Часть 1

      Тихая поступь десятков ног, чёрные одеяния и лица, закрытые до глаз тёмными повязками, мелькают сквозь приоткрытые двери покоев. Мелике их видит. Подглядывает. Догадывается, что это палачи пришли по чью-то душу. Кто-то там в углу нескончаемо стонет и скулит уже как полчаса. Этот кто-то, завидя своих ночных гостей, разрывается душераздирающим криком и мольбами о пощаде. Мелике невольно приоткрывает дверь и незаметно выглядывает из своего укрытия. То, что она видит, заставляет её содрогнуться от крика, рвущегося из её глотки наружу. Убийцы, неслышно ступая по мягкому ковру грубо отстраняют молодую, но истерзанную душевными мучениями женщину в богатых одеждах и заносят над её ребёнком кинжал, вонзая его прямо в грудь. Ковёр обагряется кровью. Женщина истошно кричит, рвёт на себе волосы, мечется, пытается вырваться из стальной хватки палачей, но тщетно. Один из убийц наносит ей удар кинжалом прямо в живот. Она падает на пол, ударяясь головой о порог. Изо рта вытекает тонкая струйка крови и застывший взгляд устремляется прямо на Мелике. Осознание накатывает на неё снежной лавиной. Эта убитая женщина — она сама. Спина покрывается холодным потом и Мелике оседает на пол насильно прикрывая рот, чтобы не выдать своего присутствия. Увиденное заставляет её трястись от страха в болезненных конвульсиях. Запах крови оседает на языке, оставляя металлический привкус. Она слышит шаги, чувствует, что кто-то открывает двери и понимает — её услышали. Капелька пота скатывается по виску. Понимание неизбежной смерти заставляет хатун трястись в диком ритме. Страх железными тисками сдавливает всё её существо. Мелике медленно поворачивается и изо рта вырывается гортанный крик. Перед ней стоял султан Сулейман.

