Часть 6

Целый месяц Алиса посвятила исследованию, которое в своих заметках она обозначила как «Гарри Поттер и Лорд Волан-де-Морт: природа связи». Всё, что ей удалось выяснить за это время, лишь укрепляло её в мысли: ритуал на кладбище не должен был сработать. Она перепроверила это по десяткам источников из Запретной секции, включая самые мрачные и древние фолианты. Но вот уже неделю она топталась на месте. Казалось, библиотеки Хогвартса просто недостаточно для разгадки. Это угнетало её, ведь она была уверена, что стоит на пороге чего-то важного. Возможно, именно её исследование станет тем самым шахом — а то и матом — в партии против Тёмного Лорда. — Эй, ты тут уже практически поселилась, — раздался вдруг голос Гермионы, подошедшей так тихо, что Алиса вздрогнула. — Не мне, конечно, судить, но ты так ни разу и не объяснила, чем занимаешься. Это... настораживает. Гермиона решила говорить начистоту — намёки явно не срабатывали. Алиса мастерски прикидывалась непонимающей. — Эм... — Алиса замерла, загнанная в угол. Рассказывать об исследовании пока было рано — она не достигла достаточных результатов, притом что уже выведала у друзей массу информации. Это ставило её в неловкое положение. — Давай договоримся так: я обязательно расскажу тебе всё. Через четыре месяца. А пока... мне бы хотелось сохранить это в тайне. Я понимаю, что у тебя есть все основания меня в чём-то подозревать, и могу лишь попросить — доверься мне и подожди. Гермиона удивилась такому прямому ответу. Она ожидала очередной увёртливой отговорки. Доверять или нет? Сомнения боролись в ней, но искренность подруги и чётко обозначенный срок подкупили её. — Хорошо, — кивнула Гермиона. — Договорились. — Как там отработки у Снейпа? — поспешно сменила тему Алиса. На сей раз врасплох застали Гермиону. Она не знала, что ответить. С одной стороны, Алиса не из тех, кто бросится с жалобами или будет устраивать скандал. С другой — порочить профессора самой себе дороже. Она и представить не могла, что будет, если расскажет, в каком состоянии застала зельевара. — В последний раз он был... особенно резок, — выдохнула Гермиона, решив ограничиться частью правды. «Особенно резок?» — промелькнуло у Алисы. Если даже сдержанная Гермиона говорит так, значит, на прошлой отработке отец бушевал по полной. Что ж, видимо, он забыл об их уговоре. Пора ему напомнить. — Думаю, мстить ему мы больше не будем? — усмехнулась Алиса. — О, нет, спасибо, я уже разок отыгралась, теперь расхлёбываю последствия, — с лёгким смешком ответила Гермиона. *** — Чем обязан столь внезапному визиту, мисс Беннет? — холодно произнёс Снейп, когда Алиса без стука ворвалась в его кабинет. Он почти не сомневался, в чём дело. Видимо, Грейнджер не удержала язык за зубами и рассказала друзьям о его «слабости». Хотя он и не ожидал иного — на её месте он бы сам распустил слухи. Месть — дело благородное. — Мне кажется, дорогой отец, вы забыли о нашей договорённости, — со скукой проговорила Алиса. — И о последствиях её нарушения, — добавила она уже более твёрдым тоном. Снейп не боялся последствий — их попросту не могло быть. Его дочь не настолько глупа, чтобы подставлять себя. А с Грейнджер он всё равно вёл бы себя так же. Чем меньше от неё истерик, тем спокойнее ему. — Неужели мисс Грейнджер рассказала тебе, как я напился? — решил продолжить её игру Снейп. Алиса от неожиданности впала в ступор. Вот это поворот! Гермиона скромно умолчала о главном. — Ты напился, а потом ещё и нагрубил ей? — в её голосе зазвучало неподдельное отвращение. — Мерлин, у тебя вообще есть совесть? Или, на худой конец, преподавательская честь? Папенька, вы пали