Поразительно, подумалось Торину: в мире есть разумные и благородные остроухие, им же в соседи достался Трандуил! - Я рад, что мы понимаем друг друга, - чуть улыбнулся Дубощит. – И благодарю за пожелание, господа принцы! Читая древние легенды, я часто удивлялся тому, как наши народы могли дружить в прежние времена, но теперь я верю этому. И могу только сожалеть, что мы смогли так мало узнать друг друга. - Нам тоже жаль, что те времена прошли, - согласился один из близнецов. – Но пока мы не ушли за море, кто знает, быть может, нам еще предстоит сражаться вместе против общего Врага. - От себя могу сказать, что я буду рад принять вас в Эреборе, если вам будет интересно взглянуть на наши чертоги. - Щедрое предложение от владыки столь закрытого народа! - Мой народ умеет ценить помощь, - буркнул Торин, не став объяснять при этом, что показывать глубины горы и шахты эльфам никто не станет, их приглашали лишь в парадные залы Эребора. – Ваш отец не мешал нам уйти и помог с картой, вы помогли Авроре, не говоря о том, что мы сражались с гоблинами в пещерах. - Тогда мы с удовольствием навестим тебя, Король-под-Горой, - ответил один из братьев, второй молча поклонился. На этом они разошлись отдыхать. Утром же времени на церемонии не было, возможно, эльфы не торопились, однако гномы – очень, встав пораньше и позавтракав, они принялись привязывать мешки и сумки к седлам пони, которых им ссудил Беорн. Только Аврора, за которую это взялись сделать Фили и Кили, проводила время с близнецами, сердечно прощаясь. Ну еще Таркун отошел в сторону и о чем-то тихо разговаривал с оборотнем, в дела мага никто, как обычно, не вмешивался, Дубощит, помня о том, что Гэндальф собирался их покинуть, и вовсе подумывал, не отправиться ли им дальше самим… Останавливало то, что Торин не хотел ссориться с волшебником – если после тот все же придет, его помощь может быть необходима. Да и ни к чему показывать всему отряду, что между ними с магом нет мира, все должны быть по-прежнему уверены в верности решений лидера. - Гэндальф, время уходит! – только один раз окликнул его гном, стараясь не показывать своего раздражения. Однако волшебник только отмахнулся, слишком занятый своей беседой, в итоге Торину пришлось напомнить себе, что не так важно, отправятся они сейчас или спустя четверть часа, и просто ждать.   *** Замкнутость Беорна мешала с ним нормально беседовать, Митрандир, пока они гостили у оборотня, несколько раз пытался заговорить с тем, но медведя больше волновали дела на его ферме, чем что-либо еще. Впрочем, Гэндальф и сам порой отвлекался, ему надо было обсудить с сыновьями Элронда их намерения (и намекнуть им тоже, как и их отцу, куда он направляется, чтобы после спровоцировать врага). Так и вышло, что поговорить с их хозяином получилось лишь перед тем, как они собрались уезжать. - Отпустите пони, когда доберетесь до леса, - снова напомнил Беорн, опять беспокоясь больше о своих животных, чем о чем-то еще. - Даю тебе слово, - пробормотал волшебник, думая вовсе не об этом. – Не отправлю я твоих пони к оркам… А ты уверен, что орки Мории заодно с Некромантом? И что с орками из Гундабада? - Уверен, - мрачно кивнул оборотень. – Стаи орков собираются у крепости. С каждым днем их становится все больше там. - А что ты знаешь об этом чародее? О том, кого зовут Некромантом? – Гэндальф наконец перешел к тому разговору, который был для него важен, потому старался не замечать вид Дубощита, желающего поскорее отправиться. - Он не тот, кем кажется, - сразу объявил худшее Беорн.  – Его сила притягивает зло. Азог ходил к нему на поклон. Торин вновь попытался поторопить, на этот раз на словах. - И еще, - продолжал оборотень, потому Гэндальф слушал только его. – Давеча ходили слухи, что мертвые поднялись из могил высоко в холмах Рудаура. - Мертвые? – глухо переспросил маг. Вот все и подтвердилось окончательно. То есть фактов у Митрандира по-прежнему не было, Саруман бы это и слушать не стал, но самому Гэндальфу этого было уже предостаточно, теперь он точно был уверен в том, что ехать на север ему не нужно: оборотень был не из тех, кто станет повторять пустые разговоры, значит, эти слухи до него дошли от тех, кому человек-медведь доверяет. - Это правда? Насчет склепа в тех холмах? – отвлек его от размышлений Беорн. - Да, там правда есть гробницы, - тяжело подтвердил Митрандир. - Я помню времена, когда великое зло правило в этих землях, - весомо проговорил оборотень, - зло настолько могущественное, что одолело смерть. Если этот враг вернулся в Средиземье, то тебе стоило бы мне сказать! - Саруман Белый считает, что это невозможно, - попытался увильнуть маг. – Враг был уничтожен и больше не вернется. - А как Гэндальф Серый считает? – не уступал Беорн. - А я считаю, что все нужно проверять, - ответил тот наконец. – Но если правда все это, то… скоро будет важная битва, и случится она близ Одинокой горы, там нам и надо усилить наши войска. После этих слов Митрандир воспользовался тем, что его ждут гномы, кивнул оборотню на прощание и полез в седло.   *** Прощаться с новыми друзьями было непросто, пусть в компании эльфов Аврора не провела и месяца, но пережитые за эти несколько недель приключения могли сплотить кого угодно, даже менее впечатлительных особ, чем тот, кто никогда в подобных историях не бывал, а близнецам девушка была признательна за столько! По этой причине путница долго говорила с Элладаном и Элрохиром, вновь и вновь благодарила их и выражала надежду, что однажды они снова увидятся, когда здесь будет царить мир. Это был последний шанс передумать, последняя возможность отправиться все-таки на юг, а не на север, но Аврора об этом даже и не помышляла. Ее легкая обида на Торина прошла: она точно как-то не так поняла гнома – это надо просто понять и не мучиться. Осознав все это, девушка думала только о том, что впереди. И потом, это же она хотела получить гарантии для своего будущего – вот Дубощит ей их и дал, даже больше дал, чем она могла мечтать, если все удачно сложится, она станет завидной невестой, был бы еще жених… А вообще накануне, когда Балин дал ей контракт, Аврора вспомнила, что писать и читать на всеобщем она так и не умеет, распознает буквы, но, чтобы разобрать длинный текст, ей нужно несколько часов. Никакого подвоха она не ожидала, конечно, потому подписала, не глядя, однако незнание языка хотя бы в какой-то части ее царапало, так что этим вечером, перед сном, девушка взялась за свои записи, на этот раз старательно все пытаясь фиксировать на вестроне. Ее путь шел с гномами, она сама так выбрала – и все больше погружалась в этот самый мир… Элрохир и Элладан, кажется, умели понимать какие-то намерения без слов, потому что ни один из них больше и не спросил Аврору, не поменяла ли она свое решение, только пожелали ей удачи и благословили в дорогу. В ответ она также выразила надежду, что их поездка удастся и обняла каждого на прощание. Появятся ли эти парни когда-нибудь позже? Или она отправится в Лориэн? Перед ней открывались, кажется, все дороги… Ну, если, конечно, она выживет в походе. С этими мыслями Аврора вскочила в седло (легко и уже настолько привычно для себя, что и сама-то не заметила трудностей) и отправила пони следом за лошадками гномов, даже на миг смогла обернуться и помахать на прощание близнецам. А еще Беорну – все-таки оборотень был очень добр к ним и, кстати, дал в дорогу девушке немало разных вкусностей из меда, которые, если понадобится, можно и иначе использовать, все же лекарств тут не так много. Жаль, что они провели тут так мало времени, она не успела толком узнать этого человека-медведя, но зато точно знала, что будет вспоминать это время с большой теплотой. Начало новой дороги было легким, после всех переходов пешком это казалось курортом – не считая того, что ждет их впереди… Но пока все это было где-то далеко, а они путешествовали верхом по удобной дороге, любуясь горным кряжем с одной стороны и появившимся лесом с другой – красота, глаз не оторвать! Как раз сейчас Аврора была готова оценивать те пейзажи, что открывались перед ней – может быть, впервые за весь поход! Это было немного похоже на начало их дороги из Шира: снова верхом и в приподнятом настроении. Вот только на этот раз девушка не мучила каждое слово, она весело болтала со спутниками, но и спокойствия, как в краю хоббитов, тут не было – путники были настороже, зная, что враги могут быть где-то рядом, потому все разговоры велись вполголоса, а держались путешественники довольно плотным строем. Правда, спешки тоже особой не было, отряд двигался неторопливым шагом, как и раньше, делал остановки для отдыха и обеда, а ближе к вечеру присмотрели подходящее место для ночлега. На этот раз ужин не состоял из горячих блюд, потому Аврора решила, что Бомбур сам справится, вроде бы Бофур собирался ему помочь, пони сегодня на себя взяли Глоин и Нори, поэтому девушка уговорила парней вновь с ней потренироваться, чем они и занимались вплоть до минуты, как стало совсем темно. Но и темнота не помешала путнице после ужина устроиться ближе к костру и заняться языком. И тут ее ждал сюрприз. Оказавшийся рядом Бифур взялся ей помогать, причем он по-прежнему говорил только на кхуздуле, но умышленно очень медленно, чтобы его понимали, а еще указывал на буквы на листах и произносил звуки, поскольку многие из них не совпадали с теми, с которыми ее знакомили до того, Аврора сообразила, что гном и теперь дает ей понять, как звучат эти руны на кхуздуле. Девушка спешно записала привычные транскрипции и поблагодарила Бифура, который ей еще и несколько слов гномьего языка, не знакомые путнице, повторил пару раз, чтобы Аврора их четко расслышала и поняла. Кажется, ее слабые потуги в области кхуздула впечатлили гномов, а может, то, что она идет с отрядом, добавило ей доверия, но теперь точно никто не возражал против ее изучения языка – этим надо было пользоваться. Пусть это было что-то старое, привычное, из ее прежнего мира, но именно