Глава 7. Глупость

      Эрвин скрыто усиживался на кожаном алом кресле, укрытый тенью древоподобных растений, в которых его едва ли можно было заметить. Во время выступления на сцене он воспользовался моментом и проскочил на второй этаж, тем временем, пока охрана у лестницы была отвлечена пьяным дебоширом, а основная массовка людей наблюдала за представлением. Это был очень удачный момент, который Смит не посмел упустить. Его цель здесь, на втором этаже. Осталось лишь подобраться к комнате директора. Но он не мог. Потому что повсюду были лишние глаза, а попасться на пустом месте мужчина не хотел.       Он уже обдумывал создать новую потасовку для отвлечения, но план был крайне несерьёзным и сумбурным. Если он это сделает сам, то его самого могут вышвырнуть и все потраченные деньги и шанс на успехи были бы напрасно растрачены, а если Майк — то Эрвин лишится поддержки напарника, если вдруг действительно что-то пойдет не так.       В момент раздумий мужчина заметил ничем не примечательные блуждающие тени в помещении. Стриптизёрши и мужчины-официанты ходили от столиков в приватные комнаты, убирая и принося новые напитки и закуски, обновляя пепельницы и добавляя новые эксклюзивные сигары.       «Как на счёт небольшого обмана?», — приободрился детектив. Мужчина поднялся с кресла и пошёл в сторону одной из обслуживающих девиц.       — Привет. Могу обратиться с некоторой просьбой? — анализируя вид девушки, спросил блондин. Они были одного роста, точнее, та могла смотреть беспрепятственно в глаза посетителя только благодаря высоким стрипам на ногах. Первая поправка, которую Смит внёс в своё первое впечатление о ней, что «девушкой» работницу нельзя было назвать: выглядела она ближе к сорока годам, от того и одежда была более прикрытая, а взгляд был хмурым, выдавая её усталость и недружилюбность, по сравнению с более молодыми начинающими эскортницами. Вторая: от неё сильно пахло алкоголем. Не секрет, что многие представительницы древней профессии пьют на работе, чтобы на ясный разум не забивать голову гнетущими мыслями. Это один из низменных и доступных приёмов забыться в этом мире, сделаться безвольной куклой, которую всё устраивает. Но в случае этой «дамы», количество алкоголя переваливало за норму, её тело шаталось из стороны в сторону, а глаза были стеклянными.       Эрвин на долю секунды замялся, уже мысленно пожалев в выборе своей цели. Если бы вокруг не было так тускло, он без сомнений выбрал другого человека для исполнения смехотворной роли. Но отступать было поздно, потому что женщина с ним заговорила.       — Ну чего? — безо всякого интереса поинтересовалась она. Она не скрывала свою неприязнь к посетителям, а недружелюбная манера совершенно не вписывалась по отношению к её роду деятельности. Складывалось ощущение, будто ей на всех плевать и что всё мужичьё, рассиживающее свои зады в этом клубе, те ещё отбросы, но зато она здесь главная мамочка.       — Я хотел угостить владельца заведения хорошей выпивкой, чисто в знак уважения. Я бывал во многих клубах, но этот определённо самый выигрышный из всех. Можно это устроить? — женщина неодобрительно прищурила глаза на подобные речи. Очень ровная и вежливая. Не типично для посетителей.       — Сейчас никак. Босс — занятой человек. Сегодня ему есть с кем провести время. Так что извини, но ничем не могу помочь, — сухо ответила та и, проигнорировав Смита, уже направилась по своим делам, но мужчина её вновь остановил.       — Ох, вот как. Нехорошо, конечно, вышло. Ничего страшного, если он занят. В таком случае, не могла бы просто передать от меня подарок, и всё. Мне не хочется уходить просто так, — протягивая деньги на покупку, Эрвин обаятельно улыбнулся губами.       — Говорю же, нельзя, — воспротивилась женщина вновь, но вместо ожидаемого разочарования на лице мужчины, он лишь ещё сильней проявил энтузиазм.       — Пожалуйста. Чего тебе стоит, просто занести небольшую бутылку любимого спиртного вашему уважаемому боссу? Простецкая мелочь, но для меня это важно, как уважение мужчины к другому мужчине, понимаешь? — ещё несколько крупных купюр «взятки» беспрепятственно легли в грудной карман облегающего тёмного костюма. От такой наглости женщина оторопела, но возмущаться не спешила, учитывая то, что она была уже не так молода и востребована, как остальные девушки, из-за чего чаевые были весьма скупыми, за счёт которых они в основном выживали. Предположительно, её оставили только потому, что она работала здесь одной из первых, а выбиться в иной свет с «такой» репутация уже не представлялось возможным. Нынешние девушки не видели проблем в дальнейшей смене сферы деятельности, но эта дама была закалена старыми понятиями и нравами своего поколения. От того и молодость её померкла и уже никакие костюмы, макияжи и свет софитов не могли придать блеск и свежесть этому «товару» и тем более, как-то переменить её внутренние самомнение о себе.       — …Глупость какая. Чёрт с тобой, уговорил! Пойдём, у него есть несколько предпочтений, а выберешь уже ты сам, — запихнув торчащие из кармана купюры поглубже, чтобы конкурентки лишний раз не задавали вопросов и ненароком, от зависти, не переманили на свою сторону удачно обнаруженную «денежную жилу», в виде обаятельного, вежливого и весьма щедрого клиента, женщина повела мужчину за собой. «Так. Уже лучше. Осталась лишь маленькая деталь», — воодушевился про себя Смит.       — Благодарю.       В этом плане действительно играла большую роль именно что маленькая деталь. Если встреча напрямую невозможна, то хотя бы можно организовать её издалека.       Они подошли к небольшой ещё одной барной стойке, но уже с весьма внушительными ценами и отменного качества алкоголем, чем на нижнем этаже. Vip балкон был рассчитан на более состоятельных и важных гостей. Женщина быстро протараторила названия спиртных, видать, чтобы поскорее закончить весь этот сомнительный спектакль, на что клиент быстро сориентировался и сделал выбор. «Какое совпадение…этот бутыль у босса никогда не просыхает», — чуть вздёрнула она брови.       Мужчина взял выбранную бутылку в руки и будто с интересом быстро разглядел её со всех сторон, пробуя на ощупь граненые стенки сосуда, которые красиво переливались и придавали цвету содержимого особенно притягательный вид.       — Думаю, то, что нужно, — отдав её в женские руки, Смит довольно улыбнулся глазами.       — Отлично… Тогда я пойду. На словах что-нибудь передать? Или мне молча войти и просто отдать твой подарок? — приняв увесистую бутылку, спросила женщина, прежде чем удалиться.       — А…да, конечно! Скажи что-то вроде: «от посетителя, который не смог познакомиться с вами лично». Думаю, ты лучше скажешь.       Опьяневшая женщина через силу изобразила одобрительную гримасу и глубоко набрала носом воздух, направляясь с «оплаченной» доставкой по нужному адресу. Она редко сталкивалась с подобными просьбами, обычно, это были прошеные встречи для деловой сделки и договорённости, но никак не просьба о встрече с возникшим из ниоткуда фанатом. Действительно, она вдруг поймала себя на мысли, что никогда не видела этого человека в клубе с учётом того, что работала здесь уже много лет, но его внешность не казалась ей чужой. Женщина не стала забивать свою хмельную голову лишними вопросами, это были не её проблемы, так что безо всяких подозрений она выполняла то, за что ей щедро заплатили. Но странное чувство её не покидало до самой двери личного кабинета директора. Она постучала коротким сигналом, после чего услышала приглашение знакомого ей мужского голоса.       — В чём дело? Возникли какие-то проблемы с посетителями? — хриплый и властный голос забасил низким тоном по стенам комнаты. Посередине стоял тяжёлый деревянный стол, за которым вальяжно рассиживал её босс, а в противоположной стороне располагался сегодняшний гость в важном костюме. Женщина уважала, нет, скорее боялась своего начальника, поэтому подчинялась ему безоговорочно. Ей было крайне неуютно в этом кабинете — здесь хранились не самые приятные воспоминания и грязные секреты, которые тщательно хранил и продолжал накапливать этот чёрствый мужчина.       С первого взгляда на комнату ощущалась власть, тревога, спертый запах пыли на скопившихся кипами папках, въевшийся в мебель дым от сигарет и отчётливый спиртной запах, который никогда не выветривался. Эта комната значительно разнилась и совершенно не вписывалась в дизайн клуба. Не смотря на довольно дорогой интерьер, обстановка была гнетущей. Гость и двое крупных, опасных на вид мужчин в чёрном, придавали всей атмосфере кабинета особенную неприветливость. И эта красная кожаная мебель…с годами приобрела потёртости и тёмные пятна, отчего стала неприглядного, грязного багрового цвета. Босс не спешил обновлять интерьер, и казалось, что эта грязь его дополняла.       — Ничего серьёзного. Просто один посетитель очень настаивал на встрече. Я ему сказала, что вы заняты, поэтому он решил в знак признательности, за обустроенный клуб, подарить вам подарок. Говорит, он лучший, в котором когда либо бывал. Мы брали вместе, здесь, так что бутылка чиста. Он спрашивал, какой вы предпочитаете, и выбрал это.       — Дай сюда, — грубой манерой прохрипел мужчина и выхватил из руки работницы бутылку. — Ха, вот же ш странный придурок, ну хотя бы виски отменные, спасибо ему большое, — саркастической манерой усмехнулся тот. — Это всё, надеюсь?       — Да, — коротко ответила женщина, но в глубине души в неё словно камень бросили. Так холоден и жёсток к ней был этот человек в прошлом и сейчас…       — В таком случае — убирайся. Больше никаких подарков и странных типов! Я занят и чтобы никто сюда не заходил, пока я не скажу. И прекращай пить на работе, иначе я тебя вышвырну, поняла? От тебя неимоверно разит, так всех клиентов распугаешь…       — Я поняла, — чуть дрогнув голосом, женщина вышла из кабинета в понуром состоянии. Она ненавидела это место, это чёртов красный цвет и этого человека ненавидела больше всех на свете. Настолько, что желала ему смерти. Её жизнь стала поганой с тех пор, как она по молодости и наивности решила заработать быстрые и большие деньги. Но главная заноза в её жизни был именно этот человек, который не упустил возможность держать при себе бессильного и бесправного раба. Единственная хороша мысль, что сейчас вновь посетила её затуманенную голову, пойти и напиться до беспамятства, безучастно дожидаясь закрытия заведения.       Она ушла. Мужчины продолжили свой разговор, но когда те открыли подаренный бутыль, Смит уже всё слышал. Когда детектив разглядывал бутылку, он незаметно прикрепил миниатюрную подслушивающий жучок на вогнутое дно спиртного. Он был таким маленьким и непримечательным, что даже если бутылку перевернули, увидеть эту маленькую ловушку не представилось бы возможным с первого взгляда. Блондин ушёл в туалетные комнаты — самое тихое и далекое от басов, разговоров и громкой музыки место. Он слушал, очень внимательно. «– Наконец-то что-то нормальное. Даже лучше, чем то дерьмо, которое ты даришь на праздники. Кажется, даже у этих похотливых баранов вкусы гораздо изысканней, чем у такой брюзги, как ты» — наверняка был голос директора. «– Ты до этого момента никогда не жаловался, так что заткнись! Не уходи от разговора» — наконец подал голос отслеживаемый человек. «– Я тебе уже сказал своё слово. Что ты от меня хочешь: укрытия, охраны, может билет на пляжный курорт, пока мы все торчим в одной яме? Ты и сам себе можешь это позволить, чего ко мне припёрся?». «– Ты что, не понимаешь?! Когда он возьмётся за нас, это лишь вопрос времени! Врагов почти истребили, остались только те, кто может что-то из этого поиметь. А эти «кто-то» — мы с тобой! Мы ничего не сделали, так почему влипли по уши?! Ненавижу эту чертову секту…» «– И, тем не менее, ты и я гребём бабки лопатой благодаря этой самой ненавистной секте. Вот такие у нас интересные взаимоотношения. И если бы не он, от нас бы давно избавились с другого фланга. Мы под защитой, пока…» — по ту сторону послышался откупорившаяся крышка и наполняющийся бокал для виски. «– Всё зашло слишком далеко… Ты новости вообще читаешь? Это уже не какая-то пару тройку убийств, а теракт на всю страну! И гражданские тоже с ума посходили, на дворе уже вот-вот митинги начнутся за этого, чёрт его дери, Инквизитора! Что за уроды его придумали?» — гость раздражённо стукнул кулаком по столу. От волны удара забрюзжала бутылка и стеклянные стаканы, отчего в наушнике раздался противный и резкий ультразвук, от которого Эрвин болезненно сморщился и зажмурил на секунды глаза. Сделать тише он не рисковал: весь разговор одновременно записывался на диктофон, а тихая громкость в разы увеличивала шансы упустить любую важную информацию и шёпот. «– Уже ничего не поделаешь. Мы бессильны перед боссом. Наше слово ничего не значит, даже если мы