Две рабыни

Владыка

      — Ну как? Нашёл что-нибудь? — поинтересовалась фея, когда я наконец возвратился из морской пучины.       — Не-а, ничего, кроме загадочных руин, — пока что было решено никому не рассказывать об этой находке. Всё-таки Лин – подданная другого монарха.       — Ага... Именно поэтому ты там три часа провёл? — на личико девушки вылезла её фирменная ехидная ухмылка.       — Просто... Я питаю определённую слабость к различного рода древностям.       — Хм. Даже не знаю, стоит ли мне обижаться или поблагодарить за комплимент?.. — сделала вид, будто задумалась.       — Можешь просто сделать вид, что поверила.       — М-м-м... Нет. Так что нашёл-то? — вновь спросила Лин.       — Извини, не могу сказать, — почему-то именно от неё мне скрывать этого не хотелось, но... ситуация обязывает.       — Ха-а-а... — вздохнула девушка. — Ладно. Не буду давить. Похоже, для такой секретности есть серьёзная причина.       — Более чем, — подтвердил я.       — Что ж, раз здесь не вышло... — на её лицо вылезла на сей раз кровожадная улыбочка. — Пойдём за тем некромантом.       — Идём, — легко согласился на предложение. Всё равно хотел вернуть уже по праву свой артефакт.       С помощью Врат мы вновь появились возле крепости Кавагоя... Которая уже была захвачена войсками Такеды. Поиск по карте смартфона не нашёл Токугаву Иэясу, поведавшего нам о местонахождении руин. Пусть и не по своей воле. Однако найти его удалось по запросу «тело Токугавы Иэясу».       — Боюсь, тот лорд уже не жилец, — сообщил фее последние новости.       — Ну... Жаль, конечно, этого добряка.       — Да неужели? — сделал вид, будто удивился.       — Нет, мне плевать. Где тот призыватель?       — Сейчас поищем... — пробормотал про себя, забивая в телефон предполагаемого главнокомандующего этими войсками. — Хм, странно.       — Что, он утонул?       — Нет. Наверное. Просто их лорда нет на карте. Либо что-то мешает Поиску, либо...       — ... Он умер, — закончила фея за меня.       — Кто знает... Эй, Лин, а ты вроде говорила, что видишь след магии Смерти?       — Да, вижу. Хотя он довольно слабый.       — Можешь по нему указать конкретное направление? — раз карта не пашет, найдём иной способ.       — М-м-м, да, вполне. Полетели, — утвердила девушка, запрыгнув мне на спину.       Возражать против я не стал и, наложив нужные заклинания, взлетел вверх вместе с пассажиром, сомкнувшим свои гладкие руки на моей груди.       Смеркалось. Ночь постепенно вступала в свои права, хотя небо и немногие облака на небе всё ещё были окрашены в ало-розовые оттенки. Прекрасная погодка, чтобы кого-нибудь убить! Да и мне мозг разгрузить не помешает.       Прилетев на мне и приземлившись на ближайшем холме, мы стали осматривать открывшийся пред нами вид на ещё одно фортификационное сооружение азиатского типа. Думаю, рыцари Белфаста захватили бы эту крепость без особых проблем. Видимо, это лишь временный форт. Ну и да, почти все постройки опять из дерева. Эх, тут уж сам боженька велел магией Огня пройтись, хе-хе.       — Слушай, Ксения, наколдуй над всеми постройками и стенами ближайшей крепости... 500 заклинаний Огненного шара, — даю команду своей голосовой помощнице в телефоне.       — Выполняю.       — Запускай!       Только последние звуки слетели с моих уст, как огненный Ад сошёл на обитателей форта в азиатском стиле. Деревянные постройки и многие самураи вспыхнули, словно их облили бензином и поднесли зажжённую спичку. Примечательно, что здешние войска были именно живыми, хотя призыватель мертвецов, несомненно, находился именно здесь.       Люди, которым в момент атаки повезло находиться в укрытии, стали выбегать наружу. Большинство, ещё не осознавая до конца масштаб ситуации, предприняло отчаянные попытки потушить внезапный пожар. Люди стали лихорадочно таскать воду из колодца. Спустя десяток минут все уже осознали тщетность своих действий. Люди думали теперь лишь о том, как бы поскорее выбраться из этого ужаса. А кто-то и вовсе от высокой температуры, угарного газа и недостатка кислорода начал падать в обморок.       Среди паникующих наконец объявился какой-то главный на пару с грозным одоспешенным стражем. Во всяком случае, его командам все подчинялись. Из тех, кто ещё был в сознании и не поддался окончательно панике, разумеется. Местный лидер, очевидно, пришёл к выводу, что лучше прорываться за периметр крепости, а не задыхаться внутри. Уже организованные, солдаты набрали вёдра с водой и поспешили к воротам в надежде потушить хотя бы их.       И всё бы ничего, вот только... огонь-то магический. И горит он не по физическим, а по магическим законам. Постоянно подпитывая пламя своей силой, я могу держать его в активном состоянии, наверное, вечно. В общем, ничего у них не вышло. Люди продолжали терять сознание.       — Гоша, а ты случайно не потомок богов? — с ехидной ухмылкой взглянула на меня Лин. Она вместе со мной наблюдала разворачивающуюся перед нами картину огненного ужаса и людского отчаяния перед неизбежной кончиной.       Её, на первый взгляд, шутливый вопрос был не таким уж невинным. Спросила она об этом, имея в виду не только мои силы, но и характер моих действий. Иными словами, я веду себя, как уёбок, – вот что она хотела сказать. Вряд ли она меня в чём-то обвиняет, ибо у самой характер не сильно лучше. Просто возможностей у неё гораздо меньше.       — Как знать... — загадочно и неопределённо ответил девушке, после чего мы оба, держась за руки, продолжили своё специфичное свидание под крики и мольбы о спасении, постепенно приближаясь к форту.       Далее произошло кое-что интересное... Местный лидер, оказавшийся тем самым некромантом, пошёл на, видимо, крайние меры: стал добивать людей и поднимать их уже в качестве зомби. Ожившие мертвецы, не нуждающиеся в воздухе и не ведающие страха, бросились на ворота в попытке их выломать своими телами. Спустя несколько толчков ворота даже стали поддаваться. Тогда я просто магией Земли выстроил по нашу сторону ворот нечто вроде каменной стены, препятствующей побегу наружу. Ловушка окончательно захлопнулась.       Прошла ещё парочка минут, прежде чем на стену с внутренней стороны кое-как взобралась одинокая фигура. Преодолевая наверняка мучительную боль от пламени, этот некто наконец перебрался за стену, рухнув за пределы крепости. Мы же в сей замечательный миг как раз подходили к означенному месту.       — К... кто вы?.. — борясь с падением в забытье, произнёс одноглазый мужчина. Его руки покрылись волдырями от ожогов, одежда частично сгорела, а в единственном глазу едва держался когда-то ясный ум.       — Дед Мороз и Снегурочка. Подарочек тебе под ёлку принесли. Понравилось? — слегка саркастически улыбнулся я, присев перед ним на корточки.       — Так это... кхе-кхе... были вы?.. — странно, но мужик нашей щедрости явно не оценил.       — Похоже, у него под повязкой, в левой глазнице, какой-то шарообразный артефакт, — заметила фея благодаря своим волшебным глазкам.       — Сейчас посмотрим... — подошёл к полулежащему мужику и сдёрнул с него повязку, открыв на белый свет красный шар в его глазу. — Хм, и правда... — как-либо воспрепятствовать отъёму артефакта он уже не мог из-за сильных ожогов и большой дозы угарного газа. Удивительно, как он ещё сознание не потерял. Бросил шарик Лин.       — М-м... И кто только такое создал? — задумчиво пробормотала девушка, рассматривая найденную вещицу.       — Что там? — поинтересовался я для вида.       — Этот артефакт позволяет поднимать мёртвых, подчиняя их воле владельца. Более того, владелец получает и часть жизненных сил своих пешек. Однако со временем владелец сходит с ума от власти над самой Смертью. Так ещё и шарик постепенно высасывает жизнь из своего носителя. Он становится пленником артефакта. Да уж, не завидую я тебе, — обратилась она к владельцу сей противной вещицы.       — А... отдай. Он... мой, — мужчина протянул руку, но на большее сил у него уже не было.       — Его нужно уничтожить, — утвердила Лин, обращаясь уже ко мне.       — Ты все артефакты хочешь уничтожить?       — Нет, только опасные.       — Про мои ты говорила то же самое, — напомнил ей.       — Я... ошиблась, — чуть смутилась та. — Это другой случай.       — Ну, вынужден согласиться, — на том и порешили. Откровенно бесполезный артефакт был уничтожен, после чего решилась и проблема с некромантом, обратившимся в пепел.

