Глава 2

Глава Вторая Первые признаки приближения к пункту назначения “Le front” стали появляться ещё за три часа до прибытия. Платановая аллея, ещё год назад полная жизни, зелёная и цветущая сейчас превратилась в безжизненную пустошь серых и коричневых тонов. На одном из подгоревших деревьев, свисая с толстой ветки платана, повисла половина солдата. Ноги были оторваны. Шёпот и разговоры расползлись по грузовику. - как его так? И чем…? - мина… наступил, и его разорвало. Точно говорю. Глаза Ландера же упали на нечто другое. На дороге, прямо позади грузовика, лежали пять пар пустых сапог. - Эй… Ребят… Что это? Почему они просто там стоят? - Ты думаешь, я знаю? – Ответил Бенджамин. Он тоже пялился на странные сапоги. - Ты-то нет. А их выбило взрывом из сапог. Посмотри правее. – встрявший в разговор Эмиль указал под дерево, около которого стояла обувь. Там, у основания, лежали разорванные, но опознаваемые униформы. - И из униформы. Это артиллерия била. - что… п- прости…? – промямлил Блау, на что Роше ответил пустым взглядом и молчанием. Его отец служил ещё в Войну Освобождения, или же Первую войну Альянсов, из-за или благодаря чему Эмиль знал о многих ужасах войны. Несмотря на спокойное поведение, он и сам был напуган. Это могли быть они… Многим из солдат хотелось спрыгнуть. Прямо здесь и сейчас. Но грузовики неумолимо двигались вперёд. И чем дальше – тем больше становилось воронок в земле, сгоревших деревьев и кустов… Два часа. Вдалеке стал слышен грохот артиллерии и стрекотание пулемета, что было больше похоже на звук, что издаёт теплым летним вечером сверчок, чем на шум машины для убийства. Один час. Всего в 50 ярдах, или, если угодно, 46 метрах, разорвался артиллерийский снаряд. Отсутствие артиллерийских полков у Рофии явно не играло королевству на руку. Снаряд был вражеский. 30 минут. Линии окопов уже были видны ведущим колонну Королю и водителю. 15 минут. Каждая минута кажется вечностью. Солдата у самого края кузова вырвало на землю. 10… 5… Взрыв тряхнул машину в сторону. Кто-то громко вскрикнул от страха, и голоса снова заполонили кузов грузовика. - Вот ведь сволочи! Они стреляют по безоружным! Конвой остановился. - ВСЕМ НА ВЫХОД! - Скомандовал Морис, уже вышедший из грузовика. – Идти пешком нам ещё полчаса. ВИНТОВКИ НА ПЕРЕВЕС! – удивлённые и напуганные солдаты сбросили с плеч свои Iter-18, перехватывая их ниже дула и у спускового крючка. - В колонну по одному! – и приказ был исполнен. Один «Шагом марш» спустя, вся дрожащая колонна двинулась вперёд. Никто не смел и слова сказать. Вокруг валялись горы окровавленных трупов. Ни одного убитого пулей. Все разорваны взрывами артиллерии и мортир. В противоположном движению построения направлении шли два медика, что тащили с собой носилки. На красном от крови металле лежал солдат с перевязью на глазах и животе. На местах, где под повязкой должны быть глаза были видны два алых пятна. Юноша не дышал. Его когда-то светлые волосы, ныне, покрытые кровью, падали на лоб и виски, прилипая к коже от пота. - M- мой бог… - прошептал Ландер и поспешно отвернулся, пытаясь осознать увиденное. - и не только твой… - тихо ответил ему Бемонт. Взгляд Роше, с другой стороны, был полон решимости. Однако за ним скрывался страх. Непреодолимый, непобедимый и такой простой… Его глаза, словно покрытые прозрачной плёнкой, смотрели вперёд. Взгляд не был сконцентрирован ни на чём, что было впереди, он просто… был. «Как это произошло? Мы умрём так же? Так же бесполезно и не исполнив долга?» – думал юноша. - Замолкните. Это не мы. Всё в порядке. – маску спокойствия Эмиль умел держать прекрасно, но вот свои навязчивые мысли контролировать не мог. И снова. Каждая минута казалась вечностью. Каждый шаг был тяжким, медленным. Время от времени, недалеко от них разрывались снаряды вражеской артиллерии. Неясно, почему они били по окопам поддержки и сообщения, но факт оставался фактом. Враг шёл на всё ради победы. 