Глава 1

Во времена, когда люди верили в существование рядом с собой бессмертных существ, появилась легенда. Легенда — которую можно было бы назвать пророчеством — завораживала и пугала, вселяла надежду и ужас. Все это послужило причиной её распространения. Дитя плоти и дитя крови, что были извечными врагами, свяжут свои сердца узами любви. И явится на свет проклятая луной, и свершит она великие дела, делясь могуществом и отбирая её. Не будет она иметь родства ни с кем, но окажется в равной степени близка всем. Тучи заполонили небо, не позволяя ни единому лучику солнца пробиться в мир. Моросящий косой дождь, мелкий и колющийся, впивался в кожу, словно состоял из игл. Меня до жути раздражала такая погода. Сырость, серость и холод, — всё это заставляло меня ощущать себя в наивысшей степени некомфортно. Дверь как обычно отворилась со скрипом, что стало для меня последней каплей. — Твою мать, Анна, ты уже неделю назад должна была смазать створки! — разозлилась я, торопливо войдя в помещение. — Будто у меня куча свободного времени, — послышался равнодушный голос из-за стойки. — Дел на пару минут! — Так почему сама не сделаешь? — так же безучастно ответила Анна, что просто вывело меня из себя. Охваченная яростью, я мгновенно оказалась рядом с блондинкой и выдернула из-под её рук стакан. Хрупкая посуда была с грохотом поставлена на стол, однако силы было недостаточно, чтобы она разбилась, да этого и не требовалось. — Если я стану делать всё, что должна делать ты, твоя персона здесь и не понадобится! — эти слова, как я понадеялась, должны были хоть как-то положительно повлиять на мою коллегу, однако реакция Анны немного удивила. — Что ж, я как раз хотела уволиться, — улыбнулась блондинка и, одним махом сбросив с себя фартук, зашагала в сторону выхода, по пути захватив свои сумку и зонт. — Ну и иди! Ты мне тут не нужна! Я и сама… — послышался мимолетный скрип и грохот от захлопнувшейся входной двери, — справлюсь… — Ну и в чём я не права? — озвучила я свои мысли. Я всегда считала, что если начать потакать хоть одному человеку, недалеко прогнуться и под всё общество, сломаться, без возможности восстановить и каплю своего достоинства. Жизнь явно не хотела подстраиваться под мои идеалы, тем самым не обеспечивая стабильностью. А этот маленький бизнес в конце концов скатился, потому что мне так и не повстречались люди, которые могли бы понять и принять мои принципы, выполнять всё правильно и вовремя безо всяких глупых вопросов. Да, я требую многого, но винить меня в этом нельзя, тяжелые времена сделали своё дело. Тяжело вздохнув, я схватила лежащее на стойке полотенце и уселась за свободный столик. Если быть честными, свободных столиков было полно, а ещё честнее, никого, кроме меня, в кофейне не было. Заведение пустовало, независимо от времени суток. Лишь изредка заходили люди, у которых и выбора то особо не было. Окраина маленького города и не самый безопасный район, к тому же, в отличие от центра, довольно бедный. Здешний народ не привык ходить в подобные заведения. На кой тратить столько денег на кофе, когда можно взять дешёвый растворимый с соседнего ларька. «Вкус ведь тот же» — думали они. А те, кто заходил, лишь забредшие по чистой случайности жители других районов. О чём же я думала, решив вести здесь свой бизнес? Наверное, просто не думала, желая ухватиться за малейшую возможность. Принявшись протирать лицо полотенцем не первой свежести, осмотрелась вокруг. В голову впервые начали приходить мысли о том, что, наверное, пора уже прекратить эту жалкую попытку работать на себя и устроиться куда-нибудь обычной официанткой или даже уборщицей. Учитывая, что вскоре придётся выплачивать кредит, который я взяла на свой совершенно спонтанный маленький бизнес, работать придется много, может и на нескольких работах. В конце концов, нужно было принять решение, то самое единственное и верное. Я медленно поднялась со стула и, шаркая, обошла свою успевшую стать родной кофейню. Обстановка была милой и