***

      Неплохое, однако, вышло путешествие в Ишен. И если до этого будущее виделось мне крайне туманным, то теперь... не сказать, будто сильно лучше, зато сейчас у меня есть Вавилон! Так много возможностей открылось, что я даже растерялся поначалу.       В чём главное отличие феодализма от индустриального и постиндустриального общества? Эффективность производительных сил. Не так много излишков существует, да и производительность труда никакая. Местные мастера могут быть просто гениями в своём ремесле, но перед фабрично-заводским производством они конкурировать не в состоянии, как бы ни тужились.       Из этого всего и вытекает моя задача: повысить эффективность труда. Как же этого достичь? Во-первых, необходимо повысить урожайность. Еда – это наш основной ресурс в нынешних условиях, посему я поручил Флоре, заведующей Алхимической лабораторией, разработать новые сорта зерновых, обладающих гораздо большей урожайностью. В итоге, она там чего-то намагохимичила и получила привычные пшеницу, рожь, просо и пр., но гораздо более плодовитые. Осталась проблема лишь в их распространении. Решилась она довольно просто: сбросили с Вавилона под невидимостью зёрна в распаханных районах. Ничего крестьянам мы не объясняли. Пусть думают, что моё правление благословлено высшими силами, духами и прочей фигнёй.       Дополнительно ещё начал производство молотилок в Мастерской. В сельских районах активно организовывались станции проката сложной сельхоз. техники. Стоимость аренды очень щадящая, дабы она была доступна всем.       Далее, началось массовое строительство водяных мельниц вдоль рек. Слово «массовое» означает, что на принудительные работы сгонялось население с ближайших территорий. Они были этому не слишком рады, но открыто своё недовольство не проявляли. Пока что, во всяком случае.       В крупных городах по всей стране началась организация централизованных мануфактур под руководством министра-демона от Инферналеса. Зовут этого чудика Кристиан Битард. Данный индивид пусть и не отличается физической силой, зато крайне мозговитый и, что важнее всего, горит реальным энтузиазмом. Создание промышленности я полностью переложил на его плечи, дав своеобразный карт-бланш.       Наконец я создал огнестрельное оружие. Давно уже думал об этом, но всё никак руки не доходили, да и смысла особого не было. А зачем же сейчас сделал? На то есть несколько причин: внушение ещё большего трепета своим подданным перед смертоносным оружием, вооружение для личной гвардии и обеспечение личной безопасности. В принципе все они взаимосвязаны.       Для начала Моделированием изготовил пистолет – старый-добрый Кольт 1911 с магазином на 11 патронов. Кроме себя любимого, я предполагаю вооружить им и свою гвардию.       А теперь о последней. Я не бессмертный, мне это известно. Возможно, физические и большая часть магических атак для меня будет, скорее всего, безвредна, но никогда нельзя недооценивать противника. Даже на меня могут найти управу. Соответственно, мне необходима надёжная и, самое главное, верная охрана. Набирать её среди рыцарей я не захотел, а пошёл гораздо дальше.       В Алхимической лаборатории Вавилона есть медицинский центр, в котором можно не только излечить тяжёлые заболевания, но и отрастить конечности! Однако уже в Исследовательской лаборатории расположен свой мед. центр, и в нём можно... вырастить новое тело. Именно здесь были созданы сёстры Вавилона, совмещение искусственно выращенной органики и неорганики. Вот мне и пришла идея вырастить себе гвардию в пробирке. Примерно в такой же, в какой нашлась и сама профессор Регина Вавилон, точнее, её новое тело с перенесённым сознанием. Весьма... эксцентричная особа, надо сказать. И очень страстная к тому же, в разных сферах.       Но вернёмся к моей гвардии, которую я решил назвать преторианской. В качестве основы была использована ДНК всецело преданной мне Талисы. Серьёзно, она даже вопросов не задала, когда я попросил немного её крови. Идеальный подчинённый.       Впрочем, выращенные создания не были её полными клонами. Во-первых, тело лишь внешне повторяло черты моей демоницы, на самом же деле все кости были заменены металлическими. В основном мифрилом и его сплавами. Данный метал вообще довольно лёгок и значительно прочнее стали. Многие органы и мышцы также были заменены синтетическими. Во-вторых, личность у клонов была совершенно иной, представляя из себя смесь персоналий Флоры и Тики, заведующей Исследовательской лабораторией, с абсолютной преданностью лично мне. Разве что у последней был ликвидирован её педофильский фетиш. Не хватало ещё, чтобы мои охранники за детьми гонялись, пытаясь их изнасиловать... Тика на меня почему-то слегка обиделась.       Далее, с помощью Мастерской Вавилон был расширен на ещё две Мастерские. То есть теперь их три. Пришлось изрядно потратиться на материалы, но оно того стоило. Да и по времени заняло всего около недели, зато каков результат!.. Целый месяц три производственные линии беспрерывно создавали оружие и различные элементы брони для новой армии новой Империи, с запасом обеспечив наши ближайшие потребности. После выполнения плана Мастерские сфокусировались на производстве новых фреймгиров.       Ах да, фреймгиры... Вроде в фэнтези попал, а тут полноценные боевые роботы имеются. Профессор их, конечно, по-другому называет, но от названия суть не меняется. Всего в Ангаре хранится семь штук: шесть обычных единиц и одна для командира. Все минимум 16 м в высоту и по 7,5 т каждая. В общем, крайне мобильные танки, находящиеся на стыке продвинутых технологий и магии. И всё это чудо было создано, по словам Регины Вавилон, для борьбы с фрейзами.       