Мне некуда деваться

— Ты согласна?       Напольные часы во всю трубили полночь: пора. Мальбонте, как и заверял, в назначенный час стоял в комнате Виктории. Он практически не сомневался в положительном ответе, но все же дал сестре подумать. В этой вселенной всегда дается право выбора, которое запустит эффект «домино» — цепочку событий, зависящих друг от друга. Не существует одного решения, а если так кажется, то плохо искали. Каждый день, будь то человек или сверхсущество, мы принимаем миллион решений: пойти ночью через освещенный парк или скоротать по темному переулку, подчиниться родителям или дать себе свободу — все это несомненно дает толчок дальнейшему развитию событий, которые ведут к какому-то концу: а вот хорошему или плохому — зависит от выбора, повлиявшего на Судьбу. Да и она сама по себе стихийна. Кто сказал, что если пойти через парк, то тебе не встретится вор или же маньяк?       Очередной такой выбор делался здесь и сейчас, в комнате демонессы, освещаемой только камином. Многим может показаться, что Виктория разводит драму на пустом месте, делов-то: выиграть чемпионат в облике мужчины, раз плюнуть. Но нет, под угрозой находится не только ее жизнь, карьера и будущее. Она могла бы просто отказать и спокойно жить. Омрачала лишь одна деталь: надо вернуть долг брату. В этом мире долг кровью крепится, что делает его обязательным к исполнению. В таких ситуациях, да, может и нет разных путей, но, опять же, кто сказал, что, помимо парка и переулка, нельзя вызвать такси? — Как будто у меня есть выбор, — фыркнула Виктория, смотря на стоящего у камина Мальбонте. — Выбор есть всегда, родная, — повернулся он. — Главное не оплошать. А уж если поднасрал, то принимай последствия с достоинством. — Хорошо, допустим, я откажусь. — Предположила Виктория. — Что дальше? — спросила она. — А я знаю: ты каким-то нелепейшим образом найдешь себе замену, которая в итоге напортачит и это… — покрутила пальцем в воздухе. — …Покажется мне, да простит Сатана, Раем. Лучше обойдусь малой кровью. — Отлично! — просиял Мальбонте. — С отцом и его пешками я все уладил: поменяю свою энергию на твою, и буду находиться в кабинете отца, который он тебе временно передал, чтобы не было подозрений. — Принялся ходить туда сюда. — А если кто-то захочет личной встречи — срочно вызову тебя. — У тебя все так просто, поражаюсь. — А как иначе? — ухмыльнулся Маль. — Ладно, я пошел. Завтра важный день, сестрица.

***

— Заходи-заходи! — яростно шептал кто-то, пытаясь открыть дверь. — Она еще спит! — А если она нам головы открутит? — также злобно прошептал другой. — Не бойся, улетим или убежим.       Дверь все-таки открывается и из-за двери высовываются две темноволосые макушки: — Господин Мальбонте, Госпожа Мими, — Поклонилась им, вышедшая на встречу фрейлина. — Вы по какому поводу пришли?       У каждого руки забиты до отказа всякими свитками, бутылочками с зельями и ингредиентами. — Вики обещала подтянуть нас в алхимии. — Серьезно заявил Маль, повертев пергаментами. — Но Госпожа мне ничего не говорила, — испугано сказала Кортни. — Кортни, он пошутил, — успокоила ее Мими. — Мы пришли зелья делать, для перевоплощения. — Фух, котелок я достала, как и просили. — Горделиво сказала служанка. — Давайте, я все отнесу?       