5.Начало всего.

Дни шли один за другим и Ричард постепенно стал привыкать к присутствию Исгерд в его доме. В начале, её красота ослепляла, но человек может привыкнуть ко всему. Нет, он по прежнему считал девушку невероятно красивой, но уже не столбенел как юнец, при встрече с ней в коридоре. К тому же, лорда веселило, как они с матушкой везде ходят вместе, а учитывая их разницу в габаритах, сравнение с наседкой и цыплёнком напрашивалось само собой. Его это неизменно умиляло. Не слишком его веселило только то, как Исгерд до сих пор его боялась. Увидев его, она всегда замолкала и опускала глаза. А по возможности, сославшись на работу, сбегала по скорее. Матушка уверяла Ричарда, что это скоро пройдёт, но он не слишком надеялся. Кажется, он впервые купил бывшего вольного человека. И как обращаться с такими рабами, не очень то понимал. Да и других дел хватало, эти мысли отошли на второй план. В порт как раз вернулся один из его кораблей, предстояло много работы. Конечно, джентльмену, а тем более лорду, не пристало работать. Но что поделать, если ты стал лордом без земель, денег и особняков. Тут уж не до условностей. Хорошо хоть Генри наконец вернулся из своего медового месяца и взял на себя оставшиеся домашние дела, которыми не занималась Мэри. Вот и сегодня Ричард с самого утра сидел в кабинете, проверяя бухгалтерские книги и читая отчёты капитана. Кабинет был просторным и богатым. На стенах висели картины, изображающие сцены охоты и кораблей в бушующем море. Книжные полки уставлены тяжёлыми книгами в кожаных переплётах. Огромный письменный стол из тёмного ореха, завален бумагами и письмами. Но больше всего Ричарду в своём кабинете нравилось большое панорамное окно. Оно выходило в сад. Если открыть створки, то можно было шагнуть прямо на лужайку. Но пока, оно лишь приносило хоть какой-то глоток свежего воздуха. Сквозняк тихо шевелил чистые листы, придавленные пресс-папье. Птицы щебетали на деревьях в саду, обсуждая свои неведомые людям дела. Ричарду было хорошо. В такие дни, он мог работать до поздней ночи не вспоминая ни про еду, ни сон. В дверь постучали. —Войдите. —  Не поднимая головы от письма очередного купца, ответил Ричард. Матушка как раз должна была принести чай. Странно что она вообще так церемонится. Может побоялась помешать работе. Скорее всего. Эти мысли промелькнули где-то на заднем плане и лорд снова углубился в чтение. — Простите, сэр. — Раздался голос, который Ричард никак не ожидал здесь услышать. Он поднял голову и увидел Исгерд с подносом в руках. Она неловко стояла, оглядываясь по сторонам, не зная куда же поставить поднос, ведь на столе не было ни одного свободного места. Девушка была явно смущена и Ричард поспешил отодвинуть часть бумаг в сторону, что бы она могла наконец завершить свою работу. Что она и поспешила сделать, как только показался чистый краешек стола. Исгерд оказалась совсем рядом с Ричардом, когда наклонилась поставить поднос. Он даже смог услышать лёгкий запах травы, исходивший от её волос, когда тяжёлая коса соскользнула с её плеча. В который раз, его посетила мысль, что таких идеальных людей не бывает. Даже вблизи её кожа выглядела такой гладкой, словно вытесанной из мрамора. Лорд ждал, что как только поднос окажется на месте, Исгерд поспешит сбежать. Но вместо этого, она лишь сделала шаг назад и замерла. Тонкими пальцами она сжала край своего передника, сминая ткань. Этот жест напомнил Ричарду тот день, когда он накинул на девушку свой пиджак. Она точно так же цеплялась за него, стараясь успокоить себя. — Всё в порядке? — Кажется, её что-то тревожило. Лишь бы она сейчас не начала просить отпустить её на волю. Лорд едва не поморщился от этой мысли. Вообще-то, он и сам обдумывал эту идею. Но у Исгерд здесь не было ни семьи, ни друзей. Что она станет делать одна, в чужом городе? Более того, в чужой стране. А учитывая как далеко была её родина, бедняжке пришлось бы всю жизнь работать, что бы купить билет на корабль до дома. Если в такую отдалённую часть света, вообще отправится хоть один капитан. Только пираты плавают по всему свету, а честные люди стараются придерживаться торговых путей. Это и прибыльней, и безопасней. Но то, что она произнесла, поразило лорда не меньше собственных предположений. — Спасибо Вам. — Чуть слышно произнесла Исгерд. По её интонации казалось, что она не благодарит, а скорее просит прощения, а на щеках проступил яркий румянец. — Я не совсем понимаю за что... — Отозвался Ричард. Впервые она кажется смотрела на него без страха. А эти румяные щёчки, окончательно заставили сердце лорда пустится вскачь. — За вашу доброту. Я поняла, что была к Вам не справедлива. — Видимо осознав, что её смущение слишком заметно, Исгерд отпустила передник и немного приосанилась. Даже рискнула взглянуть Ричарду прямо в глаза. Но румянец так никуда и не делся. — Кхм...— Откашлялся он, что бы скрыть уже своё смущение. — Тебе не за что меня благодарить. По крайней мере сейчас. Вот поживёшь у нас по дольше, устроишься и тогда, если тебе у нас понравится, сможешь повторить свои слова. И тогда я смогу принять их с гордостью. — Ричард улыбнулся, обнажая свои крепкие белые зубы. Многие считали, что его улыбка слишком хищная и отталкивающая. Вспомнив об этом, он поспешил спрятать её, что бы не пугать свою собеседницу. — Хорошо...Тогда я могу... — Да-да, ты можешь идти. Быстрый поклон, больше похожий на кивок и Исгерд вышла из кабинета. Она сделала это так же быстро, как и раньше, но в её поведении больше не ощущалось страха. Ричард откинулся на спинку кресла и расплылся в довольной улыбке. Он сам не знал почему, но этот короткий разговор, по настоящему поднял ему настроение. Вдохнув свежий воздух полной грудью, лорд потянулся и снова принялся за работу. Он не знал, но ещё долгое время, улыбка не сходила с его лица.

