Глава III «Шипы у розы»

Женя была дома одна. Мама ушла пару часов назад, на ночную смену, потому девушка хозяйничала в доме. В духовке пеклись булочки, по любимому рецепту. Аромат стоял восхитительный. За столом брюнетка писала домашнюю работу по литературе. В дверь раздался стук. Евгения подошла к входной двери и заглянула в заледеневший глазок. Тёмный силуэт был повёрнут в бок и из-за капюшона, девушка не признала своего одноклассника. Она закрепила цепочку на двери, чтоб лишь слегка её приоткрыть. Щелчок замка. Женя выглянула в щель. — Кто там? — её изумрудные глаза уставились на стоящего на крыльце человека. Она его узнала. — Бяша? Подожди. Парень был впущен в дом. Разулся, повесил куртку на вешалку. — Проходи на кухню. — девушка пригласила войти и поставила чайник на плиту. Бяша прошёл и сел на стул, положив на стол тетрадь. — Какими судьбами в нашу глушь забрёл. — Да вот... — юноша указал на Женин сборник. Нынешняя хозяйка в доме перевела взгляд туда куда указал. — Не понравилось? — Нет! Ну то есть, понравилось! — Тогда зачем принёс? — от вопроса девушки Бяша замялся. — Я просто вернуть хотел, твоя ведь. — Женя молчала, лишь слегка наклонила голову набок. Свет её зелёных глаз напоминал летнюю лесную чащу, хотелось идти в глубь и совсем не страшно заблудиться. — Но только сейчас подумал, что обижу тебя. — Я же сказала, что можешь оставить себе столько, сколько нужно. — парень лишь ответил: “Я знаю”. Чай насыщал комнату приятным ароматом, как и запах свежей выпечки. Бяша наслаждался по полной вкусностями и Жениной компанией. Они обсуждали некоторые её стихи, многие из которых отсылали к прошлому девушки. Она разговорилась. Даже проболталась. — Мы же уехали не сказав никому, куда, когда... Чтоб не нашёл... — Кто, на? — парень напрягся. Ему было любопытно и тревожно из-за её лица. Проявлялись едва заметные признаки тревоги и раздражения. Кровченко стучала пальцами по кружке, кусала губы, отводила взгляд, лицо больше не отображало естественного спокойствия и безразличия. — Да так... — по интонации казалось, что говорит о пустяке, но довольно быстро тон изменился. — Один псих... — Псих, на?.. — Игорь напрягся, в голове крутились устрашающие образы. — По-другому этого человека не назвать. Долгая история... — Я не тороплюсь. — Бяша надеялся на то, что она откроется и поделится всем. — В другой раз... — этой фразой была поставлена точка в диалоге. Юноша лишь тихо выдохнул: “Хорошо...”. Парень снова остался на ночь. Всё как и вчера: раскладушка, одежда брата и посиделки перед сном. — Будь ты девочкой, можно было бы это назвать "девичником". — прыснула Женя. — Да ну тебя, на! — Бяша в шутку надулся. Девушка хихикнула. Ему нравилось смотреть как тает лёд равнодушия, что ещё скрывает возможно весёлую и улыбчивую особу. Её глаза цвета изумруда, казалось светились в темноте, и будто так и говорили: “Ты забавный”. Женя читала вслух свои рассказы и поэзию. "Я попал в рай" — такие мысли были у бурята. Нахлынула ностальгия, когда мама, такая ласковая и любящая читала перед сном совсем маленькому сыну. С этими мыслями он уснул. Утро. Школа. Всё как всегда. Катя спокойной разговаривала с Полиной. Девушки обсуждали парней. — Ты уже и не скрываешь, что Антон тебе нравится. — шатенка улыбнулась. — Мне незачем это скрывать. Надеюсь, что мы не долго будем тупить, как герои какого-нибудь сериала, где за счёт идиотизма главной пары тянется хронометраж. — Смирнова поправила воротник рубашки. — Как думаешь? Тебе не кажется, что Бяша неровно дышит к новенькой? — Морозова произнесла тихо, склонившись ближе к подруге. — И правда! Что-то он часто около неё крутиться. — Катерина сложила руки в свою привычную позу. Глазами она искала брюнетку, о которой и шла речь. И нашла. Кровченко стояла в конце коридора с Петровым, они о чем-то говорили. Внутри Кати на мгновение всё сжалось, в голове всплывали не самы приятные мысли и образы. Ревность. Но даже так девушка предпочла сделать вид, что ничего не видела и ничего не