Часть 1: «Вечер в клубе»

      В этом учебном году у студентов педагогического колледжа будет целый семестр практики в школе, поэтому сейчас всех учащихся должны будут в течении недели распределить в учебные организации Сеула, и если кто-то дошёл до того, что его вообще рассматривают на хоть какое-то распределение, это значит — нужно отметить.       Сейчас девушка на скорую руку заплетала в низкий пучок свои темные волосы по лопатки, чтобы они не мешали, пока она спускается по лестнице выходя из дома, и садится в такси, дабы добраться до назначенного места вовремя. Но она вообще-то уже опаздывает. Минут на двадцать.       Её друзья решили отметить первую практику в учебном году, и Соми даже не удивилась, когда они назначили место буквально в тот же день, когда ректор сказал, что у них есть вероятность попасть в начало списка, — то есть получить немного привилегий в процессе практики.       Это не было удивительно: она, как и её друзья, были теми самыми активистами университета, ведь дополнительные баллы нужны как никогда. Эта практика могла помочь закрыть какие-то возможные пропуски или не очень хорошие оценки по предметам по типу японского, с которым у Соми было всё совсем плохо, что могло повлиять на стипендию.       Ректор любил таких студентов, ведь на них всегда можно перекинуть какую-то заботу на счёт сайта университета или рисования стенгазеты, организации конкурсов для первокурсников и прочую дребедень, которую можно свалить на бедных студентов, маскируя это «внеплановой практикой», что даёт дополнительные баллы для стипендии.       Все знают, что абсолютно все студенты зависят от стипендии.       Но практика преподавания в школе была обязательной, и тут уже как повезёт. Будешь ты работать в хорошей школе, что находится недалеко от универа, возьмёшь на себя какой-нибудь из младших классов и урок музыки, или же облажаешься прямо перед распределением и тебе придётся ездить в другой конец Сеула ради практики у каких-то отмороженных школьников, так ещё и будешь сидеть у них до вечера, а в напарники тебе дадут первокурсника, что вообще не знает, как себя вести в школе с детьми, и в итоге эту практику ты просто-напросто про-е-бёшь. И тут вообще никакой выгоды, да ещё и время, нервы потрачены зря.       Просто кошмар какой-то. Тут можно только радоваться тому, что за три года обучения вы уже смогли зарекомендовать себя перед ректором. Хоть это и стоило огромных усилий, сейчас это выручает как никогда прежде.       По пути в машине водитель, что являлся милым мужчиной средних лет, любезничает и спрашивает у девушки, как прошёл её день, и та благодарит его за беспокойство, стараясь в это время ответить на все ранее пришедшие сообщения от старосты их группы. Этот парень успел завалить её кучей всяких ссылок на списки школ, в которые могут попасть студенты на практику, и, по старой дружбе, разрешил отправить их её друзьям, ведь на самом деле студенты не должны видеть что-то подобное до оглашения официальных списков.       К счастью, она успевает все сделать до того, как водитель привозит её к клубу, ведь сидеть там за столом и тупо пялится всё время в телефон — такая себе перспектива. Студентка даже успевает подкраситься и привести свои волосы в порядок, распустив и расчесав совсем слегка завитые локоны, с которыми она боролась в третий раз в своей жизни, пытаясь хоть немного завить.       И если в первый раз у неё они продержались около трёх часов, и ей вполне хватило этого, ведь когда они начали опускаться, снова принимая форму обычных прямых волос, все её на тот момент уже бывшие одноклассники были пьяны в стельку. Впрочем, как и она, ведь выпускной — это очень важный праздник, где точно надо напиться. По крайней мере, они так считали тогда.       В следующий раз она завивала их на первое адекватное и взрослое свидание, но от идеальных закрученных локонов, с которыми она мучилась часа два, чуть не опоздав на встречу, ничего не осталось. И всё после того, как она и парень, с которым она ходила тогда в ресторан, попали под дождь, когда ждали такси к нему домой.       