***

Чай в высоком стакане давно закончился. Дворецкий зажёг свечи во всех канделябрах. А ночные птицы сменили на своих постах дневных пташек. Ричард по прежнему был в своём кабинете. Дневная жара сменилась внезапной прохладой, но лорд и не подумал закрыть окно. Работа так его увлекла, что он даже не собирался ещё идти спать. Он пересел на кожаный диванчик и забравшись на него с ногами, продолжал рассматривать бумаги, пока сон не поймал его в свои цепкие лапы. Уронив бумаги на грудь, лорд тихо посапывал и даже не проснулся, когда в дверь тихо постучали. Не получив ответа, человек за дверью какое-то время по стоял, а затем не решительно заглянул внутрь. Это снова была Исгерд. Матушка отправила её проверить лорда и спросить, не желает ли он всё такие поужинать. Хотя бы в своём кабинете. Но увидев, что мужчина спит, Исгерд не стала его будить. Вместо этого, она не слышно проскользнула внутрь и остановилась над своим хозяином. Во сне, он казался таким умиротворённым, что казалось, никого не мог бы испугать. На спинке дивана висел мягкий клетчатый плед. Исгерд расправила его и аккуратно накрыла им лорда, стараясь не потревожить его тихий сон. Мужчина пошевелился во сне и что-то пробормотал. Прикрыв рот ладошкой, Исгерд едва не хихикнула, на столько ей было непривычно смотреть на лорда Гамильтона, которого она так боялась совсем недавно, в таком виде. Подоткнув плед, она отвела тёмную прядь с его лица, что бы непослушный локон не помешал сну хозяина. И внезапно, лисица почувствовала укол нежности, к этому мужчине, что был сейчас так уязвим. Она даже замерла на секунду, ошарашенная этим внезапно взявшимся чувством. Словно дикий зверёк, быстро и очень тихо, Исгерд выбежала из кабинета, прижав руку к сердцу, которое посмело так опрометчиво себя вести. Ни один из них не знал, но именно этот день для них стал началом всего...