Увидев сей шедевр техномагической инженерии, я даже не знал, что делать: восхищаться гениальностью создателя или же материться от осознания его идиотизма. Начнём с того, что фреймгиры разработаны именно как оружие ближнего боя, так что первым моим решением было вооружить их крупнокалиберными пулемётами либо противотанковыми орудиями. Фрейзы умеют поглощать только прямые магические атаки, а вот кинетический урон – нет.       Да и вообще, гуманоидная форма машины меня очень смутила. Фрейзы, к примеру, мимикрировали под обычных животных. Я бы предпочёл скорее робота в виде паука, гораздо лучше. Однако для создания чего-то подобного придётся многое проектировать с нуля. Короче, как бы мне ни хотелось, но пришлось задвинуть подобные идеи в долгий ящик, поставив на конвейер производство имеющихся двух моделей, дополнительно оснащённых рациями. А то без нормальной связи они будут больше напоминать толпу, а не армию.       Это всё касается борьбы с иномирными монстрами. А что же у нас с обычными войсками? Как уже отмечалось, силами Мастерской армия было обеспечена первоклассным вооружением и бронёй, однако что с самими войсками?       В преддверии намечающейся войны, я совместно с Талисой, герцогом Инферналесом и генералом Леоном Блицем, перешедшим мне на службу от прежнего короля, начал претворять в жизнь масштабную военную реформу. Реформа заключается в реорганизации всей армейской структуры. Прежде подобное было невозможно, так как большая часть войск напрямую не подчинялась монарху, ныне же это не так. Первым шагом стало создание Имперского Генерального штаба, осуществляющего централизованное командование всеми вооружёнными силами и разрабатывающее планы военных операций.       Глобальной перестройке подверглось и само войско. Старая система рыцарского и дворянского ополчения ушла в прошлое. Ей на смену пришла легионерская структура, частично позаимствованная у старой империи.       Армия Новой Империи отныне устроена по следующему принципу: центурия – 100 чел., манипула – две центурии, когорта – 3 манипулы, легион – 10 когорт – всё это тяжёлая пехота. Плюс к этому 5 турм лёгкой и 5 тяжёлой кавалерии по 30 чел. в каждой. И сверху ещё 1200 человек лёгкой пехоты – велитов. Итого: один полноценный легион составляет 7500 человек, не считая обоза. Тактика во многом позаимствована у римского легиона.       Впрочем, есть и отличия. В частности, самой главной особенностью будут мои верные преторианцы. Но о них как-нибудь позже...

***

      За прошедшие полгода с восхождения нового императора на трон многое изменилось... Привычная мирная жизнь казалась всё дальше. Бывший Белфаст больше стал походить на военный лагерь. Множество здоровых мужчин ушли на службу в новую армию Новой Империи, как её теперь называют. Кто-то пошёл добровольно, клюнув на высокое жалование, а кого-то забрали насильно... Многие родные были не в курсе, куда именно ушли их мужья, сыновья и даже некоторые дочери. Да, женщины тоже при желании могли проходить военную службу, если показывали достаточную физическую подготовку либо же при наличии магических способностей. Лагеря подготовки находились в отдалении от крупных населённых пунктов, хотя, разумеется, полностью скрыть активную подготовку к войне от врагов не вышло.       Вместе с тем были и положительные стороны правления нового монарха. Например, бездомные и нищие были почти поголовно трудоустроены на открытые недавно мануфактуры. Да, насильно, однако нельзя сказать, что многие вообще сопротивлялись. От безысходности немалая часть подобного контингента подалась в криминал. Тут же им был предоставлен фактический шанс на амнистию и нормальный стабильный заработок. Любви криминалитета новому правителю это не добавило.       Впрочем, вскоре им пришлось заботиться уже о собственных жизнях. Одним зимним днём над Алефисом появилось изображение императора. Он обращался ко всей организованной преступности столицы: «Амнистия и честная работа или смерть!» Многие криминальные боссы только посмеялись. Очень зря.       Следующий день начался с того, как преторианцы в своих первоклассных доспехах, запятнанных кровью бандитов, скидывали отрубленные головы на торговой площади города. А их тела просто бросили свиньям. Никакого достойного погребения не было и в помине. За одну ночь вся организованная преступность Алефиса прекратила своё существование. Пусть горожане и ужасались подобной первобытной жестокости, но также и восхищались решительностью своего нового государя. А расклеенные по городу плакаты, восхваляющие императора, лишь усиливали это чувство, укореняя его в самом сердце подданных.       Но, пожалуй, самой неоднозначной мерой монарха стала программа под наименованием «Магия – привилегия всего народа». Под таким популистским лозунгом скрывалось обыкновенное селективное размножение. Загвоздка только в том, что разводили людей.       Выглядит это мероприятие примерно следующим образом: среди добровольцев-женщин отбирают самых здоровых, после чего отправляют на встречу к выбранному дворянину с магическим даром. Он оплодотворяет девушку, даря ей тем самым одарённое потомство. Желания дворян, правда, никто при этом не спрашивает.       Среди аристократов всех уровней подобное варварство вызвало жесточайшее отторжение. На это ещё накладывался и расовый конфликт. Подобной процедуре подвергали только дворян-людей, тех же демонов не трогали, хотя связано это было вовсе не с расизмом, а с простым фактом: демоны почти поголовно имеют хотя бы малейшие магические способности. Им такая политика просто не требуется. Ну а ещё они не воевали против нового императора во время Восстания.       И пусть беременных девушек набралась едва ли сотня, гнев аристократии уже достиг предела. Спустя полгода после прошлого восстания началось новое. Возмущённые мелкие и средние феодалы подняли открытый мятеж, сосредоточив свои силы на восточной границе, недалеко от Регулуса.