крайне низко. Чёрт. Она не знала. Не то чтобы Снейп боялся, что она кому-то расскажет, но выглядеть в глазах дочери ещё большим ублюдком ему не хотелось. Как Грейнджер удержалась? Гриффиндорское благородство? Для него это было за гранью понимания. — В общем, если что-то подобное повторится, жди санкций, — заявила Алиса с хитрой улыбкой. — Тебе стоит напоминать о последствиях такой выходки? — со скукой спросил Снейп, не отрываясь от проверки студенческих пергаментов. — О, я подумала об этом, — парировала Алиса. — И решила, что расскажу всё своим друзьям. Ты же знаешь, кто мои друзья? Хоть немного следишь за моей жизнью? «Чёрт», — мелькнуло у Снейпа. — По глазам вижу, что следишь, — продолжила Алиса. — Они меня любят и доверяют мне. После моего рассказа со мной ничего не случится — они поймут, почему я это скрывала, — она выразительно указала на него. — А вот всё их... внимание будет обращено на тебя. Сделав на прощание искусственно-сладкую улыбку, она выпорхнула из кабинета. «Отвратительный характер, — подумал Снейп, следя за ней взглядом. — И чертовски острый ум». *** Алиса почти припрыгивала по коридорам, возвращаясь в свою комнату. Поводов для радости было два. Во-первых, она здорово утерла нос отцу — а что может быть приятнее? А во-вторых, в комнате её ждало письмо от бабушки. Она сильно по ней скучала. Было досадно, что бабуля не принадлежала к магическому миру — иначе они могли бы видеться в Хогсмиде. Но мир несправедлив, и таких привилегий она была лишена. С лёгким щелчком сломав сургучную печать, Алиса улыбнулась, вспомнив, как учила бабушку пользоваться совиной почтой. Это воспоминание всегда вызывало у неё тёплую улыбку. — Я не понимаю, почему волшебники используют такие варварские методы передачи почты? — ворчала миссис Беннет. — Почему совы? Я слышала про голубиную почту, но совиная... — Бабуль, во-первых, тебе придётся научиться, иначе мы не сможем общаться, — терпеливо объясняла одиннадцатилетняя Алиса. — А во-вторых, не знаю, почему именно совы. Наверное, волшебники давно обнаружили их способности и привыкли. Тем более, ты же не любишь голубей? Совы явно симпатичнее, — пыталась она поднять ей настроение. Тамара нехотя кивнула. Саму Алису пользоваться совиной почтой научил отец. Это было несложно. Но научить чему-то бабушку — всегда испытание. Этот урок она усвоила давно. — Всё просто. Когда прилетит сова, просто открой створку окна и впусти её. Забери письмо и угости птицу совиным печеньем. Она подождёт ответ. Потом просто отдашь ей письмо — и оно придёт ко мне, — подробно растолковывала она. — И как зовут это... животное? — с лёгким пренебрежением спросила миссис Беннет, привыкшая к роскоши. Теперь же ей предстояло общаться с какой-то совой ради переписки с внучкой. — Его зовут Бэтмен, — с гордостью ответила Алиса. Имя было идеальным — редким для волшебников и забавным для маглов. Миссис Беннет закатила глаза. — Неужели нельзя было назвать птицу нормально? Бэн, например? — Это неважно. Главное — научиться, — настояла Алиса. — Подойди к нему. Миссис Беннет и Бэтмен переглянулись — во взглядах обоих читалась взаимная антипатия. — А может, твой отец будет передавать письма? — с надеждой спросила Тамара. — Он же может перемещаться... Алиса усмехнулась про себя. Представить отца в роли почтальона, навещающего её в школе, было невозможно. — Вряд ли. Ну же, подойди, не бойся. Миссис Беннет нерешительно приблизилась к сове и протянула руку, чтобы погладить её. Бэтмен ответил тем, что цапнул её за палец. После этого бабушка ещё два дня ругала сову на русском — видимо, выражения были слишком крепкими, раз она сменила язык. Но потом они даже как-то сдружились. Порой Алисе казалось, что Бэтмен любит бабушку даже больше, чем её — он всегда возвращался от неё заметно потолстевшим. Бабушка умудрялась откормить даже сову. Принявшись читать письмо, Алиса пережила целую бурю эмоций. Пару раз она смеялась, несколько раз взгрустнулось. Закончив, она решила, что пора писать ответ. *Дорогая бабушка, кормят меня хорошо...