Когда облако закрыло луну…

Старая Найда жила совсем одна. В этом не было ничего удивительного, обитатели Волоховщины хоть и были мирным кланом, но жить предпочитали раздельно. Слишком уж разными они были. Травоядным гусям, овцам и козам приходилось делить территорию с хищными собаками, кошками и хорьками. Но никто никого не ел. Все желающие поохотиться и покормить свое семейство мясом ходили за добычей в ближайший подлесок. В лес, дальше Белого озера никто не совался, уж больно страшны были волки и медведь. А за убийство в деревне Гелю строго карала. Один Клокодар презирал эти законы. Он ходил на охоту в лес и даже ловил добычу на территории Асмодея и Ясноглазы, чего не мог себе позволить ни один пёс. Волки всегда нападали на нарушителей, симпатизируя лишь своему приемному сыну. А если не везло в лесу, то Клокодар начинал ловить крыс и воробьев прямо в деревне. Его за это и ругали, и наказывали, но он лишь огрызался и отвечал, что по закону леса на непомеченной территории можно охотиться кому угодно и как угодно. Крысы и воробьи избегали Клокодара, постоянно жалуясь Гелю. Это приводило к скандалам. И вот теперь назревал очередной конфликт. Убили осленка Миджика. Проклятый Клокодар вновь поддержал волков. «Что ж, пускай кричит! Наступит голодный год и волки его сожрут. Они ведь не зря его так окружают вниманием. Или этот глупый пёс попадется Горгостеду и останется с переломанными костями! Хороший будет урок!» Так думала Найда, лежа в норе. Человеческое жилище сверху давно прогнило и понемногу портилось, поэтому Найда вырыла под ним большую нору. Так жить можно — и тепло, и никаких тебе незваных гостей. У входа в нору заскреблась Найденка. Найда легко опознавала внучку по топоту маленьких лапок. Собака тяжело подняла свою массивную и широкую голову, посмотрела внимательными, но уже полуслепыми глазами на егозу-велесицу. — Бабушка, — окликнула её Найдёнка. — Можно я с дядей Клокодаром в лес пойду? Найду даже передернуло. Вот так и работают волчьи гены. День дома сидит, два сидит и вот на третий день в лес потащилась. Да ещё с кем? С паскудным Клокодаром! С кем, с кем? С Кло-ко-да-ром!!! — Ишь чего удумала! — Найда рыкнула так, что в соседнем доме проснулись и закудахтали куры. — Может сразу с Асмодеем побеседуешь, да в гости к Горгостеду сбегаешь? Найденка забеспокоилась: — Тише, бабушка. Тетя Гелю говорит, что у нас про Асмодея кричать не принято. Но бабушку уже понесло. — Клокодар этот знаешь куда тебя заведет? В самую чащу! Думаешь, он из добрых чувств с тобой беседует? Он из тебя волка сделать хочет. Да ты в этом лесу таких страхов насмотришься, что сама домой прибежишь! Там и шакалы, и гадюки, и филин… — Ой, не надо про филина! — зажмурилась Найденка. Страшную птицу филина боялись все детёныши в деревне. Старый гусь Куплин вечерами любил рассказывать о том, как на него однажды напала эта огромная сова. По словам Куплина, однажды ему вздумалось прогуляться до Белого озера в сумерках. Филин бесшумно налетел на него сзади и попытался пробить череп когтями, но деревенский житель вовремя повернулся. Завязалась драка и филин оставил гусю огромный шрам на шее. Впрочем, Куплин тоже в долгу не остался и выщипал хищнику все перья на груди. Найденка ни за что на свете не хотела бы столкнуться с филином, поэтому тут же перестала спорить с бабушкой. — Так бы сразу! — довольно фыркнула Найда и отвернулась к земляной стенке своего логова. — Ложись спать. Найденка замолчала и уже через несколько минут Найда громко засопела. У маленькой собачки слипались веки, но она старалась не заснуть и смотрела наверх. Уже наступила ночь и успела взойти луна. «Вот сейчас облако закроет луну и я убегу! — думала Найденка. — Будет темно, меня не заметят, не хватятся сразу. Ах, только бы не филин…» *** — Огромная рана? — Верно. — Быстрый и мощный убийца? — Так и есть. — Не волк. — Не волк. Клокодар и Темноброд лежали на лугу и уже третий раз приходили к одному и тому же решению. — Волки так не делают, — покачал головой бык. — Это и правда кто-то чужой. Не было таких убийств уже очень давно. А Гелю? — Я не могу до неё достучаться, но может быть с этим справишься ты? — Клокодар посмотрел на Темноброда с такой надеждой, что тот даже засмущался. — Будет сложно, но я попробую. Надо будет поговорить с Кэйей. — Это мысль, — кивнул пёс. — Гелю её обо всем всегда спрашивает. Попробуем подбить ворону на то, чтобы она донесла до нашей предводительницы здравые мысли. Затем оба зверя замолчали. Каждый наслаждался лугом и наступившей темной