Часть 1

      Блондин спускается по лестнице, которая состоит из дорогого бежевого мрамора, а перила сделаны из золота. Попрощавшись с женой, заранее уведомив её, что вечером ему предстоит отойти по делам. Охрана открывает огромные золотые двери дворца, выпуская хозяина. Фараону нужно было выбраться в город. Садясь на белую лошадь вместе со своими подчиннеными, они отправляются в город. Проезжают мимо небольших домов с кирпичными крышами, а копыта стучат о кубовидный асфальт. Жители города, отходя назад, ахают и охают, приветствуя блондина.       Доезжая до второго дворца, который поменьше, Глеб слезает с коня и оставляет его снаружи, привязанным к столбу веревкой.             Его встречает давний и хороший друг Карл, вместе со своими прислугами. Они вместе заходят в подвал, который освещен факелами на каменных стенах. Подходя к камере с чёрными и прочными решетками, они видят мужскую фигуру. Темный силуэт смахивает больше на молодого парня, чем на мужчину.             — Эй, вставай давай! К тебе гости, — слышится в ушах противный голос того мужика, что засадил в эту хренову решетку.             Фигура медленно встает, выходя из глубины камеры на свет, поднимая свою голову, которая ранее была спрятана черными волосами.             «Глаза голубые, чёрные как смоль волосы, чуть ниже ушей. Татуированное крепкое тело, высокий рост и несколько татуировок на лице. Осветленные брови и проколатая губа.» Подмечает про себя Фараон.             — Тебе чего? — с раздражением выплевывает силуэт.             — Обращайся к Фараону на «вы», подонок, — хмурится шатен.             — И не подумаю.             Длинные и тонкие пальцы голубоглазого, что держали черную решетку получили удар металлической палкой, которую держал Карл. Черноволосый шикнул, отходя от решетки, а блондин, оголяя свои клыки, улыбается.             — Какое имя при рождении дала тебе матушка, Майс? — любезно спрашивает Глеб.             — Тебя ебет? — хмуря свои незаметные брови, выплевывает Майс.             — Отставить! — выкрикивает шатен, махая железной палкой, запугивая силуэт за решеткой. Карл заходит в камеру, запирая ее за собой, а после берет голубоглазого за воротник кофты. — Слышь, малявка, ещё подобные выходки и будешь жалеть, что вообще родился на этот свет.             В камере также находился Глеб, наблюдая за своим другом и врагом. Шатен все ещё держит Майса за воротник кофты, пока он рычит с хмурыми бровями. Шатен опускает голубоглазого и ударяет его в плечо так, чтобы он облакотился на каменную стену.             — Карл, — тихо зовет его Голубин, кладя руку на плечо друга. — Не нужно. Я сам, — Фараон подходит ближе к Майсу, смотря ему прямо в глаза. — Так что? Как зовут?             — Серик, — отшучивается Майс, противно ухмыляясь.             Карл дает Майсу пощечину за шутку, тем самым разбивая ему губу. Фараон оголяя клыки смеётся.             — Нормально отвечай! — прикрикивает шатен.             — Серёжа…             Больно держится за щеку, а после слизивыет чуть подсохшую кровь на губе, расстрепанны черные волосы и голубые глаза заполнены гневом. блондин кладет руку на плечо брюнету, заставляя его сесть на табуретку. Сам блондин садится на деревянный стул напротив.             — Мне нужно, чтобы ты убрал кое-кого.             — А мне что за это будет? — ухмыляясь спрашивает голубоглазый.             — Большое спасибо тебе будет, — противно улыбаясь отвечает уже зеленоглазый. — Сделаешь, сучка?             — Сучкой свою тёлку называй, ублюдок, — Майс поднимает голову, прислоняясь макушкой к холодному камню. — Я больше не собираюсь связываться с такими, как ты.             — Это какими?             — С мерзкими лицемерными тварями. Ты неуравновешенный и несправедливый человек, которому нужна только власть и деньги. Тебе плевать на всех и на всё. Ой, извини, тебе плевать на всех, кроме этой швали, которую ты называешь «милая Женя», которая, кстати, сто процентов тебя ненавидит. Я никогда больше не договорюсь с тобой, чертов Глеб Голубин, ты никогда не выполняешь свою часть. Я тебя ненавижу всей душой, и искренне желаю, чтоб ты, и твоя милая Женя, скончались к черт… — договорить не получилось — слышится сильный удар, а Майс чувствует жгучую боль в щеке.             — Я бы уже давно выбил из тебя весь дух, но увы, ты мне нужен, — на лице Глеба уже не виднеется та мерзкая ухмылка, которая была. — За оскорбления моей жены можешь хорошенько получить по своей симпатичной морде. Запомни это.             — Она тебя даже не любит. Сидит вечно в этом дворце, а всё почему? Потому что ты псих, ты просто псих, который не выпускает свою жену за пределы дворца. Для чего ты вообще её держишь?             — Чтобы она не встретила таких, как ты.             — М, — коротко выдает Майс. — Не сидела бы она месяцами в этом дворце, я бы давно её трахал.             Глеб оборачивается в немом гневе, готовый разрушить всё, что движется. А на лице Серёжи — наоборот. Он улыбается, демонстрируя не менее острые клыки Глебу.             — Повтори, что ты сказал, ублюдок!             — Женю твою трахнуть хочу. Услышал?             Голубин держит Майса за воротник, разрываясь от гнева, пытаясь не ударить его по лицу, ведь такими темпами он умрет.             — Не посмеешь.             — А что если посмею? — нарываясь спрашивает Серёжа.             — Ей нет 18.             — Пернатый, меня этим вообще можно не пугать. Будь ей хоть 14, меня не ебет. Захочу и трахну.             — Повешу на петель, — выкидывает Глеб, опуская бедный потрепанный воротник Серёжи. — Убираешь одного человека и будешь свободен.             — А условия жития каковы, господин Голубин?             — Будешь жить рядом со дворцом. Иногда будешь туда заходить. Пища, одежда и всё остальное будут обеспечены.             — Без вопросов.