Посмотрев друг на друга, Маль и Мими свалили всю ношу на бедную Кортни, которая чуть было не свалилась от такого веса. — Как думаешь, что ей снится? — спросила Мими, склонившись над мирно спящей подругой. — Как обычно: бумажки, да совещания. — Махнул рукой Маль. — Она у нас совсем не отдыхает, из-за отца совсем помешалась на работе. — А если нет? — уперлась дочь Мамона. — Вдруг ей сниться горячий демон? — Да, говорю тебе! — не отступал Маль. — Нет! — Да! — Нет! — Вы как сюда попали, иуды? — сонно пробормотала Виктория, до того напугавшая спорящих друзей, что они на метр отскочили от кровати наследницы. — Нельзя так пугать! — держась за сердце, сказал Мальбонте. — Маскировать тебя пришли. — В такой час? — посмотрев на часы, спросила Виктория. — С ума посходили? Катитесь к черту! — После — обязательно! — хохотнула Мими. — А сейчас вставай!       Не хотя и охая, но встала. Пока ее брат и подруга разбирались в свитках и фолиантах, Виктория приняла душ и оделась в привычное бордовое платье. Душу демонессы все еще одолевали огромные сомнения. Неприятный, липкий страх перемешивался с безумным, иногда отравляющим, интересом. — Так, берем корень имбиря, — сказала Мими, глядя в книгу; а Маль кидал нужные ингредиенты в котелок. — Далее, сушенные пауки. — Фе, — брезгливо поморщился демон, все-таки закинув нужный ингредиент. — Мерзкие создания. — Тоже мне мужчина, — фыркнула Мими. — Остается только: веточка валерианы и кровь Вики!       В это время подошла Виктория, внимательно всматриваясь в книгу: — Читать умеем, бестолочи? — Конечно! — одновременно сказали демоны. — Тогда, следим за пальцем: — сказала старшая Уокер. — «Зе-лье при-во-ро-же-ни-я». Вы решили мне мужа сыскать? — вздохнула она. — Разошлись.       Растолкав горе-алхимиков, принялась смешивать содержимое разных баночек и скляночек, даже не смотря в книгу. Казалось, варить такие сложные зелья заложено в ее ДНК. Вот полетели какие-то травы, следом и мертвая мышь, от которой, после появления в руках Виктории, Маль скривился еще больше. Если Мими, будучи отличницей, хоть что-то понимала в действиях подруги, которая уже выливала содержимое какой-то склянки в котел; то Малю оставалось только недоуменно чесать голову. — Готово! — воскликнула Виктория, после того, как жижа в котле вспыхнула розовой дымкой. — Перелей во фляжку. — Ну чистая грязь, посмотри с любого ракурса! — шуточно обжегся Маль, посмеявшись. — И так, детишки, — резко развернувшись на них, сказала старшая Уокер. — Я все понимаю: у вас хиханьки, да хаханьки, но дело очень серьезное.       Разница в возрасте не была такой колоссальной, как казалось Виктории, но в отношении серьезности и интеллектуальных способностях она превосходила брата и подругу в несколько раз. Отчего-то окружающие ставили ставку на Мальбонте, нежели на Викторию. Временами даже не замечая его фривольности и запоздало детского поведения. И как это обычно бывает: из избы правду не выносят. Поэтому для всех вне стен замка восьмого круга Мальбонте — сильный и перспективный наследник Графа Велиала. — Слушаем только меня: никакого самоволия! — грозно взглянула на демонов брюнетка. — Если, упаси Сатана, я услышу или увижу проявление самобытности кружка «Уголовники» без моего согласия — будете сами разгребать свои проблемы. — От напряженной энергии, которая молниеносно пронеслась сквозь демонов, Мими испугано икнула. — Маль, действуй своему плану: сиди и не высовывайся из кабинета с шести до десяти вечера, хорошо бы было тебе иногда там задерживаться до полуночи. — Но… — Никаких но! Свои попойки и девок отложишь до конца соревнований! — отрезала Виктория. — Если уж сильно зачешется — вызови суккуба. А в кабинете отца есть скрытый мини-бар. — После последних слов Мальбонте засиял ярче начищенного чайника, а старшая Уокер уже обратилась к подруге: — Мими, ты будешь изображать мою давнюю знакомую. Хочешь — влюбленную в меня, главное, чтобы не было вопросов по поводу нашего частого нахождения рядом. — Да запросто, — хмыкнула та. — Когда там в школу надо? — предугадывая сокрушительный провал миссии, раздосадовано спросила Виктория. — Завтра рано утром все команды проходят зачисление, но уже сегодня тебе надо явиться на тренировку. — Объяснял Маль. — Люцифер — капитан, я был заместителем, но, думаю, теперь им стал Дино. — А тут поподробнее.       