поэтому языковые тренировки, в отличие от физических, девушке помогали успокоиться и расслабиться. А на следующий день все повторилось. Погода по-прежнему стояла отличная, июль шел к концу (если Аврора верно поняла времена года, как ей объяснял Бильбо), но жара скрадывалась приятным ветерком с гор, хотя путница нет-нет да поглядывала на белые шапки где-то далеко наверху – от мороженого или холодного коктейля она бы не отказалась… Умываясь вечером, «провидица» подводила ревизию своих предметов гигиены, полагая, что вскоре ее настигнут опять не самые веселые дни. Однако тряпок у нее хватало, к счастью, чего нельзя было сказать о линзах: у нее оставалась одна запасная пара и около половины бутыли раствора – как ни экономь, а только на это и хватит, невольно начнешь думать, в какие дни можно отказаться от них и ходить в очках. Вот только в какие? Впереди у них то пауки, то дракон. Если только в плен к эльфам попадут, в темнице можно сидеть в каком угодно виде… Единственным отличием второго вечера было то, что ненадолго к ней подсел Балин. Помолчал, почесывая бороду и что-то обдумывая, вздохнул тяжело, никак не решаясь, затем тихо спросил: - И зависят ли как-то те смерти от всех иных событий в походе? - Немного, - честно признала Аврора. – Вражда и непонимание народов тоже влияют. Но… не знаю, может быть, очень мало, ведь Больг все равно приведет своих орков и будет биться с ними… наверное. - Орки, - задумчиво повторил старый гном. – А кто еще будет рядом с ними? Когда это будет? - Когда – не знаю, но в какой-то момент останутся лишь они. - То есть если просто не оставлять их?.. - Я тоже так думала, поэтому сказала Двалину, - вздохнула Аврора. – Теперь не уверена. Я все это знала, обо всем говорила – но все, что было в той истории, случилось, изменения они… ну как и ваш внешний вид. - А что не так с нашим видом? – не понял Балин. - В книге вы были описаны совсем иначе, - пояснила девушка. – Там не очень много было сказано, но различия есть, я не так представляла. И… я не сказала, но та книга – она скорее детская выдумка. - Детская? – даже опешил гном. - Ну если задуматься, то многое в ней не детское, но все это было рассказано… так легко, страшные моменты совсем и не страшны, может быть, даже смешны, поэтому вся история выглядит как для детей… Аврора помолчала и через минуту тихо добавила: - Я поэтому тоже изменила решение. Нельзя всерьез принимать и хотеть помочь смешным гномикам, которые идут, чтобы награбить золота. В той истории мне не было жаль кого-то – эти герои были чужие. Иное дело тут. - Что ж, приятно узнать, - мягко улыбнулся ей Балин. – Но ни твое усердие в тренировках, ни твои знания пока нам не могут помочь. - Я не знаю, что еще предложить, - уныло отозвалась Аврора. - Ну, ты ложись, отдыхай, время у нас есть, я обдумаю все это, - попробовал успокоить ее гном. Совет был хорош, и девушка была только рада переложить на чужие плечи заботы о том, как дальше поступать, вот только избавиться от ответственности никак не удавалось – не для этого она с отрядом направилась! Достаточно ли будет, если гномы всю битву будут держаться рядом? Аврора была почти уверена, что какие-то обстоятельства заставят их расстаться – странный закон этого мира или всеобщий закон подлости. И знания Двалина и Балина о том, что этого ни в коем случае не стоит делать, не спасут. Несмотря на все свое упрямство, понимала девушка и что ее способности точно не спасут никого в бою. Может быть, надо менять сам бой? Пусть и не в деталях, но Аврора помнила, каким будет сражение, представляла тактику Битвы Пяти Воинств, значит, она может поменять все это… Если только сможет придумать, как – она ведь не стратег. Простой план-ловушка для орков, который присутствовал в книге, казался самым разумным, не зря эту тактику одобрили все: и эльфы, и гномы. Что она может предложить, что было бы интереснее и лучше, она, которая и компьютерные-то войны не вела! Сон наконец взял верх над путницей. Только в этом сне девушка шла по неизвестным залам из мрамора и гранита, украшенных скульптурами и неизвестными, но точно дорогими камнями. Она чувствовала, что война позади, а потому обещанная ей доля получена – теперь она и вправду завидная невеста даже для гномов, не то что людей… Но единственный, кого она желала видеть в роли жениха, мог эту битву не пережить. Она бы отказалась от любой доли и золота, только бы знать, что он жив! Аврора тянулась куда-то, пыталась обратиться к этой картине: если силы этого мира ей приоткрыли кусочек будущего, то ведь могут показать все, ну или хотя бы наиболее важную для нее часть! Однако – ничего. Девушка шла к тем залам, где, как подсказывало чутье, должны быть ее гномы… И терялась, уходила куда-то в сторону, не в силах противостоять сну, который вел ее совсем не туда. Проснулась путница с самым рассветом, почти не отдохнув, совсем потерянная… но тут же встретилась взглядом с Торином, поймала его мягкую улыбку – и немедленно же воспряла духом.