Рабыня идеи

      Многие, хорошо узнав Талису Инферналес, восхитились бы и в то же самое время почувствовали смесь шока и отвращения. Мало кто знал о её истинной личности. А ведь это весьма забавно хотя бы потому, что девушка ничего особо и не скрывала.       Так кем же является сия демоница? Дитя инцеста, младшая сестра своего менее талантливого брата, который тем не менее стал официальным наследником рода. Именно ему, Мурмуксу Инферналесу, был дарован свой собственный феод и графский титул. Да, Мурмукс не был каким-то зажравшимся мажором, он вполне сносный правитель, а его нулевая магия Величие и вовсе идеальна для властителя. Но был ли её старший брат истинным наследником Саллоса Инферналеса?       Несмотря на все старания герцога, именно дочь переняла все лучшие и не очень стороны от обоих родителей. От матери – хитрость, красоту, страстность и ненасытность, от отца – полководческий гений, амбициозность, силу, несгибаемый характер и жажду крови. В результате этого кровосмесительного союза получилась Талиса – невероятно талантливый боец, гениальный тактик и стратег и... абсолютно безбашенный маньяк, алчущий крови своих врагов. Именно поэтому она сразу поняла, что тогда ещё барон такой же маньячина. В этом плане они очень похожи.       Есть и ещё кое-что, роднящее таких вроде бы непохожих друг на друга индивидов. Странная смесь из цинизма и фанатизма. Двух противоположностей, живущих тем не менее в тесном союзе. Новый император циничен в своих взглядах на окружающий мир, но до фанатизма идеалистичен, когда дело касается изменения этого самого мира. Его вернейшая соратница недалеко ушла, хоть и проявляется это по-другому. Её фанатизм лежит немного в другой сфере.       Идея, как известно, страшнее любого вируса. Тот, кто внимательно посмотрит на демоницу и её последователей, увидят это наглядно.       Культ силы среди разумных не является чем-то новым: одни его очень сильно почитают, другие – почти что презирают. Демоны относятся к первым, хотя и не все. В конце концов, демоны – понятие широкое, включающее совершенно разные виды. Ламии, вампиры, мананангалы, огры, суккубы, злые духи и так далее – все они демоны. Талиса, кстати, как и её матушка, относится к суккубам. И она, восприняв наставления отца буквально, осознала для себя, что сила абсолютна. Кто силён – за тем и истина.       Попав на свою первую войну в Мисмеде в качестве добровольца, Талиса лишь окончательно укоренилась в своём мировоззрении. Попытки герцога переубедить свою дочурку оказались тщетны, посему он просто плюнул на это дело. Если бы он только знал, к чему приведёт подобное попустительство...       Саллос ощутил последствия в конце Восстания, когда демоница приехала договариваться о мире от имени Георгия.       Мало кому понравится предательство от собственного ребёнка, но, заглянув ей в глаза, 108-летний герцог всё понял. Она нашла кого-то сильнее.       — Он сильнее меня? — спокойно спросил он свою дочь в тот день.       — Не обижайся, батюшка, но мой повелитель разорвёт тебя на части и даже не почешется, ежели ему действительно захочется этого. У тебя против него нет никаких шансов. Он не поставил вас всех на колени лишь из своей терпеливости и милосердия, — ответила Талиса, ни капли не лукавя.       — Я тебя понял, Тали, — Саллос не стал злиться, он слишком хорошо знал сидящую перед ним девушку. Хуже того, он её любил. — Ты бы вышла за него замуж?       — Если на то будет его воля. Но, похоже, тебе интересно именно моё мнение... — отец утвердительно кивнул в ответ. — Георгий – человек непростой и загадочный. Он больше напоминает стихию, которой следует покориться. Хотя вроде как желает лишь добра разумным всего мира. До последних мне дела нет, но Георгий... Я верю, что могу стать ему хорошей женой.       — Хорошо.       Герцог, убивший за свою жизнь, наверное, тысячи разумных, желал своим детям лишь счастья. Пункт в мирном договоре о свадьбе между Талисой и новым императором был добавлен именно для неё. Фанатичный блеск в её очах сказал всё, что она не могла передать словами.       Спустя примерно месяц подошёл и черёд их свадьбы.       Невеста в пышном кроваво-красном платье возвышалась над своим женихом, что создавало немного комичную ситуацию, когда брачующиеся целовались. Девушке пришлось нагибаться, чтобы жених мог достать до губ своей второй суженой. В остальном же празднество прошло довольно обыденно, если подобный эпитет вообще применим к женитьбе правителя.       В чём особенность суккубов? Повышенные либидо, сексуальная выносливость и плодовитость. Суккубам гораздо проще забеременеть, чем людским женщинам. Именно поэтому молодожёны не решились на первую брачную ночь. Война была на горизонте, и лишиться одного из самых талантливых полководцев из-за беременности было бы преступлением. Талиса, боготворившая своего нового мужа, очень расстроилась из-за этого, но стоически приняла сей факт. Он обещал, что возляжет с ней после войны, значит, эту самую войну нужно будет выиграть как можно быстрее.       Вот так недотрах стал прекрасной мотивацией к победе. А физическая сила, несвойственная суккубам, девушке досталась от её отца, который был примерно на четверть огром.       Как гениальный полководец и дочь не менее гениального отца Талиса понимала, когда стоит умерить свою жажду крови, а когда дать ей волю. Сейчас, находясь со своим Первым Верным Императору Легионом на равнинах востока страны, она осознавала, что в этот раз стоит придержать свою кровавую сторону и заняться планированием предстоящей битвы.       Её легион в полном составе расположился лагерем примерно в километре от лагеря противника, мерзких предателей Его Величества. А если учитывать, где именно они встали лагерем, не составит труда провести логическую цепочку того, кто именно их спонсирует.       «Эти снобы из Галларии никак не угомонятся, - с гневом в сердце размышляла девушка, проходя мимо палаток и отдающих ей честь легионеров, что уже потихоньку отходили ко сну. - А эти предатели, похоже, восприняли милость Повелителя за слабость. Идиоты! Не прощу, всех покрошу в фарш!»       Пока она мысленно насылала на врагов императора кары господни, на её лице даже мускул не дрогнул, хотя в глазах синим пламенем пылала ярость. За месяцы совместной службы солдаты научились определять, когда их легат не в духе. Вот и сейчас, видя её предвзрывное состояние, пытались поскорее убраться с глаз долой.       Однако, по мере приближения к палатке, где собралось всё её командование, к ней постепенно возвращался холодный разум. Наконец она подошла к месту назначения. Рядом с её огромным шатром расположилась совсем простая небольшая палатка, ничем не примечательная, кроме цвета. В отличие от всех остальных, красных, эта была фиолетовой. Цвет самого Императора. Здесь располагалось 13 членов преторианской гвардии, они же Эйнхерии.       Элитная императорская стража была... странной. Все эти 200 с лишним гвардейцев появились в один день и совершенно неожиданно для всех, даже для королевы Юмины. Они всегда ходили в своих тёмных доспехах, не поднимая забрала и почти ни с кем не разговаривая. Никто не знает, кто это такие. И лишь немногие (в том числе и Талиса) в курсе, что на самом деле они все женщины. Одинакового роста и одинаковой комплекции. По долгу службы ей приходилось общаться с парочкой из них лично. И ощущения девушка испытывала... смешанные. Будто свой голос слышала, пусть это и звучит, как бред.       Эти люди – если это люди вообще – всегда стоят особняком от всех остальных и не подчиняются никому, кроме своего командира, легата и самого императора. То есть Талиса в теории может применить их в битве для прорыва вражеского строя, однако любой легат знает, что если воспользоваться «услугами» этого отряда два раза за одну военную кампанию, то легат с высокой вероятностью будет понижен в чине за некомпетентность. Иными словами, преторианцы выступали одновременно и как «пожарный отряд», и как мотивирующий фактор для легата.       Многие офицеры недоумевали, с чего это такая честь достаётся всего лишь 13 воинам. Впрочем, каждый легат знал причину. А крылась она в их невероятной боевой эффективности.