* *** Гермиона стояла у ненавистной двери. Заходить не хотелось. Видеть хозяина кабинета — тем более. Он вызывал у неё острую неприязнь. Никто ещё не падал в её глазах так низко и так стремительно, как Северус Снейп. Обычно люди либо изначально занимали низшую ступень в её личной иерархии, либо скатывались туда постепенно. Но стрелки часов показывали 20:01 — пора идти на отработку. Всё, чего она сейчас хотела, — чтобы его там не оказалось. На этот раз она без раздумий покинет подземелья. Девушка постучала и, не дождавшись ответа, вошла. — Мисс Грейнджер, пройдите в лабораторию и подготовьтесь к работе. Я подойду позже, — бросил он, не отрываясь от проверки студенческих пергаментов. Гриффиндорка быстро прошла мимо, зашла в лабораторию и с силой захлопнула за собой дверь. «Злится», — констатировал про себя Снейп. Он понимал, что у его поступка нет оправданий. Обычные люди в таких ситуациях извиняются. Но он — Северус Снейп. Он никогда ни перед кем не извинялся. Более того, он не был уверен, что вообще способен на это. Однако над ним нависали угрозы Алисы и — к его собственному удивлению — внезапно проснувшаяся совесть. Дилемма. Войдя в лабораторию, он застал её за подготовкой рабочего места. — Мисс Грейнджер... — он запнулся. Что сказать? — Сегодня вы будете ассистировать мне в работе над моим зельем. — «Браво, Снейп, — мысленно съязвил он сам себе. — Это точно сойдёт за извинения». — Да, сэр, — покорно, без намёка на прежний энтузиазм, ответила Гермиона. Её тон почему-то задел его. Они работали в гнетущей тишине. Не было его пространных лекций, не было её редких (а порой и нелепых) вопросов. Эта тишина напрягала Снейпа, но он не знал, как её разрядить. В итоге зелье было сварено, время отработки подошло к концу. Гермиона молча принялась собирать вещи. Она отчаянно хотела поскорее уйти. Внутри бушевала целая буря эмоций. Ещё немного — и она не сдержит себя. Он просто решил сделать вид, что ничего не произошло. Как будто это в порядке вещей — напиваться во время отработки, опаздывать, а потом выгонять студентку, осыпая её оскорблениями. «Наверное, профессор МакГонагалл так каждый раз делает», — с горькой иронией подумала она. «Мерзкий тип, а не профессор. Нормальные люди так не поступают». Она уже была готова выйти, но он окликнул её. Гермиона обернулась. — Мисс Грейнджер... — Снейп снова запнулся. Он молчал, а она ждала, с опаской думая, не ждёт ли её что-то похуже, чем в прошлый раз. — Я хотел извиниться... за прошлый раз, — быстро, почти шёпотом, выпалил он, но она расслышала. И впала в полный ступор. Она не надеялась на извинения. Поэтому то, что произошло, повергло её в настоящий шок. — Жду вас в четверг в это же время, — закончил он и с неестественным рвением принялся разливать зелье по флаконам, будто это было самым захватывающим занятием в его жизни. — До свидания, сэр, — выдохнула Гермиона и поспешила ретироваться. Она возвращалась в башню со смешанными чувствами. Вообще-то она не была фанатом извинений. Если бы все ошибки можно было исправить одним словом, в мире бы появились волшебники и пострашнее Волан-де-Морта. Но перед ней извинился сам Северус Снейп. Гермиона не была уверена, что он вообще когда-либо прежде извинялся перед кем-либо. Дилемма.