Если честно, она до сих пор не знает на что надеялась, когда покупала дорогущую плойку, и тем более на что надеется, когда берёт её в руки и теряет больше часа времени на то, чтобы придать волосам хоть какой-то необычный вид, ведь её прямые от природы волосы, уже надоели в край.       — Удачного вечера! — по окончанию поездки желает мужчина, и, благодарно улыбнувшись, девушка кивает ему и выходит из машины, направляясь к зданию, где её уже ждут друзья.       Этот клуб был чём-то новым для их компании, ведь обычно ребята тусовались в более знакомых и привычных местах, но один из её друзей сказал, что администратор в этом месте — его знакомый из университета и может сделать им небольшую скидку для бронирования столика. Конечно, все сразу согласились.       Брюнетка по пути немного поправляет лёгкий сарафан мятного цвета, что покупала вместе со своей подругой в прошлом месяце, так ни разу его не надев, ведь он был достаточно открытым. Открытые плечи и ключицы, лёгкий корсет, что подчеркивал тонкую талию, и сарафан чуть длиннее середины бедра. Платье было лёгким нежным и даже каким-то воздушным, но, если смотреть другим взглядом, в нём можно было заметить, как тело девушки казалось в разы сексуальнее.       На входе охрана без проблем пускает её, когда Чон показывает удостоверение и проходит внутрь. Свет малиновых софитов привлекает внимание не меньше, чем достаточно большая толпа танцующей молодежи, шикарный бар, до которого ей сегодня вряд ли удастся добраться, и ещё кучи разных бегающих подростков, которые, видимо, как-то нелегально сюда прорвались.       Поэтому она спешит, чтобы найти своих друзей. И долго искать не приходится, ведь самый шумный столик нельзя было не заметить даже при громкой музыке, что доносилась из колонок.       — Чон Соми! — позвали её ребята, каждый по очереди выкрикивая имя девушки, и, улыбнувшись, та сразу подходит к друзьям.       — Простите, ребят. Опоздала, — извиняется она, садясь за стол рядом с лучшей подругой, и та сразу обнимает брюнетку, как только Чон приземлилась на чёрный диванчик. — Айрин, солнце, ты меня придушить решила за это? — посмеивается Соми немного прокашлявшись, чтобы показать, что дышать ей нечем, и Айрин отпускает подругу, смотря на неё затуманенным от алкоголя взглядом.       — Соми-и… Ты у мвеня самвая-я лучсая подругда, — бубнит Ли, упав на плечо девушки, и Чон еле смогла разобрать, что сказала подруга, поэтому смотрит на более-менее адекватных парней, что вроде должны были хоть немного присмотреть за ней. Неужели ей просто дали набухаться? Соми вроде опоздала всего на полчаса из-за того, что возилась с плойкой.       — Тебя не было слишком долго, а она уже успела наклюкаться, — устало отвечает парень, что сидел рядом, и отпивает из бутылки пива. — Не смотри на меня так! — выставляя руки перед собой выпаливает Хан, когда Чон нахмурилась. Такой её взгляд был поистине страшен, и мы промолчим о том, что вообще-то тут было слишком темно, чтобы он смог так быстро различить её эмоции.       — Джи, ты же её знаешь: за этой бешеной нужен глаз да глаз, — со вздохом отвечает второй и передаёт Соми стакан с выпивкой, который, видимо, изначально был приготовлен для неё. — На, выпей, расслабишься.       Да уж, расслабиться ей сейчас просто необходимо, ведь весь последний месяц Чон пахала день и ночь, лишь бы не потерять авторитет в глазах старосты и получить этот жалкий список тех, кто точно будет проходить практику и в каких местах.       — Спасибо, Сынмин, — Соми принимает стаканчик со своим любимым напитком, что обычно делался просто: стоит только подговорить бармена добавить в тоник кусочки замороженной черники и немного мяты со льдом и иногда можно было капнуть немного сиропа.       Ким улыбается одними уголками губ, когда наконец понимает, что Чон здесь. Нет, это не значит, что он только её заметил, просто…       Он весь месяц видел, как она устаёт, и, на удивление, именно Сынмин был тем, кто позвал всех вместе отметить будущую практику, которая должна была начаться через два дня. Обычно он соглашается на всякие тусовки самым последним, хоть и является экстравертом в их компании, если не считать младшую Ли, что сейчас, кажется, уснёт на плече Соми, однако не в это раз.       