***

      Рассвет. С раннего утра накрапывает лёгкий дождик. Но, несмотря на неприветливую погоду, войска по обе стороны уже стоят наготове.       По данным разведки, у мятежной аристократии собралось около 14 тысяч человек. Однако есть сведения о странных шевелениях на границе с Регулусом, то есть возможно вмешательство со стороны. В последнем дочь герцога почти не сомневалась.       Первыми, чувствуя своё почти двукратное численное превосходство, двинулись вперёд мятежники. Их лучники подошли на расстояние выстрела и дали залп. А затем ещё и ещё. Стрелы отскакивали от ростовых щитов или вонзались в них, не причиняя никакого вреда легионерам, закрывшимся в «черепаху». На тренировках их и не таким обстреливали.       Осознав, что эффекта от обстрела нет, подключили магов, но тут уже пришли на помощь штатные маги легиона, покрывшие Щитом против огня всю первую линию. Магия Земли «Каменная пуля» также не дала весомого результата. Первый Верный Императору Легион стоял крепко, пока маги мятежников выдыхались в попытке пробить оборону имперских войск.       Наконец обстрел прекратился.       — Первая линия. Вперёд, — дала команду своему адъютанту Талиса, наблюдавшая за ситуацией в подзорную трубу.       — Есть, — отозвался подчинённый и передал приказ далее по цепочке.       Знаменосцы в каждой когорте первой линии наклонили вперёд штандарты – команда к наступлению. Одномоментно вся первая линия, примерно 3000 человек, двинулись вперёд, постепенно смыкая ряды. Никто не бежал, все шли слаженно и небыстро. Вид неотвратимо приближающихся солдат, идущих в полном молчании, независимо от того, чем ты в них стреляешь, производит неизгладимое впечатление на их противника. Впрочем, ещё не весь потенциал был исчерпан.       Вперёд вышел мятежный герцог Эмилий Кеврен, фактический глава мятежников, в своих первоклассных доспехах с позолотой и поднятым забралом. В полном молчании, он присел, приложил руку к земле и начал зачитывать некое заклинание.       — Первая линия. Стоп, — увидев сомнительную активность, дала команду Талиса. — Пилумы к бою. Велитов в две половины, пусть по флангам закидывают.       Первая линия довольно быстро восприняв приказ с помощью рога и системы флажковых сигналов, остановилась. Первые три ряда взяли в руки метательные дротики и бросили их в противника. А затем ещё и ещё, будто бы отвечая на недавний обстрел лучниками.       Кеврену, не успевшему до конца доделать своё дело, пришлось спешно уходить в глубь строя, за щиты. А пилумы тем временем редко достигали чужой плоти, однако пробивали щиты, из-за чего последние излишне утяжелялись. Пришлось их выкидывать. Бросившие щиты прорывались за строй своих товарищей, создавая неразбериху. В передних рядах мятежников нарастал хаос.       На фланги легионеров вышли лёгкие пехотинцы, с разбега бросающие уже свои дротики и тут же отступающие назад, за когорты тяжёлой пехоты.       Наконец мятежники догадались выставить по флангам лучников, которые принялись снова разряжать свои колчаны уже в велитов. Впрочем, последние довольно быстро сдриснули обратно за строй легионеров, а после просочились в самый тыл.       — Рыцари. Клин, в левый фланг предателей, — дала команду легат. — Легионеры. Первая линия, вперёд. Вторая линия, на две части, встать по флангам.       Упомянутые рыцари, составлявшие когда-то специальный орден, а ныне лишь часть имперского легиона, живо, как на тренировках, построились в нужную формацию и понеслись на врага. Когда до лучников оставалось около 100 метров, они выставили вперёд свои длинные копья, уперев их в седло. Лучники же, видя, какая стальная жопа к ним приближается, тут же побросали своё оружие и побежали в разные стороны, распространяя беспорядок и панику в рядах мятежников.       Рыцари и кони под ними, закованные в сталь, вырывая комья земли своими мощными копытами, неслись вперёд. 50 метров, 30, 20... 10... УДАР! Стальная лавина, словно необузданная стихия, сносила всё на своём пути. Копейщики, которые хоть как-то могли бы приостановить эту волну, были в беспорядке из-за бегущих лучников.       А пока на левом фланге и в тылу предателей царил разгром, легион шёл вперёд. Значительно более лёгковооружённая пехота врага не смогла долго выстоять под напором тренированных солдат.       И тренировки – это вовсе не пустое слово. В данном случае эти месяцы прошли для теперешних легионеров очень... непросто, ведь, помимо обычной физухи, они схлёстывались друг с другом в настоящем бою, хоть его и назвали тренировочным, и натурально резали друг друга. Лекари и лично император лечили все ранения, пусть не обходилось и без летальных исходов. Однако подобная, безусловно, жёсткая тренировка позволила новобранцам получить боевой опыт, а полученные ранения закалили их дух.       Такая подготовка вкупе с хорошими стальными доспехами создавала из них машин для убийства. Никакое дворянское войско их не остановит.       Битва разворачивалась явно в пользу сил императора. Это понимали обе стороны. Но Талиса Инферналес не позволяла подобному успеху вскружить ей голову. В конце концов, она прекрасно понимала, чем подобное может обернуться. К тому же она всё ещё ожидала удара со стороны Регулуса.       Битва так или иначе продолжалась до самых сумерек, а подкреплений из-за границы не было, разведка также молчала. А тем временем ядро мятежников, состоящее из большей части новоимперской аристократии, оказалось прижато к горам Мериша. Сражение, казалось бы, можно было считать завершённым, но неожиданно для всех оставшиеся в полуокружении дворяне и аристократы вскочили на своих коней и пошли на прорыв. Скакуны, как и их всадники за целый день изрядно устали, и всё жё они шли в последнюю отчаянную атаку.       Однако как бы они ни старались, прорвать строй легионеров им не удалось. Жеребцы падали от усталости, их наездники по большей части к приходу темноты были уже мертвы или ранены.       Сражение наконец закончилось, явив всем, чего на самом деле стоят все нововведения, совершённые императором и его ближним кругом, хотя по сути своей они были лишь удачной интерпретацией старого.       Грязные, в крови (своей и чужой) и грязи, стояли пленные, впереди которых были двое: Эмилий Кеврен и Уильям Ричаро. Легионеры поставили их на колени перед своим легатом.       — Предатели... — процедила сквозь зубы Талиса, после чего смачно харкнула в рожу «Креветки» и дала латным сапогом в морду Кеврену, отчего у него зубы повылетали. — Отобрать все артефакты, вырвать языки и кинуть в одиночные клетки эту парочку, — дала приказ девушка.       — А с остальными что, Ваша Светлость?       — Остальных раздеть догола и сжечь заживо, — ни секунды не раздумывая, ответила глава легиона.