***

Утро для Мелике было не добрым. Ночной кошмар давал о себе знать в виде синяков под глазами и осунувшегося лица. Вчерашняя новость о её беременности разлетелась ещё до официального объявления.       — Ты принесла добрую весть. Сделала самым счастливым человеком на земле. Нужно немедленно сообщить о столь радостной новости. Падишах тепло улыбался, в его глазах плескалось истинное счастье. Большая рука правителя с нежностью накрыла её ещё неокруглившийся живот. Судьба распорядилась так, что Мелике пришлось навсегда забыть про свою родину, затем про своих родных. И то и другое было ненужным атрибутом в воспоминаниях простой рабыни. Войдя во дворец в возрасте двеннадцати лет, она имела лишь жалкие обноски и имя Констанция, которое ей сразу же сменили на более приятное для османского уха имя — Эдже. В течении четырёх лет юная девушка прилежно училась. Освоила турецкий язык, научилась хорошо вышивать и петь. В пении она преуспевала. Да так сильно, что гостившая в Топ-Капы Хатидже-султан приметила юницу и приказала Афифе-хатун тайно отправить ту в покои падишаха. Так сама того не ожидая, Эдже оказалась втянута во вражду сестры султана с его хасеки. Первый хальвет плавно перешёл во второй и Эдже почти побила рекорд, который в своё время установила рыжеволосая русинка, задержавшись в покоях султана аж на три ночи. Падишах был просто очарован пением юной итальянки и не хотел её просто так отпускать. Омут карих глаз, обворожительные ямочки на щеках и милые кудряшки каштановых волос пленили повелителя нескольких континетов. Из покоев девушка вышла с новым именем, которое дал ей Сулейман — Мелике. В ташлык итальянка вернулась уже икбал. В этот же день её переселили в покои для фавориток и принесли сундук, доверху наполненный чудесными тканями, украшениями и мешочками с золотом. Узнав о новой фаворитке падишаха, Хюррем султан бушевала. Её гнев ощутили чуть-ли не все обитатели дворца. Следующие две недели хасеки всеми силами старалась не допустить Мелике в покои султана. Хатидже султан лишь посмеивалась и бросала победные взгляды на Шах-султан, которая не верила в удачность этой затеи. Сестра султана стала частой гостьей в покоях для фавориток. Мелике и Хатидже нашли общий язык и часто разговаривали на самые разные темы. Султанша давала наставления юной икбал, а та покорно всему внимала. Спустя ещё одну неделю падишах снова позвал к себе Мелике, но то ли молитвы рыжеволосой фурии сбылись, то ли судьба решила вмешаться, Мелике не дошла до покоев повелителя. Она упала в обморок, идя по Золотому Пути. Как выяснилось позже, девушка носила под сердцем ребёнка. Она оказалась втянута не только во вражду султанш, но и в водоворот интриг, которые неизменно сопровождали любую женщину, ставшей частью семьи османов. За размышлениями она не заметила, как двери в покои для фавориток отворились и в них вошла процессия из нескольких пыхтящих евнухов, которые тащили три позолоченных сундука, украшенные каменьями. Следом вошла Айсун калфа. — Что ж, поздравляю тебя Мелике хатун. Тебе невероятно повезло понести от султана. Но будь осторожна, — женщина подошла ближе и наклонилась, чтобы слышно было только им — Хюррем султан так просто это не оставит. Следи за своей едой и напитками. Получив понимающий кивок , калфа отстранилась и махнув евнухам, чтобы те ушли, уселась на тахту. — Я смотрю ты девушка не промах. Дам тебе один совет. — Она наклонилась к столику и взяла блюдце с виноградом.— Ты стала икбал. Скоро тебе дадут покои, ну а пока предстоит выбрать несколько рабынь себе в услужение. Так вот, почти все так или иначе подчиняются Хюррем-султан, а значит они её глаза и уши. Возьми себе пока три или четыре девушки. Скоро привезут новых рабынь и тогда-то ты сможешь выбрать верных слуг, которые за тебя жизнь готовы будут отдать. Всё поняла? — Айсун хатун выжидающе посмотрела на Мелике. — Да. Но с чего вдруг ты такие советы ценные раздаёшь? Не боишься гнева Хюррем-султан?— Новоиспечённая икбал знала, что эта калфа относительно недавно в гареме и ещё не успела занять ни одну из сторон, однако то, как рьяно она начала давать ей советы немного настораживало. — Чего мне бояться хатун? Султанша меня пока не знает. А когда узнает я уже буду под твоей защитой. Или ты думаешь, что она всех калф, наложниц и служанок знает в лицо и поимённо? — Тогда какую цель ты преследуешь? И с чего ты вдруг решила, что я буду тебя защищать? — Деньги хатун. Деньги и уверенность в будущем дне. Ты девушка смекалистая, если что не пропадёшь. Я это поняла сразу. К тому же тебя повелитель очень любит. Тебе лишь нужны верные и умные люди, тогда ты таких высот добьёшься, каких свет не видывал. Защиту ты мне дашь если что, в этом я не сомневаюсь. Полезных и верных людей у тебя пока нет. Я тебе буду очень нужна.— Калфа хитро улыбнулась. — Хорошо.— Мелике присела на рядом стоящую тахту. — В таком случае посоветуй мне девушек, которых можно взять себе в услужение. — Тут и советовать нечего. Возьми себе тех хатун, с которыми ты хорошо общаешься. — Нет таких. — девушка заметно нахмурилась. — Ну неужели у тебя нет подруг среди рабынь? Ни за что не поверю, в то что ты ни с кем не водила дружбы. — Конечно они у меня были. Лукреция и Анна. Я познакомилась с ними на невольничьем рынке. Оттуда нас вместе выкупили и привезли во дворец. Они были старше меня. Лукреции тогда было четырнадцать, а Анне восемнадцать. После трех лет обучения в гареме Лукрецию заметил один бей. Хюррем-султан была не против отдать её ему в жёны. Теперь она живет где-то в Амасье. Ну а Анна теперь служанка Шах-султан. Она вроде бы приняла ислам. Её новое имя мне неизвестно. С остальными девушками я не особо общалась. — Беда с тобой. Будущей матери шехзаде нужно иметь хорошие связи. Пусть пока и с простыми рабынями, которые подчиняются Хюррем султан. Неизвестно кем они в итоге станут. Женами пашей или простыми служанками. Со всеми нужно водить дружбу. Или хотя бы притворяться что дружишь. — У меня Хатидже-султан есть. Она мне почти что матерью стала. Теперь вот недавно приезжала во дворец и ко мне заходила. Давала наставления про беременность. — Хатун погладила свой пока ещё плоский живот. — Надеюсь ты последуешь моему совету. — Айсун калфа встала. — Что ж, мне пора идти. Ближе к вечеру я к тебе зайду. Помогу перенести вещи в новые покои. Едва за женщиной закрылись двери, Мелике метнулась к сундукам. Родившись в семье простого рыбака, Мелике провела всё своё детство в ужасной бедности, если не в нищете. Жизнь её не баловала. И вот теперь, дорвавшись до хорошей еды и маленьких приятностей в виде красивых украшений, девушка блаженствовала. Первый сундук оказался доверху наполнен мешочками с золотом. Во втором сундуке лежали ткани и меха, а в третьем, оказались украшения на любой вкус и цвет: перстни, серьги, колье, подвески. Мелике радостно уселась на пол, перебирая прибывшие богатства. Осознание накрыло её с головой. Эти три жалких сундука не предел. После рождения шехзаде она получит ещё. А после ещё, ещё, и ещё. Запах богатства помутил её разум и она вскочила, бросившись в пляс. Танцуя, она поклялась себе что добьётся таких вершин, каких не видывала даже та рыжая жади.