Он считает, что должен быть самым лучшим другом для Соми, и даже если она не говорит, что устала, он то всё видит, поэтому считает своим долгом устраивать такие посиделки, а тут и какой-никакой повод подвернулся.       Ким давно заметил, что если Чон что-то хочет — получает; она делает для этого всё возможное, и это означает, что в большинстве случаев она банально выгорает, ведь не может контролировать себя и уходит в это дело с головой, и Сынмин как лучший друг с детства работает как предохранитель для Соми, что спасает подругу из такого состояния. И на самом деле это происходит не часто, ведь обычно она уходит с головой только в учёбу, а вот сдерживать некоторые её эмоциональные порывы приходится часто, особенно когда Соми напивается.       — А где Юри и Ликси? — не заметив друзей с самого начала, спрашиает Чон.       — Эти неугомонные убежали танцевать, — указав на танцпол, фыркает Ким. — Придут, будут снова жаловаться, что им затоптали все ноги и они больше никогда туда не полезут, — ворчит он, из-за чего Джисон смётся, соглашаясь, а Соми, прыснув, кивает ему.       — Да-да, конечно, эти двое пиздят как дышат… — бубнил Хан и, увидев, что стакан подруги уже пуст, снова наполняет его, только в это раз соджу от которого её уносит на раз два, к огромному сожалению.       Так идёт третий стакан.       Четвёртый.       Пятый.       Вторая бутылка.       И третья была уже на подходе.       В голове всё перемешивается в тот момент, когда Соми уже не может связать и двух слов. Впрочем, как и её подруга, что уже спала, умостившись головой на столе, а её волосы, до этого собранные в аккуратный пучок на затылке, сейчас растрепались и чудом не попали в еду, лежавшую рядом с головой девушки.       — Я танцевать! — громко и уверенно заявляет Соми в какой-то момент, когда прошлые танцовщики ещё час назад выдохлись и сейчас сидят за столом, отдыхая, поедая заказанные таккояки и курочку в остром соусе. Ликс слегка поперхнулся пока жевал из-за резкого заявления, что напугало его, а Лим Юри, что до этого болтала с Сынмином, лишилась его внимания сразу, как только Чон встала.       — Со, может, хватит на сегодня? — попытается вразумить девушку Ким, что выпил меньше всех, но Чон игнорирует его и уверенной походкой направляется танцевать. — Со…       — Кажется, её конкретно понесло… — хмыкает Лим, наблюдая за тем, как Чон на удивление ровной походкой направилась на танцпол.       Девушка легко влилась в толпу, особенно когда заиграла приятная, но не слишком медленная мелодия. Чон отдаётся танцу на полную — не зря же ходила всё детство на самые разные виды танцев. Это очень помогает ей в обычной жизни, хоть изначально она и была против такой затеи от родителей.       Будь то какой-нибудь конкурс талантов в школе или банальная быстрая реакция, которую она выработала, ей много где пригодилось умение танцевать. К тому, гибкость и пластичность совсем не были лишними в жизни, да и к тому же с Феликсом и Сынмином она познакомилась как раз благодаря танцам.       Она врезалась в Кима, когда тот пошел к залу, чтобы подождать друга, у которого были занятия в соседней от Соми комнате.       По всем канонам судьбы, они ещё много раз виделись в студии, а позже оказалось, что учатся в одной средней школе. Спустя пару месяцев Феликс и Соми попали в один класс к Сынмину, а позже Ли познакомил Чон со своей двоюродной сестрой, что, на самом деле, будто была его двойняшкой из-за того, что они одногодки.       В старшей школе к ним перевелась и Лим Юри, которая по началу вообще не сразу зарекомендовала себя как хорошая подруга и казалась той ещё сукой, особенно с высветленными длинными блондинистым волосами и этой яркой помадой, за которую её отчитывала учительница географии. А Джисон вообще-то ещё с младшей школы, кажется, был с Соми в одном классе, и в какой-то момент они просто сблизились.       Забывшись в танце, девушка не видит никого перед собой; она лишь слышит мелодию, что доносилась до неё и напрочь оглушала. Брюнетка идёт за ней и наслаждается нахождением на танцполе, растворяясь в этом чувстве. Кажется, проходит целая вечность, и после того, как закончилась очередная песня, Соми решает проветриться и дойти до туалета, чтобы немного умыться.       