ночью. Вдалеке кричала птица коростель, квакали лягушки. Над головою Клокодара пролетела летучая мышь. Сам не отдавая себе отчета, пес прижался боком к быку. — Мне с тобой так хорошо, Темноброд. Рад знать, что ты на страже деревни и всего нашего острова. — Но убийцу я упустил, — тут же встрял Темноброд. — То ли он по воде пришел, то ли… — … выглядел и пах, как свои, — закончил Клокодар. — А может быть и был кем-то из своих… — Нет, не согласен. Ты взгляни на наших — какие они убийцы? Кто там осленка-то так рассек? Теодор? Балда? Анисья? Да даже моя Рыжка, хоть и вышла ростом, а все равно мухи не обидит. Ну куда нашим-то? Рыжку Клокодар знал хорошо. Добрая и милая корова. На убийцу ослят не тянет никак. И вдруг разговор пошёл совсем о других делах: — Вы… с Рыжкой-то… того? — Чего «того»? — Темноброд приподнялся с земли. — Ну, понимаешь… Как тебе объяснить? Сейчас весна уже прошла, но все ещё поют песни любви и… — А, так ты об этом. Ну да. Будут в деревне новые телята. — Вот это приятно слышать. — Ну а вы с Гелю? — Темноброд решил развить тему. — Где же обещанные щенки? — Не до этого сейчас… — Врёшь! Я видел вас в начале весны на кривой тропе. Туда все ходят именно с этой целью, не дури меня! Кривая тропа действительно славилась тем, что на ней встречались и занимались своими важными делами деревенские парочки. Один баран, с раннего детства обожающий внимание овец, так и вообще там жил. Но сейчас Темноброд ошибся и Клокодар погрустнел. — Нас там не было. Пытался я Гелю туда сманить, но не вышло. Посидели вместе, да и ушли. А вот после нас туда все стадом и побежали. — После нас… — задумался Темноброд. — Вот чего я думаю, Клокодар. Мы свое уже отжили, хоть и молодые совсем. Все самое интересное, красивое и загадочное не нам достанется, все это будет после нас. — После нас… — эхом повторил Клокодар, но тут же зарычал. — Не согласен! Мы ещё погуляем, Темноброд. Мы ещё поохотимся в этом сезоне. — Я не охочусь, — вежливо напомнил ему Темноброд. Но Клокодара уже не было рядом. Он скрылся в высокой траве. А тем временем большое облако закрыло луну… Пёс обнаружил Найденку на месте встречи. Собачка нетерпеливо крутилась вокруг себя и явно была рада появлению Клокодара. — Идем? — на всякий случай спросил пёс — Идем, — последовал ответ. И звери двинулись в сторону кромки леса. *** — Я не понимаю… — грустно шептала Гелю. — Я просто не понимаю. У него все есть: дом, семья, любовь. А его в лес тянет. — Тут все просто, — ответила ей задремавшая Кэйа. — Дом его, как был в лесу, так там и остался. Семья его тоже в лесу. А от такой любви кто угодно в лес сбежит. Сама же орешь, что к себе его не подпустишь! Она едва успела отскочить в сторону, зубы Гелю клацнули прямо возле её крыла. Человек бы не смог так увернуться, но ворона среагировала моментально. — В другой раз, — спокойно сказала Гелю подруге, — твоя туша украсит наш забор. Я не прощаю таких слов о нашей любви с Клокодаром — Ты сильна клыками, но со мной духи, — так же спокойно ответила Кэйа. — Я не боюсь тебя, как бы ты мне не угрожала, Чёрная Дьяволица. Самки смотрели друг другу в глаза, готовы были вступить в бой, но никто не решался сделать первый шаг. Наконец Гелю зевнула и отвернулась к стенке. — Ложись спать, Кэйа. Утро вечера мудренее. Одна из прелестей дружбы Гелю и Кэйи заключалась в том, что они всегда спали вместе. Так произошло и сейчас — ворона взгромоздилась на собаку и сомкнула глаза. Обе самки тут же провалились в глубокий сон. А когда облако закрыло луну, то из норки под гнилой доской вылез маленький взъерошенный крысенок по имени Вихорок. — Гелю беспокоится, — шепнул он и побежал к соседнему дому, желая поделиться новостью с соседскими крысами. Но пока он бежал по тропинке, проложенной другими грызунами, его заприметил соловей, поющий на ветке куста. — Гелю беспокоится? — свистнул соловей. — Гелю беспокоится, — ответил Вихорок и побежал дальше. Тут же из темного угла выползла мышь. — Гелю беспокоится? — спросила она. — Гелю беспокоится, — кивнул соловей — Гелю беспокоится! — закричал Вихорок. — Гелю беспокоится? — зашевелились крысы в норах. И уже совсем скоро вся Волоховщина тихо перешептывалась: — Гелю беспокоится… Гелю беспокоится… Гелю… Гелю… *** Когда облако закрыло луну, на дорогу выбежал Балда. Он осторожно оглянулся, убедился, что за ним не следят и побежал в сторону леса. У самых деревьев пёс различил запах Клокодара. Опять убёг к своим волкам, зараза. Ну и ладно. Пусть Клокодар дальше ходит к волкам, а у Балды свои дела. У Балды свои дела…