произошло. Повернулась к подруге, но взгляд периодически цеплялся к двум фигурам. В это время Женя с Антоном обсуждали пересадку. — Попросим Лилию Павловну поменять вас с Бяшей местами. — девушка почесала скулу. — Скажем, что он достаёт её дочь и это будет мешать ей в учёбе. А я с Бяшей справлюсь. Так ты будешь сидеть со своей возлюбленной. — Договорились. Только тише. — парень по заговорщически оглянулся. — Щас ещё кто-нибудь услышит. Так и сделали. Казалось уговорить преподавательницу на это не выйдет. Придётся приводить ещё более весомые аргументы. Сказать, что Антона хуже с зрением, что Женя собирается подтягивать Игоря по учёбе и готовить к экзамену. Но всё прошло гладко и Лилия Павловна согласилась их пересадить. Чуть позже в коридоре, когда Евгения читала книгу в полном одиночестве к ней подошла Катерина. — Женечка, — староста ласковым голоском обратилась к однокласснице. — можно тебя на пару слов? — Можно. — девушка закрыла книгу, посмотрела на Катю. Нехорошее предчувствие появилось у неё. — Я вижу, ты с Антоном сдружилась. — Женя кивнула в ответ, не отводя от собеседницы глаз. — Знаешь, он мне нравится. И я не наезжаю конечно, но просто хочу предупредить. — Смирнова встала очень близко, лицом к лицу с Кровченко, глядя в глаза. — Я за него и ноги оторвать могу, потому попрошу перестать с ним заигрывать. Евгении хотелось возразить. Сказать что между ними только дружба, что она ошибается. Что не было никаких заигрываний. Но осознание, что всё это звучит как оправдания, заставило сказать по другому. — Можешь не волноваться, я тебя поняла. Да и Антон в романтичном плане меня не привлекает. Не претендую, так сказать. Катя смотрела с недоверием, пыталась уличить в обмане. Но в итоге просто ушла. На уроке случилась та самая пересадка. Все сделали вид, что это ничего не меняет. Антон, Катя и Бяша еле сдерживали своё ликование и радость. Лилии Павловне потребовалось выйти из кабинета. Женя протянула Антону руки и тот дал пять. — Это была ваша идея, на? — Бяша уставился сначала на новую соседку по парте, потом на парочку впереди. — Угу. — кивнула девушка, а потом почти шепотом произнесла. — Смотри как они хорошо смотрятся вместе. — «Мы тоже хорошо смотримся» — пронеслось у бурята в голове. Преподавательница вернулась. Урок проходил скучно, как для отличников, так и для остальных. Катя с периодичностью поглядывала на объект своего обожания, отводила глаза лишь когда была поймана Антоном, что тоже посматривал на неё. Бяша наблюдал за этим спектаклем, оглянулся назад на своего друга, а тот мило ворковал со своей возлюбленной. Полина кокетничала и хихикала, Ромка улыбался и плыл от переизбытка чувств. Игорь фыркнул, после перевёл взгляд на Женю, которая в свою очередь уснула лицом в парту, сложив руки. Облокотившись щекой на руку бурятёнок спокойно разглядывал соседку и будто не мог отвести глаз. Он невольно улыбался сравнивая Женю с котёнком. — «Если бы она была кошкой, то точно чёрной и зеленоглазой. Такой пушистой и точно спокойной и ласковой, хотя нельзя назвать её бесхарактерной.» — так он думал. Уроки закончились. И опять, словно тень, Женька ускользнула в зубастую пасть проклятого леса. Потерпевший очередную неудачу, Бяша поплёлся с друзьями по припорошенным улицам посёлка. Парень совсем не вникал в разговор, казалось слышал и замечал всё, кроме собственных друзей. Чернели дома, детский смех разносился ветром. Бяша смотрел не отрываясь на лес, не замечая месиловки, что закатили его друзья. Антон получил горсть снега за шиворот от Ромки, в ответку тот получил снежком в лицо. Пятифанов словно дикий зверь прыгнул на Петрова повалив в сугроб, завязалась шуточная драка. Девчонки хохотали, Тоху закапывали. Когда оба юноши чуть подустали и успокоились, заметили задумчивого товарища, погружённого в свои мысли. В голове Романа возник потрясающий план, Антон понял всё без слов и лишь кивнул. Два друга подкрались к Игорю со спины, Ромка схватил кулак снега, а Тоха прыгнул на Бяшу. Один держал, а другой насыпал