Кажется, после таких танцев она немного протрезвела, поэтому, выходя из женской комнаты, решает пойти к столику, где сидят ребята, чтобы продолжить веселье, но кто-то преграждает ей дорогу. Кто-то очень симпатичный. Видимо, Соми снова пьяна, подождите.       — Извините, я видел вас на танцполе, — произносит молодой человек, заинтересовав Соми и она бегло осмотрела его.       Белая шелковая рубашка, где две верхние пуговицы были расстегнуты, черные брюки, немного кудрявая темная челка и глубокие карие глаза. Он точно заинтересовал Чон.       — Скажу честно, я под большим впечатлением от ваших движений, — хвалит он танцевальные возможности девушки, пока та любезно улыбается ему. — Не хотите выпить чего-нибудь в баре? Я угощаю.       И судя по всему, Соми его заинтересовала не меньше.       — Конечно, — сразу соглашается та, чем немного удивляет незнакомца, однако парень берёт себя в руки и проводит девушку к бару, где уже сидит пара человек.       Сев за барную стойку и заказав коктейль для Соми, и виски со льдом для себя, они начинают непринуждённый разговор, который слишком часто оказывался на грани флирта.       — Вы тут с кем-то или?.. — не успев закончить, парень поднимает брови, как бы намекая, что не похоже, что девушка пришла одна.       — С друзьями, — отвечает Соми, улыбнувшись, и указывает на толпу, за которой находился забронированный Феликсом столик. — Они там, за столом.       Проследив внимательным взглядом за ее рукой, что указывала в определенном направлении, он усмехается и снова посвящает всё своё внимание девушке перед собой, на самом деле совсем немного смущая её этим.       — Почему же вы тогда танцевали одна? — интересуется вдруг брюнет. — Разве не было одиноко?       Он заметил её, как только Соми оказалась в толпе. И парень не соврал, когда сказал, что её движения были восхитительными, ведь, заворожённый этим зрелищем, он просто не мог оторвать взгляд от плавных движений бедрами и от того, как подол мятного платья крутился и следовал сразу за движением хозяйки. А её волосы… Те вьющиеся локоны, над которыми она так старалась, немного выпрямились, но даже так в его глазах выглядело это слишком аккуратно, как невероятное и завораживающее зрелище.       — Я показалась вам одинокой? — вопросительно смотрит на него и тихо посмеивается, когда собеседник замялся от неожиданного вопроса на вопрос. — Мне нравится танцевать одной, — начинает девушка, заинтересовав парня напротив. Она осматривает толпу быстрым взглядом, а потом внимательно смотрит на брюнета или, возможно, на его ключицы, что были видны из-за отсутствия двух верхних пуговиц. — Но я была бы не против, если бы ты присоединился, — улыбается она слишком невинно, как для той, которая уже минут пять думает о том, что хочет сейчас расстегнуть эти его чёртовы пуговички на слишком привлекательной рубашке.       Парень усмехается и встаёт со стула, чтобы предложить девушке свою руку, и Чон охотно принимает её, как и помощь в том, чтобы спустится со своего стула.       Он притягивает девушку к себе, одной рукой держа за талию, а второй так же сцепляя их ладошки вместе. У Соми дыхание перехвает от внезапной близости, и взгляд не может оторваться от этих хитрых глаз, но когда тот заговорил, единственное, на что обращет внимание девушка, — его обворожительные губы, что будто в замедленной съёмке двигаются, заставляя её нервно сглатывать и лишь догадываться насколько мягкими и приятными они могут быть.       — У меня дома есть собственная студия для танцев… — проговаривает брюнет, улыбаясь одним уголком губ, и Соми понимает намёк сразу. — Не хочешь потанцевать там? Не очень люблю большое скопление людей, — прищурившись фыркает он, показывая, что совсем не хочет идти на танцпол.       — Тогда странно, что мы встретились в клубе, где всегда большое скопление людей, — хмыкает она, раззадорив парня, который ждал ответа от неё.       — Так ты согласна? — и Соми кивает, заставляя его улыбнуться.       — Мне только нужно захватить свою сумочку.