15 мучительно долгих и, в принципе, мучительных минут прошли, и вот, маленькая рота уже стояла в окопе. Их побили на 5 групп по 20 человек, каждой из которых назначили какое-либо дело. Группе, в которой были Ландер, Эмиль и Бенджамин было приказано, после окончания обстрела, разумеется, перезаряжать немногочисленные пулемёты окопа. Сразу по прибытию, и без того довольно тихий голос Короля, который всё пытался отдать приказ всем забежать в блиндаж, заглушала артиллерия, что со страшной громкостью и силой била вокруг «6-футового ада». - ВСЕМ ПО БЛИНДАЖА- - его фраза было резко оборвана. Всего в 20 метрах, в окоп попал снаряд. Грязь полетела во все стороны со страшным визгом и свистом, а грохот был просто невыносим. Прикрывший глаза одной рукой, а ухо – другой, Бенджамин ощутил на губах что-то влажное. Он провёл пальцем по губе и посмотрел на его кончик. Кровь. Этот выстрел разорвал кого-то. Парень судорожно вдохнул. Его взгляд помутнел, а ноги стали подкашиваться. Рядовой не успел даже осознать, как его за собой тянули руки остальных, затягивая в тёмный блиндаж. Звуки криков, взрывов и пулемётной очереди крутились друг с другом в страшном танце, сливаясь в один разрывающий голову рёв поля боя. Голова просто раскалывалась. Бемонт схватился руками за уши, тщетно пытаясь закрыть их, но шум всё не прекращался и не прекращался. Он беспощадно бил прямо в голову, чуть ли не сводя с ума. Постоянная тряска в блиндаже не делала ситуацию легче. Грохот – и стены с потолком снова трясутся, грозясь обвалиться в любой момент. Каждый раз, перед взрывом, раздавался короткий свист, как-бы становящийся ниже тембром с каждым мгновением, пока землю не сотрясал ужасной силы взрыв. - ХВАТИТ УЖЕ! – закричал солдат, который, до этого момента, сидел в самом углу сырого помещения. – ГОЛОВА РАСКАЛЫВАЕТСЯ! Юноша вскочил на ноги и бросился к выходу, что, по факту своего существования, представлял собой кусок доски, уже мягкий от дождя, что лил в долине без остановки последнюю неделю. Двое бросились удержать его, но успехом попытка не увенчалась; Он выбежал из блиндажа и застыл. Неясно, на что упал его взгляд, но направлен он был вверх. Затем, раздался оглушительно острый свист. Он был даже хуже взрыва, что последовал за ним. Пыль заполнила собой помещение, заставляя кашлять и протирать глаза, но стоило ей осесть на землю, все присутствующие перевели взгляд на дверь. На месте, где стоял тот молодой напуганный парень, сейчас зияла двухфутовая дыра, посреди которой валялись клочья серой униформы вместе с жёлтой кокардой шлема. - Где он…? – раздалось с одной из скамей – он ведь… только-что там стоял, нет…? Обстрел завершился мучительных полчаса спустя. Команда покинуть блиндажи тихо пролетела сквозь окоп. Хотя, более точным словом здесь будет «приглушённо». После полуторачасовой бомбардировки, выходить в тишину было даже странно. Эмиль осмотрелся, щурясь от серого света; количество покинувших укрытие было удручающим… Два стойких блиндажа полностью завалило землёй. Даже бетонные плиты, что прикрывали укрепления сверху, провалились внутрь. Шансы выжить после такого повреждения укрытия были просто ничтожны. Из сотни знакомых лиц, можно было насчитать только тридцать девять. Среди серых кучек вокруг, выделялась одна фигура, одетая в белое, но лицо её, по цвету, полностью совпадало с цветом униформ. - Инженерным ротам… - Король сглотнул – приниматься за подготовку пулемётов. Скорее всего, можно ожидать атаки. Воронки в земле не делали ситуацию легче; дождь быстро заполнял их грязной водой, которую приходилось вычерпывать касками, носить которые потом было просто невыносимо. Полчаса уже давно минули, а атаки врага всё не было. До этого момента стоявшие на парапете окопа и направлявшие в ничейную землю винтовки солдаты стали нервно переглядываться, как-бы спрашивая друг друга: «что дальше?» Но никто никому ответить не мог. В первый день на фронте, 5 августа, им всем пришлось смотреть смерти в глаза. Из ста человек, что прибыли несколько часов назад, живы были только 37. Только 37 выдержали холодный и пронзительный взгляд Мрачного Жнеца. - Что дальше…? – Робко спросил Эмиля Ландер - Я не знаю…