Бобик?

Джигена разбудил громкий звук захлопывающейся двери. Он дрогнул, приподнял сползшую на глаза шляпу и пристально уставился на зашедшего Люпена. Уже открыв рот, чтобы выразить своё недовольство в самых нецензурных выражениях, стрелок остановился и уставился на руки Люпена. А точнее на то, что они держали. Люпен медленно подошёл, вымеряя каждый шаг, и опустился на колени рядом с диваном, на котором лежал Джиген. — Где ты его достал? — почти благоговейно прошептал стрелок. Люпен даже с самыми ценными вещами, которые они воровали, не обращался так бережно. Ему было плевать на все эти золотые кубки, пачки денег или драгоценные камни. Но сейчас, держа в ладонях это сокровище, он чуть не дрожал. Маленький грязный серый котёнок тихо шевелил лапками в руках вора. Он царапал пальцы коготками и иногда пищал, стараясь выглянуть из ладоней и оглядеть всё вокруг. — Этот малыш мяукал под лестницей ещё со вчерашнего дня. Мы же можем его оставить? — Люпен сделал самую жалостливую мину, на которую только способен, и уставился на Джигена. — А если придут хозяева? — Я пошлю их к чёрту. Помнишь труп кошки в ведьминской лавочке напротив? Она ведь там недавно висит. Изверги оставили ребёнка сиротой. Джиген пододвинулся к вору ближе и тонкими пальцами начал поглаживать котёнка, который потянулся к нему навстречу. — Он голодный наверное, — заключил Люпен, уже окончательно приняв факт, что в их криминальной шайке пополнение, — Я сейчас! Он аккуратно переложил котёнка стрелку на грудь и вышел из комнаты в поисках молока. Джиген остался лежать, неудобно наклонив голову и уставившись на серый комочек, осторожно ползущий к его лицу. Он выглядел очень уязвимым, даже слишком. Маленькое живое существо, почти достигшее его шеи, подняло голову и посмотрело ему прямо в глаза. Он рассмеялся, а котенок чихнул на него, и пополз в другом направлении. — Табаком несёт, да? Люпену тоже не нравится, — он снова хрипло рассмеялся. Раздались тихие шаги из коридора, и в дверях появился Гоэмон. Он встал и с испугом уставился на котенка. — Джиген, не двигайся, — раздался голос из дверей, — Замри, и я тебя не задену. — Гоэмон, — настороженно ответил стрелок, повернув к нему голову, — Гоэмон, ты с ума сошёл? Убери руку с меча! — Ты не понимаешь, мне самому это неприятно, но так надо. Раздался звон битого стекла. — ГОЭМОНЧИК! Гоэмончик! Успокойся, давай, вдох-выдох, вдох-выдох… Не делай с Люменом-младшим ничего, он этого не заслужил! — Люпен вбежал в комнату, выронив по пути молоко, и вцепился в плечи самурая. — Вы не понимаете… Кошки… Они крадут дыхание… Настала напряжённая тишина, но как только Гоэмон отпустил рукоять меча, Джиген хрипло и громко заржал, напугав этим бедного Люпена-младшего. — Ай, ну не бойся, не бойся, — Джиген взял его в руки, встал и подошёл к самураю, который попятился назад. — Не нужно этого… — Он не договорил и замер, уткнувшись спиной в стену. — Люпен, с тебя минутка истории, а я пойду достану ещё молока или хоть чего-нибудь. Люпен-младший… — Джиген запнулся. — Стой, а когда он стал Люпеном-младшим? — Ну а как ты его ещё назвать предлагаешь? Есть предложения получше? — протянул вор, уже стоявший за ним, положивший ему голову на плечо и наблюдая за котёнком в руках стрелка. — Люпенов и так наплодилось слишком много. Ещё одного я не выдержу. Про Гоэмона я вообще молчу, их вон, восемнадцать штук было. Так что, — Стрелок улыбнулся, — мне кажется Джиген-младший будет лучше. Я его, может, и стрелять научу. — Ага, а вместо молока