* * *

      — Эй, Ким Сынмин! — раздражённо вскликивает Юри, когда парень снова забирает у неё очередную рюмку текилы. Он просто не хочет повторения прошлого раза, когда он взялся отвезти её и Соми домой, и Юри вырвало по дороге к машине, а Соми заплакала из-за того, что больно ударилась коленкой, когда споткнулась о сидящую на траве Юри, после того как её второй раз вырвало только уже по приезду домой. — Дай нам повеселиться. Не будь такой букой, — ткнув ему в щёку, она смеётся и тянется за бутылочкой с виски, но её перехватил уже Ликс, который совсем немного протрезвел, чтобы мыслить здраво, а не собираться лезть на стол, чтобы потанцевать, как было с ним минут десять назад.       — Юри, нам уже хватит. Я не выдержу второго круга твоих танцев, — встаёт на защиту друга Феликс, и девушка обижено закатывает глаза, не став слушать нотации Ли. — Джи, слушай, я поеду и отвезу Юри с Айрин по домам, — вставая с места говорит Ли, и обращается к другу, что тоже был более-менее адекватен, но уходить ещё вроде не собирался. — Поможешь донести сестру до машины? С Юри я сам разберусь.       — Конечно, — кивает Хан и берёт вещи младшей Ли и передал их Ликсу. — Мин, я вернусь, закажи пока ещё пива, — хлопая друга по плечу, он встаёт из-за стола и принимается поднимать младшую Ли, которая совсем не поддавалась.       — Отвали от меня, идиот, — несвязно орёт она, но в итоге сразу вырубается, оказавшись на руках Хана.       — Сынми-ни, ты останешься с Соми? — когда Джисон с Айрин с божьей помощью уходят на улицу, спрашивает Юри, повиснув на его плече, пока тот помогает ей удержаться на месте и не свалиться на пол, в то время как Ли ищет сумку девушки. Ким кивает подруге, стараясь найти Чон взглядом, ведь её уже давно не было видно. — Как всегда… — разочарованно произносит она, отстранившись от парня, ведь её это задело. — Когда-нибудь ты поймёшь, что для неё ты всегда будешь только другом, Сынмин, — шепчет девушка, не надеясь на то, что Ким услышит её из-за шума и громкой музыки.       — Что? — переспрашивает он, уже обратив внимание на подругу, но она не успевает ответить, ведь Ликс уже подошёл с её сумкой и кожанкой.       — Ничего, увидимся завтра, — машет она рукой на прощание и уходит в сторону выхода, немного шатаясь.       — Пока, Мин! — кричит Ли другу на прощание, пытаясь догнать подругу, что еле на ногах стояла.       — Пока-пока, — машет он в ответ и решает поискать Чон, а заодно и дойти до бара, чтобы заказать пива Джисону.       После десяти минут поиска и безрезультатной беготни по клубу он возвращается к их столику, где видет Хана, который, кажется, ещё не собирался уезжать.       — Хей, Джи, Соми не видел? — Ким трясёт того за плечо и передаёт кружку пива, Хан обращает на него своё внимание, забирая напиток.       — Соми? Да… — начинает вспоминать он, отпив немного. — Минут пять назад забрала сумку и ушла.       — Как ушла? — не понимает Ким. — Блять, да она же бухая в стельку, куда она могла уйти в таком состоянии?       — Не знаю… Вы немного разминулись, — заволновался Хан, доставая телефон, чтобы позвонить подруге.       — Сколько проблем с вами… — тяжело выдыхает Ким. В его взгляде сейчас можно чётко увидеть беспокойство и раздражение, ведь это на самом деле он не уследил за Соми.       Джисон пишет подруге в KakaoTalk пару сообщений о том, чтобы хотя бы наутро она отписалась о своем состоянии и, желательно, местоположении, и убирает мобильник, усаживая друга на место, перекидывая руку ему через плечо.       — Не кипятись ты, Мин, — расслабленно выдыхаетт Хан, и Ким фыркает. Как тут не кипятится, если он волнуется? — Всё нормально будет, она уже не маленькая девочка.       — Не маленькая, да, но ты сам знаешь, что я не могу по-другому, — бурчит шатен и, взяв стакан с пивом, отпивает чуть ли не половину, чтобы успокоиться, из-за чего от Хана слышится протяжное «о-о-о-о».       — Френдзона — это такая хуета… — заключает Джи и, тяжело выдохнув, снова улыбается, глядя на Кима. — Сочувствую тебе, чувак.       — Я не говорил, что мне нравится Соми. С чего ты взял? — недовольно шипит Ким. Ему не нравится, когда кто-то за него трактует его же чувства. — Она просто лучшая подруга.       — Издеваешься? — разочарованно выпаливает Хан так, будто его это задело. — Да у тебя на лице все написано. — он смотрит на друга так, словно на его лице и вправду было что-то написано, но Сынмин лишь отмахивается, не хотя обсуждать это. — Ладно, если тебя это успокоит… — начинает Хан, заинтересовав Кима. — Соми была достаточно трезвая для того, чтобы ни разу не пошатнувшись найти сумку и уверить меня, что сама закажет такси. Поэтому не волнуйся и завтра заедь за ней, чтобы убедится, что с твоей лучшей подругой все в полном порядке.

* * *

      — Чёрт, — шипит парень, пытаясь открыть дверь ключом, но в итоге сдаётся и набирает пароль, пока Соми заглядывает через его плечо, чтобы посмотреть, что такое произошло. Дверь открывается, как и вид на шикарную и просторную квартиру, но на самом деле Соми сейчас было не до того, чтобы рассматривать её интерьер.       Разворачиваясь на пятках на пятках, она всего секунду смотрит на парня напротив, после чего притягивает его к себе за рубашку и целует. Сначала аккуратно, чувствуя вкус виски на его губах.       Брюнет немного опешивает, но уже спустя пару мгновений принялся отвечать на неожиданно настойчивые поцелуи привлекательной брюнетки, что захватила все его мысли на этот вечер. Он притягивает студентку ближе к себе за талию и, хмыкнув в поцелуй, сжимает её в руке, даже не представляя, как можно быть такой идеальной.       Внутренности скручивает одномоментно, а по коже будто проходились током. Тело Соми просто рвёт на части — она физически не может завестись еще больше, но как-то все равно получается, касаясь пальчиками темных и немного кудрявых волос на макушке парня. Стало даже интересно: у него от природы такие волосы или он завивался, потому что если второе, то Чон очень завидует его укладке. Правда.       Соми не в силах сдерживаться и теперь её губы покрывают влажными поцелуями кожу его шеи, чувствуя бешено скачущий пульс парня, и это безумно заводит.       Он, неожиданно для Соми, подхватывает её на руки, из-за чего она тихо стонет на ухо. Не разрывая поцелуй, хозяин квартиры несёт Чон в неизвестном направлении. По пути брюнет чуть не врезается в дверь из-за того, что слишком занят поцелуем и в квартире полный мрак, и спотыкается о какую-то игрушку вроде шарика. И только тогда, когда парень садиться на кровать, Соми понимает, что они сейчас находятся в спальне.       Свет луны из окна совсем немного освещает пространство, поэтому Соми с трудом может взглянуть на парня.       — Неплохо, — хмыкнула Чон, отрываясь от него и бегло оглядываясь. — Но я думала, что мы приехали смотреть твою студию, — шепчет совсем тихо, заставляя парня перед собой усмехнуться.       — Как-нибудь в следующий раз, — обещает парень, усаживая девушку на своих крепких бедрах, снова впиваясь в её немного пухлые и теперь немного красные от поцелуев губы.       Ему, кажется, нравится, что кожа Соми берется мурашками, пока он выдыхает еле слышно ей на ухо:       — Кровать намного удобнее, котёнок.       