объединимся и устроим переворот дома. Нас убьют прежде, чем мы приблизимся к нему, и даже если всё удастся — его пёс всё пронюхает и по-любому вернётся за нашими головами. Я…тоже знаю, что осталось не так много времени и его киллер придёт уже по наши души. Думаю, он планировал это изначально, оттого и зашёл так далеко. Нашей власти мало. Да что тут говорить?! Её у нас нет! Нас прижмут при любом раскладе. Единственное, что остаётся нам с тобой — это доказать свою верность и только тогда нас помилуют, наверное…» — мужчина опустошил бокал большими и жадными глотками и вновь был не уверен в собственной правоте. «– Верность? Мы и так храним молчание, покрываем, заметам следы, которых не так уж и много, куда ещё дальше? Может, вписаться в рядовых убийц и действовать вместе с тем ублюдком, а?». «– Ха! Ну и шутки. Убийц из нас не получиться, максимум, какие-нибудь мелкие бандиты. И всё же, есть способ, как избежать смерти…». «– Какой?» — отчаянным голосом проговорил другой. «– Отказаться от всего. От бизнеса, наследства, власти, города и, возможно, даже семьи. Отказаться от всех прав. Сделать вид, что мы друг другу никем не являемся, и только тогда о нашем существовании могут забыть».       Эрвина пробрало жаром от этого разговора. Вот оно. Та самая «ниточка», которая приведёт ко всем причастным в убийствах и к главной причине всего балагана в стране. Услышанные детективом тайные переговоры, словно как только что приоткрывшаяся дверь к настоящему расследованию. Точка невозврата.       Детектив сидел с широко распахнутыми глазами и не мог поверить всему происходящему. Его руки дрожали от волнения и осознания масштаба всей заварушки. В разговоре упоминалась некая «секта» — наверняка саркастическое название чего-то большего — на которую, в дальнейшем, Смит уже планировал навести справки. Инквизитор — убийца, который работает на некоего «босса». Дальнейшие планы… Всё это сумбурной кашей варилось в голове полицейского. Эти двое соучастников могли дать несокрушимые и достоверные показания. Это была невероятная удача. Но что-то в словах очевидных преступников было не так. «– Чего?! Ни за что! Я полжизни потратил, чтобы выйти из тени и довольствоваться всем тем, о чём раньше не мог и мечтать, и чтобы так просто от этого отказаться? Ты с ума сошёл?! Да я лучше убью этого Инквизитора, и тогда проблемы исчезнут! Пока он жив, моя жизнь в опасности. Надо найти и прикончить этого упыря! Ты со мной?!» «– Как ты думаешь, каким образом он выбрал такое идеальное оружие, мм? Может быть, потому что этот головорез сильнее, хитрее и даже способнее ваяки? Или потому, что его за столько лет до сих пор не поймали и даже след не разнюхали, и без нашей помощи? Его дрессировали и держали подле себя, а мы ни слухом ни духом, пока зверя не выпустили на охоту. Он крайне смертоносен. Уже были те несчастные, которые так же, как и ты хотели оказать ему радужный приём. И что теперь? Их обугленные останки не различить среди пепла родных домов. А вороны то и делают, что годами кружат над местом пролитой крови, будто предвестники большой эпидемии. На то он Инквизитор — олицетворение смерти и огня. Если ты так поступишь, тогда нас объявят предателями и тогда точно, наша песенка спета. Думаешь, что я сижу тут, закрываю глаза и уши, предпочитая не знать, что твориться за дверью моего кабинета?! Так слушай. Я…нанял парня одного, здорового, двухметрового быка с не дюжинной силой. Смышлёный был, я думал, он справится, всё-таки я нанял профессионального бойца, надеялся, хотя бы что-то узнает. Помимо него было ещё пятеро бывших спецназовцев. Хотел просто немного покапать на босса, простейшая формальность…». «– …И?» — осевшим голосом спросил гость. «– Не вернулись, никаких «и». А через пару дней мне пришло послание от курьера. Посылка… Миленькая подарочная коробочка, а внутри — вырезанная человеческая кожа с татуировкой, высушенная и натянутая на деревянную рамку для фотографий. Я её узнал. Она принадлежало моему засланному агенту. Это всё, что осталось от тех ребят. Срань! Это было первое и последнее предупреждение». «– И что теперь…? Что делать, ждать…конец? Когда нас прикончат?!». «– Да». «– Ты это сейчас серьёзно?».       