Рабыня милосердия

      В какой момент всё пошло наперекосяк? Юмина задавалась этим вопросом неоднократно в первый месяц своего «правления». Да, может, она и не была очень опытной или гениальной, однако и дурой её вряд ли бы кто-то назвал. Придворная жизнь к тупости не располагает. Особенно это касается членов монаршей фамилии. Она понимала, кто здесь настоящий правитель.       В первые дни после коронации теперь уже королева так ненавидела своего мужа, что готова была даже убить его, её сдерживали лишь её родители, находящиеся фактически у него в заложниках. Она их слишком любила, чтобы пойти на такое. К тому же убийство... претило её натуре. Юмина не хотела обагрять свои руки кровью. В итоге она решила просто смириться со своей печальной участью. А печальной ли?..       Шёл первый месяц, второй... И чем дальше, тем сильнее сомнения скреблись о её черепную коробку.       «Может быть, он на самом деле не такой уж плохой?» — всё чаще думала девушка.       Несомненно, он был жестоким, самовлюблённым, плюющим на традиции и любые авторитеты похотливым животным, но... Похоже, он и правда желает всем лишь блага, как бы по-дурацки это ни звучало. Георгий, именуемый первым, пусть и казался ленивым, однако старался участвовать в жизни Империи и проводить реформы. Никогда прежде армия Белфаста не была столь многочисленна. Да, были и проблемы: в частности катастрофически не хватало младшего и среднего офицерства, однако это было ожидаемо с таким резким увеличением численности войск. Более-менее укомплектованным был только Первый Легион Талисы Инферналес, который прямо сейчас уже должен был встретиться на поле боя с мятежной аристократией.       Талиса... Кем она приходилась Юмине? Давней знакомой, как минимум. Именно эта демоница учила юную принцессу стрельбе из лука и совсем немного самообороне. Хотя про небольшие... странности в её поведении и взглядах девушка слышала, но никогда не заостряла на них внимания, считая, что дурные языки преувеличивают. В целом же тогда ещё принцесса относилась к дочери герцога больше как к приятельнице. Их у девушки было не настолько много, чтобы отмахиваться от дружбы с демоницей.       А теперь они делят одного мужа. У судьбы, надо признать, весьма специфическое чувство юмора. Однако ещё более специфичные отношения в их... семье. С Юминой всё понятно, у неё самый обычный политический брак, пусть и заключённый при необычных обстоятельствах. А вот Талиса вышла замуж... по любви? Или это следует называть фанатичной одержимостью? И в то же время данный брак крайне удобен с внутриполитической точки зрения. Поддержка такого гения войны, как Инферналес, многого стоит.       Да, Юмина могла называть про себя Георгия многими нелестными эпитетами, но «идиота» среди них точно не было. На самом деле он очень расчётливый человек, умеющий повернуть любую ситуацию к своей выгоде.       Шло время, дочь прежнего короля меняла своё отношение к мужу однозначно в лучшую сторону. Правда, её волновал один вопрос, который всё никак не давал ей покоя: почему он с ней не спит? Для монарха вопрос наследника обладает первостепенной важностью, особенно если монарх их новой династии. И уж тем более если монарх – это недавний простолюдин! По всему Алефису и за его пределами ходят слухи о любвеобильности Императора Георгия I. В самых диких, что слышала Юмина, говорилось, будто за одну ночь он смог удовлетворить сразу сотню женщин.       Разумеется, это бред. Во всём замке стольких служанок просто не наберётся. Хотя если брать ещё и дворянок...       Нет, точно нет. Кому как не ей знать, что в действительности её муж старательно избегает подобных отношений с дворянами. Он их презирает. Причину подобного отношения ей выяснить так и не удалось. В любом случае вопрос наследника никуда не делся. Юмина уже даже было подумывала, что она просто не привлекает своего супруга...       За окнами замка солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая окружающее пространство в светло-алые оттенки. Королева Юмина шла по коридорам замка, по пространству эхом разносилось цоканье каблуков, скрытых под голубым платьем своей носительницы. Вдруг из-за поворота выскочила запыхавшаяся служанка, которая в спешке чуть не столкнулась с королевой.       — Ох! Ваше Величество! — поклонилась девушка в пояс. — Прошу прощения!       — Что за спешка? — почти бесстрастно спросила Юмина. За месяцы правления она уже в большой степени научилась контролировать и скрывать свои истинные эмоции. Впрочем, иногда они всё-таки вылезали наружу.       — Ах, Его Величество изволил сегодня присоединиться к Вам за ужином, Ваше Величество.       — Вот как... — задумчиво проговорила про себя Юмина. — Хорошо, можешь идти.       — Благодарствую, Ваше Величество! — отозвалась служанка и побежала дальше. Судя по звукам, за очередным поворотом она всё же в кого-то врезалась.       — Хи-хи... — позволила себе усмехнуться Юмина, после чего направилась на трапезу.       Однако же весьма необычная ситуация! Император редко ел вместе со своей супругой, любой из них. Более того, никто не знал, где он на самом деле спит. Первое время Георгий жил в замке, но затем... просто перестал. Утром, если захочет, он появляется в замке уже чистый и свежий. Где он проводит ночи, не знала даже его дражайшая супруга. Будто они не муж и жена вовсе, а два незнакомых человека. Может, сегодня ей представится шанс это изменить?..       На подступах к столовой уже стояли на посту преторианцы. Юмину они всегда пугали. Охраняли они лично императора и ей не подчинялись. Грозные двухметровые стражи в закрытом латном тяжёлом доспехе. Каждый раз королева чувствовала себя некомфортно вблизи с ними. Наличие подобной стражи возле тела императора ей всегда казалось странным, ибо она была одной из очень немногих, кто был в курсе его небольшой зацикленности на росте. Он терпеть не мог свой низкий рост – хотя самой Юмине его рост виделся самым обычным, она была чуть ниже – и недолюбливал высоких людей. Королева считала, что даже свой грозный «Железный трон» он сделал отчасти именно для того, чтобы быть выше всех остальных в тронном зале.       Гвардейцы, завидев супругу своего повелителя, сразу открыли двери в зал. Девушка, не останавливаясь и не удостаивая стражу даже мимолётным взглядом, прошла внутрь. Вид перед ней был весьма обыденным: широкий дубовый стол с различной снедью на белоснежной скатерти с вышитым на ней гербом династии Белфаст. Необычным в этой композиции был только император, сидящий во главе стола. И его, казалось, вообще никак не смущало, что на скатерти вышит чужой герб.       У самого императора вид был весьма подавленный: глаза полуприкрыты, тело растеклось по креслу с высокой спинкой (тоже, кстати, с гербом Белфаста), лицо выражало нечто среднее между тоской и абсолютным безразличием. Вместо привычной ему насмешливой лёгкой улыбки, уголки губ опущены вниз.       — Приветствую, Ваше Императорское Величество, — произнесла Юмина с лёгким поклоном. В ответ она получила короткое мычание, которое, по-видимому, означало приветствие. — Надеюсь, Вы меня недолго ждали? Мне слишком поздно доложили о Вашем прибытии.       — Садись уже, — недовольно пробурчал император. Подавив вздох, она выполнила просьбу и села рядом с ним, по правую руку.       — Чудесная сегодня погода, не правда ли? — попыталась завязать разговор королева.       — Стража! — Георгий, похоже, не обратил никакого внимания на её вопрос и подозвал гвардейца.       — Слушаю.       — Передай прислуге, что если они через минуту не принесут главное блюдо, тогда завтра они сами им станут.       — Есть, — без какого-либо указания на титул бесстрастно отозвался (или отозвалась?) гвардеец и пошёл исполнять приказ. Ей показалось, или это женщина?..       — Ваше Величество, позвольте зада... — начала говорить девушка, но её бесцеремонно прервал супруг.       — Ты.       — А?       — Обращайся ко мне на «ты» или по имени.       — Как скажете, Ваше Вел... — по привычке ответила Юмина, но вовремя исправила свою оплошность. — Как скажешь.       Удивительно, но менее чем через минуту служанки вбежали в зал с подносами и быстро всё расставили и налили воды Георгию. А девушка предпочитала пить на ужин сильно разбавленное вино, оно благотворно влияло на её сон. Супруги сразу приступили к трапезе, минут десять все в зале молчали, кроме ложек, вилок и ножей. Но если девушка наслаждалась вкусной пищей, то её сосед слева в основном лишь ковырялся в тарелке.       — А как Вы... ты провёл день, муж мой? — попробовала вновь завязать разговор Юмина, взяв бокал в руку.       — Херово.       «Ох, что за бестактность!» — ругалась про себя девушка.       — Кхм... А могу ли я узнать, что произошло? — стараясь не показывать своего недовольства уточнила она.       — Сегодня я обрёк на смерть сотни тысяч разумных, — совершенно безразличным и ровным голосом ответил император.       — Кхе-кхе... — от такого ответа она чуть вино не выплюнула, но сумела всё-таки удержать жидкость в себе, а после и проглотить. — Чего?!       — Не чего, а кого, — с виду ему вся эта ситуация была до одного места.       «Подожди... Он ведь это несерьёзно. Правда ведь?..»       — Ты... ты шутишь? — совершенно неуверенно спросила Юмина.       — Я люблю чёрный юмор, но не настолько, — пробормотал её супруг, закинув кусочек сочной телятины в рот.       «Что?.. Но как... Как это вообще возможно?!» — девушка была в шоке от услышанного.       — Расслабься, нашей державы это не коснётся, — странным образом попытался он утешить девушку.       — Ч-что?.. — поначалу не до конца поняла Юмина. — Да какая разница! Как вообще можно об этом так спокойно разговаривать?! — к концу фразы она уже откровенно перешла на крик.       — Ох... — тяжко вздохнув, Георгий продолжил: — Да успокойся ты. Чего разоралась?       «Ладно. Пожалуй, сейчас и правда не время и не место для подобного. Но всё же... что он сделал? И, судя по виду, его столь ужасные деяния ничуть не радуют. Может, самое время?» — Юмина приободрилась и, отбросив лишние мысли, решила сменить тему.       — Георгий, — гораздо мягче и нежнее, чем прежде, обратилась она к парню, аккуратно положив свою изящную ладонь на его правую руку, — могу ли я...       — Подожди, — но он её прервал. — Все вон отсюда! Оставьте нас наедине, — прислуга и гвардия, повинуясь, молча покинули зал, закрыв за собой двери. — Теперь я хочу тебя кое о чём спросить.       — А? Да, конечно! — обрадовалась королева, думая, что наконец-то он решил с ней нормально поговорить.       — Как твои родители? — спросил Гоша, имея в виду бывших короля и королеву Белфаста, ныне запертых в одном из замков.       — Эм, в порядке... Неужели тебе правда есть до них дело? — подобного вопроса она явно не ожидала.       — Они твои родители, а не мои, — произнёс парень, после чего взял паузу почти на минуту, Юмина его не торопила. — Ты ненавидишь меня? — впервые за весь разговор он повернулся к ней лицом, заглянув девушке в глаза.       — Я... — смутившись, Юмина отвела свои разноцветные глаза от внимательного взгляда собеседника. — Уже нет.       — Надо же... И почему? — в вопросе прозвучала лёгкая усмешка.       — На самом деле ты неплохой человек, я вижу это. И желаешь ты нам только блага, пусть и по-своему. Но... я не понимаю...       — Что конкретно?       — С нашей женитьбы прошло уже шесть месяцев, а мы... Мы так и не... — чем дальше, тем сильнее девушка смущалась и переходила на еле слышный шёпот.       — «Мы не» что?       — Мы не спали! — наконец выпалила она. — Тебе ведь нужен наследник! Дворяне уже почти открыто шепчутся об этом. Постоянно пытаются подложить под тебя своих дочерей, а я их спроваживаю. Неужели они правы? Я тебя не привлекаю? — Юмина подняла свои волшебные глазки с наворачивающимися слезами.       — Тебе ответить честно? — слёзы не подействовали на императора. Девушка слегка кивнула в ответ. — Я боюсь детей. Нет ничего опаснее для монарха, чем его близкие родственники.       — Но ведь... Даже если и так, то наследник всё равно необходим! Мы же не вечны, — для Юмины такая причина звучала, как величайшая глупость.       — А кто сказал, что я собираюсь умирать?       — Э... Чего? — королева была в полнейшем замешательстве.       «Он что, с ума сошёл?» — промелькнула в её голове мысль, которую она старательно отгоняла.       — Впрочем, я понял, в чём твоя проблема.       — А?.. Какая пр... М-м-м!.. — не успела девушка договорить, как в её девичьи губы впились совершенно для неё чужие.       Абсолютно внезапно Гоша развернул кресло с сидящей в нём девушкой и прижался к ней. Сквозь её горячие розовые губки прорвался чужой язык, будто присваивая себе данную территорию и помечая её слюной. От неожиданности девица попыталась отпихнуть своего супруга, но спустя несколько секунд полностью отдалась в мужские руки. Сильный и уже довольно умелый язык полностью оккупировал ротовую полость девушки, подавляя любое сопротивление.       Пусть Юмина и скромница, но даже ей было не чуждо сексуальное возбуждение, которое она порой испытывала. И которого она жутко стыдилась.       От жаркого поцелуя и прижимающегося к ней мужчины, тело Юмины начало нагреваться. В привычном платье вдруг стало необычайно жарко, сердце гулко забилось, а кровь прилила к лицу. Поначалу пассивная, девушка предприняла робкие попытки ответить на поцелуй, но сильный язык её супруга не давал ей и шанса на подобное.       Полминуты спустя Георгий разорвал поцелуй. Прозрачная струйка смешанной слюны протянулась меж их ртами, словно узы, связывая их друг с другом. Не ожидая такого резкого завершения, девица даже слегка простонала с небольшим недовольством.       — Что, понравилось? — ехидно ухмыльнулся парень. Его партнёрша была слишком смущена, чтобы ответить что-то вразумительное.       Муж вновь прильнул к своей жене, оставляя засос на шее, словно метку. От шеи плавно перешёл к ключице и ниже... Каждое такое прикосновение вызывало дрожь по всему девичьему телу, его владелица зарылась рукой в тёмно-русые волосы своего супруга. Но пока рот приближался к довольно скромной груди, рука, задирая подол платья, шла вверх по бедру.       — Она... она ещё вырастет... — пробормотала Юмина, когда парень приблизился к её груди. Тот, впрочем, никакого внимания на это не обратил. Перед ним стояла гораздо более серьёзная проблема: платье.       — Да как же его... Ай, в жопу! — попытки разобраться, как эту конструкцию грамотно снять, обернулись полным фиаско. Момент явно не располагал к терпеливости, поэтому он поднял свою королеву с кресла, развернул спиной к себе и попросту разорвал эту помеху на пути к нежному девичьему телу.       — Ах! Они... они ведь услышат!.. — Юмина предприняла последнюю попытку к сопротивлению.       — Да пофиг, пусть слышат.       Гоша дал мысленную команду своей гвардии ни за что не входить и никого не впускать внутрь.       А после просто снёс со стола всё лишнее, не заботясь о сохранности посуды. Раздался звон бьющегося стекла и фарфора, сделанного королевским двором на заказ и стоящего соответственно. Королева сильно перепугалась, думая, что сейчас в зал нагрянет прислуга, дабы проверить, что с монаршими особами, однако никто так и не вошёл.       — Нам никто не помешает, дорогая.       Император содрал платье со своей королевы, оставив её в одних белоснежных чулках на подвязках. Она, с лицом, по цвету похожим на помидор, тут же постаралась прикрыть свои холмики и промежность. Однако её муж прекратил эти жалкие попытки, развёл ей руки в стороны и усадил на стол.       Губы и горячий ротик девы оказались вновь захвачены. Рука её повелителя, поглаживая плоский животик, шла всё ниже, пока не достигла набухшего бугорка.       — Ахм-м!.. — простонала уже более явно девушка, рефлекторно сдвинув ноги от новых ощущений. Однако ненадолго.       Георгий за полгода достаточно натренировался в ублажении прекрасного пола. В частности он обучился одному очень занимательному трюку: стимулированию магией. Через пальцы посредством заклинания Передачи он очень малыми дозами вливает свою магическую силу в нужную часть тела, тем самым стимулируя её. Так и сейчас, играясь с клитором и половыми губками своей жёнушки, Гоша подавал свою концентрированную магию.       Абсолютно непривычная к подобной стимуляции своих нервных окончаний, девица уже через минуту была на грани.       — Да-а-ах... Ещё немного... — оторвавшись от губ своего любовника, простонала она, как вдруг... — А?.. Что? П-почему... — рука между её гладких ножек внезапно остановилась. — Пожалуйста... — жалобно прошептала девушка, между ног которой уже тоненькой струйкой текли горячие соки.       — А как же я? — будто бы с упрёком спросил её супруг. Опомнившись она взглянула на его пах и осознала свою ошибку. Матушка ведь ей говорила, что долг жены – ублажать своего мужа и подарить ему здоровых детей, а она со всем про него забыла!       — Ну... я, эм... — замялась Юмина, не зная, как оправдаться.       Гоша понял, что его уже как шесть месяцев жена, не знает, что именно нужно делать.       — Ох... Как же тяжко с тобой... — тяжко вздохнул он.       — П-прости...       Быстро сняв штаны и прочую одежду, парень впервые предстал пред своей женой полностью голый. Та невольно отвела взгляд и свела ноги вместе, словно боясь того, что последует далее.       «Это же его... штука. Большая... Она ведь не вместится!..» — мысли ей храбрости точно не добавляли, рисуя в её разуме всё более ужасные картины.       А её партнёр, которому уже порядком надоела зажатость девушки, не собирался ждать, пока она наконец дозреет. Смазав по-быстрому член слюной, он придвинулся к ней поближе, с силой развёл её ноги и разместился прямо у входа, едва касаясь её нижних губ.       От ощущения пульсирующего твёрдого, как камень, члена, стучащего в её святая святых, у Юмины спёрло дыхания одновременно от страха, толики отвращения и сильного предвкушения перед тем, что грядёт.       — Про... прошу, будь со мной неж... А-а-ай! — договорить ей не позволил член, что абсолютно бесцеремонно вошёл вглубь неё, разорвав последнюю преграду на пути к своей цели.       Жгучая боль прокатилась по её телу, бёдра сжались на поясе парня, а мышцы влагалища напряглись до предела, обхватывая вторженца внутри. Подождав пару секунд, супруг возобновил движение.       — Ай-ай! Стой, не двигайся! Больно!.. — кричала уже не девственница, стараясь отпихнуть парня, но тот лишь перехватил её руки и, прижав к столу, усилил напор. — Прошу, хватит! Мне больно! Стой!!!       Ему было всё равно, он хотел трахаться, впрочем, и про девушку также не забывал: концентрированная магия входила в неё вместе с его достоинством. Обжигающая боль вскоре превратилась в незначительную, а после и вовсе обратилась наслаждением, коего юная девушка никогда прежде не испытывала. А крики и мольбы о помощи обернулись в сладострастные стоны, становящиеся всё громче.       Слыша, что дело наконец-то пошло как надо, он прильнул своим ртом к её соску, который так призывно раскачивался в такт его собственным толчкам. Рука занялась и вторым затвердевшим сосочком, легонько скручивая его. Чуть погодя, забавы ради император прикусил зубами один и сжал второй сосок, в то же время направив в эти места пятикратную (в сравнении с обычной) дозу своей магической силы.       — Я... М-м-ма-ах!.. — от такой неожиданной стимуляции Юмина пересекла ту самую грань: мышцы начали активно сокращаться, тело женщины выгнуло дугой, от паха до головы и всех нервных окончаний под её кожей прошёл электрический разряд, уносящий её разум куда-то далеко от этого зала; такого напряжения не выдержал и мочевой пузырь, вылив наружу всё содержимое.       Однако дожидаться, пока его королева соизволит прийти в себя, Гоша не стал и с прежним темпом возобновил толчки. Девушка, разум которой уплывал всё дальше от бурного оргазма, не готовая к продолжению, рефлекторно пыталась соскочить с члена своего мужа, но тот только притягивал её обратно и продолжал сношать свою сучку, которая уже вовсе не фигурально текла.       Ещё сильнее, ещё быстрее... Мокрые шлепки двух разгорячённых тел вместе с громкими стонами разносились по обеденной зале, которая, надо сказать, никогда не отличалась хорошей звукоизоляцией.       Наконец, парень почувствовал, что тоже уже близок к финишу, и разогнался ещё пуще прежнего, словно включив режим отбойного молотка. Вливание концентрированной магии не прекращалось ни на секунду. Каждый следующий толчок сопровождался новой порцией, отчего Юмина уже натурально балдела с высунутым языком и закатившимися глазами, в коих уже не виделось ни грамма ясного рассудка. Словно каждый толчок знаменовал собой микрооргазм.       Рыча, муж сдавил её бока руками и максимально глубоко вошёл внутрь, выстреливая свой густой белый заряд на протяжении ещё нескольких толчков. Юмина, судя по судорогам и выгнувшемуся телу, снова кончила и спустя десяток секунд распласталась на столе с отсутствующим выражением лица.       Парень, довольный, медленно вышел из своей жёнушки. Тут же из её мокрой дырочки полилась густая белая жидкость вперемешку со сгустками крови. Увидев сие зрелище, он усмехнулся, использовал на себе заклинание Освежения и снова вошёл в Юмину, которая только начала приходить в себя. Стоны и влажные шлепки зазвучали вновь...       К четвёртому «выстрелу» юная женщина, лежавшая ничком на столе, напоминала уже скорее кусок мяса, сил не осталось даже на стоны. Из её киски непрерывно что-то текло, пропитывая собой дорогой ковёр ручной работы.       В последний раз Георгий кончил и покинул-таки свою жену. Затем он, вдруг о чём-то вспомнив, открыл портал и пропал на минуту, а вернулся уже с банкой таблеток. Взяв одно «колесо», он подошёл к Юмине и расположил её снова в кресле, где она сидела до этого, и слегка похлопал по щекам.       — Юмина. Юмина, приди в себя.       — А... Что?.. — сознание частично вернулось к ней.       — Проглоти это, — сказал Гоша с протянутой ладонью и таблеткой на ней. — Это средство для предотвращения беременности.       — Н-нет, прошу... Не отнимай у меня ребёнка... — жалобно просила она.       — У тебя его ещё нет.       — Пожалуйста... — умоляя, Юмина встала на колени. — Молю тебя, не надо!.. Что угодно сделаю... Не забирай!..       Муж смотрел на неё очень тяжёлым взглядом, нахмурив брови. Мало кому понравится смотреть на слёзы своей супруги. Он лишь надеялся, что не совершает сейчас величайшую ошибку в своей новой жизни.       — Ладно.       — Спасибо! Спасибо тебе, спасибо... — силы окончательно покидали девушку.       Гоша взял её на руки и через портал прошёл в её спальню, расположенную отдельно от императорской. Он уложил её в кровать и накрыл одеялом, поцеловав напоследок.       Так сладко Юмина ещё никогда не спала.