К большому удивлению для Маля и Мими, Старшая Уокер, которая практически уже занимала место Велиала, не знакома лично с Принцем Ада. Да когда там знакомиться и светские беседы вести? Если одна бумажная волокита сменяется другой, а одно пустяковое задание превращается в кошмар небывалых масштабов. Но даже в таком адском замесе, по мнению друзей, должны были быть дела, сталкивающие Наследника Престола и Викторию. — Дино — ангел и по совместительству левый нападающий. — Начал рассказ Маль. — Я был правым нападающим и заместителем Люцифера. Ади — демон, он на подхвате, как и Сэми, только тот ангел. Из задача: добить измотанных противников. Астр — ангел, который стоит на подстраховке. — Как я поняла: Дино будет заместителем Люцифера, но так и останется на левом фланге. На правый фланг, скорее всего, поставят Астра, ведь у него схожая задача, разве что делать меньше надо, и туда самых слабых ставят. Ади и Сэми не сдвинуться с позиций, а я встану на подстраховку. — Зришь в корень, сестрица! — ухмыльнулся Маль. — Только про слабых промах: подстраховщик неприкосновенен до того, как сам не вступит в бой. — А если в игре останутся лишь две такие позиции? — подняв бровь, спросила Виктория. — Они могут часами кружить. — Им просто не позволят: — пожала плечами Мими. — Если такие ситуации и возникают, то ставится таймер, за время которого они обязаны вступить в схватку. Иначе будет признана ничья, а этого, ой, как не хотят команды. — Ви, я тут собрался на драконах полетать с другом, можно-о?.. — удивленно протянув последнюю гласную, влетел в комнату шестнадцатилетний мальчишка: худощавый, среднего роста, с темными волосами и озорными голубыми глазами. — Что за собрание? — Аид, я тебя разве манерам не учила? — строго спросила Виктория, садясь в кресло. — Было такое, — от воспоминаний, как сестра за каждый промах пуляла сгусток огня в волосы, зачесалась голова. — Больше не повторится! — Когда вернешься — сообщи мне, — попросила Виктория. — Поговорить надо. — Заметано, я убежал! — последнюю фразу демоны услышали уже из коридора, в который умчался Аид. — А сама буквально на днях выбила мою дверь, которую пришлось заменять! — хохотнул Маль, собирая свитки. — Не мешай мне воспитывать мужчину! — буркнула Виктория. — Тебя я упустила, когда дала познакомиться с этим Люцифером и его дружками. — Не бурли, они нормальные ребята! — Возмутился демон. — Просто любят женщин и глифт, как я. — Ага, знаем мы, — фыркнула, до этого молчавшая, Мими.       Мальбонте видимо посчитал нужным промолчать, а может просто не нашлось слов. Как бы то ни было, он испортился после поступления в Небесную школу: скатился в учебе, стал много пить, водил домой женщин, неоднократно нарушал устав и законы. Даже представлять не надо бесчисленное количество взяток, которые Виктория и их отец отдали за свободу и благополучие нерадивого члена семьи. Граф Велиал временами подумывал, что старший сын вовсе не его ребенок: подбросили или почившая жена нагуляла. Но нет, энергия была схожа с ним и остальными детьми. Тем более, Велиал сам видел рождение первого сына, и подмены никак не могло быть. — Подытожим: я — Виктор, сын обычных виноделов из третьего круга. Там, кстати, и познакомились мы, Мими, когда я с родителями доставляла вашей семье вино. — Надо