он у тебя будет пить виски, — усмехнулся Люпен. Джиген пнул его ногой и оттолкнул от себя: — Да хоть бы и виски, молоко-то небось всё теперь на полу. Люпен закатил глаза: — Ой, отдай его обратно и иди найди хоть что-нибудь. Может, коробку для него по пути захватишь. — Ему три недели, а ты уже хочешь ограничить его свободу. Стрелок передал котёнка обратно Люпену и вышел из комнаты. Однако много он не прошёл и послышался хруст стекла и крик: — ЛЮПЕН! СУКА! Стекло по всему коридору блять! Я тебя ненавижу! Какого хуя они сквозь ботинки проткнулись! Будешь мне сам ноги бинтовать! Люпен пожал плечами: — Смотреть надо куда идешь! И вообще иди дальше, раз уж вышел. И повернулся к Гоэмону, который всё это время так и стоял, как вкопанный. — Если ты подумал, что эта козявка может прикончить Джигена, то мне кажется, ты его недооцениваешь. — Кого из? — уточнил хрипло самурай. — Джигена разумеется! — рассмеялся вор и поднес котёнка прямо к лицу Гоэмона, — Посмотри, какой он махонький. Котёнок поднял голову и уставился на Гоэмона, жалобно пискнув. — Я видел убийц с такими же глазами, — пробормотал самурай. Однако за меч он уже не хватался. — Давай уясним что кошки ничье дыхание не воруют. Исторически, этот стереотип возник из-за того, что… — Люпен хотел было продолжить, но его перебили. — Кошка украла дыхание моей младшей сестры, — холодно произнёс Гоэмон. -… Кошки ложились на тёплых маленьких детей и из-за этого, СТОЙ ЧТО? Это правда? — Нет, — всё так же холодно ответил он. Опять откуда-то выросло неловкое молчание, потому что Люпен совсем потерялся. Наконец, из двери вышел прихрамывающий на одну ногу Джиген. Он нёс новую бутылку молока и пепельницу. — Ты решил научить Люпена-младшего курить? — ухмыльнулся вор, подставляя плечо и помогая Джигену доковылять до дивана. — Ты думаешь у нас так много мисок в доме? И я её вымыл. И вообще, мы же решили по-другому его назвать, — заворчал стрелок, усевшись на диван и наливая молоко в кристально чистую пепельницу. — Нееет, только не Джиген-младший, что угодно, но только не это, — закатил глаза Люпен. — Пусть будет Бобик, — подал голос самурай. Все уставились на него. Он покраснел и отвёл взгляд, — Лучше предложений у вас всё равно нет. Люпен во весь рот улыбнулся: — Ну, пусть будет Бобик. Он положил его на кофейный столик рядом с импровизированной миской, и сел на диван рядом со стрелком. — Уйди отсюда, — прошипел Джиген. Он разлегся на диване и пихнул Люпена ботинком, но тут же зашипел, — Принеси лучше йод с бинтами. — Погоди, дай посидеть, — Люпен всё смотрел на Бобика, который мирно лакал молоко, — Куда мы его денем? Гоэмон подошёл облокотился на спинку дивана: — Отдай его своей женщине, Люпен. Может, она сможет остепениться и начать жизнь с чистого листа, ради новообретенной семьи. — Ты с ума сошёл? Фуджико же сожрет его с потрохами, как только деньги на еду кончатся! — Джиген хрипло засмеялся. — Но про женщину ты прав, — задумался вор, — Может, вручить его Клариссе Калиостро? Она сможет о нем позаботиться. — Да, но Манки Панч не признавал Замок Калиостро частью нашей франшизы. Давай кого-нибудь другого, — Возразил ему самурай. — Ну тогда… А, хозяйка квартиры! Давайте ей и отдадим, она вроде дамочка приличная. До её возвращения около двух недель, я с ней договорюсь. Тем более вы её видели? Не стыдно преподнести ей Бобика в качестве подарка. Имя она ему, скорее всего, поменяет, без обид, Гоэмон, но… — Неси уже бинт, — перебил его Джиген, не желая слушать его болтовню.