уютной, однако так продолжаться не может. Подойдя ко входной двери, развернула табличку стороной, где была надпись «закрыто», наружу. На душе скреблись кошки, но решение окончательное. Пора покончить с этим! Полупустая двухкомнатная квартира в разваливающемся доме, который давно должен был пойти под снос, встретила мою персону с распростёртыми объятиями в виде отклеившихся обоев. Внутри квартиры было сыро, пахло плесенью и протухшим луком. Я прошла внутрь, попутно снимая с себя липкую одежду, и рухнула на диван в гостиной лицом вниз. Всего лишь полдень, а ощущения как после тяжёлого рабочего дня. Старые бабушкины часы, висевшие на стене, успокаивали своим тикающим звуком. Развернувшись лицом к потолку, расслабилась настолько, насколько это было возможно, отчего впоследствии уснула. Снилось многое, в то же время и ничего. Все мысли спутались, отчего сны были лишены конкретики и просто проносились как скоростной поезд. От такой неразберихи, происходившей в голове, мозг совсем не отдыхал. Проснувшись под вечер, я не спешила вставать, спать всё ещё хотелось, но организм решил больше не засыпать. Торопиться уже было некуда, важных дел не было, да и желудок не давал о себе знать. Кинув усталый взгляд на окно, заметила, что дождь закончился, и небо прояснилось. За окном уже было темно и выглядывал полумесяц. Всё же заставив себя подняться с места, я схватила свой потрёпанный смартфон и вышла на балкон. Свежий воздух мигом наполнил легкие, позволяя разуму немного проясниться. Оперевшись об перила балкона, разблокировала телефон и полезла в интернет. Всё, о чем я могла сейчас думать, это поиск работы, такой, чтобы денег с неё хватило как на периодические внесения оплаты за кредит, так и на коммунальные услуги и просто на жизнь. Хоть у меня и имелись некоторые сбережения на чёрный день, деньги оттуда я всё же понемногу растаскивала на нужды. Прибыль с кофейни была практически нулевой, издержки бизнеса так сказать. Листая страницу сайта, на котором когда-то зарегистрировалась, я закатывала глаза. Некоторые потенциальные работодатели сильно занижали уровень зарплаты, но даже у таких объявлений было много откликов. Людям некуда деваться, и они отлично знали об этом. Как же подло, зарабатывать на тех, у кого уровень жизни наравне с уровнем плинтуса. Казалось бы надежды на работу с адекватной зарплатой нет, однако случилось неожиданное. Я удивлённо взметнула брови, а на лице всплыла глупая улыбка. Вакансия домработницы в богатом доме почти что в центре города, деньги неимоверно большие для обычного человека. «Здесь явно есть какой-то подвох» — всплыло в голове. С этой мыслью я принялась читать подробности. Список требований к работнику был огромным, начиная с различных личностных и физических навыков, заканчивая состоянием здоровья. Последнее требовало прохождения медосмотра и получения справок. Пролистав ниже, удивилась ещё одному пункту. Теперь уже то, что было очень даже выгодно. Работодатель требовал, чтобы работник жил в его доме, в связи с чем выделял свободную комнату. Помимо этого обещал брать на себя все расходы работника на момент его проживания в доме. Воодушевлённая неожиданной щедростью неизвестного человека, я решила откликнуться и отослать на всякий случай совершенно не подходящее под случай резюме. Надеяться на удачу — не мое, учитывая двухнедельную давность выставления объявления и огромное количество откликов, но всё же должно же мне когда-то повезти, и почему бы не сейчас. Зайдя обратно внутрь после того, как отправила еще несколько откликов по различным вакансиям, положила телефон на диван и решила немного подкрепиться, затем лечь снова спать, чтобы уж наверняка выспаться. Полноценный сон был необходим, как рыбе вода. Выработать максимально бодрое состояние — задачка непростая, особенно если завтра придётся прогуляться по городу и поискать бумажные объявления о требуемых сотрудниках. В конце концов, день закончился с толикой надежды на завтрашний день. На улице было полно