Глава XIV «Ведь полюбила я тебя»

Добрались. Женя глубоко выдохнула. Бяша смотрел как дрогнули усыпанные снегом ресницы. Она постаяла пару секунд, обдумывая дальнейшие действия. Куртки на вешалках, чайник не плите, Бяша за столом, напротив стоит Кровченко и копается в аптечке. — «И как я в это всё ввязался?» — риторический вопрос без ответа. Чайник засвистел и девушка переключила своё внимание от белой коробки из твёрдой пластмассы на плиту. Вскоре рядом с ватой, спиртом и баночкой йода стояли две чашки с чаем. Всё это время парень молчал и не двигался, толи обдумывая всё происходящее, толи и вовсе отключив мозг. Но слиться со стенкой или притворится частью декора не вышло, Евгения подошла ближе. Игорь сглотнул. Она присела рядом на диван, вовсе не выглядела злой или расстроенной и всё равно... — Жень.. я... — Потом. — она смочила ватку перекисью. Хорошо хоть не спиртом. Изящные пальцы обхватили его подбородок, чтоб не вырывался. Романтика. Была бы, если бы это было сценой в фильме. Лицо Жени было сосредоточенным, а вот бурят готов был вырваться в любой момент. Когда вата коснулась разбитой губы, юноша попытался дёрнуться и отскачить, но нежная рука сжали его лицо и побег не получился. — «Почему она такая сильная!?» — причина лишь в том, что Бяша не пытался использовать полную силу, боясь задеть девушку, сам того не понимая. — Не дёргайся. — Женя, не надо! — глаза искали выход из ситуации. — Не дёргайся, я сказала! Это была битва не на жизнь, а насмерть! Но как и предполагалось, бурят не смог дать отпор. Губа помимо перекиси, была обработана и другим лекарством. Синяки лечились мазью. Садина на носу и ранка на шее, были обработаны йодом и заклеены пластырем. Оба растрёпанные, ведь горе драчун всё это время пытался освободиться от Жениной хватки, что, кстати, у него не вышло. — Спасибо. — парень пробубнел благодарность, но так чтобы её было слышно. — Ага.. Это как кота купать... Вырывается и шипит. — девушка, вымотанная битвой, пыталась привести дыхание в порядок. Игорь оценил, сравнение более чем подходящее ситуации. — Перед сном другие твои синяки намажем. Спорить бурят не стал, бесполезно, оставалось надеяться на девичью память, что забудет об этом. Чай был вкусный, хоть и слегка остывший, а лекарство на разбитой губе не очень. Тёти Оксаны не было. Со слов Жени, она сегодня в ночную смену работала. Младшая хозяйка дома куда-то отошла, но быстро вернулась. Она стояла напротив, что-то обдумывала. — Теперь думаю, можно и поговорить. Позволь я начну. Точно! Было же что обсудить. Он кивнул в знак согласия. Девушка выдохнула, но казалась спокойной. — Когда ты выходил сегодня из кабинета, вот это, — Евгения достала из кармана открытку, показала её и положила на стол перед гостем. — выпало из твоего рюкзака. Я не знаю кому ты писал послание, и мне следовало вернуть её раньше. Но ты не обнаружил пропажу, потому у меня зародились некоторые сомнения, не смотря на то, что оно точно был в твоём портфеле. — Это не моё.. — юноша читал признание. — Подчерк похож, но не мой. Ты читала это? — Катя прочитала часть вслух, потом я забрала. — Кровченко была настроена серьёзно. — Я думаю, что кто-то подложил её мне. Я это не писал. — осознание того, какое недопонимание возникло, неприятно давило на голову. — Возможно, оно было для тебя. — внезапная гениальная мысль, заставила почувствовать себя дурой. Хуже, что девушки прочитали чужое признание в чувствах. — Скорее всего так и есть.. — парень убрал картонку в сторону. — Ты хотела, что-нибудь ещё сказать? — Нет, это всё. — про своё послание на красном сердце, она решила пока что умолчать. — Твоя очередь. Теперь уже Бяша куда-то отошёл и вернулся с той самой шоколадкой, протянул её возлюбленной. — Это для тебя! — Спасибо! — взгляд Жени потеплел, это очевидно её порадовало, маленкая приятная неожиданность. — Вообщем.. Для меня сегодня неудачный день. Я хотел подарить тебе цветы, но... они не выжили. — Почему не выжили? И зачем дарить? — девушка начинала смущаться, догадываясь, но поспешных выводов не делая. — Стычка произошла с одними с.. собаками, на! — Игорь всегда был эмоциональный и настолько открытый, что всё можно было прочесть на его лице. Будто-то на лбу находилась бегущая строка, демонстрирующая окружающим его мысли. — Ну подснежники оказались хрупкими и не дожили до твоего прихода. Извини.. — За что? — Ну, я влез в драку.. и... — парень был похож на нашкодившего щенка. — Не стоит переживать, главное, что без жертв обошлось и кости все целы. — Ну почему без жертв? А букет? — парень уже пытался шутить и это получалось, Женя конечно закатила глаза, но очевидно это её насмешило. — И всё же, почему ты хотел подарить мне цветы? — она поднесла чашку к губам, которые были сложены в спокойную улыбку. Не отрывала глаз, стараясь уловить весь спектр его эмоций, каждый жест и взгляд. — Потому что ты мне нравишься. — выстрел в упор. Невинность и прямолинейность сказанного, без капли стеснения, выбили Женю из колеи. Она поперхнулась чаем. — В смысле?.. — В здравом, Жень!.. — перенял фразу, когда-то сказанную ей самой. Он наклонился вперёд и потянулся к ней. Его ладонь накрыла её руку, холодную, но всё ещё нежную. — Ты давно уже для меня гораздо больше, чем просто подруга.. Сейчас Кровченко более чем открытая, но это всё равно не давало Игорю и шанса прочитать в её глазах ответ, не научился понимать. Она поднялась. — Дай мне кое-что сделать.. — парень кивнул и нехотя отпустил. Девушка снова покинула комнату и так же быстро вернулась. В руках, не пряча, держала то самое алое сердце. Будь Бяша компьютером, над головой бы появился значок загрузки, а после и ошибки. Доходило туго. — А это.. для тебя... — она протянула ему своё признание, и тот, в свою очередь, бережно её принял. Женя подсела рядом на диван, вместо стула напротив, внимательно всматриваясь в его профиль. Бурят раскрыл красные листы, их украшал красивый почерк.