По ту сторону вновь растянулась тишина. Смит проверил устройство, пытаясь понять, они так надолго затихли, или же действительно что-то произошло с прибором, но всё было в порядке. Пока он замялся, в дверь его кабинки постучались несколько раз. Это был не посетитель. А вышибала. Эрвин сидел здесь подозрительно долго. Да, за этим делом тут тоже строго следили.       — Сэр, вы слишком долго. Освободите место. Вы тут не одни.       — Мне плохо…– подыграв голосом скрюченного от тошноты перепившего неумёхи, мужчина разыграл болезненные позывы и спустил шумную воду с бочка. — …Говорили мне «не пей лишнего», и вот те раз! Пожалуйста, уже желудок наружу выходит…!       — У вас три минуты. Иначе силком вытащим, — после короткого обдумывания отозвался человек с другой стороны и его шаги стали отдаляться в сторону выхода. Быстро надев наушник, Эрвин принялся дослушивать разговор, который не успел полностью захватить за эту пару минут. «–…поэтому, всё нет так безысходно. Я тоже это сделал» — пространной интонацией шепнул гость. «– Чего? А ты куда полез, болван?!» — возмутился директор. «– А чего мне остаётся делать, как не цепляться за жизнь?! Я кое-что нарыл. Не могу с полной уверенностью ничего сказать. Но, думаю, это «ОН»… Едем ко мне. Если честно, даже страшно говорить в этих стенах. Последние дни меня не покидает паранойя. Здесь не подходящее место: у стен есть уши, а за ними десятки людей. Быстрее, у нас мало времени! Завтра уже может не быть! Оставь кого-нибудь заглавного и поехали. Здание никуда не убежит, у тебя полно охраны. Ну же!». «– Что ты натворил?..» «– Тоже, что и ты… Пытался найти лазейку». «– Чёрт! Собирайся быстрее и едем! Если твою находку найдут раньше, чем мы её спрячем, то вместо второго предупреждения начнётся охота! Какой же ты козел, мать твою! Идиот!» — директор с характерным звуком подхватил дареный виски и наушник вновь захрипел с ещё более пронзающим звуком. Мужчина разбил ещё полный бутыль, это последнее, что детектив отчётливо услышал.       «Нужно скорее покинуть клуб первыми и сесть им на хвост! Майк…пора приступать. Нужно подать сигнал». Внутри блондина распалялось волнение, забытое за долгие годы службы. Он много повидал и ещё больше пережил. Все прошлые задания казались теперь какой-то нелепой игрой в песочнице со взрослыми озлобленными детьми, но это…       Была особенная игра, где любой, абсолютно любой промах мог свести детектива в могилу раньше, чем он докопается до правды. Это преисполнило его, как никогда, одухотворённым стимулом выжить любой ценой и достигнуть цели. Смит остерегался лишь одной очень эгоистичной, но назойливой малой мысли, которая мелькала где-то в глубине сознания. Эрвин ставит на это дело всё и вся, поэтому, очень надеялся, где всё, что пройдено и ещё предстоит пройти — будет стоить игры сгоревших свеч.        Детектив быстро ополоснул лицо в раковине. Он немного успокоил тревожащие чувства, и все эмоции вновь поддались расчётливому контролю после освежающей холодной воды. Поправляя очки, мужчина вышел в первый зал. Он остановился возле одиночного подиума с танцующей мулаткой и не отводил от неё взгляда, не озираясь, лишний раз, по сторонам. Глаза не видели перед собой оголённую смуглую деву с блестками по всей коже, не испытывая к ней никакого интереса. Как по привычке, Смит машинально прокрутил часы на запястье. Десять секунд, пятнадцать, двадцать. Никто не подошёл. Сигнал был подан, но напарника всё нет. «Майк?».       Он все же посмотрел в сторону диванчика, где они некогда сидели: сейчас там располагалось несколько человек, но среди них не было товарища. «Я…ошибся?». Мужчину охватило предательское тошнотворное чувство, а через тонированные очки проглядывалось застывшее на глазах потрясение. «Неужели предателем был именно ты…? Что теперь?» — теряясь в соображениях происходящего, тело Смита одолела вялость и нежелание как-то двигаться дальше. Через силу, Эрвин увидел двух спускающихся мужчин по лестнице. «Он их не предупредил? В ином случае, они бы никуда не пошли, если бы знали, что здесь полиция и за ними ведётся слежка. Значит, план всё ещё силе. Но куда ты делся?.. Ладно, не до того сейчас. Не знаю, что произошло, но теперь придётся действовать в одиночку».       Детектив направился прочь из этого треклятого здания. Его уже воротил запах пота, спиртного и сигарет.