народу. Совсем не удивительно, всё же центр города. Доехала я сюда не быстро, зато шансов здесь намного больше, чем где-либо ещё. В голове уже была своего рода карта сокровищ, где сокровищами являлись встречающиеся на пути магазины, заведения общепита и тому подобное. В двух местах требовались работники на неполную ставку, ну а пренебрегать даже не совсем выгодной возможностью было нельзя. Я связалась с отделом кадров в обоих случаях, и мне назначили собеседование в разные дни. Проверять телефон я тоже не забывала, было бы обидно пропустить важное сообщение. Погода на удивление была солнечной и довольно теплой, из-за чего я оделась по-лёгкому для такого времени года: на низ — светлые объёмные джинсы, а верх — чёрную водолазку. Шёл второй месяц весны, на тротуарах небольшие лужи, по бокам от них вырывающаяся из-под земли растительность. Деревья начинали зеленеть, вновь наполняя улицы жизнью. В этом году теплые деньки опаздывали, что было, наверное, не так уж и странно, однако немного обидно. Я люблю жару, несмотря на постоянные ручьи пота, стекающие по телу, словно водопад на скалистом склоне. Мне нравится это ощущение, так я чувствую себя живой, а не тем зомби, который с синими кругами под глазами и полусонный протаптывает путь от дома до работы. Обходя очередную улицу в поиске работы, в кармане завибрировал телефон. Волнение вмиг охватило с головы до ног, и я поспешила проверить, что за работодатель снизошёл до моего жалкого резюме. Молясь про себя, чтобы сообщение оказалось не от мобильного оператора, неосознанно задержала дыхание и открыла панель уведомлений. По телу прошёлся ток, а уголки губ взметнулись до ушей. «Здравствуйте, Эйприл Хилл. Благодарим вас за отклик на данную вакансию. Для дальнейшего рассмотрения вашей кандидатуры приглашаем вас на собеседование сегодня в 15:00. Конкретный адрес сообщим вам только после того, как вы отправите нам подтверждающее обратное сообщение, конечно, если вы не передумали.» Сердце на мгновение остановилось, затем забилось с новой силой. Всё это взбудоражило разум, и я начала дрожащими пальцами набирать ответное сообщение. Сев на ближайшую, немного влажную скамейку, впала в режим ожидания. Снова вибрация. Адрес не заставил себя ждать. Так как времени ещё было много, решила продолжить вкушать неприятные запахи заведений в поисках работы. За полчаса до установленного времени вышла в путь. От того пункта, где я остановилась в данный момент, дорога была не далекой, поэтому спешить смысла не было. Высотки резко сменились богатыми, ограждёнными высоким забором домами. Жилой район, окружённый многоэтажками, выглядел как что-то особенное, однако на деле ничего из себя не представлял. Огибая очередную узкую улицу, моя нищая душа наконец предстала перед тем самым домом. Это был большой особняк, выполненный из темного кирпича. Строение стояло обособленно от других и имело довольно-таки большую площадь территории. От мысли, что мне одной придется хозяйничать на таком огромном пространстве, стало не по себе, однако оно того стоит, иначе такое унижение — ходить по всему городу, дабы пристроить куда-то свой зад — пройдёт даром. Подойдя к центральным воротам, я с трудом отыскала кнопку дверного звонка, однако не успела я нажать, как ворота с тихим скрипом начали отворяться. Ноги стали ватными от нервов, а живот немного скрутило, отчего шаг внутрь показался нелепым. Что ж, вперёд и с песней. Идя по тропинке к дому, я старалась особо не засматриваться на окружающий ухоженный двор, дабы не выглядеть как туристка на экскурсии. Входная дверь была большой и массивной. Приближаясь к ней, я чувствовала, как волнение растёт. Страх имел место быть, особенно после сотен просмотренных криминальных видео про маньяков и похитителей, обманом заманивших к себе в дом ничего не подозревающую жертву. Никогда не понимала, почему мне нравится смотреть столь душераздирающие сюжеты, однако сейчас корила себя за то, что стала относиться с подозрительностью абсолютно ко всем, что, возможно, и