Бобик!

Гоэмон три раза постучал в огромную дубовую дверь и принялся ждать. Условное ожидание длиною в пять минут — признак того, что гость знает, куда пришёл. Старый дом посреди чащи леса, построенный около сотни лет назад, было сложно заметить. Его стены покрыты мхом и ветками, так, что издалека можно было подумать, что это очередной огромный и заросший растительностью булыжник. Если бы не параноидальная наблюдательность Люпена, и самурай не нашёл бы этого места. Но вор и эту маскировку раскрыл, и теперь, каждые несколько недель Гоэмон наведывается в этот почти полностью заброшенный дом, чтобы медитировать. Из-за всемирной славы дорога в любой нормальный храм ему закрыта, а найти тихое место для медитации в такое тревожное время оказалось не так просто. Так что Гоэмон просто воспользовался первой попавшейся возможностью. Наконец, дверь открыли. Нерасторопный хозяин дома, который выглядел таким же древним, как и его убежище, оглядел его и, не говоря не слова, посторонился. Джиген как-то сказал, что это бежавший от смертной казни преступник. Он скрывался от государства около двадцати пяти лет, и по официальным данным считается мёртвым. Однако сейчас старик не представлял для самурая угрозы. Он платит ему, чтобы остаться на несколько часов одному в его доме, в котором многие доски давно прогнили и под половицами то и дело пробегают мыши. Гоэмон вошёл внутрь и тут же заметил перемену — внутри пахло табаком. Старик никогда не курил, а кроме самурая никто к нему не наведывался. Хозяин дома совершенно спокойно прошёл через коридор к единственной в доме полноценной комнате, дверь в которую на этот раз была закрыта. Самурай схватил рукоять меча. Тонкая дверь отворилась с раздирающим уши скрипом. Внутри, прямо напротив двери, стояли Люпен и Джиген, загораживая массивный дубовый стол. Самурай расслабился. — Давно не виделись, — Люпен засмеялся и посмотрел ему прямо в глаза с неестественно широкой улыбкой. Джиген стоял рядом с ним и старался натянуть шляпу как можно ниже. Он очень старался не засмеяться во весь голос — самурай знал его привычки и научился понимать стрелка без лишних слов. — Что-то срочное? — безэмоционально спросил Гоэмон, понимая, что сегодня спокойная медитация ему не светит. — Ну тут как посмотреть, — Вор хищно улыбнулся. Он развернулся и кивнул головой на картонную коробку, которая стояла на столе за ним, — Открой. Сейчас. Джиген отошёл от стола, пропустив к нему самурая. Гоэмон недоверчиво подошёл ближе. Коробка не тикала и не дымилась — уже хороший знак. Он открыл её. И понял, что зря распереживался. Внезапная надежда тут же потухла в его голове. Коробка была пустой. Люпен с ехидным видом заглянул ему за плечо, и улыбка тут же сползла с его лица: — А где?! Он развернулся к не менее удивленному стрелку: — Джиген, ты ведь всё донёс, правильно? Тогда где, черт возьми.? — Он тыкал пальцем на пустующую коробку, — Может, в машине? Ладно, щас, Гоэмон, дай мне секунду. А ты со мной идешь! Он взял Джигена за рукав и потянул к выходу. Они выбежали, захлопнув дверь, которая чуть не сломалась пополам от силы их удара. Гоэмон остался один. Он сел на стол рядом с коробкой и задумался. Почему вдруг в его голове появилась эта бредовая надежда? Откуда-то появившаяся сентиментальность грызла его изнутри уже второй месяц. Из размышлений его вывел шорох, доносившийся откуда-то из-под стола. Это было не похоже на обычных мышей. Гоэмон спрыгнул с дубового стола вниз и опустился на колени. На пыльных досках полузаброшенного дома лежал подросший за последние месяцы Бобик. Гоэмон дрогнул и осторожно протянул к нему руку. Кот тыкнул в неё носом и фыркнул, забренчав именным ошейником. Самурай взял его на руки и сел поудобнее, облокотившись спиной о стол. Бобик вонзил когти в ногу Гоэмона и принялся мять её лапами, раня кожу каждый раз чуть больше. Он мурчал, а Гоэмон еле заметно улыбался и тонкими пальцами водил по его шерсти. Проинструктировав хозяина дома, который теперь будет ухаживать за котом, и заплатив ему столько денег, сколько он в жизни не видел, стрелок и вор подошли к припаркованной в чаще леса машине и закурили. — И снова всё точно как ты задумывал, — медленно проговорил Джиген. — А чего ты ожидал? — Люпен подмигнул, — Знаешь, я думаю, нам придётся остаться тут на денек, пусть понянчиться немного. А там посмотрим. Они помолчали ещё несколько минут. — Марго всё ещё думает, что её любимого котёнка загрызли собаки, да? Люпен посмотрел на него и подошёл к нему почти в плотную. — Она ведь плакала, помнишь? — Джиген продолжал настаивать на своём, потому что ему было весело. — О чем ты? Я ничего такого не помню, — Люпен подошёл к нему и заговорил ему прямо в ухо. Стрелок почувствовал дуло пистолета прямо напротив его сердца. — Да? Ну значит, мне приснилось. Не было ничего такого. — Правильно, — Люпен коротко поцеловал стрелка и убрал оружие в какой-то из многочисленных его карманов.