Не уберегли.

Спрятав сына в комнате, отведённой под небольшую библиотеку, Сашка запретила ему выходить, искренне надеясь что тот послушает. Подойдя к двери, она крепче сжала рукоять булавы и громко спросила: — Кто? — Свои. Хотелось ответить про то, что «свои» в такое время дома сидят, телевизор смотрят, только чужие шастают, но тон в котором произнесено это слово был настолько болезненным, что Сашка сразу поняла: произошло что-то очень не хорошее. Говорил ей это, тот самый мальчишка, который тоже Сашка, но Сухарев. Глянув в глазок, Скокова убедилась: к ней пришли Широнинцы, но, их Библиотекаря с ними не было. Это могло значить только одно. Девушка отперла дверь. В квартиру сразу прошёл Кручина, чуть помедлив зашли Луцис и Сухарев, заперев за собой дверь. — Саш, мне очень жаль. — Неуверенно начал Кручина и виновато опустил голову. Сомнений в том, что ему жаль, разумеется, не было. Только вот, никто его не учил сообщать подобные вести и от того он смутился. Сухарев решил прийти ему на помощь, но и его попытка не увенчалась успехом. Ком в горле не давал произнести эту страшную, роковую фразу, после которой окончательно обрушится мир той, к которой они пришли. — Сашка… Прости нас. Максима Даниловича… Убили его, в общем. Не уберегли. До последнего Сашка Скокова надеялась что ей сообщат что угодно, но только не это. Лучше бы его арестовал Шульга за попытку заговора, оттуда бы хоть небольшой, но был бы шанс его вытащить. Что касается «того света», пусть и ходили легенды что прочтение всех книг и книги Смысла впридачу может вернуть человека к жизни, но Скокова не была в этом уверена. Да и Книги Смысла, у них, не было. Сашка повернула голову, посмотрев на дверь за которой был спрятан их с Максимом сын и обнаружила что она была приоткрыта, а лицо мальчишки изрядно подмочили беззвучные слёзы. — Сынок… Девушка шагнула к мальчишке, но тот с громким хлопком закрыл дверь и заплакал так неистово, что у каждого присутствующего заныло сердце, чувствуя эту боль утраты. — Вам нужно будет найти Алексея. Рита не потянет быть Библиотекарем. А Вовка… Слишком мал ещё. — Вовка… Он? — Да. Это сын Максима Даниловича. Кручина стушевался, с недоумением посмотрев на Сашку, а после на Луциса, словно надеясь на опровержение. — Да, это правда, — с неким самодовольством кивнул Луцис, ему явно нравилось то, что он был один из посвященных в эту тайну. — Максим Данилович узнал? — Получается, за несколько минут до гибели. Луцис приглушенно вскрикнул, будто подстреленный зверь, которого охотники загнали в угол. — Теперь понятно почему на квартире такой бардак: Максим Данилович неистово сопротивлялся, ведь ему было за кого сражаться. Увы, их было человек пять. Слишком много следов. Если бы мы там были… — Но вас там не было! Единственное условие: защищать Библиотекаря. И с тем справиться не смогли. — Перебив Сухарева, яростно проговорила Скокова. Она ударила кулаком в зеркало, которое тут же треснуло, и прошла на кухню. Мужчины виновато переглянулись: а ведь она была права, вина за гибель их Библиотекаря была на каждом из них.