правильно. Когда оставалось пройти всего пару шагов, дверь отворилась, и передо мной предстал высокий мужчина лет тридцати с довольно длинными русыми волосами, которые были чуть ниже плеч. Выглядел он благородно и величественно, как аристократ. Первое впечатление пока что порадовало. — Добрый день, мисс. Вы Эйприл Хилл, верно? — обратился он приятным голосом низкого тембра. — Здравствуйте, да, это я, — немного небрежно выдала я, — как я могу к вам обращаться? — Я Вернан Фрост, но вы можете звать меня просто Вернан, — улыбнулся мне в ответ мужчина и уважительным жестом указал на проход, приглашая внутрь и пропуская меня вперед. — Хорошо, просто Вернан, — из-за волнения фраза вышла нелепой. «Постыдилась бы, Эйприл,» — подумала я и осторожно зашагала внутрь. Изнутри особняк выглядел ещё более роскошным, хоть интерьер и был не слишком вычурным. «Вкус у него точно имеется» — пронеслось в голове, — «и деньги, очевидно, тоже». — Пройдите пока в гостиную и присаживайтесь, где вам будет удобнее, — Вернан провёл меня до двусветного пространства гостиной, затем устремился в другую сторону. Чувствовала я себя неуютно и даже неуместно. Особенно выделялся мой так называемый наряд, который совершенно не подходил здешней обстановке. Рядом с Вернаном, который был одет в строгий костюм и от которого пахло дорогим парфюмом, я выглядела как бездомный котенок, съежившийся, запуганный и страшненький. Сев на кожаный диван, перед которым красовался стеклянный журнальный столик, я начала осматривать всё вокруг, пока взгляд не упал на самого хозяина дома, который частично виднелся вдали через проемы между помещениями. По всей видимости там находилась кухня, а мужчина же старательно и с некой элегантностью наливал чай, параллельно собирая в тарелку что-то похожее на печенье. Движения его рук были настолько уверенными и грациозными, что можно было подумать «он что, всю жизнь этим занимался?». На несколько секунд пропав из виду, мужчина снова подошел к кухонной стойке, затем, уловив на себе пристальный взгляд, повернул голову и одарил меня мимолётной улыбкой. Я была застигнута врасплох, отчего резко отвернулась и сделала вид, что изучаю интерьер. Щёки залились краской, а попытки отогнать кровь холодными ладонями обратились прахом. Услышав приближающиеся шаги, я попыталась сделаться более уверенной, будто эта неловкая ситуация показалась мне обыденностью. Да уж, каждый день же хожу по богатым домам и ловлю улыбки красавцев. — Приношу извинения, у нас имеется только черный чай, а не угостить вас было бы неуважительно, — разлился теплый голос нового знакомого. — Всё хорошо, я всеядная, — нервно выдавила я из себя и, поблагодарив за напиток, поднесла кружку с чаем ко рту и сделала глоток. Напиток оказался горячим и обжёг язык и горло. В любом другом случае я бы выругалась, но сейчас сделала вид, что ничего не почувствовала, лишь мимолётно сморщила лицо. Вернан, по всей видимости, заметил мои старания казаться непробиваемой, но, к счастью, умолчал и решил начать собеседование, усевшись на диване напротив. — Итак, мисс Хилл, могу я задать вам несколько вопросов? — Конечно, ради этого я и пришла, — согласилась я, стараясь игнорировать боль от обожжённого языка. — Для начала хочу узнать, что для вас означает эта работа? — задал вопрос Вернан и откинулся на спинку дивана, не теряя своего изящества. — Думаю, для меня эта работа — это хорошая возможность. — Не бойтесь быть честнее, — улыбнулся мужчина, смотря мне прямо в глаза. «Будь что будет, сам напросился» — подумалось мне. — Хорошо, тогда, если быть честной, для меня эта работа — единственная возможность выбраться из финансового дна. Да, мне очень нужны деньги по некоторым обстоятельствам, и я готова сделать всё, что от меня будет требоваться, в рамках разумного, разумеется, — на одном дыхании выпалила я, — вы просили честность, вот она. — Причина довольно серьезная, — задумался Вернан, — не стыдитесь своего материального положения, и не подумайте, что я