хорошую горсть снега в капюшон и за шиворот под громкий смех подруг и возмущённые высказывания третьего товарища. Вскоре Роман пошёл провожать Полину до дома, Антон аналогично повёл Катерину к её дому. — Я вас здесь жду, на! — крикнул Бяша друзьям и подпалил сигарету. И чувство одиночества, словно чего-то сейчас ему не хватало. Что-то изменилось. Да много чего поменялось. — Голубки... В этот раз всё сложилось не как в прошлые два раза. Теперь Бяша шёл с Ромой и Тошей. Доведя Петрова, товарищи повернули обратно в село, лишь напоследок бурят оглянулся на дом в котором ему хотелось находиться больше, чем возвращаться к матери. Из окна чернеющего во тьме дома, Евгения наблюдала как удаляются в бархатистую ночь два чёрных силуэта. Лишь рост и характерные движения позволяли различить одноклассников. Как только дружки скрылись девушка задёрнула шторы. — «Значит сегодня у меня есть время на свои хотелки.» — писательница села за свой стол. — «Начнём.» Проходили минуты, превращаясь в часы. Было уже довольно поздно, когда юное дарование, наконец, бросила ручку и направилось в свою постель. Сонливость и неимоверная усталость заставляли валиться с ног, но уже такая обыденность как кошмары не давали погрузиться в мир грёз. Девушка задумывалась о многом и многое вспоминала, лишь бы оттянуть момент засыпания, лишь бы не кошмар. Но ночь и её сознание сыграло с ней злую шутку. Её лицо было таким бледным, что сливалось с наволочкой на подушке. Она металась по постели, на лбу выступили капли пота. Больше мученица не уснула этой ночью. Утро девушка встретила не дома, глядя, как стая ворон собралась в одном месте. Видно было не так хорошо, но сложилось предположение, что птицы клевали труп какого-то некрупного животного. Возможно даже себеподобного. Катерина стояла перед зеркалом в коридоре осторожно заплетая волосы в косу. Неизменная резинка с пластиковой клубникой. Уже потрёпанная, но такая родная. Зазвонил телефон. — Екатерина! — раздался голос матери. — Тут тебя к телефону. Какая-то девочка. — Скорее всего Полина, скажи что сейчас подойду. — Это не Полина, другая девочка. Катя задумалась, кто мог ей звонить так рано. Она подошла к телефону, мама передала трубку и направилась в комнату. — Алло, слушаю. — Здравствуй, Кать. — Смирнова не сразу узнала голос Кровченко. — Ты чего мне звонишь? — девушка явно ошарашенная подобным не могла реагировать спокойно. — Я знаю, что сейчас очень рано. — Женя говорила спокойно, проигнорировала вопрос. — Надеюсь я никого не разбудила. — Катерина молчала пару секунд, ногти ритмично стучали по тумбе на которой стоял телефон. — Не разбудила. — ответ был резким. — Это хорошо. — Почему ты звонишь мне? Почему на домашний? — Извини если я игнорирую твои вопросы. Ты не против пройтись до школы вместе? Я на всё отвечу. — подобное стало шоком для и так ничего не понимающей Кати. — Хорошо, я выйду через пол часа. — всё что смогла ответить. — Я около твоего дома. — Вот тут Смирнова конкретно удивилась. Вопросов собралось ещё больше. Она угукнула и положила трубку. Непонимание, масса вопросов — то, что преследовало Смирнову пока та наспех собиралась. В голове не укладывалось происходящее. “Может это вовсе розыгрыш?” — непонятно кого спрашивала Катерина, себя или одноклассницу. За окном ещё темень, словно не утро, а ночь непросветная. Пустые улицы освещали фонари. Тогда Катя и увидела чернеющий силуэт под покровом мрака, тот стоял в луче фонарного света, словно под куполом, который уберегал от теней. Звон ключей. Поворот по часовой. Быстрые шаги по лестнице отдавались эхом от стен подъезда. Катерина открыла железную дверь. В лицо ударил мороз, защипало нос и щёки. Девушка укуталась получше в вязанный шарф. Свет обрисовывал Женин контур, она повернулась к Кате и встала дожидаясь только что выбежавшую девушку. Высокая, одетая в чёрное — она одновременно выделялась на фоне снега и сливалась с потёмками утра. — Привет. — поздоровалась Женька. — Привет... — на выдохе сказала запыхавшаяся Катерина.