найти подходящую семью, — сказала Мими. — Не волнуйся, моих временных родителей зовут Ума и Деймон. Они за большую, естественно, плату согласились побыть актерами в нашем драм-кружке. — Ответила Виктория, смотря на заскучавшего Маля. — Ты, братец, уже сообщил Принцу обо мне? — Да, он очень скептично отнесся к твоему появлению, даже агрессивно, я бы сказал. — Потер подбородок тот. — Я бы предостерег тебя, он не такой раздолбай, как кажется. — Да, Ви, он очень умен и хитер. — Проговорила Мими, тяжело вздохнув. — Его харизма и энергия уже подкашивают ноги демонесс. Что там говорить о чарах и превосходном теле. — Вскочила она. — Да даже дело не в этом: ты будешь мужчиной, а это значит — можешь получить по шапке. Женщин он не трогает: максимум за шею или волосы схватит за неосторожное слово. — Я о том же: будь осторожна, личина мужчины не делает тебя им. — С несвойственной ему серьезностью, сказал Маль. — Не заметишь, как попадешь к нему в сети. — Поняла я, не маленькая. — Закатила глаза Виктория. — Умею держать под контролем свою похоть. — Ладно, наноси уже свою мазь, — глянула Мими на часы. — Пора на первую твою тренировку.       После первого мазка зелья ничего не поменялось, Маль и Мими уже было засомневались в знаниях Виктории, но не тут то было: постепенно, длинные кудри уменьшились до простых мальчишеских кудряшек, выступил кадык и рост прибавился, а упругое тело исхудало и потеряло всякие формы, да так, что некогда облипающее бордовое платье повисло тряпкой. — Ночью зелье буду смывать, поэтому у меня есть парик и бинты, чтобы грудь утягивать. — Голос у экс-демонессы тоже модифицировался: стал более грубее и ниже. — Я переодеваться.       Не прошло и трех минут, как бывшая Виктория, ныне Виктор, вышла из ванны, недоуменно сведя брови: — Не порядок, — задумчиво протянула Виктория, одетая в джинсы и рубашку. — Что? — Одновременно спросили демоны. — Что-что, как бы это глупо не звучало, через плечо нечего накидывать, — буркнула она. — Что? — еще раз спросили Мими и Маль. — Член не вырос, вот что! — гаркнула на непонятливых демонов Виктория. — Тьфу ты, пора бы уже называть вещи своими именами, дорогая, — хихикнула Мими. — А что до этого, то да, не по плану. — Ладно, скрою как-нибудь. — Отмахнулась Старшая Уокер. — Все всё помнят? — Идеально! — сверкнул белоснежными зубами Маль. — Удачи, сестренка! — Она мне не понадобится, — ухмыльнулась Виктория и переместилась с Мими во двор школы. — Пошли, я к команде тебя отведу, — сказала дочь Мамона.       Первый, ладно, второй раз в жизни Виктория пожалела о чем-то: о том, что не училась в этом удивительном и красивом месте. Первый раз был, когда она согласилась на идиотскую идею. В саду у школы пустовало, а вдали слышался какой-то грохот и недовольное рычание, которое с приближением только усиливалось.       Стоило только Виктории подумать, что кто бы тот ни был — он провалится в Ад из-за таких ударов, как рядом упала часть колонны. — Можно аккуратнее, школа из-за вас разваливается! — крикнул какой-то ангел-мужчина, высунувшись из окна. — Это Фенцио, учитель ангелов и непризнанных, — спокойно объяснила Мими, продолжая идти. — А вот и команда.       Указав на кучку учеников, нет, не так: на кучку горячих тестостероновых причин влажных фантазий учениц. Один краше другого, мускулистее и сексуальнее. — Я тут не выдержу, — тихонько взвыла Виктория, смотря на крылоборцев в черно-белой форме. — Пф, ты даже Люцифера еще не видела, — шепнула ей Мими.       Подруги двинулись к парням, как перед ними внезапно приземлился демон: — Не на такое я рассчитывал от Маля, — с отвращение произнес кто-то.