отношусь к этому плохо, — добавил он. — Я не стыжусь, — мой серьезный тон его удивил, — я привыкла в первую очередь думать о себе, а мнение остальных отодвигать на последний план. — Ясно, — задумчивый кивок, — я понял вас. Внезапное осознание прошибло мою голову. Я могла показаться немного грубой, да и, учитывая, что на этой работе людям приходится отодвигать собственные желания куда подальше, мой ответ мог быть абсолютно неуместен. Мысленно обматерив свой недальновидный язык, поспешила исправить ситуацию. — Извините, хочу добавить, что я осознаю, что за ответственность будет лежать на мне, если вдруг мне удастся заполучить эту работу, поэтому я полностью готова отодвинуть собственные интересы на второй план, — я выдавила из себя мучительную улыбку и с некой надеждой взглянула на Вернана. — Да, я так и подумал, — с теплом улыбнувшись в ответ, проговорил мужчина, — перейдем к следующему вопросу. Знакомы ли вы с современными средствами уборки, основными требованиями в стирке дорогой одежды? Вопросы показались слегка странными, но, наверное, для такой работы это было нормой. — В основном да, но если вдруг вас что-то не устроит, я прислушаюсь к замечаниям и постараюсь впредь не допускать ошибок, — вот он — ответ, которым я и сама осталась довольна, — я быстро учусь. — Замечательно! Думаю, способность к быстрому обучению — отличный навык, — произнёс хозяин дома и, заметив уже забытую мной кружку, добавил, — вы совсем не пьёте чай, может он остыл, подлить кипятка? — Нет, спасибо, не остыл, и вкус хороший, — я поспешно глотнула его для убедительности. Наверняка он просто издевается. Чай был уже подостывший, отчего теперь можно было прочувствовать яркие имбирные нотки. Оказалось, что с ответом насчет вкуса я не ошиблась, и пригубила ещё. — Могу сказать, что, в принципе, я понял, что вы за человек, — Вернан слегка тряхнул головой, а я не смогла понять, что мог означать этот лёгкий жест, — прежде чем вы приступите к работе, хотел бы попросить у вас медицинское заключение по основным аспектам здоровья, через какое время у нас получится встретиться вновь? Я устремила удивлённый взгляд на мужчину, пытаясь переварить сказанное им. Не может быть, что всё так легко. — То есть я… — Приняты, — Вернан встал с места и поправил свой пиджак, — ну так что, вы согласны работать в этом доме? — улыбнулся он и, подойдя ко мне, галантно протянул руку, приглашая встать. — Конечно, благодарю вас! — сердечно выпалила я, не веря своим ушам, — но могу ли я узнать причину, по которой вы выбрали именно меня? — Мне понравилась ваша честность, — мужчина помог мне подняться с места, аккуратно взяв за руку и потянув к себе, — нынче редко такое встретишь, даже если прямо сказать человеку, что лгать не обязательно, — добавил он. Я широко улыбнулась, переполненная радостью. Словила куш на первой же попытке! Но посчитав, что не стоит давать шанс новому знакомому управлять мной, расположив к себе нужными словами, нейтрализовала свои эмоции. — Насчет медосмотра… Думаю, смогу завтра посетить больницу. — Могу я предложить вам своего знакомого доктора в одной частной клинике? — мужчина повёл меня за собой к выходу и, остановившись у двери, поспешил добавить, — за мой счёт, разумеется. — В любом другом случае я бы отказалась, однако, так как для вас это вызовет меньше всего подозрений в подделке справок, соглашусь, — с лёгкой ухмылкой ответила я, на что всё же получила подозрительный прищур и смешок от Вернана. — Тогда я позвоню вам, чтобы сообщить подробности, — с этими словами мы уже дошли до ворот, которые заранее были приоткрыты маленьким пультом, — ваш номер совпадает с тем, что вы указали на сайте? — Да, — я нырнула в проем и оказалась за пределами территории особняка, — что ж, спасибо вам за всё, Вернан! — произнесла я слишком воодушевлённо, что даже самой стало стыдно. — Приятно было с вами познакомиться, мисс Хилл, до следующей встречи, — мужчина улыбнулся так, что солнцу оставалось лишь позавидовать ему. Он словно