Его ладонь, ведомая бешеным желанием, мягко ложится на оголённое бедро Чон, поднимаясь по коже выше, так, чтобы его пальцы проникли под подол платья и, проскользив немного выше, ощутили обильную влагу в чувствительном месте.       Еле сдержав рвущийся из груди стон, когда прохладные тонкие пальцы проходятся по промежности, задевая пульсирующий клитор, Соми только чудом не зажмуривается, отдавая свою душу в руки самому дьяволу. Или этому парню, что только и ухмылялся, наблюдая за её видом и звёздочками в глазах.       Улыбнувшись, она снова позволяла себе глубоко вдохнуть изумительный запах его кожи. Мята и персик… Кажется, весь его дом и пропахся этим запахом, что вскружил Соми голову. Пока она украшает кожу парня мягкими поцелуями, он решает начать снимать с неё такое ненужное сейчас платье, которое что и делало, так это только мешало более откровенным движениям рук.       Соми, безусловно, рада его желанию раздеть её скорее и, желательно, полностью. Чужие и немного прохладные пальцы касаются разгорячённой спины Чон, из-за чего её кожа покрывается мурашками, и она снова выдыхает. Слишком громко и слишком красиво для того, чтобы им обоим не сорвало крышу.       Снова взглянув на рубашку парня, Соми считает нечестным то, что она уже раздета, а он все ещё сидит в этой глупой рубашке. Поэтому взяв на себя ответственность за раздевание парня, она позволяет ему утянуть себя в сладкий поцелуй с привкусом алкоголя. Первая, вторая, третья… и вот все пуговицы были пройдены, а шёлковая белая рубашка улетела куда-то за пределы разума Чон.       Внутри на самом деле взрывается что-то, и горячая лава пульсирующего тока разливается по венам, поднимая температуру тела на несколько градусов.       Трясущиеся ладони Соми стремительно спускаются вниз, находя пряжку кожаного ремня на брюках, и стараются как можно быстрее справиться с этой проблемой сразу после рубашки. Когда парень отстраняется, они оба очень тяжело дышат из-за длительных поцелуев, он опускает затуманенный взгляд на ладони Чон и пытается помочь, но она затыкает его новым поцелуем и парень сдается, выдыхая полу стон, когда Соми случайно задевает его напряжённый орган, наконец расстёгивая ширинку.       Сил больше нет тянуть неотвратимое, ведь Чон сходит с ума окончательно, услышав немного приглушённый стон, и срочно нуждалась в новой порции этого умопомрачительного звука.       Его ладони собственнически ласкают обнаженную кожу, в то же время будучи очень аккуратными и ласковыми, словно касаются не обычной девушки, а драгоценной статуи, произведения искусства, хрупкой вазы, что разобьётся от лёгкого дуновения ветра, и это безумно приятно.       Не прекращая целовать губы, Соми поднимается на ноги, быстро цепляет пальцами кружева нижнего белья, заставляя ненужную деталь проскользить по ногам и упасть на пол.       — Невероятно… — промурлыкала в его губы Соми, медленно насаживаясь на каменный член парня, чтобы с соприкасающихся губ одновременно слетели красивые блаженные стоны, так невероятно и прекрасно сочетающиеся в звучании.       От неожиданных размеров Чон вцепилась пальцами в широкие плечи брюнета, зажмуриваясь и распахивая в восхищении уже пухлые от поцелуев губы, она захлебывается от такого удовольствия, задыхается, шумно и нервно выдыхет, и старается вдохнуть поглубже, но попытки были безуспешны.       — Это больше чем невероятно… — подая спиной на кровать, он позволяет Соми окончательно принять позу наездницы. И вид, открывающийся парню, был, по его мнению, больше чем притягательным, идеальным, слишком сексуальным. — Восхитительная.       Соми не может не согласиться, и её ответом служит протяжный стон, который заполняет всю спальню, когда парень направляет Чон, заставив приподняться немного, чтобы снова проскользить вниз и подавиться воздухом снова, падая в бездну чувств.       