«Привет, мой друг.

Меня послушай,

Я что-то важное скажу.

Внутри себя

Держу я чувства,

О них поговорить хочу.

Ни роз прошу,

Ни шоколада.

Твоим теплом лишь грежу я.

Помилуй душу

Не ломай

Ведь полюбила я тебя.»

Было в этих строчках нечто волшебное, что согревало изнутри. Чёрные глаза блестели и ошарашенно искали подтверждение своим догадкам. Евгения улыбалась ласково видя как человека напротив переполняют эмоции, которые ему не выразить словами. Они и не нужны, она и так всё понимает. Бяша одной рукой притянул её ближе, а второй придерживая шею упёрся лбом в её лоб, глупо улыбаясь. — «Не верится!» — прозвучала единственная цельная мысль. — «А ты поверь!» — словно через прикосновения пыталась передать ответ. Не задумываясь девушка положила свою кудрявую голову на его плечо. Всё перестало иметь смысл. Сейчас были лишь они и остывший чай.

***

— Жень, ну может не надо? — парень поджал ноги на чужую кровать. — Итак всё заживёт! — Ага, как на собаке. — она стояла уперев руки в боки, переняла этот жест от Кати. — Помажем твои синяки кремом, ну или хотябы убедимся, что их нет. — Ну Женечка! Женёчек! — Отговорки не принимаю! Отступать не намерена! — бурят надул губы на её слова. — Если так стесняешься, помажь сам себе, а там где не достаёшь, на спине например, я помогу. Только честно! Женя передала ему коробку с мазями и указала на конкретную. Вглядывалась в его глаза, пытаясь понять поступит ли он честно, после прикрыла свои, снисходительно выдохнув. — Я тебе доверяю. Потому позаботься о себе. — девушка вышла за дверь. Как бы он не упирался, перед ней млел и упрямится не мог, а потому сделал как просила. После Женя помогла ему со спиной, ведь ему там даже не видно. Бяша чуть ли не мурчал. Так нравились прикосновения нежных рук. Как ей удавалось, так аккуратно подбираться ближе, захватывая доверие и власть над ним. Стать частью его жизни, без которой, нутром чувствовал, не сможет прожить и дня. Он мог позволить себе то, о чём раньше даже не думал. Головой лежал на девичьих коленях, погружаясь в забвение от того, как аккуратно она водила пальцами по его макушке. В это время Женя пересказывала сюжет какой-то книги, сравнивая с версией кино, что недавно видела по телевизору. Её голос убаюкивал, словно шелест ветра или журчание ручья, а может даже птичьи трели. Завтра выходные, а потому можно будет всё утро проваляться в обнимку с любимой. А позволит ли? Он спросит потом, сейчас это неважно. Теперь всё будет по-другому, он может не стесняться. Будет держаться с возлюбленной за руки и делать другие милые вещи. Какие? Об этом он подумает позже, у них много времени на это, да и сейчас не хочется, мозг слишком расслабилен. — Ты меня слушаешь? — тихо, ласково слегка посмеиваясь Кровченко потрепала его причёску. Признаться честно, не слушал, но это и так было замечено. — Извини. — Бяша слегка щурясь, приоткрыл глаза и посмотрел на возлюбленную. Он улыбнулся в ответ на улыбку, что увидел на её лице. — Я просто.. — Сейчас уснёшь? — она так мило хмыкнула, бурят засмущался. — Счастлив... — почему-то раздался тихий как ___ шёпот. — А ты? — И я.. Женя что приехала больше месяца назад и девушка, что сидела рядом с ним — два разных человека. Та бледная, холодная, вечно серьёзная и уставшая, замученная жизнью Кровченко, сейчас выглядела такой радостной и весёлой. Медленно отступала зима и первое, что расцвело, — это Женя. Распустила словно цветение яблонь, как белые тюльпаны на клумбе у соседки или те самые подснежники, что первыми пробуждаются от сна. Вот она, — его Женечка. — Честно? — ответ незамедлителен: “Честно”. Эхом в голове отдаётся это слово, сказанное столь нежным голосом. Теперь её глаза не кажутся изумрудами. Это поляна клевера. И эти четырёхлистнички принесут им удачу.