сиял, из-за чего казался недосягаемым. — Да, до встречи, — я подняла ладонь в прощальном жесте, но, подумав, что снова делаю что-то неуместное, поправила этой рукой волосы и зашагала прочь. Идя на автобусную остановку, я не переставала улыбаться. Временами неосознанно начинала идти вприпрыжку, словно маленький ребенок, которому купили то, чего он хотел. Но снова и снова заставляла себя быть спокойнее и приземлённее. Несмотря на всю эту удачу, в любой момент что-то может пойти не так, и останется лишь повторять фразу «а слона то я и не приметил». А слон может оказаться огромным, агрессивным и с острыми бивнями. Добравшись до дома, первым делом я решила прибраться, а вернее была вынуждена. Вонь от протухшего лука стала ещё сильнее, и при приближении к кухне появлялся рвотный рефлекс. Квартира мне досталась от бабушки, единственного родного человека, который у меня был. Хоть я и хотела в дань уважения к ней держать своё пристанище в чистоте, работа часто не позволяла этого. А сейчас, пока есть немного свободного времени, можно было и генеральную уборку устроить. С момента смерти бабушки прошло три года, но боль на душе ощущалась так же ясно, как и в тот день. Всё произошло слишком быстро и неожиданно, да и обстоятельства смерти были странными лично для меня, однако следствие так не посчитало и решило, что всё это был несчастный случай, который расследовался лишь пару дней, в отличие от положенных пятнадцати. Это было несправедливо, и я пыталась добиться большего, давить на судей, однако это чуть не вышло мне боком, и пришлось оставить всё как есть. Бабушку звали Элизабет, она была низкого роста, немного в теле, но это не мешало ей быть самой милой старушкой на свете. И теперь, когда я потихоньку приводила кухню в порядок, мысли полностью занял этот божий одуванчик. Страшный случай произошел на работе старушки Элизабет. Она работала в аптеке в паре кварталов от дома, где мы с ней проживали. Абсолютно любой посетитель обращался к ней с уважением, так как за всё проработанное там время она успела его заслужить. Часто помогая бедным жителям района не только с лекарствами, но и бесплатным своеобразным лечением, она жертвовала и временем, и иногда заработком. Однако все вышло ей боком. В тот злосчастный день её обнаружили в кладовой придавленной огромным металлическим шкафом, в котором хранились различные медикаменты. На первый взгляд, все, в том числе и полиция, посчитали, что здесь велась борьба: вокруг всё было перевёрнуто, некоторые выдвижные полки других шкафов был вытащены, а всё их содержимое вытащено и разбросано. Однако заводить уголовное дело не стали: никому не хотелось возиться с неизвестной старушкой. На похороны Элизабет пришло много человек, но со временем все они просто вычеркнули её из памяти. Думаю, их можно понять. Я пообещала себе и ей, что, несмотря ни на что, не упаду лицом в грязь, выберусь в люди и, начиная с этого дня, больше никогда не будет плакать. Уборка на кухне закончилась незаметно, и я решила перейти и на остальные комнаты. Со дня смерти бабушки я заходила в её комнату лишь пару раз, так как было слишком сложно сдерживать слёзы при виде всех её вещей. Но сегодня решила, что пора. Вытащив ключ из-под комнатного растения на тумбе рядом с комнатой, я отперла дверь. Повеяло стариной и пылью. За такое огромное количество времени комната и все вещи, находившиеся в ней, покрылись толстым слоем пыли. Одноместная железная кровать с жёстким матрасом одиноко стояла у окна. Я первым же делом устремилась туда и медленно присела на край, погладила пыльное покрывало ладонью, и на моём лице всплыла грустная улыбка. Теперь уже не хотелось разреветься, уткнувшись лицом в подушку, отчего на душе будто стало легче. Комната была в более хорошем состоянии, чем вся остальная квартира, окна здесь были шире, отчего солнечный свет проникал больше, и в воздухе можно было увидеть миллионы парящих пылинок. Пол у большого фанерного шкафа с зеркалом был завален большим количеством коробок и