Соми так старается поспевать за его поцелуями, очень хорошо пытается дышать ровно, а куда руки деть не знает, и сама дрожит, когда его ладони бродят по полуобнаженной коже мягкими прикосновениями, чередуя их со сдавливающими, когда им особенно трудно совладать с собой и приходится цепляться друг за друга, чтобы не упасть в эту бездну.       Это мучительно-прекрасная и восхитительная комбинация движений, от которой с губ срываются громкие звуки вперемешку с тяжелейшими вздохами и всевозможными стонами. Чон намеренно выгибается дугой сильнее, ведомая руками парня, что держали её за талию, опускаясь до упора немного резче, но лишь себе делает хуже, когда он достаёт туда, где особенно хорошо, до звёздочек в глазах и головокружения.       Соми довольно ухмыляется, когда он чуть громче обычного вздыхает, зажмуриваясь, когда изредка позволяет ей насладиться глубиной его очаровательного голоса, что успел завладеть её внимаем ещё тогда, когда первый раз за вечер заговорил с ней.       Его губы нагло находят её грудь, после чего он принимает один сосок в рот, расстегнув и выкинув за пределы кровати лифчик, продолжая всасываясь, второй рукой делая непозволительно приятные движения, от которых Соми задыхается и от неожиданности не сразу замечает, как он входит в неё до самого упора.       Соми давится воздухом, а он повторяет за ней. Его ладони сжимают бедра Чон, пока с его губ срывается тихий стон. Их тела сегодня точно сошли с ума, стремясь друг к другу.       Девушке сейчас было конкретно плевать на то, что случится после, потому что все это произойдет когда-нибудь потом. А сейчас она просто хочет заставить проникать глубже, выгибаться сильнее и целовать столько пространства на его коже, сколько она сможет.       Он низко стонет, делает Соми комплименты, а она довольно улыбается, еле дыша. Кожа покрывается испариной, было безумно жарко и невероятно душно, хотя это было логично, учитывая жаркую погоду на улице даже ночью.       Сейчас он натягивает Соми на свой член гораздо быстрее, чем раньше, потому что все тело горит, а внизу живота скопилось слишком много жара. Сосуды сгорают от температуры крови, бегущей по ним к периферии в надежде остыть хоть немного.       Он всё продолжает усыпать её шею поцелуями, а Соми жалеет, что не может сейчас растворится в пространстве, лишь бы этот момент не прекращался.       Движения бедрами слишком резкие для того, чтобы они с парнем могли оставаться тихими, слишком ярко, слишком сложно сдержаться, и еще сильнее хочется быть ближе друг к другу.       Ещё пару волнообразных движений бёдрами, и Чон звонко вскрикивает, содрогаясь от переизбытка чувств, сильно зажмуриваясь, распахивая в блаженстве губы и откидывая голову назад, сильнее открывая шею для его мягких губ, тело которого берется судорогой вслед за ней.       После всей этой кардионагрузки Соми буквально сваливается на него без сил, укладывая голову на плечо, и шумно хватает ртом воздух.       Пару минут они так и лежат, просто тяжело дыша. Мысли были затуманенными ещё до того, как они сели в такси, благодаря алкоголю, а такие нагрузки, которые до сих пор отзывались в ногах приятными судорогами, только больше клонят в сон. Поэтому они так и уснули, укрывшись одеялом.                    Только вот проснувшись наутро, Соми была, мягко говоря, удивлена тому, что первое: помнила каждую мелочь вчерашней ночи; а второе: понимала, что она вчера натворила. Поэтому, быстро найдя телефон, звонит тому, кто первый попался ей в контактах.       — Джисон, это пиздец.