пакетов. В голове пронеслась мысль, что я ни разу этого не замечала. И теперь, после стольких лет, всё это показалось странным. Отложив тряпку, я присела рядом с вещами и потянула к себе один из пакетов. Сверху выглядывала цветочная ткань бабушкиного любимого халата. Я развязала ленту посередине пакета и начала осторожно вытаскивать вещи. В воздух поднялось еще большее количество пыли, отчего стало трудно дышать. От осадка в горле я прокашлялась. Пакет был полностью забит лишь одеждой. Вытащенные халаты и широкие бесформенные, но всё же милые платья я по ходу дела примеряла и крутилась у зеркала. Я видела сходство между собой и своей бабушкой, что заставило меня улыбаться. Остальные пакеты тоже разобрала, найдя в них некоторое количество иного вида одежды, а также всякие журналы и газеты, свёрнутые в рулон. Дойдя до коробок, подползла к одной ближе, так как сдвинуть её с места было тяжело, да и старый ковёр мешал. С трудом разорвав скотч, я открыла коробку. Зачем же надо было так заморачиваться, бабушка? Внутри, на удивление, находилось много книг, которые я никогда не видела, живя вместе с Элизабет. Осторожно вытаскивая книги одну за другой, я заметила одно необычное сходство между ними. Каждая книга тем или иным образом содержала в своем названии упоминание о вампирах. — Почему же ты не рассказывала мне, что так любишь читать фантастику? — задала я риторический вопрос пустой комнате. Быстро пролистывая книги, заметила на некоторых листах пометки с выносками, сделанные красной ручкой. Открыв один из таких листов, прочитала содержимое пометки. «Серебро их убивает». Я усмехнулась, посчитав это забавным и считая, что любой об этом знает. Отложив почти все книги в сторону, заглянула внутрь коробки и увидела на дне не запечатанное письмо с незаполненной адресной строчкой. Было очевидно, что его не успели отправить. Вытащив письмо, я покрутила его в руке и вытащила корявый, пожелтевший из-за времени лист бумаги изнутри. Это был всё тот же почти не разборчивый почерк старушки. Письмо посвящалось некому доктору Бёрнсу и состояло всего лишь из двух предложений. «Дорогой доктор Бёрнс, я позаботилась о том, чтобы её не нашли. Они не получат её кровь.» Перечитывая строчки раз за разом, я приходила в замешательство. Кровь? Чья? Может ли речь идти обо мне? Нет, конечно нет, иначе я бы обо всём знала. Разные мысли и предположения мигом сменяли друг друга, пока я не отряхнула голову и не решила забыть об этом, посчитав письмо бредом. — Ты была намного страннее, чем казалась на первый взгляд, бабушка. В конце концов, я пришла к выводу, что, возможно, из-за преклонного возраста старушка была не в своем уме. Решив, что остальные коробки разберу как-нибудь позже, встала с пола с полной готовностью продолжить уборку. Однако с гостиной послышался звук уведомления, и я немного раздражённо зашагала за телефоном. На заблокированном экране высветилось сообщение от неизвестного отправителя. Уже было ясно, что никто, кроме Вернана, не мог бы мне написать. Разблокировав телефон, я прочитала сообщение, где был указан адрес частной клиники, дата и время приема (завтрашнее число, 10 утра), а также фамилия и имя врача. Уильям Бёрнс. — Что ж, странности продолжаются, — выпалила я, тяжело вздохнув. Отправив ответное сообщение с благодарностью, я решила ввести в поисковик название организации вместе с именем и фамилией доктора. Пролистав список релевантных сайтов по своему запросу, ничего существенного не обнаружила. Узнала только возраст Бёрнса и род его деятельности. Он был лишь на пару лет моложе Элизабет, однако выглядел на лет двадцать младше. «Возможно это старое фото» — подумала я. Однако, несмотря на логичные выводы, сердцу отчего-то было тревожно. Хлопнув по лицу ладонями, я попыталась прийти в норму, затем заставила себя встать и разобраться со всей этой пылью и грязью в квартире. Подключив к телефону дешёвую компактную колонку, включила свою любимую песню и начала подпевать, параллельно приступая к работе.